Глава 10

Александр В кафе с нашим появлением поднимается шум. И нет, шум не является восторгом к нашим персонам со стороны других посетителей. Весь шум создает Василиса. Она сходу бросается к стойкам с едой. – Это! Вот это! – проходя мимо витрины с предложенными блюдами громко перечисляет пигалица. – И вот это! Это! И это! Это тоже! Под ее юный перст попадают как порции с первым, так и гарниры с мясом и различные десерты. Мелкая постоянно оборачивается ко мне, чтобы удостоверится, что иду следом и слушаю ее. Умудряется на своем пути распихивать других людей, стоящих у стоек с едой. – И это хочу! Во! Это точно буду! – продолжает она. – Ты чего, как с дикого края? – угораю с нее. Очевидцам же, мимо которых прохожу, бросаю, мол, не обращайте внимание. И на всякий случай поясняю: – Одичалую из тайги вывезли. Вы ей, главное, в глаза не сморите. И уже подходя к Василисе ближе, замечаю: – Ты это все не съешь. – Съем! – уверяет меня, отмахиваясь рукой. Но тут же уточняет: – А ты чего? Плямо все, что я показала, хочешь мне взять? – Раз ты обещаешь, что все съешь, то мне не жалко, – хмыкаю, наблюдая за реакцией девочки. – ОГО-О! – громко удивляется мелкая, пребывая в полном восторге от моих слов. – Тогда я все белу! – И моложеное не забудь! – добавляет она после. – А я пойду нам место займу холошее! И сваливает куда-то к столикам. Слышал, что таких маленьких детей не стоит оставлять без присмотра. Но я за Василису совсем не переживаю. Думаю, переживать нужно тем, кто встанет у нее на пути. И когда я, таща первый из трех подносов с едой, иду к девочке, мои мысли подтверждаются. – Это МОЙ столик! – голосит на всю кафешку пигалица. – Девочка, мы его заняли, – нависает над девочкой мужчина средних лет. Рядом с ним дамочка того же возраста, что держит поднос с едой. – Мы сюда первые пришли. – Не было вас, когда сюда плишла я! – заявляет наглая мелочь, скрестив руки на груди и с вызовом смотря на мужика. Сама сидит на диванчике у довольно удобно расположенного столика, рядом с огромным окном. Самое зачетное место в этом заведении, на мой взгляд. – Слышь, ты… – закипает мужчина. – Ты проскочила и чуть поднос нам не опрокинула, когда мы уже подошли к столику! Иди, занимай себе другое место! Это наше! – ЩА мой папа плидет! Знаешь, какой он огломный и сильный?! – тут же грозится в ответ Василиса, набычившись, как нахохлившийся воробей. – Он тебе надает по пелвое число! При этом ручками вцепляется в столешницу, видимо, предполагая, что ее прямо силой начнут оттаскивать от выбранного места. Сразу добавляет, попытавшись зарычать: – Ллы-ы! У меня бешенство! Со вздохом опускаю полный поднос с едой на столик перед девочкой, сообщая: – Сырого мяса у них нет. Пришлось взять куриные голени. – Это ваша? – уточняет у меня ошарашенная женщина с подносом. Так понимаю, имеет в виду девочку. Киваю с обреченным видом. Женщина смотрит на меня с некой жалостью. И тянет супруга к соседнему столику. А мужчина спрашивает: – Откуда только такую буйную взяли? На что негромко отвечаю с видом, будто секретом делюсь: – В Челябинском заповеднике для особо опасных хищников. Внесена в красную книгу. И, на всякий случай, отойдите подальше. Возможно, действительно, заражена бешенством. – Лы-ы! – подтверждает малявка, услышавшая мои слова, показывая зубы. И уже мне довольно радостным и спокойным голосом: – Смотли, какой классный стол заняла! – Заметил. Как и остальные посетители, – заверяю ее и ухожу за следующим подносом. И я не вру. За инцидентом наблюдали все, кто находился в помещении. Василиса съедает почти все. Вот прямо запихивает, как не в себя. И что удивительное, в нее влезает. А перед тем как наброситься на мороженое, выбегает в пространство между столиками и начиняет танцевать под музыку, громко раздающуюся из открытых окон какой-то Лады на улице. – Смотли, я колесо умею! – кричит мне на всю кафешку. И сразу же исполняет трюк. Что могу сказать? Делает его неплохо. А то, что из нее после этого не вывалилось все то, что она в себя напихала, так просто, вообще, чудо. Да, и мебель в узковатом проходе не задела ногами. Пока Василиса ест мороженое она еще несколько раз вскакивает из-за стола и показывает, что умеет. То трюк покажет, то как-то по-странному изогнется, то некий «тренд» спляшет. Мне кажется, или посетителей в заведении прибавилось? Точно. Новые появились. А старые не спешат покидать кафешку. Все внимание людей устремлено на наш столик. Пигалице, правда, нет до этого дела. Ей, важно, рассказать и показать в красках и лицах, как кувыркнулся с велосипеда некий Витька. Трапеза, наконец, закончена. Перед отъездом, заправляю Мустанг. Когда иду расплачиваться, Василиса увязывается следом. В магазинчике заправки она останавливается у витрины с мягкими игрушками. И пялится не отрываясь, смотря на игрушки с восхищением. Даже благоговением. Когда оплачиваю топливо, подхожу, чтобы посмотреть, что мелкую так привлекло. Оказываюсь перед стендом какого-то бренда, где все игрушки выполнены в виде гусей. – Это сейчас самые модные игрушки! Все мечтают себе такие купить. А Машке родители купили не настоящую. А это настоящие. Глядя на мечтательные глаза девочки, решаю сделать ей приятное. Может, в машине потом спокойнее будет ехать. – Выбирай, куплю. – Плавда?! – Василиса даже не сразу верит мне. Приходится несколько раз подтвердить, что не прикалываюсь над ней, что и, правда, куплю. Тут есть разные гуси. Есть Гусь-обожрусь в виде огромного мягкого шара с вытянутыми из него лапками, крыльями и головой. На пузе имеется скрытая молния. Там большой карман, куда можно напихать всякого. Есть Гусь-обленюсь – просто большая вытянутая и очень мягкая игрушка. На ней только спать и никуда не вставать можно. Тут, вообще, каких только гусей нет. Можно было подумать, что Василиса выберет что-то подходящее для девочки, например гусь, что тянет губы в поцелуе, или держит в руках сердце. Но я совсем не удивляюсь, когда пигалица выбирает совсем иное. – Его! – указывает малявка на игрушку. И это – Гусь-долбанусь. Где-то полметра длинной. Лапки из нескользящего материала в виде рукоятки, чтобы можно было удобно держать. Тело, как у обычной мягкой игрушки, только совсем небольшое. Очень длинная шея болтается и разгибается, как упругая пружина. А клюв на голове довольно большой, затупленный, выполнен из губчатого материала. Предназначен, чтобы им били. А удары клювом сопровождаются забавным громким звуком. То ли «ГА!», то ли «КРЯ!». Когда выходим из магазина, Василиса сообщает, помахивая гусем, как кувалдой: – Все, хана дядям, что маму похитили! Буду их бить! Пощады пусть не плосят! Сказано довольно громко. Поэтому не удивительно, что несколько прохожих оборачиваются к девочке. ЧО?! – выкрикивает на ближайшего, тараща глаза. Спешу увести дикую подальше. Люди на заборе своих участков и домов таблички вешают с надписью: «Осторожно, злая собака». А мне, видимо придется на дверь машины крепить табличку «ЗЛАЯ ДЕВОЧКА! ОПАСНО ДЛЯ ЖИЗНИ! НЕ ВЛЕЗАЙ, УБЬЕТ!» Уже выезжая с парковки, замечаю, как по трассе в обратную сторону несется черная машина. Та самая, придурки из которой, прокололи мне колеса. Они тоже нас замечают. Пялятся в приоткрытые окна. – Плидулки! – помахивая гусем грозит им Василиса, за миг до того, как черная машина пролетает мимо.