ГЛАВА 31

Ринора

Силы брались словно из ниоткуда. На руках уже появились огромные волдыри, но я усиленно гребла веслами, повторяя про себя, что мне нужно его убить. Иначе я не смогу дальше жить, зная, что эта тварь еще дышит. Лодка нехотя скользила по глади озера. Я выбрала самую маленькую из стоявших у берега, но после часа гребли руки начали отниматься. Ничего. Осталось немного. Вдалеке я уже отчетливо видела серые камни. Насколько я помню, где-то здесь должна быть тропинка.

Слегка пошатываясь, вытащила лодку из воды и плотнее запахнула куртку. Шапку я забыла в лагере Остоса, поэтому лишь покрепче перевязала волосы и накинула капюшон. Осмотрелась по сторонам и, определив взглядом нужное направление, смело вступила в утренний лес. Сейчас мне не было дела до красоты деревьев, окутанных серебристой росой, словно крохотными драгоценными камнями. В моей голове бесконечно проигрывали картины смерти Севала. Ярость застилала глаза и заставляла с силой сжимать челюсти.

Как дошла до лагеря, даже не помню. И только заметив редких ранних жителей, снующих по своим делам, поняла, что безоружна. Я была готова задушить Севала и голыми руками, но вряд ли он не станет сопротивляться. Подумав, направилась в сторону большого строения, где раньше видела Миро и бывшего соседа по камере. Там явно мастерские — найду что-нибудь подходящее.

Дверь оказалась не заперта. Сквозь высокие проемы свет попадал на заваленный стружкой пол. В нос ударил запах местного дерева: сырость, смешанная с орехом. Мне нравился этот аромат, но наслаждаться им у меня не было времени. Внимательно осмотрела тянувшиеся по всей длине здания массивные столы с раскиданными на них инструментами. Выбрала себе небольшой острый нож, легко нырнувший мне в рукав, и выскочила наружу.

И тут же столкнулась с Миро. Узнав меня, он опять натянул на лицо мерзкую улыбку.

— Прочь, — прошипела я, толкая его в плечо.

— Ты слишком много о себе мнишь, маленькая дрянь, — зло выплюнул он, хватая мою руку. — Неужели шахтеры лучше, чем я? Отвечай!

И он с силой встряхнул меня за плечо. Ведомая яростью, я как будто озверела. Фурией вырвалась из захвата и ударила его в самое незащищенное место. И сразу же рванула прочь. Меня не трогали обидные слова. Это лишь шум, который отвлекал от дела, которое набатом стучало в моей голове: должна убить Севала!

Не обращая внимания на доносившийся сзади крик Миро, я неслась к пещерам.

— Держи ее! — звучало мне вслед.

Шедшие впереди меня две женщины обернулись. Одна из них, услышав крик Миро, бросилась мне наперерез. Лицо Алайзы перекосило от злобной улыбки, но я уже не могла остановиться. На полном ходу подпрыгнула и ударила ногой в ее живот, чудом не упав следом. Алайза упала на землю, согнувшись пополам, а я секунду боролась с желанием пнуть ее. Не стала. Время дороже. И я снова побежала вперед.

У пещер увидела мужчину. Тот самый, у которого я пыталась найти волосы, находясь в дурмане. Вроде, он помощник Севала. Резко затормозила и, успокаивая дыхание, спросила:

— Где Севал?

— И тебе привет, — пробурчал он. — Сам бы хотел знать. Несколько дней его не видел.

— Его здесь нет? — недоуменно переспросила я.

— Нет, а что нужно?

— Ничего, — произнесла я одними губами.

В растерянности стала осматриваться по сторонам. Но Том ведь сказал, что он уехал сюда. Дурак! Вечно все путает. Разумеется, Севал в шахтах! Где ему ещё быть? Ругая Тома на чем свет стоит, побежала обратно в лес, не обращая внимания на раздающиеся сзади крики Миро.

— Стой, дрянь!

Я лишь прибавила ходу, надеясь затеряться в лесу. Похоже, Миро сильно обиделся на меня. Оглянувшись назад, заметила вдалеке его фигуру. Не догонит. Злобно улыбнулась и сделала еще пару шагов, прежде чем врезалась в стену. Именно такое ощущение у меня и сложилось. Но свою ошибку я поняла быстро, стоило лишь грубым рукам зажать мое тело в тиски.

Подняв взгляд, увидела жуткую ухмылку, преследующую меня со дня высадки. Улыбка предвкушения. Маньяк! Страх перед этим человеком слегка остудил мою ярость, и я усиленно задергалась, пытаясь вырваться. Но быстро поняла, что не смогу этого сделать. Накрыла липкая паника, и я попыталась успокоиться.

— Молодец, Жак, — задыхающимся голосом сказал Миро, останавливаясь около нас. — Пошли-ка проучим эту дрянь.

Махнув послушному Жаку рукой, он направился в сторону от основной дороги. И вскоре мы оказались на небольшой поляне.

— Давай так, Жак, — начал Миро, осматривая меня масляным взглядом, — сперва я научу эту шлюшку ценить мужское внимание, а потом оставлю ее тебе. Можешь делать с ней все, что захочешь? Абсолютно все. Понимаешь?

От его слов замутило от ужаса. Я столько времени уходила от неизбежного, и сейчас не верилось, что оно меня настигло. И что значит «абсолютно все»? Какие пристрастия у Жака? От страха задрожали ноги, а руки отнимались: настолько сильно их сдавил маньяк.

Ответом для Миро было довольное хмыканье, и, прежде чем я успела сообразить, меня швырнули на землю. Понимая, что это мой последний шанс, я выхватила из рукава нож и резанула Миро по лицу. Сильная пощечина отбросила мою голову в сторону, на момент лишая зрения. В глазах расплылась чернота с яркими вкраплениями искр. Руку заломили, и нож выскользнул из моих пальцев. Ублюдки!

— Вот тебе и ножичек, Жак, — мерзко хохотнул Миро.

Я видела, как тот в ответ оскалился. Помотав головой, он отшвырнул от себя мой нож и достал свой. Большой, острый, слегка изогнутый. По тому, с какой любовью этот ненормальный смотрел на него, я поняла, что значит «абсолютно все». Живой мне не вырваться.

Я потеряла надежду освободиться, осталось только кричать. Мой резкий крик нарушил тишину утреннего леса. Мучители вздрогнули, и Миро зашипел:

— Заткни ей рот!

Успела крикнуть еще раз, пока губы не накрыла грязная ладонь. Она неприятно пахла и с такой силой вдавливалась мне в рот, что я чувствовала ее солоноватый привкус. Снова стала вырываться, когда мерзкие руки потянулись к пряжке ремня и, расстегнув ее, захватили пуговицу.

Слезы отчаяния, злости и беспомощности застилали глаза. Сквозь них я с ненавистью смотрела на довольное лицо Жака, который, ухмыляясь, следил за действиями Миро. Чтобы вы сдохли, твари! Закрыла глаза, не желая видеть их мерзкие рожи.

Пуговицы на моих штанах Миро расстегнул быстро, и я почувствовала, как его холодные пальцы забрались под пояс и потянули их вниз. Я скрипела зубами, стараясь вырвать ноги из захвата. Плечи и руки надежно фиксировал Жак. Но я ждала момента, когда кто-нибудь из них немного расслабится. Сделаю новую попытку. Не сдамся.

Утробный рык заставил вздрогнуть всех. Распахнула глаза и увидела, как массивная туша Жака заваливается назад. Серой молнией огромное звериное тело метнулось к нему. Повернув голову, я увидела разорванное горло. Жалости не было. Нахлынуло облегчение и радость. Видя его предсмертные судороги, я хотела только одного: чтобы они продолжались как можно дольше. Сдохни, тварь.

Подскочила с земли и рассмотрела огромного серого зверя. Сразу узнала его. Дарик. Неужели это он? Я судорожно приводила одежду в порядок, а Дар уже кидался на Миро. Но мое внимание отвлек неожиданно появившийся всадник. Он быстро приближался с другой стороны поляны.

Севал. Ярость вспыхнула во мне с новой силой, и я не сводила с него взгляда, не замечая, как мой Дарик все сильнее сжимает горло Миро, пока тот окончательно не обмяк. Бросив его на землю, Дар встал рядом со мной. Я смотрела только на Севала, который с перекошенным лицом подбежал к Миро.

Рухнув на колени, он безуспешно пытался найти у него пульс. Стон боли вырвался из горла мужчины, сжимающего в объятиях мертвое тело. И это лучшее, что я слышала за последние сутки. Этот звук теплой волной прошелся внутри, немного уничтожая холод, сковавший меня после смерти папы.

Мне было все равно, что Миро умер. Я наслаждалась болью, которую сейчас испытывал Севал, потерявший приемного сына. Пусть он мучается! Я хотела, чтобы он познал горечь и отчаяние, что разъедали меня изнутри.

На моем лице непроизвольно расплылась улыбка-оскал. Вцепившись в шерсть Дарика, я смотрела, как мужчина медленно поднимается. Его звериный взгляд, наполненный ненавистью, должен был меня испугать. Но нет! Он доставлял мне истинное удовольствие. Я хочу, чтобы ты страдал. Больше, еще больше!

— Ты могла его спасти, — голос Севала был глухим, наполненным горечью.

— Как и ты моего отца, — произнесла я с ненавистью.

— Идиотка, — прошептал он, закрывая глаза и шумно втягивая воздух сквозь сжатые зубы. — Ты только что убила будущее всей планеты.

Он тяжело дышал, пытаясь успокоиться. Но вдруг резким движением выхватил из-за пояса топор.

— Я убью твоего зверюгу!

Решимость и ярость жили в горящих глазах. Он медленно двинулся в мою сторону. Рык Асту заставил его немного затормозить. Мать защищала своего ребенка, но Севал посмотрел на нее долгим взглядом и продолжил свой путь.

— Стой! — закричала я, вставая перед Дариком. — Пошел прочь!

Я не дам ему убить еще и моего вану. Никогда! Лучше пусть меня убьет. И я снова заорала, повторяя приказ. Лицо Севала перекосило, словно от нестерпимой боли. Он попытался сделать ещё шаг и вдруг рухнул на колени. Недоуменно посмотрела на него, не понимая, что происходит. Я ведь ничего не делала, лишь кричала.

Севал протяжно застонал и резко встал, выпрямившись во весь рост. Взгляд странный, словно смирившийся с чем-тo. Постоял немного и, не поднимая топора, пошел в обратную сторону. Изумленно посмотрела ему вслед и крикнула:

— Забери своего сына, Севал.

Не произнеся ни слова, он развернулся и двинулся к Миро. А меня начали мучить догадки, и, чтобы проверить их, я резко приказала:

— Стой!

Он встал как вкопанный.

— Сядь!

Снова полное послушание. Нехотя, но он сел на холодную землю. Минуту я отходила от глубокого изумления, а потом засмеялась в голос. Истеричный смех распирал меня, и я никак не могла остановиться. Ну что за бред. Севал слушается, словно верный пес. Да такого просто быть не может. Но вот, полюбуйтесь, сидит и зло смотрит мне в глаза. Умора!

— Ответь, Севал. Ты выполняешь мои приказы? — еле смогла выдавить я из себя, безудержно смеясь.

— Да, — выплюнул он.

— Это с чего мне такие преференции?

— Долго объяснять, — процедил он сквозь зубы.

— А ты постарайся покороче, — сказала я, все еще смеясь.

— Я потомок выведенных столетия назад мутантов: охранников, не умеющих предать или ослушаться. В моей крови геном ишхаров — самых верных животных во всей галактике. А ты, судя по всему, потомок хозяина одного из моих предков.

— Чушь. Все твоя мерзкая серьга. Уверена, это она на меня как-то повлияла.

— Нет. Она лишь показывает, опасна ли для меня твоя кровь. Чем ярче цвет серьги, тем больше влияние хозяина.

Ухмыльнулась, вспомнив яркий фиолетовый камень. Похоже, Севалу со мной ох как не повезло. Видя мою улыбку, Севал сцепил зубы и пронзил меня убийственным взглядом.

— То есть серьга мне не навредила?

— Я не знаю. Ее носят жены мутантов, в ней капля крови супруга и что-то еще. Я не разбирался. Если ты носила недолго, то, наверное, ничего не должно было измениться.

Просто отлично. У меня что теперь тоже могут вылезти клыки? Мерзкий мутант. Всмотрелась в лицо мужчине, и в голове снова вспыхнул образ отца. Стоящий передо мной мерзавец не достоин жизни.

— Убей себя, — приказала я холодным тоном.

Он молча достал из-за пояса кинжал и поднес его к горлу. Его рука дрожала от напряжения, он сопротивлялся. Капля крови заскользила по мускулистой шее. Я смотрела на нее в упор и боролась сама с собой. Часть меня желала его смерти до скрежета в зубах. А вторая кричала, что я и так много вины взяла на свою душу. Уже не отмыться. Она дергала меня за руку и жалобно пищала: «Останови его!». И я не выдержала.

— Стой! — приказала я.

Он убрал нож и облегченно выдохнул.

— Ты мне противен. И даже в роли ручной собаки ты мне не нужен. Никогда не подходи ко мне. Ты свободен, псина.

Последнее слово я выплюнула ему в лицо и, вскочив на своего Дарика, направила его куда глаза глядят. Сейчас я хотела побыть одна. Мне нужно успокоиться и подумать. Прижалась лицом к теплой шерсти вану и прошептала сквозь слезы:

— Спасибо, милый!