Глава 14. Такая разная любовь

Любовь бывает разная. К людям, к деньгам, к еде, к славе. Она многогранна и изменчива как ветер. Иногда это настоящее и глубокое чувство, иногда легковесная симпатия, а бывает болезненная страсть или сила привычки.

Пока Марья собирала хозяев замка неожиданным открытием на кухне, некоторым гостям приходилось непросто и было не до отдыха.

Кронов летучей мышью пытался затаиться на чердаке, но и там его под видом поисков предметов для игры нашли две озабоченные поисками мужа красотки. Теперь он сидел на балке перекрытия и, заткнув уши крыльями от мерзкого визга, с брезгливостью смотрел, как дамы выясняют отношения. Причем они уже не пытались прикрыть свою деятельность благовидным предлогом, а всерьез делили шкурку и состояние еще не пойманного, но вполне подходящего вампира-холостяка. Соперницы кружили под балкой как оголодавшие акулы, следя за вампиром и бросая друг на друга злобные взгляды. На чердачных окнах был слишком мелкий переплет, а дверь находилась за спинами милых крошек. Везло нашему профессору только в одном: жениться на двух сразу было невозможно. Девушки же не желали уступить добычу друг другу.

Неготовность вампира примерить на себя священные узы брака ни в коей мере не могла служить препятствием. Родители Кронова были вполне живы и давно мечтали понянчить внуков. Поэтому всё, что требовалось в данном случае демонессам, это отловить добычу, упаковать в постель и связаться с главой рода — для фиксирования прецедента и подтверждения брака. Брак, конечно, в данном случае был бы контрактный, и речи о любви в нем и полноценной семье бы не шло, но ребенка пара родить была бы обязана для продолжения славного рода Кроновых. Только вот разводов у демонов не предусматривалось, а вампир всё же надеялся встретить свою половинку, да и жить с такой темпераментной истеричкой, терпеть ее и ее родню, а главное, выступать в роли производителя он абсолютно не желал. Поэтому на балке сидела злая летучая мышь, а под ней караулили ссорящиеся дамы.

На кухне тем временем собрался заинтересованный народ. Главный повар с изумлением и раздражением разглядывал, как ему казалось, конкурентов. Сначала у него на кухне пропадали его шедевры, потом помощники, и стражу споили. На редкость подозрительные типы и вообще вредители!

А Абрахам наконец вспомнил, что, когда он был маленький, вечерами в гостиной детей встречал стол с разными сладостями, а его отец и дед доставали из плетеной корзинки те самые бутылки с узорами у горлышка. И все, смеясь и хлопая, говорили благодарности. Его тогда удивляло, что говорят просто в никуда. Мама объяснила, что не сказать — это сломать магию, тогда вкусняшки больше не появятся. А теперь это вот такие чудики. И ту магию творили они. А почему перестали? Ведь пытались благодарить и просить, но магия пропала. И никто не знал почему.

— Сами нас убрали!

— Ага, ага. Совсем убрали, запрятали!

— С кухни унесли наш домик, шкапчик наш пихнули в чулан и забыли! Ни запахов вкусненьких, ни сахарочку, ни пряничка!

— Ой, ничего, ничего! Тарелки красивые, цветные и пустые совсем. Ой, силы нету, и спали мы без сил.

— А ты помнил и не благодарил! — Кржемелек надулся. — Мы вона скока настряпали, и твои эти пили, и те ели! Уйдем обратно, спать! Несите в чулан, вы нам не рады, не благодарны!

— Ой, не благодарны! Несите… Я не хочу! Спать не хочу без сил. Вы благодарите, мы делаем! Будете?

— Да какой шкаф-то?! — у советника лопнуло терпение.

— И где помощники мои, прохвосты вы этакие?! — повар тоже нервничал, думая, как не лишиться работы из-за этих бесплатных поваришек.

— Нету хвостов у нас! А надо? Без хвостов не благодарят теперь? — Мимикры ничего не поняли и переживали только за отсутствие благодарности. — Вон тама шкапчик, там и тарелки яркие, и те большие-небольшие с ухами и без. Шкапчик как открыть, простой с тарелками, а для нас дом!

Наконец-то разобрались, что это тот самый старинный резной шкаф с посудой из змеелюдского стекла. Извлекли из него напуганных поварят. Впрочем, сразу сказав бедолагам, что они не виноваты и ругать их не будут. А уж когда повар выяснил, что, кроме вина и сладкого, эти пришельцы ничего не готовят, то подобрел и решил, что это станет изюминкой его замковой кухни.

Марию Спиридоновну больше интересовала такая зацикленность на благодарности.

— Так мы делали, за труд вот и благодарность. Нет благодарности — делать не радостно. Незачем.

— Ой, не радостно. Грустно — невкусно.

— Так, может, вам организовать поставки заказов? Вы письменные благодарности принимаете?

В Марье заговорило желание помочь и надежда не лишиться вкусняшек в академии.

— А мы бумаги не понимаем. А хотим, хотим!

— Ну я могу вам читать. — Зютек, напоминающий очень ушастого лемура, застенчиво улыбался.

— Ух ты, ага, читать. Благодарят — и читать. Бумагу складывать, спать на ней! Мягко и радости много! Вкусно-вкусно!

Советник тут же подхватил под руки Марью и повара, отводя их от стола с радостными мимикрами.

— Я надеюсь, вы понимаете, что за спасибо с замковой кухни ничего не поставляется? Благодарность — это хорошо, но и денежки счет любят. Для вас, Мария Спиридоновна, мы сделаем исключение взамен на молчание. А вы, Балотель, продумайте с управляющим коммерческий план поставок.

Вернувшись к столу, он взял бутылку с вином.

— Всегда мечтал попробовать, но, когда вырос, его уже не было.

Наслаждаясь вкусом нагретого солнцем сиранотского винограда с горчинкой и перечным послевкусием, демон прикрыл глаза и закинул в рот кругляш конфеты. Симфония вкуса и послевкусия вызвала море словесной благодарности и счастливые рожицы Кржемелека и Вахмурки.

А молча наблюдавшая за всем леди Серина представляла, как вместе с грандиозными десертами представит дамам «жутких монстров» леди Кло! Леди уже достала всех в замке, и только дальнее родство и должность ее мужа не давали возможности отказать ей в гостеприимстве.

Лейла с Мирандой в очередной раз просматривали список предметов.

— Штопальная игла. — Лейла посмотрела на напарницу. — В мастерской у Люсьера этих иголок полно, но как понять, какая из них нам нужна?

Миранда, сперва хотевшая объяснить, махнула рукой и сказала, что это она сама легко определит.

— Лошадь?! Это они серьезно? — Девушки удивленно разглядывали следующий пункт.

— Если учесть, что ищем мы предметы, а лошадь живая… — начала Миранда.

— То значит, сойдет любая фигурка лошади! Наши с Рахденом старые детские игрушки были на чердаке, мы там любили играть. — Легкий необычный аромат окутал девушку.

Если бы рядом стояла Марья, она сразу же узнала бы запах цветущих лип. Странно, что запах ностальгии по детству проявился именно так, ведь лип в этом мире не было.

— Дамы, у меня есть невеста! — Кронов пытался достучаться до двух хищниц. — Мы собирались пожениться!

— Невеста — не жена! — Одна из дам зазывно улыбнулась и облизала губы.

Кронов почувствовал себя бифштексом на тарелке у голодного тролля.

— Если оставила такого мужчину без присмотра, то сама виновата! — Его бывшая соседка по столу томно вздохнула. От глубокого вздоха содержимое декольте заходило ходуном, как морские волны.

Бедного вампира замутило, хотя он никогда не замечал у себя склонности к морской болезни.

Распахнувшаяся дверь чердака вызвала панику у всех троих. Дамы опасались увеличения числа конкуренток, вампир боялся того же и еще лишних свидетелей, которые могут принять сторону одной из дам, лишив его шансов на спасение. Использовать магию в чужом доме было нарушением всех приличий, да и дамы могли быть очень непросты. А обвинение в нападении точно закончилось бы свадьбой или магическим судом. Да и где на чердаке взять трупик, разве что муха где-нибудь в углу завалялась. Эти мух не испугаются.

Если Миранда с удивлением рассматривала открывшуюся картину, то Лейла всё поняла моментально.

— Дамы, я подам заявку на ваше исключение из игры! — заявила она опешившим красоткам. — Вам никто не должен помогать, а я тут вижу, вы с профессором консультируетесь. Это запрещено правилами!

— Но мы не консультируемся! — возмутилась одна.

Лейла вопросительно подняла бровь.

— Мы зашли сюда поискать, а тут профессор Кронов отдыхает в таком экзотичном виде. Просто нам стало интересно.

Кронов расправил крылья и несколько раз повернулся, демонстрируя себя в мышиной ипостаси.

— Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство, милые дамы.

Дамы, недовольные поворотом событий, закивали.

— Вас, профессор, Мария Спиридоновна искала. — Наконец и Миранда поняла, что тут не всё так просто.

— Если я узнаю, что кто-то пытается выспросить у прибывших с нами про игру и предметы, подам прошение на исключение, — еще раз предупредила Лейла. — Вам, профессор, нельзя помогать, поэтому ограничьте общение с играющими дамами, чтобы про них не решили, что они жульничают!

Радостный Кронов пушинкой вспорхнул со своего насеста и, галантно поклонившись, пообещал непременно общаться с дамами как можно меньше во избежание недопонимания.

— Пойду поищу Марию Спиридоновну и целителя Бяо, у нас есть еще пара нерешенных вопросов.

Вампир ушел. Дамы, надменно фыркая на возомнивших о себе слишком много девиц, тоже покинули ставший им неинтересным чердак. Каждая, считая себя умнее, уже прикидывала, как оказаться на балу спутницей вампира.

Лейла же, покопавшись в стоявших в углу сундуках, вытащила красиво раскрашенную каменную фигурку лошадки. Яркая эмаль с самоцветными вставками дорогой игрушки гномьего производства чуть облупилась, но главное — фигурка подходила как предмет по списку. Девушки, довольные собой, продолжили поиски.

С Марией Спиридоновной вампир столкнулся в одном из коридоров, она ведь так и не нашла порхающих где-то фей и Тимона. Раздумывая, где могут летать эти оживители пирожных, Кронова она поначалу даже не заметила, тот же, столкнувшись с девушкой, чуть снова не впал в панику, решив, что его выследили. Потом, поняв, что это подросток, облегченно выдохнул, а услышав знакомый голос и сообразив, кто это, всерьез обрадовался.

Марья и не предполагала, что вопросы брака у аристократов могут решаться так кардинально.

— А почему вы и правда не женитесь? — Возможно, вопрос был несколько бестактным для юной девушки, но для бабушки Маши нормален и интересен. — И спокойнее вам было бы. Можно же найти хорошую женщину, спокойную и понимающую.

— Да как-то не задумывался и не искал. В любом случае здесь и сейчас вряд ли найду, а на бал надо идти со спутницей. И у меня проблема, кого пригласить. Вы еще пока слишком юны, не комильфо. Азалию? Боюсь, что изобретательная месть Тимона будет отравлять мне жизнь не одно столетие… Мне же надо, чтобы местные дамы, видя меня со спутницей, не рисковали ко мне приближаться.

— А пригласите Манефу Ауховну. — Марья весело разглядывала скривившегося Кронова.

— О да, почтенная Манефа, конечно, отвадит от меня любую красотку, но, если слухи о том, с кем я хожу на такие мероприятия, достигнут моих родителей… Женят меня на первой попавшейся в момент.

— А если ее чуть-чуть омолодить, на время? Наверняка ведь есть что-нибудь подходящее. А потом, если что, скажете, что не могли отказать Манефе после того, как она так расстаралась над внешним видом. Только надо ее тоже уговорить.

Манефа Ауховна ворчала. Выдумки молодежи казались ей нелепыми.

— Ну Манефочка, это же на время! Всего разочек тряхнуть стариной и утереть нос этим воображалам демонессам. И Кронова выручим. Только на один вечерок! — Марья уговаривала старую кикимору со всем пылом юности и красноречия. Ей ужасно хотелось посмотреть, какой Манефа была в молодости.

Кронов смотрел на кикимору жалобными глазами и молча молил, чтобы она поддалась на Марьины уговоры.

— Ладно. — Кикиморе надоело выслушивать всё по десятому разу. — В конце концов, мне тоже спутник нужен, не с Бяо же идти. Тем более его уже пригласили. А Базуркевич пойдет с дочерью, он ее никому не доверит.

На то, что Бяо кто-то пригласил, и Кронов, и Марья дружно вытаращили глаза и переглянулись. Новость была потрясающая!

— Пошли уже, что ли, к алхимику сходим. Я ему не доверю мне без присмотра сварить даже чай! — Манефа глянула на себя в зеркало и улыбнулась своим мыслям.

— Только смотри не влюбись! Ох и красотка я была в молодости, парням головы морочила. Сколько их за мной бегало, не счесть! — Она захихикала, и бородавка-грибочек на носу закачалась.

Кронов скептически проследил за этим действием. В красотку он не верил, но главное — у него будет спутница. Нормального возраста и не пытающаяся женить его на себе, а еще вполне приятная в общении.

Алхимик был недоволен тем, что его отвлекают по таким, с его точки зрения, пустякам. Формула призрачного вина у него не высчитывалась, что расстраивало его чрезвычайно. Согласился помочь, только чтобы отстали. В четыре руки с Манефой дело шло хорошо, и он даже зауважал кикимору за такие обширные познания в тонкой науке зельеварения. А Марья поделилась с ними, еще ничего не знающими, про обнаруженных кухонных мимикров, которые, по их словам, делают сладости и вино. Алхимик воспрянул духом и решил наведаться на кухню. Старинная магия, возможно, пригодится в его деле, а на благодарность уж он не поскупится!

Готовое зелье Манефа тщательно проверила всеми доступными ей способами, отмерила нужную дозу и, загадочно улыбнувшись, выпила.

На осколки разлетелась склянка, выпавшая из ослабевшей руки алхимика. Опираясь на стол, он во все глаза смотрел на преобразившуюся кикимору.