Глава 7

Александр После слов девочки смотрю вслед пропадающему вдали минивэну. Малышка думает, что именно в этой машине ее мама? – Таких машин полно, – поясняю ей. – Мало шансов, что в этой везут твою маму. – Нужно догонять! – командует Василиса, не слыша меня. – Быстлее! Быстлее! Мы их сейчас догоним! От эмоций несколько раз хлопает ладошкой по металлическому корпусу тачки. Не хочется малявку обламывать в ее надежде на скорое спасение мамы. Но придется. Вздыхаю. – Даже если мама там, догнать в ближайшее время не получится. У нас проблема. – Плоблема? – нахмуренная девочка выбирается из тачки. – Увы! Эти придурки колесо прокололи, – от досады слегка пинаю сдутую резину. Василиса надувает губки, сердито хмурит бровки. И тоже пинает маленькой ножкой колесо. А потом пинает песок в сторону уехавшей машины с гневным криком: – Плидудлки! И кулак показывает. Вот же злобный хомячок. – Ты озверин, что ли приняла? Чего такая грозная как тушканчик? – качаю головой. – Я не тушканчик. Я толпеда! Вжух и БАХ! – хлопает ладошкой о кулак. – Да-а, шутить с тобой точно не стоит, – угораю с нее. – Да! Шутки со мной плохи! – мои слова воспринимает всерьез. – Нужно новое колесо. – Дельный совет, – хвалю мелкую за сообразительность. И уже двигаю в сторону багажника. – Надо с длугой машины снять, – тут же предлагает пигалица. – Вон, там их много. Стоят, не едут. Указывает на парковку у кафешки. Кхе! Сама простота. – Эти колеса не подойдут, – хмыкаю. – А у глузовика? – теперь палец девочки направлен на заворачивающую к заправке Газель. – И от этой колеса не подойдут. Видя, как Василиса глазами выискивает еще «подходящие» колеса на других машинах, спешу ее успокоить: – Не переживай, у меня есть запасное. Сейчас поменяю. – Ну, так меняй! – всплескивает руками от негодования. – Чего стоишь? – Стою и думаю, – делаю задумчивый вид, тру пальцем подбородок. – Может наглого бешеного хомячка по имени Вася запихнуть в багажник вместо запасного колеса? – Мм! – в ответ резкое мычание. Василиса отворачивается от меня, обхватив себя руками. Бурчит негромко. – Я тогда сломаю твою машину и вылечу из багажника. Когда уже вытаскиваю из багажника запаску, слышу обиженное: – А ты Шула. – Кто? – смотрю на девочку непонимающе. – Кто-кто?! – передразнивает повернувшись. – Шула! Сопоставляю неспособность девочки выговаривать «р». Ага, Шура значит. Потом представляю это имя в разных вариациях, и меня пробирает смех. – Чего смеешься? – с подозрительностью интересуется Василиса. – Смотрела фильм «Кавказская пленница, или новые приключения Шулика»? Девочка сначала смотрит на меня непонимающими глазами, а буквально через мгновение начинает хохотать, держась за животик: – Шулика! Как Жулика! Ах-хаха! Замена колеса проходит под непередаваемые попытки Василисы придумать еще что-нибудь смешное с заменой буквы. А потом приходится объяснять пигалице, почему мы сразу же не поедем догонять минивэн. Доказывать, что очень мала вероятность, что в той машине ее мама. – Но эта велоятность все-таки есть? – грустно спрашивает она меня. Но по тону понимаю, мне удалось ее убедить. – Повторяю – очень маленькая. Тем более, время обеда. Если я твою маму спасу и покажу ей твой голодный труп, мне она спасибо не скажет. – Ты, вообще-то, моложеное обещал, – напоминает. – И я выполню это обещание, – заверяю малявку. – Вот как только поедим, съешь мороженого столько, сколько в тебя влезет. – Ула! – отчаяние на лице мелкой, наконец, исчезает. Но перед тем, как идти в кафешку, загоняю тачку в шиномонтаж, что тут имеется по соседству с заправкой. Первое правило автомобилиста – поменял колесо на запасное, сразу мчись латать дырявое, чтобы было что поставить на замену, если что. Иначе, можно поехать по делам и, как будто специально, проколоть новое колесо. А замены у тебя нет. И тогда останется вызывать эвакуатор. Или находить того, кто твое колесо отвезет до ближайшей шиномонтажки, там его подлатают, и привезут тебе обратно. В общем, тот еще гемор. Пока будем обедать, нужно порасспрашивать пигалицу, кто, зачем и куда увез ее маму. Марина – Зря кушать отказалась, – качает головой Артур. – Ай-ай-ай. В ответ плюю на него. Жаль, промахиваюсь. – Урод! – цежу я в бессильной ярости. После моей последней выходки, меня связали. Моя малышка осталась одна! Ей всего шесть! Она же пропадет! И эти уроды не слушают меня, мои мольбы и уговоры. Не понимают, что маленького ребенка нельзя одного оставлять. Или им просто плевать. – Так нехорошо называть будущего мужа, – цыкает Артур. – Приедем, буду учить тебя уважать своего любящего мужчину. – Я тебе сто раз говорила! Не выйду за тебя! – шиплю. Артур сидит напротив в пассажирской части вместительной машины. На переднем ряду сообщники мужчины. Кричать, что это похищение, уже перестала. Артур уверяет, что по приезду познакомит со своим дядей, каким-то там полковником, его женой судьей и дочкой юристом. Они мне, мол, объяснят, что это ни капли не похищение, а просто семейные разногласия. – Мариночка, ты не можешь не выйти за меня, – театрально печально вздыхает мужчина напротив. – Я три года за тобой ухаживал. Очень люблю таких неприступных. И давно жажду такую «попробовать». Наверное, очень сладкая! Ха! На пошлость совсем не реагирую. Артур уже достал своими намеками. – Это не ухаживания были. А жалкие попытки убедить меня насколько ты крутой. А так же угрозы. И не любишь ты меня. Хватит ломать комедию! Тебе, вообще, не я нужна! Выплеснув все это, облегчения не чувствую. Меня просто корежит от осознания, что где-то там моя малышка осталась одна.