ГЛАВА 26

Севал

Оставив эту маленькую дрянь у входа, я сразу побежал далеко в горы. Туда, где мой рев никто не услышит. Одежда на теле превращалась в клочья, высвобождая рвущегося наружу зверя. Я держал его так долго, как только мог. Сейчас настает его пора. И я мчался, несмотря на растекающуюся в груди незнакомую жгучую боль, которая с каждым метром все усиливалась, призывая вернуться обратно. Кшарк! Через несколько дней поводок станет еще короче. Но пока могу, буду бежать, иначе сдохну от бешенства.

Громкий вопль сорвался с моих губ, которые быстро теряли форму, превращаясь в уродливую пасть. Из глотки вылетел утробный рык, отдаваясь эхом в высоких скалах, укутанных ночной прохладой. Отмечая мой путь, огромные когти оставляли рытвины на серых камнях. А вскоре я рухнул на землю, выгибая спину вверх, следя за растущими на ней шипами. Теперь я больше зверь, чем человек.

Стоя в ошметках одежды, я шумно дышал. Холодный воздух наполнял грудь, но даже он не мог остудить обжигающую ярость. Она требовала выхода, и я стал смотреть по сторонам. Мне необходимо на чем-то ее выместить. Но кругом ни души — лишь темнота и огромные серые камни. Схватил булыжник и швырнул его в сторону. Гулкое эхо разнеслось по окрестности, а вдогонку ему раздался мой яростный вопль. Мало! Бросил еще один. За ним последовали другие. Бесновался я долго, пока не смог хоть немного унять кипящую злость.

Какой же я придурок! Не сдержался! Зачем к ней полез? Знал ведь, что она опасна. Знал! Еще когда увидел серьгу, все понял. Но ничего не сделал. А нужно было сразу ее убить, чтобы даже вероятности так влипнуть не осталось. Но нет, не поверил до конца, пожалел ее! Кретин! С силой впился когтями в голову, царапая кожу. И что теперь делать?

Снова яростный рык разорвал мою глотку. Как?! Ну как она могла оказаться невинной? Невозможно! Почему не спросил? Зачем так спешил? Слишком был ослеплен желанием и страстью заполучить ее. А теперь поздно. Одна капля ее крови превратит мою жизнь на этой планете в ад. Мои планы сейчас под угрозой. И все из-за этой маленькой гадины.

И даже голову оторвать ей уже не могу, хотя ой как хочется. Не будь мы заперты на крохотной планетке, я бы все исправил. Но здесь это невозможно. Единственный способ — держаться от нее подальше на сколько хватит сил. И хорошенько поразмыслить, каким образом я могу от нее избавиться. Упаси меня Вселенная от того, что будет, если эта мерзавка все поймет. Даже думать о таком исходе не хотелось.

Сорвался с места и снова побежал, не разбирая дороги. Я сдирал до крови об острые камни кожу на ногах и руках, но не замедлился. Вспоминал давно забытые ощущения. Почти семь лет я обходился без полной трансформации, и сейчас сила в теле кружила голову, даря чувство вседозволенности. Через пару часов это пройдет, но лучше скинуть ее излишки, чтобы легче было возвращаться к нормальному виду.

Сам не понял, как снова очутился у озера. С разбегу прыгнул в горячие воды, стараясь не вспоминать, что я делал здесь еще не так давно. Попытался успокоиться. Как бы ни было тяжело, нужно возвращать человеческий вид. Приготовился к неминуемой боли и сконцентрировался.

Она пришла не сразу. Вливалась в меня неспешно, заполняя отдельные части тела. Вначале мелким искрами пробежалась по рукам и сосредоточилась в области шеи. Крепко сцепил зубы, направляя ее выше. Кости лица хрустели и уменьшались в размере, вынуждая открывать рот в беззвучном крике. А затем сильный взрыв боли внутри черепа — и все успокоилось. Теперь лишь легкий дискомфорт и онемение кожи напоминали о приступе.

Но это было только начало, и я сцепил зубы, ожидая новой волны. Пытаясь сконцентрироваться на нужных участках тела, я стирал клыки в попытках подавить истошный крик. Но когда стали преображаться кости и насквозь прожигающая боль застилала глаза, я не сдержался и завыл, как раненый зверь.

Время перестало для меня существовать. Я был вне его, полностью отдавшись этим мучительным ощущениям. Впав в бессознательное состояние, я не сопротивлялся. Это не поможет, все равно боль возьмет свое. И я поплыл по ее течению, мечтая лишь о том, чтобы не захлебнуться.

Камни неприятно холодили голую кожу, и я с трудом приподнялся. Опираясь на уже человеческие руки, медленно встал. Не обращая внимания на острые осколки, которые впивались мне в голые ноги, двинулся в сторону лагеря Остоса. Позади раздался знакомый рык, и я слабо улыбнулся. Асту. Нашла меня, умница. Взобравшись на нее, пустил ее бегом. Слишком прохладно. Несмотря на свои природные склонности терпеть холод, я все равно рисковал замерзнуть.

С удивлением огляделся по сторонам и понял, что смеркается. Получается, в таком состоянии я провалялся почти сутки. Взглянул на левую руку и не увидел уже привычных когтей.

Потрогал голову и равнодушно отметил, что и уши исчезли. Теперь меня не отличишь от обычного человека. Эта новость не вызвала во мне ни капли радости. Все мои мысли занимала проблема в лице Риноры. И она требовала немедленного решения. Иначе через пару недель будет совсем туго.

Невероятно, что именно здесь меня настигло проклятье генома ишхара. Не забытое мутантами, но уже почти нигде не встречающееся. Шансы познать его спустя столько времени были просто ничтожны. Но вот посмотрите-ка на меня. Умудрился подцепить его в самом невероятном месте во вселенной. Словно сама моя жизнь притягивает неудачи. Только вот я не согласен мириться с таким положением дел, и обязательно что-нибудь придумаю.

Если кто в лагере Остоса и удивился моему экстравагантному виду, то никак не отреагировал. Спешивший навстречу Остос словно и вовсе не заметил, что я сижу на вану голым. Не поздоровавшись, он сразу заговорил:

— За территорией Чуна приземлился шаттл. Я отправил людей, но там уже был замечен Ликх.

Спустившись с Асту, я встал как вкопанный. Шаттл? Здесь? Сейчас? И это не грузовой транспортник, ведь ему еще не время. В голове сразу завертелись мысли и начал формироваться новый план.

— Когда приземлился? Известно, чей?

— Нет, но, возможно, на орбите корабль. Пока других данных нет.

Сорвавшись на бег, я помчался за одеждой. А уже через пару минут в спешке собирал своих людей. Нельзя упускать такой шанс.

— Остос, ты остаешься. Я вернусь, и обсудим положение, — раздавал я команды на ходу. — Забери из шахт ту девушку-механика. Только осторожно, не навреди. Посели ее в мои комнаты, и пусть Том от нее не отходит ни на шаг. Она не должна покидать лагерь.

Остос сплюнул, но согласился. Мне сейчас не до его переживаний, я старался уехать, пока ещё могу. Кто знает, что будет со мной через пару дней? Слишком давно этого ни с кем из моего народа не случалось. И слава Вселенной, что это было так. А я справлюсь!