Глава 45 · Мэдди

Месяц спустя

Панорама величественных гор Колорадо была захватывающей. Но в то же время я не могла представить себе ничего более устрашающего. Здесь, на высоте, ветер был сильнее. Пространство вокруг выглядело чистым и безупречным, как в первый день сотворения мира. Белоснежные склоны гор, усеянные толпами лыжников в ярких одеждах, издалека напоминали ванильное мороженое с разноцветной посыпкой. Роки были домом моего сердца. Они отняли у меня маму, но ее прекрасная душа все еще жила здесь. Ее присутствие, словно теплое одеяло, окутывало мои плечи.

Сняв перчатку, я вытерла слезы, которые без остановки катились по обветренным щекам, и вздрогнула, когда услышала скрип автомобильных шин по снегу. Обернувшись, я увидела, как красный полутонный пикап отца въезжает на вершину холма и останавливается рядом с моей «Хондой Цивик». Водительская дверь открылась и из нее вышел…

– Рид? – удивленно выдохнула я.

Харди медленно направился ко мне и, когда оказался достаточно близко, крепко обнял меня. Влюбленное сердце затрепетало в груди и пустилось вскачь, словно лошадь на ипподроме, когда поднимают шлагбаум.

– Что ты здесь делаешь? – сдавленно спросила я.

– Мне понадобилось время, чтобы взглянуть на некоторые вещи по-другому и наконец понять, что в этой жизни действительно для меня важно. – Его огромная ладонь легла на мою шапку, сильнее прижимая меня к нему. – Я сделал это, и поэтому я здесь. Рядом с тобой.

Счастье расцвело в моей душе, как пустыня, пробуждающаяся к жизни после длительнейшей засухи.

– Рид…

– Да? – спросил он, все еще сжимая меня в медвежьих объятиях.

– Я не могу дышать.

Харди рассмеялся, ослабляя захват, и, опустив голову, встретился со мной взглядом, в котором горел огонь, способный растопить весь снег на мили вокруг.

– Прости. Никак не привыкну к твоему крошечному росту. – Он протянул руку и смахнул снежинки с моих волос. – Ты подстриглась.

– И начала новую жизнь.

– Найдется в ней местечко для меня?

Какое-то время я хмурилась, все еще не в силах поверить, что Рид действительно здесь, но затем моя улыбка вырвалась на свободу.

– Грандиозный трон в покоях моего сердца подойдет?

Его лицо просияло.

– Миссис Голдштейн все мне рассказала. Про звонок Таре и про то, как стерва обманом вытащила из нее мою историю. Твой отец отвез меня к ней.

– Мой отец? – удивленно спросила я. – То есть ты приехал сюда, еще не зная всей правды? Не зная, что не я написала эту треклятую статью?

Рид пожал плечами.

– Я ехал к тебе за правдой. И так уж вышло, что я выяснил ее раньше, чем нашел тебя. – Он перевел дыхание и серьезно посмотрел на меня своими красивыми серыми глазами, которые имели надо мной больше власти, чем следовало бы. – Прошедший месяц выдался для меня по-настоящему паршивым, Мэдди. Мне казалось, что худшие времена моей жизни давно позади, но когда я осознал, что могу окончательно потерять тебя… – На мгновение его голос затих, а затем превратился в хриплый шепот. – Я больше никогда не хочу этого испытывать. Ты нужна мне. Рядом. Навсегда. Я хочу видеть тебя каждый день. Хочу просыпаться рядом с тобой и трахать тебя до бесчувствия каждое утро. Черт возьми, я не могу придумать ничего, чего бы хотел больше. И не могу представить, что захочу проводить каждый день до конца своей жизни с кем-то, кроме тебя.

Мое тело погрузилось в эмоциональный вихрь, сердце бешено забилось о ребра с такой скоростью, что стало трудно дышать. Мне пришлось несколько раз сглотнуть, прежде чем я обрела дар речи.

– Вау… Должно быть, Санта решил напоследок сотворить еще одно рождественское чудо и подарить ворчливому Гринчу сердце. Если бы я не знала тебя так хорошо, то подумала бы, что ты таким образом пытаешься признаться мне в любви.

Харди притворно поморщился:

– Давай по одному чуду за раз, ладно?

Рид провел пальцем по моему подбородку, с нескрываемым желанием наблюдая, как мои губы приоткрываются для него. Но когда он наклонился для поцелуя, я резко оттолкнула его.

– Ты и в самом деле спал с Тарой Парсон?

– Грешен.

– Скажи, что тебе не понравилось.

– О, это было ужасно, – ответил он, и я, не сдержавшись, рассмеялась.

Какое-то время мы просто смотрели друг на друга сквозь падающий снег. Снежинки опускались на наши лица и тут же таяли, соприкоснувшись с теплой кожей. Рядом с Ридом я чувствовала себя по-другому. В самом лучшем смысле этого слова. Мы безупречно уравновешивали друг друга.

Боже мой… Я думала, что навсегда его потеряла. И осознание этого медленно убивало меня день за днем. Когда я вернулась в Маунтин-Бэй, отец сказал мне, что нет более мудрого философа, чем Время, и если нам с Ридом суждено быть вместе, то Харди найдет в себе силы выбраться из своего непробиваемого хитинового панциря и во всем разобраться. И папа, как всегда, оказался прав.

– Я ушла из «БЛАЙМИ!». Теперь я нищая и безработная. Не лучшая партия для знаменитого хоккеиста-миллионера…

Рид на мгновение задумался, сосредоточенно сдвинув брови.

– Хм, наверное, ты права. Ладно, увидимся. – Он развернулся и зашагал в сторону пикапа, бросив через плечо: – Или нет.

Я ошарашенно уставилась на его удаляющуюся спину.

Что за…

– Стой, ты куда? – Я побежала за ним. – Хочешь, я буду тебе готовить? Много вкусной еды, Харди! Еще я могу выгуливать Ролло. Эй! А как насчет новых трюков в постели? Знаю, в это трудно поверить, но я могу быть очень изобретательна…

В этот момент дверь со стороны пассажирского сиденья пикапа открылась и воздух прорезал волчий вой. Из машины выпрыгнул Ролло, которого выпустил… папа?

– Привет, букашка! – Отец, улыбаясь, помахал мне рукой.

– Ты подставил меня! – ахнула я, толкая в грудь смеющегося Харди.

В следующую секунду Ролло врезался в меня как бульдозер, сбивая с ног. Теряя равновесие, я в последний момент успела схватить Рида за куртку, и мы вместе упали в снег.

– Домой без внуков не возвращайтесь! – прокричал отец, прежде чем сесть обратно в пикап и уехать.

– Обожаю твоего старика, – улыбнулся Рид, глядя на меня сверху вниз.

– Больше, чем меня? – спросила я, вытирая снег с его лица.

– Нет. – Его взгляд опустился к моим губам, и я задержала дыхание. – Ты дрожишь. Замерзла?

– Немного.

– Поехали домой, я тебя разогрею.

– Сначала скажи, что любишь меня.

– Больше чертовой жизни люблю, репортерша.

Рид опустил голову и поймал мои губы своими в медленном сексуальном поцелуе, от которого у меня моментально закружилась голова. Поцелуй был немного соленым от моих слез, но таким идеальным. Когда его язык скользил по моему, я ощущала правдивость всех его признаний.

Любить Рида Харди вряд ли будет легко, но я знаю, что этот мужчина того стоит. И что бы ни случилось в нашей жизни, мы справимся с этим. Вместе.