Глава 40 · Рид

Выйдя из дома, я на ходу достал из кармана брелок, направил его на свой черный внедорожник, и тот в ответ приветливо мигнул фарами. День отъезда выдался теплым и солнечным, словно последний подарок подошедших к концу праздничных выходных. На территории вдоль дорожек, соединяющих коттеджи с главным зданием, лежали высокие сугробы нетронутого снега, который приятно слепил глаза. Маленькие облака лениво дрейфовали по ярко-голубому небу. И казалось, что вся живность Маунтин-Бэй и его окрестностей собралась здесь, на переднем дворе, чтобы проводить нас в Денвер. Птицы чирикали без умолку, прячась в густых еловых кронах. Из мусорного бака слышался шорох: похоже, там прятался енот. Белки носились с дерева на дерево, ужасно раздражая Ролло, который, не прекращая лаять, рвался с поводка, чтобы составить им компанию.

Складывая вещи в багажник машины, я чувствовал себя гребаной Белоснежкой из старого мультфильма, благо только не пел. Мэдди все это изрядно веселило. Несмотря на расставание с отцом, она выглядела счастливой. И я испытывал странное возбуждение, видя ее такой и зная, что отчасти именно я был тому причиной.

Закончив сборы, я обошел машину и открыл для Мэдди переднюю пассажирскую дверь.

– Такой джентльмен, – поддразнила она.

– Всегда им был.

– Только не вчера ночью.

– Кто бы говорил! – Усмехнувшись, я усадил Ролло на заднее сиденье и направился к водительскому месту.

Снегопад прекратился еще вчера; дороги были расчищены. Пристегнувшись, я включил дворники, и они быстро задвигались, размазывая по лобовому стеклу накопившийся за ночь толстый слой инея.

Стоило мне завести машину и тронуться с места, как Мэдди залезла с головой в свою необъятную сумку, которую отказалась поставить в багажник вместе с остальными вещами. Зашуршала фольга. Повернув голову, я чуть не ударил по тормозам, увидев, как девчонка с завидным аппетитом вгрызается в горячий сэндвич. Почувствовав на себе мой взгляд, она заметно смутилась.

– Эй, я сегодня не завтракала.

– Я все понимаю, но почему у тебя сыр и бекон залиты шоколадом? – поморщился я. – Это извращение.

– Извращение? Парень, который бросает «Читос» в стакан с содовой, не имеет права читать мне нотации.

– Во-первых, это фамильный рецепт, переданный матери от ее деда. А во-вторых, это чертовски вкусно.

Зажмурившись, она по-детски завертела головой:

– Бла-бла-бла…

Весь оставшийся путь до Денвера Мэдди вместе с Ролло подпевала песням по радио, пересказывала мне сюжеты своих любимых сериалов, расписывала, чем Козероги отличаются от Водолеев и какие точки соприкосновения могут быть у Скорпионов и Близнецов. И вместо того чтобы скучать, я чувствовал себя расслабленным и счастливым. Больше невозможно было представить свою жизнь без ее милой болтовни.

К тому времени, когда мы въехали в Денвер, солнце успело скрыться за горизонтом. Первой остановкой стал дом, в котором жила Мэдисон. Но, заглушив двигатель на подъездной дорожке, я не спешил выходить из машины, чтобы открыть ей дверь.

– Может, поедем ко мне? Захватишь вещи, чтобы переодеться, а завтра я отвезу тебя на работу.

– Не могу, – грустно вздохнула она. – У нас на носу юбилейный номер. Мне дали задание написать для него статью. И не просто статью – настоящую бомбу. Уже через три дня она должна лежать на столе у главного редактора, а я даже не приступала к тексту.

– Значит, встретимся завтра? – Мой голос звучал разбитым даже для моих собственных ушей. Но что я мог поделать? Мне дико не хотелось ее отпускать.

Мэдди ненадолго задумалась, прежде чем расплыться в ободряющей улыбке:

– Я очень постараюсь, но ничего не могу обещать.

Оставив пса в машине, я проводил ее до дверей и помог внести чемодан с вещами. Затем остановился в проеме и притянул девчонку к себе. Зарылся пальцами в ее взъерошенные после шапки каштановые волосы и обрушился жадным поцелуем на мягкие губы. Наслаждаясь тихими стонами, я пытался впитать в себя как можно больше ее пьянящего вкуса, чтобы хватило продержаться до следующей встречи. Но уже знал, что это нереально.

– Рид, – задыхаясь, прошептала она, стоило мне ослабить хватку. – Тебе… тебе пора.

Не знал, что в такой мелкой пигалице столько силы. Она буквально вытолкнула меня за дверь, пообещав на прощание:

– Я тебе позвоню.

Пытаясь побороть разочарование и ослабить ощутимое напряжение в штанах, я еще немного потоптался на крыльце. Решив проветрить мозги, потянулся за пачкой сигарет, но та, как назло, оказалась пустой.

Спускаясь по лестнице, я услышал стук каблуков. Передо мной оказалась молодая блондинка в расстегнутом красном пальто, такого же цвета ботильонах, узких джинсах и сером кашемировом джемпере. Остановив взгляд на ее лице, я вдруг понял, что она мне чертовски кого-то напоминает…

– Рид? – нахмурила девушка красиво изогнутые черные брови. – Рид Харди?

– Мы знакомы? – устало поинтересовался я, чувствуя легкое раздражение из-за того, что пришлось задержаться.

– Короткая память же у тебя память, Мистер Хоккей. – Она продолжала улыбаться, но от меня не укрылась мелькнувшая в ее взгляде обида. Как если бы… я с ней спал? – Хорошо, я подскажу… Благотворительный вечер, устроенный Денверским музеем искусств. Мы обсуждали современную живопись, и ты предложил мне оценить картину, висевшую у тебя в спальне…

– Тара, – медленно произнес я, припоминая вечер полуторагодовалой давности, но не фамилию этой журналистки.

Впрочем, ничего удивительного. Я как страшный сон выбросил из головы наш хреновый секс и хреновые последствия, которые устроила мне эта сука в отместку за то, что я ей не перезвонил. Некоторые журналисты и сообщества феминисток до сих пор припоминают мне ее высосанную из пальца статью под названием «Несчастные женщины Рида Харди». Тогда как единственным, мать его, несчастным после секса с этим монстром был я.

– Так и знала, что вспомнишь. – Ее улыбка стала на сотню ватт ярче, а глаза пожирали меня, как раскрывшие пасть змеи, вызывая озноб. – Не думала встретить тебя возле своего дома.

Ну надо же. Какое совпадение – она коллега и соседка Мэдди. Дерьмовый вечер не мог стать еще хуже.

– Я опаздываю, – грубо бросил я, стараясь обойти блондинку, чтобы направиться к внедорожнику, но хрупкая рука схватила меня за локоть.

– Кстати, я вдруг поняла, что плохо разглядела ту твою картину. Не хочешь устроить мне еще одну экскурсию?

Тара медленно облизала пухлые губы и кокетливо захлопала искусственными ресницами. Точно так же, как в прошлый раз, когда она чуть ли не из платья выпрыгивала, пытаясь меня соблазнить. Но сегодня в отличие от того вечера в моем желудке не плескалась бутылка виски. Я брезгливо одернул руку:

– Прости, из меня хреновый экскурсовод.