Глава 23

— Присаживайтесь, Надежда Николаевна! — сказал следователь и тряхнул плащом, обдав брызгами и себя, и Чарушину, и крутившегося поблизости Кораблева.

Тот кидал на Надю вопросительные взгляды, и, разумеется, она понимала, что они означают, — как-никак капитан так же был замешан во всей этой истории по самые веснушчатые уши, и кому как не ей было знать, что ему грозит в случае неправильно выстроенной тактики разговора со следователем.

— А плечиков у вас нет? — спросила Надя, разглядывая вешалку.

Следователь воззрился на нее, будто она попросила у него чашечку кофе с ликером и свежий круассан.

— Да ладно, я, пожалуй, и раздеваться не буду, — пошла на попятный Надя и села на тот же самый стул. который служил ей опорой при прошлой встрече. Знакомый отпечаток подошвы, как и пятно на полу, остались прежними, что внесло хоть какую-то уверенность в окружающие Наденьку непонятки.

— Кораблев, будь другом, возьми вот эти распечатки, — обратился к Денису следователь. — Второй год прошу ксерокс в отдел купить, чтобы не бегать к соседям, — пояснил он, глядя на Чарушину и приглаживая редкие волосы на затылке.

— Это все нам? — пробурчал Кораблев, приподнимая пару листков.

— Нет, там еще для оперативников по вчерашнему ограблению на Гончарной, — следователь кашлянул и придвинул к себе толстый блокнот. — Ну-с, Надежда Николаевна, чем обязан? Я так понимаю, вам есть что сказать?

— Да, — Надя сглотнула и выпрямила спину.

Спина Кораблева в этот момент выглядела еще более напряженной.

— Должна признаться, что в прошлую нашу встречу я повела себя несколько… в общем, поступила довольно глупо. Поэтому, — Надя сделала глубокий вдох и положила на стол пакет с запонкой, — вот.

— Что это? — следователь надел очки и, не касаясь, склонился над пакетом.

Кораблев развернулся и тоже вытянул шею.

— Это запонка от костюма Павла. Я нашла ее на месте преступления. Вы можете сейчас подумать, будто я…

— Так, стоп, — следователь положил руки ладонями вниз, а затем, демонстративно выдержав паузу, вытащил ручку и достал свежий бланк. — Начнем с самого начала.

— Хорошо, — кивнула Надя и, коротко улыбнувшись опешившему Кораблеву, сказала: — Вы только скажите мне свое имя-отчество, а то я в прошлый раз не запомнила.

— Следователь Залесский. Олег Иванович.

— Очень приятно. Пишите: вчера в районе обеда я поехала на место преступления и…

— Зачем вы туда поехали?

Надя заерзала, пытаясь принять более удобное положение: сначала закинула ногу на ногу, затем скрестила и только потом просунула ступни за передние ножки стула.

— Я хотела своими глазами увидеть, где убили Елизавету Тураеву. Должна сразу заявить, что я не верю в то, что это сделал мой жених, Павел Ржевский. Любой скажет вам, что он не мог…

— И поэтому, найдя запонку от его костюма на месте преступления, вы не спрятали и не выкинули ее, а принесли сюда? Где, кстати, вы ее нашли?

— В воде… Я руки хотела помыть, а она там лежала. Послушайте, — Надя облизала пересохшие губы. — Вы правы, прежде всего, я юрист. Но, кроме этого, я еще и женщина, с которой он жил последние полгода. И… — Чарушина умолкла.

— И?..

— Надежда Николаевна хочет сказать, что очень хорошо знала своего жениха, — влез Кораблев.

— И поэтому вы с ней пьете водку по вечерам, а с утра кофе? — рявкнул следователь. — Шел бы ты, Кораблев, пока тебя от работы не отстранили!

— С чего бы это? — вскинулся Денис. — В свое свободное время я могу заниматься чем угодно в рамках законодательства!

— Олег Иванович, ну ей-богу, мне действительно казалось, что я знаю его. А сейчас я чувствую, что с ним что-то случилось! — поспешила Надя повернуть разговор в нужное русло.

— Преступление с ним случилось, вот что! Вам фотографии показать? — следователь раскрыл папку.

— Нет, я уже… — брякнула Надя, но затем вместе со стулом придвинулась к столу. — Да, покажите!

От ее напора следователь чуть отстранился и, придерживая папку, разложил перед Надей с десяток снимков. Каждый из них Чарушина рассматривала по несколько минут, чтобы разглядеть и запомнить все жуткие подробности.

— А телефон вы где нашли? — быстро спросила она.

— Под машиной. Со стороны водительского сидения, если точнее.

— Странное место… — нахмурилась Надя.

— В смысле? Вероятнее всего, погибшая обронила его во время борьбы.

— Борьбы? — побледнела Надя.

— Ну, — следователь сгреб снимки и запихнул их обратно, — не сама же она ему шею подставила. Отбивалась. Обнаружено несколько посмертных гематом.

— Поверьте мне, Павел никогда бы не поднял руку на женщину!

— Я следователь и ни во что не верю, кроме фактов, — Залесский внимательно посмотрел на Надю. — Я даже вам не верю. Вот вы защищаете своего жениха, а сами…

— Да боже мой! — покачала головой Надя. — Если вы про Дениса, то ведь все совсем не так, как вам может показаться. Мы с ним в одной школе учились, его дядя — мой начальник. И вообще, я к Кораблеву как… как… как к младшему брату!

— Ну знаете, — Кораблев сгреб бумаги и ринулся к дверям. — Пошел я!

— Иди, иди, Кораблев! — отмахнулся Залесский.

Когда дверь за капитаном захлопнулась, следователь устало вздохнул:

— Вот видите, Надежда Николаевна, у вашей уверенности довольно кривые ноги, а посему, очень неустойчивая позиция.

Надя бросила взгляд на моросящий за окном дождь и тоже вздохнула.

— А почему вы не рассматриваете Тураева как возможного убийцу?

— А почему мы вообще должны рассматривать его? Погибшая написала ему сама о том, кто, — сделал ударение следователь, — хочет ее убить.

— И это тоже не кажется вам странным?

— Что именно?

— Ну, то, что она пишет об этом в смс, а не говорит, к примеру, за завтраком?

— Вероятно, на тот момент, она даже не догадывалась о том, что с ней произойдет.

— И поэтому, сама назначив встречу Павлу и видя его приближение, пишет об этом в сообщении?

Залесский вскинул брови.

— А откуда вы знаете, что она назначила встречу Ржевскому?

Сцепив пальцы, Надя отвела глаза и спокойно ответила:

— Это первое, что пришло мне в голову, и я подумала…

— Во-о-от, — протянул следователь. — И оказались абсолютно правы. Что-то там между ними произошло, в результате чего гражданка Тураева была убита. И причину этого, я уверен, мы скоро узнаем. Когда найдем вашего… — он кашлянул. — Когда найдем гражданина Ржевского. То, что он скрылся с места преступления, только отягощает его вину. Да, оперативные действия по обнаружению улик не были проведены с должным рвением. Так что ваша находка, вне всяких сомнений, стала дополнительным звеном в цепочке улик. И как вы понимаете, не в пользу гражданина Ржевского. Нам бы с вами еще съездить туда, чтобы вы на протокол показали, где нашли запонку. Вы как, готовы?

— Да, конечно… — прошептала Надя, а затем встрепенулась: — То есть вы хотите сказать, что Павел был там вечером? Во сколько это случилось?

— Экспертиза установила более точное время. С половины девятого до девяти.

— Понятно. И куда, по-вашему, Ржевский потом мог деваться?

— Ну, — развел руками Залесский, — подался в бега! Ориентировки уже везде, так что ждем результат.

— А как же цветы?.. — растерянно пробормотала Надя.

— Что вы сказали?

Она помотала головой:

— Нет, ничего… Поехали, Олег Иванович, я покажу вам то самое место.