Глава 18. О других мирах, расах и конфликтах

Малый зал приемов оказался, с точки зрения Пуговкиной, совсем не маленьким: это было огромное помещение с небольшой сценой, фонтаном в центре, вокруг которого располагались симпатичные диванчики, и множеством маленьких высоких столиков и узких длинных столов пониже вдоль светлых с искоркой нежно-лавандовых стен. Остальное пространство, видимо, было предназначено для танцев или просто прогулок с приятным собеседником, чтобы переходить от компании к компании, которые собирались на таких мероприятиях.

Обо всем этом Люся могла только догадываться, поскольку ни на одном подобном приеме, конечно же, присутствовать ей не доводилось. Она с интересом разглядывала темный паркет с замысловатым узором, воздушные драпировки гардин на высоких стрельчатых окнах и странные, похожие на новогодние гирлянды конструкции на потолке вместо вроде как положенных в таком помещении люстр.

«Так даже интереснее, — сделала она вывод по поводу освещения зала. — Наверное, красиво все выглядит, если включить».

Шавермуру зато громадное помещение не понравилось. Пошел котище туда только потому, что Альданская говорила о закусках. Зеркально-гладкий пол без ковра и отсутствие уютных уголков, чтобы подремать после еды, вызывали у пушистика желание удрать куда-нибудь подальше, как только он раздобудет заслуженное пропитание. Спеша добраться до дивана по этому деревянному льду, Шавермур неразумно соскочил с рук несшей его девушки, которая как раз замерла, завороженно разглядывая блестящие гирлянды с висюльками под потолком.

Фатальная ошибка! Похоже, мелкие неприятности, преследующие Пуговкину, как блохи перескочили на ничего не подозревающего пушистика.

Даже выпустив когти, он все равно немного скользил по лакированной поверхности. Пока кот приноравливался к паркету и прикидывал кратчайший путь к островку безопасности — дивану, Люся двинулась дальше. Все же ее туфельки, выданные к платью, были вполне приспособлены для любых видов полов в помещениях особняка. Только вот под ноги наша раззявушка не смотрела. В итоге неудачи опять победили со счетом 2:0!

Шавермур неожиданно был метко отфутболен к вожделенному дивану запнувшейся о кота девушкой, а саму Пуговкину цепко и заботливо подхватила под локоток мускулистая «русалочка».

Константин в это время как раз интересовался у госпожи Юфимии возможностью продолжить трансформацию до нормального человека, а потом, при возвращении домой, остаться здоровым, поэтому открывшиеся в Людочке навыки профессионального форварда из виду упустил. Но, среагировав на обиженный вопль врезавшегося в мягкий диванчик кота, наглую чешуйчатую конечность на локте замершей девушки разглядел моментально.

Впрочем, Пуговкина уже вежливо, но твердо отобрала свою руку, поскольку лайрскана как-то побаивалась, к тому же в такой близи экзотический индивид немного пах сырой рыбой и водорослями.

Ежов, решив, что он еще успеет обсудить с магичкой все вопросы, а вот Людочка без его присмотра вполне может попасть под обаяние этого оборотистого дарителя жемчуга, решительно вклинился между ней и Пляхбулем.

— Благодарю, но о своей невесте я позабочусь сам! — процедил он сквозь зубы и решительно повел девушку к дивану у фонтанчика, чтобы усадить ее как можно дальше от чешуйчатого мужика. Еще и кота ей на колени сунул, когда усадил.

— Людочка, ты, конечно, нечаянно, и Шавермур сам под ногами крутился, но ему же больно, наверное. К тому же сейчас еду принесут, покормишь его.

— Мря-а… — состроив страдальческую мину, меховой лужицей растекся на коленях Пуговкиной хитропопый котище. Добросердечная Люсенька сразу принялась его ощупывать и наглаживать, виновато обещая самые вкусные кусочки. Кот довольно косился на дверь, куда уже вошел слуга, катя на сервировочной тележке что-то явно съедобное, и благодушно мурчал.

Сама хозяйка особняка, не обращая внимания на своих гостей, немедленно вызвала максимально возможное магическое зеркало и пристально всматривалась в тропическую растительность, надеясь зацепить где-то хоть одного жазотуса, а потом с помощью Ежова наладить связь с королевой.

Только вот всего этого не потребовалось, поскольку зеркало вдруг потемнело и словно взорвалось изнутри, выплескивая фиолетовые нити паучьей магии. Старушка отшатнулась к дивану, сделав несколько шагов назад и вскинув руки в защитном жесте, зеркало схлопнулось, и на его месте, израненная магическими осколками, в дымке магического щита возникла сама королева.

— Жузниарисса! — Лайрскан угрожающе оскалился, показав немаленькие, почти акульи зубки.

— Пляхбуль! — Шипение королевы было не менее угрожающим и презрительным, а мелкие игольчатые зубы, которые она продемонстрировала, внушали не меньшее опасение.

— Ого! Вы знакомы?! — Удивленный возглас хлопающей глазами Люси немного снял напряжение, но парочка, стоя в нескольких метрах друг напротив друга, все равно казалась готовой сцепиться в бою не на жизнь, а на смерть.

— Конечно, знакомы, дитя, не одну сотню лет заключения здесь. По правде говоря, я думала, что из старейших в этом мире только я, но, похоже, магия острова решила иначе. — Жузниарисса чуть повернула голову и как-то устало вздохнула. — Не знаю, откуда взялся здесь этот мерзавец, но хорошо, что мои подданные вовремя меня оповестили и я смогла прорваться через ослабленную защиту острова.

— Конечно, только через ослабленную и смогла! После того как я прошел сюда на призыв моего осталмена, которого спасла добрейшая хозяйка этого дома и смог соединить со мной мой некровный брат, — презрительно заметил лайрскан. — И тебе ли называть меня мерзавцем, если это ты прокляла мой народ, разделив нас на отдельные, гибнущие друг без друга половины, паучья ведьма! Много лет прозябания в беспамятстве и постоянный тоскливый поиск себя, от которого спасала только смерть! Спасала всех, кроме меня, и после этого ты смеешь меня обвинять?!

— А как тебя называть, палач моего народа?! Когда-то меня называли Жузниарисса Прекраснокрылая, а мои подданные были совершенны, как я тогда. А сейчас эти застрявшие в паучьей форме существа даже не помнят нашего величия, а я утратила крылья и застряла между двумя обликами! — пронзительно взвизгнула женщина и сжала шипастые кулачки на всех шести руках. — Мы первые пришли в этот мир и предстали перед проводником! Мы и только мы имели право на использование межмировых троп и сотрудничество с их открывателем!

— Лайрсканы всегда были сильны. По праву силы только мы могли взять проводника под защиту и сделать межмировые тропы достоянием нашей расы и мира!

Пуговкина с открытым ртом смотрела, как два невероятнейших существа делят то, что им никогда не принадлежало, и даже великая жертва сородичей их не образумила.

— Вы?! — Жузниарисса неожиданно задрожала, и воздух заволокло фиолетово-сиреневой паутиной, в которой всполохами сверкали разряды. — Да вы упустили проводника! И именно из-за вас мы прозябаем на этом острове, как в тюрьме! Я даже не смогла связаться с материнским миром! И только появление этих людей и договор, который они заключили с магичкой, помог мне покинуть лесное узилище! Но тут опять появилась твоя рыбья рожа, и ты явно что-то замышляешь!

Ежов, который с интересом и некоторым злорадством наблюдал за недовольным злым Пляхбулем, не преминул вставить в разговор свои пять копеек, несмотря на подаренное оружие и почетное звание некровного брата.

— Конечно, замышляет! Прости, братан, но у нас с ней магический договор! Очень уж домой надеемся вернуться, — пожал он плечами на хмурый взгляд рыбочеловека. — А твоя идея забрать у Людочки кровь мне совсем не нравится. Так что я предпочитаю безопасность своей невесты братанию. Что до моих врагов, то, думаю, я и без моря лайрсканов как-нибудь с ними справлюсь.

— Кровь? Вы докатились до человеческих жертвоприношений в надежде открыть тропу домой? — Паучиха скрипуче засмеялась. — Как же низко пала ранее гордившаяся своим благородством раса. Теперь настоящим противникам вы предпочитаете юных дев.

— Глупая плетельщица, в ней кровь проводника! Это шанс все вернуть, и он мне нужен!

Темно-синие глаза русала засверкали, за спиной взметнулись крыльями щупальца, натянув тонкой пленкой радужные плавники, и заструилась, серебрясь и текуче всплескивая вокруг мужской фигуры, магия лайрсканов.

— Да уж… — Тихий голос госпожи Альданской прозвучал неожиданно и эхом разошелся по малому залу приемов, заставив всех вздрогнуть. — Вы, гости дорогие, почему-то забыли о хозяйке дома. Мне, конечно, было увлекательно узнать из ваших препирательств эту занятную историю, но придется вам выслушать и третью сторону, к слову не меньше пострадавшую. Сторону магов этого мира!

Пожилая дама опустилась на мягкие подушки дивана и сделала жест всем присутствующим последовать ее примеру. Она чуть прикрыла глаза, словно раздумывая, с чего начать, и перебирала свои многочисленные украшения, настраиваясь на разговор. Совершенно неожиданно для окружающих Юфимия вдруг с легкой усмешкой ткнула в сторону жующего кота, отчего тот замер, испуганно сглотнув.

— Наверное, началось все с таких вот зверьков, — негромко проговорила она. — Об этом говорят хроники семьи Эстерблисков, проводников, как все стали их называть. Маги нашего мира не знали других миров. Ходили легенды о богах, народах, ушедших в никуда, и могущественных существах, когда-то нас посещавших, но все считали это лишь легендами. Пока в семье Эстерблисков не родился мальчик со странным даром.

Госпожа Альданская легким взмахом руки подняла в воздух небольшой графинчик с изумрудной жидкостью и следующим жестом налила себе небольшую рюмочку. Оценивающе пробежалась взглядом по Люсе с котом, королеве жазотусов, лайрскану, устроившемуся в фонтане, и, решительно налив еще одну, протянула ее Константину.

«Дама хочет, чтобы ей составили компанию, — хмыкнул про себя Ежов, но счел, что отказываться не стоит. — Видимо, рассказ Юфимии будет не особо веселым, а одна рюмка для мужчины моей комплекции роли не сыграет».

Однако, выпив, Костик крякнул и, выдохнув, торопливо подцепил с сервировочного столика что-то съедобное.

«Мать твою... чистый абсент! И старушка проглотила его как водичку, даже не поморщившись!»

А тем временем Шавермур не выдержал паузы и намека на причастность его кошачьего племени ко всяким магическим неприятностям.

— Так причеум здесь коты? — подозрительно осведомился он у замолчавшей мадам.

— Коты? Ах, коты... — Дама нервно рассмеялась. — Сами коты тут ни при чем. Мальчик рос, и странным было то, что вокруг него внезапно появлялись всякие непонятные предметы. Что-то было полезным, что-то так и осталось ненужной диковинкой. А однажды у наследника появился необычный питомец, вот такой вот меховой зверек. И зверек разговаривал!

— Я тоулько тут говорю, — фыркнул кот и, выпустив когти, стянул с ближайшей тарелки небольшую тоненькую колбаску. Люся едва успела подложить салфетку на колени, чтобы нагло жующая морда не заляпала ей платье. — И моужет, это был не кот! Мало ли меховых зверей?

Хозяйка дома спорить не стала, а просто позвонила в колокольчик. Вместо ожидаемого лакея в зал пузатой тенью скользнул Клостус. Правда, при виде Жузниариссы и Пляхбуля толстяк побледнел, кляня себя за любопытство.

— Клостус? — Юфимия удивилась, но, впрочем, на данный момент ей было все равно, кому отдавать поручение. — Принеси-ка мне, голубчик, хроники семьи Эстерблисков. Полное издание с портретами. Оно на третьей полке седьмого стеллажа в библиотеке.

Опасливо косясь на гостей старухи и подозрительно щурясь на сидящего рядом с почему-то потемневшей блондиночкой странного мужика с зеленой растительностью на теле, босого и одетого как отшельник западных островов, Клостус бочком выскочил за дверь.

«Вот ведь память у старухи! — злился он. — Королеву в гости зазвала и еще кого-то. Видно, не из нашего мира! Неужто у нее вышло найти сердце острова? И ведь хроники не зря запросила! Родовой камешек, видать, не так прост, и что-то еще требуется. А я, значит, зря, что ли, стараюсь? Все переговоры с Чапис-Слоуками теперь бесполезны? Годы работы, интриг, слухов и планов! Нет, нет! Я еще поборюсь! Я еще вам устрою! Девка моя, и остров будет мой, и денежек вы мне заплатите! Я буду владетелем и спасителем! Ведь понятно же, что эта милашка тут замешана. Пока она не появилась, ничего не происходило!»

Клостус, словно раскаленное пушечное ядро, вбежал в библиотеку, вытирая платком лысину и красное от злости лицо. Он быстро нашел два тяжелых тома и, торопливо вытаскивая второй, умудрился уронить первый.

Книга открылась на картонных вкладках с портретами, и мужчина замер. С одного из изображений глазами Люси Пуговкиной на него смотрел русоволосый юноша с пушистым полосатым зверьком на руках.

«Хитрая тварь! — Кривая улыбка тронула губы толстяка. — Значит, остров и магия в руках глупой девчонки. Прекрасно! Неизвестная дева из исчезнувшего рода! Пожалуй, Юфимия, ты сегодня очень мне помогла! Помогла найти способ расквитаться с тобой за годы унизительной службы и возвыситься среди спесивых древних стариканов».

Клостус бережно поднял и закрыл книгу.

«Думаю, я совсем не против возродить исчезнувший род! Всего-то и надо, что обзавестись наследником с кровью Эстерблисков».