ГЛАВА 18

Никита Сбежал… От жестокой правды, от новости о существовании другого мужчины, который чуть не украл у меня Ларису. От шокирующей информации о нашем ребёнке. Просто взял перерыв, чтобы всё обдумать и успокоиться. Наличие соперника меня не остановит, а то, что случилось с нашим… Я её не винил, винил только себя и свою беспечность. Но боль потери от этого меньше не стала. Наш малыш… Если бы не всё случившееся, сейчас у нас подрастал бы сын или дочка, обязательно похожая на Ларису. Сидя в своей машине, я судорожно сжимал руль и тяжело дышал. Ехать никуда не планировал, просто заперся, чтобы перевести дух и сделать кое-что важное. Прошлое было в прошлом, и не всё я мог исправить. А вот настоящее рвалось в клочья, раня и добавляя неопределённости. Будущее?.. Самый важный момент, который меня волновал, и один из главных неизвестных я планировал выяснить прямо сейчас. – Привет, Мирон, – поприветствовал друга, едва тот взял трубку. – Есть разговор. – Привет. Говори, – без лишних расшаркиваний потребовал Мирон. – Лара сказала о планируемом замужестве, и даже кольцо было, – пытаясь сдержать нотки паники и злости, сообщил я и, не выдержав, прорычал: – Ты же говорил, что у неё никого не было? Соврал или не знал? – Не было, – не раздумывая отозвался он. – Если бы кто-то был, я бы знал. – Точно? Уверен? – выдыхая с облегчением, переспросил я. – Да, точней не бывает, – усмехнулся Мирон, но тут же чертыхнулся и, помолчав, задумчиво протянул: – Вот только… – Что?! – рявкнул я и, запрокинув голову на подголовник сидения, проскулил: – Не тяни, я должен знать. – Её потенциального жениха, случайно, не Никита зовут? – вкрадчиво уточнил друг, а я нервно хмыкнул. – Не спрашивал и, если честно, неинтересно. Так кто он? – В больнице её лечил доктор Никита, – продолжил делиться информацией Мирон, но спохватившись, предупредил: – Учти, это только предположения. Но он… видно было, что к Ларисе он неравнодушен. Просто я не думаю, что… – Что? – не выдержал я. – Они неделю всего общались, и то в пределах больницы, – озадаченно выдал друг. – Сам понимаешь… – Ничего не понимаю, – ответил честно. – Никит, за неделю, что он мог успеть? – вместо ответа, спросил он. – Даже представлять не хочу, что он там успел, – прорычал я. – Логику включи, – продолжил Мирон и, вздохнув, намекнул: – Либо она соврала, а кольцо – это просто кольцо. – Либо?.. – Либо она влюбилась, – осторожно констатировал друг и, посопев, поинтересовался: – Если так, ты её отпустишь? – Нет, – рявкнул я и, закрыв глаза, сознался: – Она плавится в моих руках. Не верю, что в её сердце кто-то другой. – Поторопился ты забрать её к себе, – с укором напомнил Мирон. – Зачем так с наскоку? Вам надо было постепенно и… – Не смог, – выдохнул я и едва слышно сознался: – Моя она, сколько бы лет ни прошло. Не могу просто наблюдать… Не могу, понимаешь? – Понимаю, – отзеркалил он, но поцокав языком, предупредил: – Будь с ней помягче. Это ты знаешь правду, а ей пока нечем оправдать твой поступок. – Мой поступок?! – вспылил я и, срывающимся на хрип голосом, выдал: – Она аборт сделала! Не представляешь, как мне больно. Понимаю, что возможно её… – Кстати, об этом, – перебил Мирон и, поспешно добавил: – Подожди, Гриша трубку рвёт. Выслушай, он кое-что выяснил. – Ну-у? – хрипло прошептал я и, зажмурился до белых мушек перед глазами. – Не было этого, – строго отрапортовал Гриша. – Соврала она. Зачем не знаю, тут делай выводы сам. – Уверен? – Мы ломали голову, искали информатора, – не торопясь начал он. – Архив тех лет ещё не оцифрован, так что пришлось искать человека с доступом к картам пациентов. – И-и? – Нашли, – хмыкнул мужчина. – Обычной шоколадки хватило, чтобы одна из медсестёр, нашла и передала нам карту. Выкидыш, Никит… Слышишь? Не было аборта! – Слышу, – чувствуя ком в горле, отозвался я и, судорожно выдохнув, уточнил: – Можешь выслать информацию. Хочу знать причину. – Может, ну его? – скорее предложил, чем спросил Гриша. – Её привезли по скорой, ребёнка спасти не удалось. У самой Лары… ну… как бы это сказать… – Говори как есть, – потребовал я, замирая от неприятных предположений. – Проблемы там какие-то, – неохотно проворчал он. – Я не врач, а в этих терминах чуть мозг не сломал. Тут консультация специалиста нужна. – Это решим, – отмахнулся я и, нахмурившись, спросил: – Есть предположения? – Есть, но… – Но что? – рявкнул я, тут же намекнув: – Всё говори. – Твой отец навещал её в этот же день, – явно подбирая слова, поделился Гриша. – Непонятно зачем, ведь хотел же избавиться от неё. – Ты думаешь, это он? – задыхаясь, прохрипел я. – Никит, я привык рассматривать любые версии. Любые, понимаешь? Даже самые неприятные. – Говори уже, – несдержанно поторопил я. – Он как будто проверял, – прорычал он вполголоса. – Проверял, решена ли проблема. Возможно, угрожал, требуя молчания. – Проблема? – на автопилоте повторил я, чувствуя, как разум обволакивает волной неконтролируемой злости. – Никит, – помялся Гриша. – Не исключено, что Ларису ударили или что-то вкололи. – О боже, – выдохнул, задушено. – Это просто предположение, – строго предупредил он, тут же напомнив: – Не делай поспешных выводов и не руби сгоряча. Есть версия, что он мог и не знать. – Неважно, это всё не важно, – пролепетал я шокировано. – Он не имел права. – Его мотивы можешь узнать только ты, – вздохнул мужчина, повторно напомнив: – Не руби сгоряча. – Мне надо с ним увидеться, – поделился я только что принятым решением. – Не торопись, – настороженно рыкнул Гриша. – Налаживай отношения с Ларисой. Сейчас это первоочередная задача. – Да, конечно, – отозвался я и, вздохнув, добавил: – Спасибо, держи меня в курсе. – Обязательно, – пообещал он и, коротко попрощавшись, завершил звонок. После полученной информации злость, как ни странно, переросла в растерянность. Не понимал мотивов отца, по сути разрушившего не только наши с Ларой отношения и судьбы. Его жестокое вмешательство наводило на мысль, что он мстил именно мне, а Лариса просто оказалась не в том месте и не в то время. Расчётливость и хладнокровие, с которым он действовал, никак не укладывались в голове. Такое отношение я мог допустить только при одном раскладе. Он не мой отец! Впервые задумался об этом всерьёз. Раньше подобные мысли меня уже посещали, особенно в моменты издевательств, которым подвергалась мать. Это была не физическая расправа, а скорей постоянное моральное давление. Подобное происходило регулярно, сколько я себя помню, и если бы не дед… С мамой я о таком поговорить не решусь – это понимал прекрасно, а вот с ним… Теперь я принял решение, что сделаю это в ближайшее время, но оставить Ларису одну пока не мог. Пока она не начнёт доверять мне снова, пока не позволит быть рядом и вернуть всё, что мы так несправедливо потеряли. Я просто должен набраться терпения и выдержать все её нападки и попытки защититься. Ведь она всё ещё не знает того, что… Да ничего не знает, кроме грязной лжи. Больше я не хотел её ранить, но следующий звонок совершил осознанно. Достав телефон Ларисы, который конфисковал ещё вчера, без раздумий ввёл в поле пароля своё имя и даже не удивился, что угадал с первого раза. Зайдя в список контактов, нашёл абонента с именем «Никита» и, постаравшись заглушить эмоции, нажал на кнопку вызова. Пока шли гудки, сконцентрировался на главной цели этого разговора, но, когда мой тёзка ответил, я невольно стиснул зубы. – Привет любимая. Почему не позвонила вчера? Я волновался. – Лариса больше не позвонит, – сообщил максимально нейтральным голосом. – Что с ней? – выпалил мужчина и, надсадно задышав, затараторил: – Где она? Ей плохо? Я приеду, только скажите, где она и… – Она со мной, – пояснил я сдержанно и, выждав пару секунд, добавил: – С ней всё хорошо, но тебе она больше не позвонит. – Кто ты? – рявкнул Никита. – Я её мужчина и будущий муж, – постарался сдержаться, чтобы не отзеркалить его эмоции. – Какого черта происходит?! – взревел Никита, тут же потребовав: – Позови её к телефону, сейчас же! – Она спит, – соврал я и, повышая голос, посоветовал: – Забудь о ней. Я её не отдам, что бы между вами ни было. Слишком долго я ждал, чтобы… – Ты тот самый? – немного растерявшись, хрипло уточнил мужчина и, вздохнув, напомнил: – Считаешь, что причинил ей недостаточно боли? – Всё намного сложнее, чем ты думаешь, – неопределённо отозвался я и, понимая, что иду на риск, намекнул: – Я был первым и останусь единственным её мужчиной. – А её мнение ты не учёл? – попробовал он уколоть в ответ. – Четыре года назад она согласилась стать моей женой, – чеканя каждое слово, прорычал я. – Так что да, её мнение я знаю. – Четыре года? – хохотнул он и хрипло протянул: – Четыре года. Ты её прошлое и всего-то. – Ночью она об этом не вспомнила, – несмотря на бушующую ревность, слишком спокойно констатировал я и без капли жалости добил собеседника. – И тебя она не вспомнила. Она всё ещё моя, так что смирись. – Не верю, – помолчав, едва слышно простонал он. – Твоё право, – хмыкнул и, вздохнув, подытожил: – На этом всё… Кольцо верну сам, как раз скоро буду в России и заеду… – Постой, – перебил мужчина. – Я должен с ней поговорить. – Нет! – отрезал я и, завершив звонок, добавил номер в чёрный список и сразу же удалил. Купив еду навынос, а также свежую выпечку и кофе, сразу же поспешил к Ларисе. Вернувшись домой, застал её в странном состоянии. Моя девочка стояла посреди гостиной, глядя в одну точку, хмурилась и явно о чём-то думала. Из одежды только моя рубашка, а ещё влажные после душа волосы слегка растрёпаны. Поставив пакет с покупками, медленно подошёл ближе и осторожно обнял её со спины, притягивая к себе. – Как ты? – прошептал на ухо и, кивнув на пакет, предложил. – Давай позавтракаем. – Да-да, – рассеянно отозвалась она и, закусив губу, покраснела. – Надо привезти все твои вещи, – оглаживая её тело, проурчал и, прикусив мочку уха, спустился поцелуями по шее, вкрадчиво намекнув: – Иначе мы потеряемся для мира. – Никита, ты мне доверяешь? – повернувшись ко мне всем корпусом, вдруг спросила Лариса и, не сводя внимательного взгляда, уточнила: – Доверяешь или нет? Только ответь честно. – Да, – нахмурился и, погладив её щеку пальцем, поинтересовался: – К чему этот вопрос? – Нам нужно серьёзно поговорить, – опустив взгляд, смутилась она, дополнив едва слышно: – Если ты хочешь дать нам второй шанс, мы должны кое-что решить.