ГЛАВА 17

Лариса Просыпаться категорически не хотелось, как будто мой разум нашёл состояния баланса и эйфории. Там, – на грани сна мой Никита любил меня, залечивая душевные раны прикосновениями и такими желанными словами. Там он меня не просто любил, а боготворил. Руками, губами, размеренными толчками, и не только… До последнего боролась с подкрадывающимся пробуждением, но вместе с ним пришли привычно тяжёлые мысли и терзающие сомнения. Открыв глаза, огляделась и, поняв, что я одна, неуклюже подтянулась, опираясь спиной на изголовье огромной кровати. Никиты в комнате не было, и поначалу я трусливо решила, что всё произошедшее вчера и ночью мне просто приснилось. Но пробивающийся между задернутых штор утренний свет, напомнил, что я всё ещё у него. В его владениях… Тело непривычно ныло, а между ног было очень мокро. Откинув одеяло, я опустила взгляд на измазанные и кое-где стянутые подсохшей спермой бёдра. Нам было не до предохранения, но учитывая подноготную моих проблем, я не особо переживала за последствия в виде беременности. Скорее меня возмутил факт его метки на моём теле. И, кстати, о метках… На плечах, груди, животе и подозреваю, что на шее тоже, виднелись многочисленные засосы и укусы. Скользнув к краю кровати, подтянула простынь, намереваясь срочно пойти в душ, но не успела. Дверь в ванную открылась, явив мне обнажённого Никиту. Влажные волосы, капельки влаги, скатывающиеся по мощному торсу, полотенце, низко сидящее на бёдрах. Он был таким же, как я его помнила. Лишь лицо стало более взрослым, а скулы более выраженными. Волосы непривычно отросшие, отчего непослушная чёлка закрывала большую часть лба и частично падала на глаза. Матёрый хищник, поймавший меня много лет назад, но всё ещё играющий, как кошка с мышкой. Раня и не отпуская. Разглядывая его, зависла, а когда он подошёл ближе и, нагнувшись, поцеловал меня в губы, вздрогнула и судорожно выдохнула. Запоздало прикрыла грудь простыней и, покраснев, отвела взгляд. – Ты рано встала, – улыбнувшись, заметил Никита и, сдёрнув полотенце с бёдер, начал обтирать тело от влаги. – Поспи, а я закажу завтрак. – Мне нужно в душ, – пролепетала сбивчиво, стараясь не сталкиваться с его внимательным взглядом. – Ты пахнешь мной, – проурчал он. – Мне это нравится. – А мне нет, – закусив губу, соврала я и, оглядевшись, добавила: – К тому же мне нужно вернуться к Лизе. – Не нужно, – посерьёзнев, отрезал он и, натянув домашние свободные брюки, сообщил: – И ты останешься здесь. – Она будет волнова… – возразила нахмурившись. – Не будет, – перебил Никита и, пригладив волосы рукой, успокоил: – Уверен, что Артур ей всё объяснил ещё вчера. – Даже если и так, – фыркнула я и, встав, закуталась в простыню. Стоя выдерживать его пронзительный взгляд проще не стало, но вздёрнув подбородок, я решительно выпалила: – И я здесь не останусь не только из-за Лизы. Мне нужно вернуться и… – Лара, ты останешься со мной, – подойдя вплотную, прорычал Никита и, нависнув мрачной тучей, сдвинул брови на переносице, вкрадчиво напоминая: – И я не шутил, когда говорил, что прикую тебя, если понадобится. – Не посмеешь, – прошипела, отступая на шаг назад. – Хочешь проверить? – криво усмехнулся он и, подобрав с кресла моё платье, демонстративно разорвал его на две половины. – Никита! – возмущённо взвизгнула, понимая, впрочем, что платье, итак, было обречено. – Что любимая? – невозмутимо отозвался Никита и, отшвырнув лоскуты, медленно пошёл на меня. – Не смей меня так называть, – прорычала сквозь зубы и попятилась, пытаясь обогнуть кровать. – Почему любимая? – не спуская с меня потемневшего взгляда, проурчал он. – Потому что ты не имеешь права! – выходя из себя, закричала я. – Не имеешь! Слышишь?! Ты утратил право распоряжаться мной и моей жизнью четыре года назад! Помнишь?! Или напомнить?! – Как утратил, так и верну, – остановившись, замер он и, стиснув зубы, пророкотал: – Ты моя и останешься со мной. – Я замуж выхожу, – чувствуя, как меня начинает трясти, выпалила я и, не скрывая злорадства, выставила перед собой руку, демонстрируя кольцо. – Выходишь, но за меня, – хмыкнул он, наблюдая мою растерянность и панику. – Где кольцо? – залепетала я и, кинувшись к кровати, начала обшаривать смятые простыни. – Нет кольца, – пожав плечами констатировал он, тут же добавив: – Но скоро будет. Только моё… – Как к этому отнесётся твоя жена? – напомнила и, обернувшись, впилась взглядом в его лицо, поспешив добавить: – Хотя в ваших кругах, наверное, модно иметь две семьи или жену и любовницу? Чтобы статус альфа-самца не страдал, верно? – Я никогда не был женат, – нахмурившись, растерянно сообщил Никита. – Ну как же… – помявшись, огрызнулась я. – Жена с родословной простит? Как её там? Аня, да? – Лариса-а-а, какая Аня?! – взревел Никита. Подскочив, ухватил меня за плечи и хорошенько встряхнул. – Аня Акула, – усмехнувшись, прошипела ему в лицо и, повысив голос, напомнила: – Из-за неё же ты нас бросил! А теперь что, приелась? – Аня замужем уже почти четыре года, – судорожно дыша, прорычал Никита и, встряхнув меня ещё раз, склонился ближе, тихо добавив: – Не за мной, а за Богданом. – Но-о… – Кого вас? – перебил он, впившись в меня тяжёлым взглядом. – Что-о? – проблеяла и, поняв, что проговорилась, попыталась вырваться. – Пусти!.. – Лариса, кого вас я бросил? – зловеще повторил Никита, обжигая моё лицо сорванным дыханием. – Неважно! – крикнула, пытаясь выкрутиться. – Лариса! Кого вас?! – не ослабляя хватку, рявкнул он, а я всхлипнула. – Ребёнок… я была беременна, – выдохнула едва слышно, обмякая в его руках. – И-и? – громко сглотнув, продолжил жестокий допрос: – Лариса отвечай! Что стало с нашим ребёнком? – Его нет, – пытаясь справиться с подступающими слезами, пролепетала я. – Лара, что с ним стало? – скривившись, повторил Никита. – Ответь! – Я его… я сделала аборт, – захлёбываясь эмоциями, соврала я, просто не видя иного пути оттолкнуть его раз и навсегда. – Повтори? – вздрогнув, прошелестел он, а его лицо исказилось от боли. – Ты слышал, – уже не сдерживая слёз, провыла я. – Ты нас бросил, я была одна… одна в восемнадцать лет… – Я не бросал, – тихо сообщил он и разжал руки, а я упала на кровать в полном бессилии. – Твой отец… показал видео, где вы… планировали свадьбу, – заикаясь через каждое слово, прошептала я. – Этого не было, – взъерошив волосы обеими руками, проскулил Никита и, подойдя к стене, с рёвом нанёс несколько ударов. – Не было этого! Не было! Слышишь?! – Твой отец, – продолжая реветь, начала я. – Он сказал, что я не нужна… просил оставить тебя в покое… сказал, что Аня… видео показал… угрожал… – Маленькая, прости меня, – встав перед кроватью на колени, попросил он и, положив голову на мои колени, повторил: – Прости, что не сберёг нас. – Всё прошло, – борясь с желанием к нему прикоснуться, отозвалась я, тут же тихо добавив: – Прошло, а теперь поздно. Мы не сможем быть вместе… – Не прошло! Не поздно! – вскинув взгляд, прорычал Никита и, поймав мою руку, приложил к груди. – Ты всё ещё здесь. Веришь? – Нет, – покачала головой, а он вздрогнул. Высвободила руку и, посмотрев в глаза, призналась: – Я готова поверить, что ты не знал о том, что твой отец… ну… – вздохнув, помолчала и тихо дополнила: – Но я не смогу понять и простить, что ты оставил меня без объяснений и веской причины. Не смогу, пойми. – Причины? – прохрипел Никита и, поколебавшись, поднялся с пола. Решительно удалился в смежную комнату и, вернувшись, протянул мне свой телефон: – Вот причина. – Что это?.. – уточнила нахмурившись. – Посмотри сама, – предложил он и, кивнув на мобильник, пояснил: – Просто, запусти видео и ты всё поймёшь. Всё ещё не понимая, что он пытается мне показать, запустила файл с видео. С первых же секунд узнав время, участников и место съёмки, ахнула и, закрыв рот ладонью, замерла, не в силах остановить этот кошмар. На видео была я… Вид со спины и чуть сверху, но не узнать меня было невозможно. Я стояла, держа несколько пачек денег, развёрнутых большим веером. Хищно улыбаясь, отец Никиты предлагал мне блестящую перспективу. * * * «– Сможешь переехать, купить квартиру, прибарахлиться, за учёбу заплатить… – перечислил мужчина. – Что-то дешёво вы мои чувства оценили, – глянув на него поверх денежного веера, усмехнулась я и, добавив в голос капризных ноток, прогундосила: – Пару миллиончиков бы сверху, Александр Никитович. – А ты типичная девка, – понимающе хмыкнул он и, пожав плечами, пообещал: – Добавлю, конечно, раз такое дело. Что, так сильно любила? – Ну что вы, – манерно протянула я. – Богатый, красивый, по всем фронтам упакованный. А я из деревни… Всего-то надо было сыграть роль влюблённой дурочки. Повыпендриваться, разжечь интерес, распалить… Ну а девственность… Это так, бонусом. – Стерва, – проурчал мужчина и, склонив голову набок, нараспев повторил: – Хитрая и прошаренная стервочка. Может, зря я тебя со счетов списал, м? – Не-е, с вашей семейкой я больше дел иметь не хочу, – фыркнула я и тихо проговорила: – Да и Никита догадается. Зачем мне лишние проблемы? – И то верно, – согласился отец Никиты. – Ну так, что, сколько добавить? – На любые капризы? – похлопала ресницами. – На любые, девочка, – расплылся в улыбке Александр. – Могу и больше. Сколько?» * * * Видео было не сначала, и не до конца, а в некоторых местах звук терялся, но смысл происходящего был направлен только на… Судорожно сглотнув, я подняла взгляд на помрачневшего Никиту и, сглатывая колючий ком, замотала головой. – Всё было не так, совсем не так, – залепетала в отчаянии. – Расскажешь? – прохрипел он и, кивнув на телефон, намекнул: – Я всё равно выясню, но предпочитаю услышать всё от тебя. Осознав, кем он считал меня все эти годы, я обомлела. Портрет расчётливой девки с периферии, намеренно разводящей его на деньги. Просто использующей… Теперь я понимала, почему он исчез и не пытался меня искать. Ещё страшнее стало от мысли, что, соврав ему о ребёнке, вернее, об аборте, я добавила своему запятнанному образу мрачных деталей. Можем ли мы быть вместе после такого? Не думаю… – Ну, я жду, – тихо позвал Никита. – Какая теперь разница? – собрав себя из осколков, пожала плечами и, равнодушно фыркнув, продолжила врать: – Ладно, это правда. Просто не думала, что ты когда-нибудь узнаешь. – Лариса, – предупреждающе прорычал он и, шагнув ближе, зажал мой подбородок пальцами, вынуждая смотреть в глаза. – Я жду. – Я всё сказала, – прошипела и, дёрнув головой, отвернулась. – Твой отец позаботился о тебе. Так будь счастлив. – Буду, – хрипло пообещал Никита и, вздохнув, повторил: – Обязательно буду, но только вместе с тобой. – После всего?.. – кивнув на телефон, усмехнулась сквозь слёзы. – Я скоро вернусь, – проигнорировав мой вопрос, сообщил он и, удалившись в смежную комнату, громко добавил: – Прими душ и успокойся. Вернусь через полчаса, и будем завтракать. Вернувшись уже полностью одетым, посмотрел на меня и, вздохнув, направился к двери. А я осталась наедине с осознанием, что нас разлучили намеренно. Что ни его, ни моей вины в случившемся нет. Но!.. У меня нет доказательств своей невиновности, но есть уверенность, что настоящий виновник давно уничтожил все следы. Получается, Никита хочет меня вернуть несмотря ни на что. Вот только почему? Ответ меня откровенно пугал. Либо он меня любит, продолжая считать продажной тварью. Либо не простил и просто хочет отомстить. Но я не вынесу новой боли. Больше не смогу… Значит, у нас нет шансов. Счастливый финал не предусмотрен…