Глава 14

Ночь Лики вновь прошла в общении с донной Тирной. На этот раз в квартире было чисто, а сама аристократка сидела за ноутбуком, что-то набирая на клавиатуре. Девушка порадовалась порядку, но заметила стопку квитанций на тумбе в коридоре. Запускать это было нельзя, так что, поздравив донну с устройством на работу, Лика принялась объяснять, что такое квартплата, и как ее нужно вносить. Провозились пару часов – донна прилежно вела записи, а потом сама начала задавать вопросы. Стоило попаданке упомянуть тана Олвена, как бесстрашная жена дракона вздрогнула. Потерла лоб и предупредила: – Будь осторожна с этим таном! Он является наследником дона Дардара, и если я… если ты в моем теле понесешь, его статус сильно изменится! Лика покраснела. – Дон… он не приходит ко мне, – слукавила она. – Наверное, это хорошо, – задумчиво сказала донна, – ребенок может помешать возвращению души. А тан Олвен… Я нечаянно нашла камеристку первой донны Дардар, она сказала мне, что ее хозяйка была беременна, когда пришла та странная болезнь. Лика содрогнулась, поблагодарила Тирну за предупреждение, и они еще некоторое время обсуждали жизнь замка и его потребности. Заодно девушка узнала, что воспитанниц надо все же обучать – брать с собой на разные хозяйственные выезды, давать задания и контролировать выполнение. Потом разговор сменился обычным сном, в который попаданка провалилась с некоторой долей облегчения – ей трудно давалось общение с девушкой, имеющей ее внешность. Утром Лика поспешно вскочила с кровати и нетерпеливо дернула шнурок, вызывая служанку. Ей отчаянно хотелось как можно быстрее попасть в сушильный цех и попробовать быстрый способ сушки магическим огнем. Если это получится, можно будет делать смокву, мармелад, зефир… Да много всего интересного и вкусного. Тот же лукум! Раз здесь делают сидр, значит, умеют выжать сок, а из него уже можно и сироп, а там… От избытка чувств девушка покружилась на месте и чуть не упала, зацепившись косами за тумбу. Вот ведь! Непривычно, хлопотно, если бы не помощь служанки, она бы вообще с такими волосами не справилась! Все же ее прежние волосы до лопаток куда удобнее! Жаль, аристократкам нельзя обрезать волосы – их длина и ухоженность намекают на высокий статус дамы. Вскоре прибежала Линда и помогла Лике привести себя в порядок. Завтракала девушка довольно быстро – сегодня она планировала встретиться с таной Альгизой прямо в сушильне, а потом проехаться по угодьям, чтобы своими глазами увидеть, что есть в садах и огородах. Рыжая красавица не подвела – она успела взять на кухне приготовленную поварятами пастильную массу и задумчиво крутила перед собой поддон. – Доброе утро! – Лика вошла в помещение с неподобающей донне резвостью. Она бы вообще побежала, но хитрая камеристка надела на нее платье со стеганой нижней юбкой. Два слоя плотной ткани, переложенные шерстью и плотно прошитые, придавали движениям девушки солидную неторопливость – попробуйте так побегать в ватном одеяле! – Ясного неба, донна! – танна присела в коротком книксене. – Пробуем? – Лика с радостью заметила целых четыре поддона, уже заполненных взбитым яблочным пюре. – Я попросила несколько поддонов, чтобы попробовать разные виды пламени, – объяснила Альгиза. – Вот это – алое пламя! Молодая женщина дунула на ладонь, и на нем заплясал алый лепесток. Расширив его, танна жестом подняла поддон в воздух и, дунув на огонек, заставила его лечь на пюре. Сначала запахло яблочным пирогом, потом немного горелым. Отставив поднос в сторону, рыжекосая танна взялась за следующий: – Это белое, самое горячее пламя! – сказала она и повторила действия. На сей раз обуглился поддон, и запах повис… не самый приятный. Третий поднос планировалось прогревать мелкими язычками пламени, но Лика покачала головой: – Не так, танна Альгиза, здесь нужен теплый воздух. Вот если бы дул ветер, а вы его нагревали, то пастила высохла бы правильно. А еще тогда можно было бы сушить сразу целый стеллаж… Танна, задумавшись, отошла от стола подальше и попыталась направить пламя иначе. Лика наблюдала за всем из-за спины женщины, и в какой-то момент выдохнула, жалея, что не может направить прогретый воздух к сладости. Огонек затрепетал, вспыхнул ярче, и… поток теплого воздуха моментально высушил пастилу на обоих поддонах! – Донна! – радостно воскликнула Альгиза. – Так у вас есть магия воздуха! – Откуда? – удивилась Лика. – Ничего подобного не было! – О, иногда, – Альгиза мило покраснела, – магия у женщины появляется, когда она носит от дракона дитя! Тут покраснела и Лика. В дверях же появилась экономка и сообщила, что на кухне приготовили еще десять поддонов с пюре. Нести или нет? – Несите! – распорядилась девушка, входя в роль хозяйки замка. – Эти два поддона нарезать, пересыпать сахарной пудрой, завернуть в бумагу и убрать в кладовую. Эти два – отдать поварятам. И скажите кухарке, что сегодня будем делать к столу новую сладость. Пусть найдет в кладовых черную смородину, сахар и много белков. Женщина ушла, а Лика очень попросила Альгизу никому не говорить про ее магию. – Я не знаю, откуда это взялось, танна, но прошу вас сохранить мой секрет. – Печать молчания на моих устах, – немного вычурно сказала рыжая, и в воздухе мелькнул огонек, подтверждая ее слова. – Но, донна, магия может быть опасна, если не взять ее под контроль. Вам нужно учиться. Даже если вы будете магом всего несколько месяцев! – Я сегодня же все расскажу дону, – заверила ее Лика, – думаю, он найдет решение. А пока… давайте все же высушим пастилу, и я дам задание вашему супругу найти мага воздуха для просушки всего необходимого. Женщины, смеясь и болтая о пустяках, высушили все приготовленное, и Лика поспешила на кухню – зефир требовал больше внимания, чем пастила. * * *После ночного полета Дэриен вернулся в свою спальню. Сменил облик, но оставил окно распахнутым. Сел в кресло у огня и мрачно смотрел в затухающий огонь. Он сказал Лике правду – его друг-портальщик усомнился в возможности переноса душ обратно. Правда, предположив божественное вмешательство, предположил и наличие в мире артефакта, способного восстановить баланс. – Все просто, Дэр, весы Мироздания не терпят нарушения гармонии. Впрочем, изменения можно закрепить, сделав их частью системы… – Попроще, Мик! – рыкнул Дэриен. Он устал и почему-то страшно волновался за свою жену. – Если новая душа не срастается с телом, возникают какие-то сильные противоречия – она уйдет даже через гибель тела, – пояснил маг. – Как можно закрепить душу в нашем мире? Друг развел руками: – Чувствами, эмоциями. Душам трудно расставаться с близкими. Матери не могут покинуть детей, дети – родителей. У твоей Тирны ведь никого не осталось? – Да, ее родители умерли от очередного поветрия. Титул унаследовал то ли племянник, то ли кузен. В общем, в своем прежнем графстве она не бывала уже несколько лет. – Своего малыша она не родила, а тебя… прости, но, видимо, жена тебя не любила, иначе ее душа не смогла бы так легко уйти. Тогда дракон просто рыкнул – как это его, такого знатного, богатого и красивого, можно не любить? Да и не обижал он жену. Дарил драгоценности, оплачивал наряды, даже вывозил на всякие официальные приемы. Но… дарил ли он ей достаточно внимания и душевного тепла? Судя по тому, как легко ушла Тирна – его внешнего уважительного отношения было мало. И вот сегодня дракон поймал себя на мысли, что вот эта новая жена – такая робкая, ранимая, нежная – нравится ему куда больше отважной почти воительницы, которой он передал ключи от замка семь лет назад. С ней он готов проводить дни и ночи, любуясь теплым взглядом. Ее хотел порадовать и удивить, прижать к себе и спрятать от всего мира… Только вот он обещал не вламываться в спальню к этому хрупкому цветочку. Видел, что девушку пугает близость. И знал, что еще чуть-чуть – и не удержится. Она пахла так, что, уезжая из дома, он каждую минуту вспоминал ее, а уж проезжая мимо булочных, вдыхая аромат карамели и выпечки, буквально захлебывался желанием! Оставалась надежда на его зверя – драконы переборчивы. Его алый не принял Тирну, поэтому, наверное, Дэриена не мучила похоть, хватало визитов пару раз в месяц. Зато теперь зверю не помогло даже купание в ледяном озере! Он все равно рвался обратно в замок, и прежде, чем человеческий разум его обуздал, несколько раз пролетел у окна донны Дардар, жадно принюхиваясь. Дон Дардар не был глупцом, торопыгой или жадным до наслаждений типом. Его холодный ум, расчетливость и строгость стали местными легендами. А еще он знал, что запретный плод сладок, и то, что кажется прекрасным издали, может стать безобразным вблизи. Поэтому дракон решил больше времени проводить со своей женой. Может быть, вблизи она окажется не так уж хороша? Укрепившись в этой мысли, дон Дардар дернул сонетку, вызывая слугу – пришел новый день, пора воплощать планы в жизнь!