Глава 6

Александр Да, какого?! Что за придурок за рулем этой тачки? Чего ему надо? Водитель черной немецкой машины продолжает прижимать меня, заставляя сбавлять скорость. Быстро прокачиваю разные варианты. По идее, меня никто еще не должен был срисовать, среагировать и послать за мной. Есть, конечно, вероятность, что из-за инцидента с девочкой смогли узнать. Но, опять же, так быстро бы не среагировали. Значит, это кто-то, кто не связан с моими делами. Хотя, бывает всякое. Переднее пассажирское окно затонированной тачки чуть приоткрывается. Высовывается мужская ладонь с золотым браслетом. И машет, мол, тормози. Руку бы эту оторвать. Лицо в темном проеме не разглядеть. Желания останавливаться и с кем-то общаться нет никакого. Мне, вообще, ни до кого нет дела. – А чего дядя нам машет? – любопытствует повеселевшая Василиса. – Инвалидом торопится стать, – бросаю еле слышно. Но малышка, все же расслышала. – У инвалидов, говолят, пенсия выше, – замечает она задумчиво. – Вот этот дурик и спешит поправить свои финансовые возможности, – хмыкаю я. – Прошаренный. – Дулик? – хихикает девочка. Понравилось ей слово. Да, задолбал! Все же приходится тормозить, останавливаться. Тру лицо, пытаясь привести себя в чувства, успокоится, не натворить дел. Сейчас не время буянить, и посредством кулака прокачивать тупицам интеллект. А также прививать им инстинкты самосохранения, чтобы в следующий раз не нарывались, думали к кому лезут. – Проблемы? – открываю окно и, еле сдерживая себя, спрашиваю двух понторезов, что одели модные бредовые костюмы и нацепили золотые цепочки. Эти два придурка выбрались из своего немца и оценивающе разглядывают мой Мустанг. – Да, так… Тачка твоя понравилась, – с ленцой цедит тот, что вылез из-за руля, игнорируя мой вопрос. – Сколько лошадок? Хочется сплющить его физиономию о капот его немца. Мало того, что тормозил меня, так еще и время тянет. – Понравилась, купи себе такую, – раздраженно бросаю в ответ. – А лошадей у себя в аулах считай. – Ты чего такой не вежливый? – вперед выходит второй, тот, кто махал ладошкой из окошка. Лысый мужик, возраст которого маскирует густая растительность ниже носа. Широкая бородища дотягивается до груди. Наверное, чтобы компенсировать лысину. – Мы просто тачку смотрим. Братишке хотим на свадьбу такую подарить. Продаешь? – Нет, – отрезаю. – Это все вопросы? Уже собираюсь тронуться, но первый мужик встает перед капотом Мустанга. – Да, куда торопишься, братиш? – давит лыбу, а глаза продолжают смотреть оценивающе. – Мы, вот, к братишке своему едем. У него скоро свадьба. И нам некогда искать где-то такую тачку. А тут вот она. Словно специально подогнали на блюдечке. Сюрприз братишке сделаем. За сколько отдашь свою? – Я уже ответил, – бросаю я, борясь с желанием втащить придурку. И командую: – Отошел от тачки. – Гоняешь? – спрашивает водитель немца, вместо того, чтобы освободить проезд. – Чего? – не понимаю его вопроса. – Давай, погоняем, – предлагает. – Отсюда стартанем. Через пять кэмэ гостишка с кафешкой и заправкой. Будет финишем. Там у нас как раз братишка с ребятами и своей невестой на перекус остановились. Сделаешь меня, отпустим. Я тебя сделаю, отдашь тачку. Как раз братишке там и подарю. – Да, он ссыт похоже, – усмехаясь предполагает лысый бородач. – Давай, не сыкуй! Ха-ха! Погонять? На тачку? Серьезно? Им же обоим за тридцать. Может, и под сорокет. Так какого они тут устраивают? Великовозрастные малолетки какие-то. И отставать по-хорошему не хотят. Возможно, чувствуют за собой какую-нибудь силу. Например, есть свои знакомые органах, что прикроют их проделки. Если бы ни некие обстоятельства, сейчас бы навалял им и поехал дальше. Но могут и полицию привлечь. Лица красным ушлепкам не раскрасишь. Пожалуются или привлекут братишек. А после более крупной заварушки, органы точно подтянутся. В ином случае мог хоть к главе местного МВД в наглую ввалится. И заткнуть, если тот будет иметь ко мне претензии. А с этими придурками разобралась бы моя охрана. Даже общаться бы не пришлось. Но, увы. Обстоятельства сейчас иные. – Тачку не продаю. Гонять не буду. Я не подросток, – холодным тоном разъясняю самоуверенному придурку, что оборзел в край и облокотился на мой капот. – На слабо меня не возьмешь. Включаю заднюю передачу. Газанув, отъезжаю на пяток метров назад. При этом поднимаю пыль и роняю в эту пыль водителя немца, не ожидавшего моего манера. Выруливаю, и объезжаю ругающихся ушлепков. Надеюсь, они все поняли. Дай бог, чтобы у них не все мозги прокисли и они не начнут творить еще большую дичь. Василиса же подливает масла в огонь, когда машина, только набирая скорость, проезжает мимо понторезов. Высунувшись в окно, она им кричит напевая: – Эй, лысый дулик! – следующие слова поет смешным низким голосом при этом косит глазами изображая, наверное, чокнутого шимпанзе: – Я лысый! Я лысый! Приходится дотянуться до малявки рукой и дернуть на сиденье. А то выпадет еще. – Пристегнись, – бросаю ей. И когда только успела отстегнуться? Вообще, шустрая она больно. О чем с ней и делюсь, качая головой: – Ты что-то больно резвая как торпеда. Может, поспокойней себя вести будешь? – Толпеда? Что такое толпеда? – с интересом смотрит на меня пигалица. – Ракета такая, бомба, – поясняю. – Вжух, быстро, и ба-бах! Прямо как ты. – Клу-у-уто! – восклицает малышка. – Ула! Я толпеда! Мы как раз приближаемся к кафешке, про которую говорил водитель немца, когда его черная тачка нас догоняет. Этот придурок словно обезумевший, подрезает нас на скорости. При этом сам чуть не улетает в кювет. Приходится резко затормозить. Выхожу из тачки. Похоже, без мордобоя, которого хотелось бы избежать, не обойдется. Правда, выскочивших придурков сразу смущает мой рост и габариты. Явно, не ожидали. И запал их немного стихает. Уже не так резво ко мне приближаются. – Ты знаешь, на кого нарываешься?! – задрав подбородок, спрашивает водитель немца. Применять физическую силу он не решился. – Зря ты так, – поддакивает бородач. Замечаю в его опущенной руке, спрятанный в ладони блестящий металлом предмет. И, похоже, острый. Так. Дела приобретают не очень здоровый оборот. – Мне плевать на то, кто ты, – высказываю я, приглядывая за бородачом. – Плевать, кто за тобой стоит. Размажу любого. Смотрю угрожающе. Пусть видит, прямо сейчас их рвать буду. Разъяснять, что они сами не поняли, на кого нарвались, не вижу смысла. Бессмысленная мерка пипирками. – Смотри, братишка от кафешки уже отъезжает, – бородач указывает водителю немца на черный микроавтобус. – Не успели мы. – Из-за тебя! – тот обвиняюще тычет пальцем в меня. И даже кричит. – Теперь оглядывайся, понял! После его последней реплики приходится чуть увернуться от брызжущих из его рта слюней. – Давай догонять! – командует он бородачу. А из-за того, что я отвлекся, не успел заметить маневр бородатого. Зато характерный звук спускаемого из колеса воздуха сразу различил. – Твою! – ругаюсь я, поняв, что произошло. В руке уже убегающего бородача длинное толстое шило, которым он пропорол правое переднее колесо моего Мустанга. Придурки быстро садятся в авто и уезжают, пристраиваясь в хвост к микроавтобусу. Из окна выглядывает Василиса. Ее лицо очень взволновано. Девочка указывает на уезжающую вместительную машину и проговаривает: – Вот в такой мою маму увезли плохие дяди.