Глава 15

От осознания ситуации впадаю в ступор, но, слава богу, не надолго.

Орлов уже почти штаны снял, когда я, спохватившись, кладу руки на пояс его брюк, удерживая те на положенном им месте.

— Что не так? Ты хочешь сама меня раздеть?

Отчаянно мотаю головой, не зная, как лучше признаться, что мы друг друга неправильно поняли.

— Руслан, а я не это имела ввиду, когда просила провести со мной ночь.

Мои пальцы по-прежнему лежат на поясе у Орлова, а моё лицо напротив его паха и эта позиция никак не благоприятствует нашей беседе. Я быстро отдёргиваю руки и даже отклоняюсь назад от мужчины.

— А что ты имела ввиду? — голос доктора звучит напряжённо, но, слава богу, принимается застёгивать свои штаны, что подозрительно бугрятся в районе паха.

Ну вот и как тут не напрячься, если мы так далеко зашли?!

— Согласно предсказанию на банкете мне этой ночью надо поделиться своими проблемами: у меня сглаз и порча. Возможно, если это поможет, то у меня в жизни всё наладится.

Доктор смотрит на меня более чем внимание. Наверное, вспоминает где у него транквилизатор лежит, чтобы я если я совсем с ума начну сходить, то он успеть меня вырубить. Я же лишь извиняюще улыбаюсь.

— А что было, пока я тебя нёс?

— А это… — вот, чёрт, чтобы такое придумать, зачем я его целовала. — А это часть моего предсказания.

Мне нужен маломальский аргумент моей невиновности, но если честно всё звучит нелепо. И об этом же кричит выражение лица доктора.

— Лариса…

— Ну хорошо, — тут же сдаюсь я. — Признаюсь, алкоголь вскружил мне голову и заодно сделал очень храброй, что я отважилась завоевать расположение такого мужчины, как ты.

— Как я?! А я какой-то особенный? — совсем уж вкрадчиво продолжает Орлов.

Вздыхаю и опускаю взгляд на своё испорченное платье. Провожу пальцем по крему от черничного пирожного, что в перемигивании лампочек на ёлке смотрится как иней по подолу.

— Ну ты же из этих… — вот чувствую себя полной дурой.

Столько вокруг себя нафеячила, что теперь самой не разобраться. А стоило во вторник передать свои пирожные-презент лично в руки Руслана и всё честно спросить, то, как минимум, половины бы этой неразбериха можно было бы избежать.

— Из каких, Конфетка? Хотелось бы поподробнее, — не дождавшись от меня пояснений, Орлов, присаживается рядом со мной.

Даже боюсь смотреть ему в лицо. Ну вот дура же!

— Из бабников, — выдыхаю я.

— И на основании каких именно симптомов и обследований ты выставила мне такой практически смертельный диагноз?

Снова вожу пальцем по остаткам крема на юбке, копаясь в памяти, чтобы как можно выгоднее преподнести ингредиенты своего безумия. А там-то и искать нечего! Одни глупые страхи и предрассудки.

— Я случайно подслушала беседу твоих коллег по работе и пришла к выводу, что так оно есть. А иначе зачем тебе было таскать на руках и целовать незнакомую девушку?

— Знаешь, Ларис, склонность к анализу — это прекрасно, но вот приклеивать людям ярлыки, не разобравшись, это уже не так интересно и даже грубо. Я неразборчивыми связями, тем более половым, не страдаю уже давно. Так скажем, буйное юношество осталось далеко в прошлом.

Морщусь, отворачиваясь от него. Его вывод звучит как неутешительный приговор нашим толком не начавшимся отношениям. Особенно неприятно, что я сама во всём виновата.

— Извини. Из-за этого проклятия в моей ранее ладной и спокойной жизни теперь всё идёт наперекосяк, — пытаюсь пояснить мужчине, что я не всегда была такая чокнутая и непостоянная в своих действиях.

Теперь вздыхает доктор.

— Хочешь сказать, что только из-за этого проклятия ты не могла допустить мысли, что могла просто понравиться мне?

— Не знаю, Руслан. Я, наверное, струсила, — сдулась я совсем.

Наверное, эффект от коктейль совсем развеялся, и теперь вся моя затея выглядела не больше, чем бред. А я как-то запуталась в двух ёлках.

— Я домой поеду, — принимаю решение, поднимаясь с дивана.

Надо просто пережить этот день и начать новый.

— Ого! Какая прыть!

Орлов быстро перехватывает меня за талию, даже не позволяя поднять попу с дивана.

— Руслан! Я сегодня что попало делаю. С утра день пошёл по одному месту. Давай лучше в другой день встретимся и нормально поговорим.

Пытаюсь всё-таки рассуждать здраво. Но…

— Обязательно встретимся и в другой день, но и сегодняшний вечер предлагаю продолжить. Пожалей меня, полуголого и несчастного.

В голосе доктора почти смех, так что рискуют на него посмотреть.

— Ты не сердишься? — уточняю, чтобы уже окончательно разобраться с нашим недопониманием.

— Нет, Конфетка. А если ты меня ещё и несколько раз поцелуешь, как совсем недавно, то я вообще память потеряю на некоторые фрагменты нашего разговора. Согласна?

И смотрит на меня так соблазнительно, что я, кажется, снова начинаю хмелеть. Только теперь от чар моего доктора.

— Согласна, — зачарованно шепчу ему.

— Вот и отлично! Значит, целуй, — и подвигается ко мне как можно ближе, а руками едва к себе на колени не перетягивает.

Ну куда тут денешься?! Целую этого невообразимо сексуального докторишку с чувством полной отдачи.

А дальше… оно само как-то! Не виноватая я!

Платье моё Руслан потребовал немедленно снять, так как оно грязное и лучше он мне даст свою рубашку. Не успела я пикнуть, как зашитый наспех замок моего наряда был разорван, а само платье отправлено на пол.

А потом Орлов меня согревал практически голую, так как то нижнее бельё, что на мне было надето, скорее выгодно открывало, чем скрывало интимные места. И да выходило у него отлично: мы оба были горячие как булочки из печки.

В общем, когда за окном прозвучали залпы праздничного салюта, и даже через стекло виднелись разноцветные огни, то я сама пребывала в такой эйфории, что как тот салют.

— Конфетка, ты там хотела поделиться со мной подробностями своего проклятия, — лениво напоминает Руслан, шепча где-то в районе моего затылке.

Мы с ним как серпантин из хлопушки, выстрелив, теперь валялись, переплетясь конечностями на узкой полоске дивана.

— Обязательно, но давай чуток позже, — тоже лениво отзываюсь я, прикрывая глаза. — Ты не волнуйся, я обязательно придумаю, как избавиться от сглаза.

— Да что ты говоришь?! — усмехается доктор, поглаживая мой живот и спускаясь всё ниже линии пупка.

В моем теле снова начинается волнение.

— Рус, что ты делаешь?

— Как что, Конфетка? Я ищу пути избавления от порчи. Сейчас как найду — разом вылечу!

О да, доктор Орлов!