Глава 38 · Мэдди

Когда мы спустились на первый этаж, нас встретила Райли.

– Привет, городская девчонка! Как поживаешь? – Ее взгляд поднялся к Харди, и глаза расширились от удивления. – Боже милостивый… Можно я к тебе прикоснусь?

– Рид, это моя двоюродная сестра Райли, – представила я.

Он вежливо улыбнулся, протягивая ей руку:

– Приятно познакомиться.

– Чертовски взаимно, здоровяк.

Она повернулась ко мне и одними губами произнесла: «Он такой горячий». Я покачала головой и прикусила губу, чтобы не засмеяться.

Райли, как и всегда, выглядела великолепно. На ней были черное платье-свитер длиной чуть выше колен и такого же цвета ботфорты на массивной подошве. Прямые светло-каштановые волосы, собранные в высокий хвост, спускались почти до талии. На лице – «лисий» макияж в стиле Беллы Хадид с идеальными стрелками, подчеркивающими красивые каре-зеленые глаза, которые ярко светились даже при слабом освещении гостиной. Райли младше меня на год. Ей было два, когда наши матери погибли. Нас обоих вырастили отцы.

К нам подошел Джейкоб, который, опустив голову, что-то сосредоточенно набирал в своем телефоне.

– Привет, Джейк, – поприветствовала его я.

– Мэдс. – Лишь на секунду он оторвал взгляд от светящего экрана и улыбнулся мне, завершив приветствие небрежным взмахом руки, полностью проигнорировав Рида.

Временами парень Райли практически сливался воедино со своим телефоном, напоминая персонажа сериала «Черное зеркало». Джейкоб был городским красавчиком, королем школьного выпускного бала и сыном владельца местной пивоварни. Высокий, мускулистый, с волнистыми темно-каштановыми волосами, карими глазами и большими амбициями.

Следом за Джейком в гостиную вошел дядя Эйб, оценивающе оглядывая Рида с головы до ног. На дяде были темные джинсы, коричневая рубашка в крупную клетку и стоптанные рабочие ботинки, которые он носил круглый год. Глубокие морщины вокруг его рта и глаз свидетельствовали о том, что этот мужчина любил смеяться, несмотря на трудности, которые периодически возникали в его жизни, как гигантские астероиды.

Когда он подошел ближе, Рид представился и протянул ему руку для рукопожатия.

– «Рокиз» или «Доджерс»? – прищурился дядя Эйб.

Харди усмехнулся, переглянувшись с моим отцом.

– Вопрос с подвохом? «Рокиз», конечно.

Дядя кивнул, принимая протянутую руку, а затем обнял Рида и крепко похлопал по спине:

– Добро пожаловать в нашу семью, сынок.

В отличие от папы дядя был фанатом бейсбола. Временами братья чуть ли не дрались, решая, какой матч будет транслировать плазма в баре. Эйб выигрывал чаще, потому что он старше и характер у него не такой мягкий, как у моего отца.

– О боже! Это что, Малыш Тэдди? – воскликнула я, с ужасом глядя на Ролло, который кровожадно вгрызался зубами в мою любимую детскую игрушку.

Пристыженно прижав хвост, пес выплюнул оторванную голову плюшевого медвежонка на ковер, а затем внезапно повалился на бок и закрыл глаза. Я испуганно посмотрела на Рида, но тот рассмеялся:

– Вставай, актер без «Оскара». Мэдди не будет тебя наказывать.

Ролло неуклюже перевернулся, поднялся на лапы и с недоверием покосился на меня.

– Слово скаута. – Я прижала ладонь к сердцу, присела, чтобы его погладить, и уже спустя пару минут пес вновь игриво мотался по дому, планируя новые преступления.

Рид помог отцу перенести из сарая в гостиную старый длинный стол, и мы с сестрой отправились на кухню за столовыми приборами и едой, чтобы его накрыть.

– Смотри. – Райли подняла руку, демонстрируя тонкое золотое кольцо с маленьким сверкающим камешком.

– Вы поженились? – ахнула я.

– Обручились! – подпрыгивая на месте от радости, воскликнула она. – А еще Джейка пригласили на стажировку в Нью-Йорк, представляешь?

– Вау! Вот это новости… Поздравляю, Райлс.

Ребята всю жизнь мечтали переехать в большой город, и я была чертовски рада за них. Даже несмотря на то, что Джейк никогда мне особо не нравился.

– Спасибо, – улыбнулась она, посыпая «Эгг-ног» в кувшине мускатным орехом. – Теперь твоя очередь. Что за история у вас с Ридом Харди? Вы встречаетесь?

Я открыла рот, но когда мозг попыталась сформулировать ответ, словарный запас внезапно откатился до уровня младенца.

– Э-э-э… Ну… – В горле пересохло. Я попыталась сглотнуть, но подавилась отрывистым кашлем, и Райли протянула мне стакан с водой. Сделав несколько глотков, я покачала головой. – Не знаю. Может быть. Скорее всего…

– Встречаемся.

Я обернулась и увидела стоящего в дверях Харди. Мое сердце затрепетало. Свободной рукой я заправила выбившуюся прядь волос за ухо, пытаясь скрыть нелепое волнение, и, отставив стакан в сторону, встретилась взглядом с Райли, которая с восторгом смотрела на меня.

– Неофициально, – промямлила я.

– Официально, – отрезал Рид.

– Оке-е-ей… – протянула Райли. – Пожалуй, оставлю вас двоих на минутку.

Она схватила со стола поднос с кейк-попсами, покрытыми красной, белой и зеленой глазурью, и, многозначительно мне подмигнув, вышла из кухни.

Рид оттолкнулся от дверного косяка, на который опирался плечом, и шагнул ко мне. Порочный взгляд Харди заставил меня переминаться с ноги на ногу. Наклонившись, он прижался губами к моему уху, и от его следующих слов у меня по спине пробежали мурашки:

– Как думаешь, минутки нам будет достаточно?

В следующую секунду ладонь Рида опустилась мне на шею и большой палец приподнял подбородок. Я приоткрыла рот от изумления, и он воспользоваться этим преимуществом, чтобы меня поцеловать. Полные губы захватили мои, раздвигая их и позволяя его языку проникнуть внутрь. Рид издал хриплый стон удовольствия, когда его руки скользнули ниже, сжимая мои ягодицы. Пытаясь удержаться на ногах, я вцепилась в его широкие плечи, которые были крепче, чем ствол многовекового дуба, и теснее прижалась к нему. Тепло от его ладони проникло сквозь тонкую ткань платья, касаясь кожи, и я почувствовала, как внизу живота разливается жар…

– Неужели я все-таки дождусь внуков! – раздался где-то рядом счастливый голос папы.

Мы с Ридом оторвались друг от друга, тяжело дыша и хватая ртом воздух. Я принялась поправлять волосы и платье, а он схватил со стола стакан с водой и разом осушил его.

– Не сомневаюсь в этом, – пробормотал Харди, и стоящий перед нами отец тут же расцвел от счастья.

В одной руке папа держал кружку с горячим сидром, а в другой – шапочку Санты, которую он протянул Риду со словами:

– Такой вот у нас праздничный дресс-код.

Рид бросил на меня полный паники взгляд, который говорил: «СПАСИ. МЕНЯ. НЕМЕДЛЕННО».

Но я лишь развела руками:

– У меня будут оленьи рожки.

Когда Рид вышел из кухни, чтобы по просьбе отца проверить в камине огонь, папа взял меня за руки и внимательно посмотрел в глаза, словно хотел убедиться, что я действительно счастлива с этим мужчиной. Моя нелепая влюбленная улыбка стала для него достаточным ответом.

– Единственное рождественское желание, которое я когда-либо загадывал, наконец-то сбылось, – тихо произнес он, поглаживая большими пальцами тыльную сторону моих ладоней.

– То есть единственное, чего ты желал, – чтобы я была с Ридом Харди?

– Нет, букашка. Чтобы ты была счастлива.

Мои глаза наполнились слезами. Охваченная эмоциями, я крепко обняла его, и мы простояли так до тех пор, пока дядя Эйб не вытолкал нас в гостиную.

Мы с Райли зажгли свечи, которые наполнили комнату теплым сиянием, создавая уютную, праздничную атмосферу, и все наконец расселись по местам. Папа тут же начал снимать нас на телефон, и я взволнованно посмотрела на Рида, который сидел рядом, но он, похоже, не возражал. Подмигнув, он обнял меня, прижимая к себе, и даже изобразил нечто похожее на улыбку в камеру довольному отцу. После чего между мужчинами завязалась оживленная дискуссия о хоккее.

Желтые огоньки гирлянд мерцали над каминной полкой, словно маленькие светлячки. Где-то на заднем плане играла рождественская музыка в стиле регги. На камине висели рождественские чулки, по одному для каждого члена нашей семьи, в которую до недавних пор входило пять человек: я, папа, дядя Эйб, Райли и Джейкоб. Но сегодня чулок было шесть, и все они оказались набиты до отказа. Беседа за ужином протекала непринужденно, все делились последними новостями из своей жизни и смеялись над старыми семейными историями. Праздничные закуски и пунш по папиному рецепту сделали свое дело – Харди наконец расслабился и перестал выглядеть как Терминатор.

Когда разговоры вновь свернули к хоккею и я заскучала, Рид опустил руку под стол и положил ладонь мне на колено. Его серые глаза светились, когда он смотрел на меня, как будто я была единственной, кто имел значение. Я опустила свою руку поверх его, переплетая наши пальцы… И вот оно: вспышка в сердце, быстрая, как удар молнии, от которой у меня перехватило дыхание.

Я люблю его.

Господи, я так люблю его.

Я до головокружения люблю Рида Харди.

И теперь, когда я призналась в этом самой себе, чувства намертво закрепились в моем сердце.

Рид взял с тарелки печенье-снежинку, откусил и провел языком по губам, чтобы поймать оставшиеся крошки, а я испытала легкое головокружение. Вчерашняя ночь промелькнула перед глазами калейдоскопом жарких воспоминаний. Слияние наших губ. Его покрытые щетиной щеки у моих бедер. Он внутри меня…

Боже правый.

Мне нужно освежиться.

Натянуто улыбнувшись, я встала из-за стола и направилась на второй этаж.

Когда я вышла из ванной комнаты, Рид ждал меня в коридоре, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на огромной груди.

– Все в порядке? – с беспокойством в голосе спросил он, глядя на меня как ястреб.

– Конечно. Почему ты спрашиваешь?

– Ты выглядела странно, когда вставала из-за стола. – Он легонько щелкнул пальцами по моим оленьим рожкам и рассмеялся. – Проклятие… Ты не должна ожидать, что я буду воспринимать тебя всерьез в таком виде.

Я закатила глаза.

– Сказал тридцатилетний мужчина в шапочке Санты.

– Мне двадцать девять, – поправил он, притягивая меня к себе за талию. – И я согласился на этот идиотский маскарад, только чтобы не обидеть твоего старика.

– Я ценю это.

Его серебряный взгляд скользнул по моему лицу, задержался на губах, затем опустился к глубокому вырезу платья и стал вулканическим. Он шумно выдохнул:

– Не могу дождаться, когда увижу, как это платье сползает по твоему телу.

Надежда вспыхнула в моей груди, освещая искрами сердце.

– Ты… останешься?

Скажи «да», скажи «да», скажи «да»…

– Черт, еще бы, – ответил Рид, прежде чем подхватить меня на руки и отнести в свою спальню.

Рождество всегда вселяет надежду, что твоя жизнь изменится к лучшему. И сейчас я в полной мере ощущала приближение этих перемен.