Глава 26

Алиса

Это ж каким надо быть самоуверенным болваном и эгоистом, чтобы предложить мне такое! Супружеский долг, мать его. Через четыре года типа брака с этим придурком! Хотя в данной ситуации хочется выругаться похлеще. Одни маты крутятся на языке — как с таким козлищем можно о чем-то договариваться? Да я бы и дел с ним никаких не имела, если бы не обстоятельства.

Фигня, одним словом. Ну почему, спрашивается, я раньше не залезла-то во всемирную паутину и не собрала всю информацию на своего недоделанного муженька, черт бы его побрал? Думала, что разведена, но все равно стоило подстраховаться. Вот не любопытна я совсем, и это сыграло против меня.

Три дня прокручивала все возможные варианты, как выпутаться из ловушки (а я почему-то была твердо уверена, что Игнат просто хочет меня загнать в угол), в которую угодила по своей же глупости. Имелась парочка дополнительных вариантов, если Игнат все-таки выгонит меня с насиженного места, но как показал Интернет, точнее, новая информация о моем супруге — я в полной *опе.

Два других торговых центра, где есть места, тоже принадлежат миллиардеру Игнату Доманскому. Черти бы его сожрали со всеми потрохами! Или спалил бы кто на костре, как ведьму в старину!

В общем, как бы ни крутила, не ходила два дня из угла в угол, и не пыталась уйти от разговора со своим мужем, все равно пришлось встречаться. Только настроена я была решительно! И не собиралась так просто сдаваться.

Наконец-то я смогу высказать все Игнату прямо в лицо. Тоже мне, властелин мира недоделанный.

А интересно, мне, как законной супруге, парочка миллиардов полагается? Желательно мелкими купюрами, потому что огромное желание засунуть их Доманскому прямо в задницу растет со скоростью света.

— А не поздно ты вспомнил о супружеском долге? — намерено выдержала многозначительную паузу.

А что, пусть помучается в ожидании моего ответа. Наблюдала, как улыбка медленно сползала с его лица, пока я молчала. Смотрела в глаза и делала вид, что мне пофиг, хотя внутри все сжалось в тугой комок.

Тяжело с ним бороться, но и сдаваться я все равно не собираюсь.

Пусть катится ко всем чертям. Желательно в ад. Или хотя бы на Северный полюс — даже куплю ему билет в один конец.

Моя жизнь только начала налаживаться, входить в колею, а тут прилетело, откуда не ждали. Муженек, мать его. Уже и ругаться начала, пусть даже мысленно. Но не за горами тот день, когда выдам ему всё прямо в лицо.

Хотя, чего тянуть — можно прямо сейчас осуществить свою давнишнюю мечту.

— Бегала ты слишком долго, — ухмыльнулся, наблюдая за моей реакцией.

— А может, ты плохо искал? — приподняла одну бровь, вызывая у Игната вспышку. Еще немного, и взорвется. Может, хоть тогда признается, что наш брак — это одна сплошная ошибка?

— Не стоит провоцировать, малышка, — сменил гнев на милость, вызывая у меня очередной прилив злости. — Поверь, видеть меня в гневе — то еще удовольствие.

— Продемонстрируешь? — как-то слишком резво вырвалось у меня, о чем я вскоре пожалела.

Игнат подлетел, как молния, в два шага пересекая расстояние между нами, и схватил меня за руку чуть выше локтя. Дернул на себя, и наши лица оказались на расстоянии пятнадцати сантиметров. Может меньше, я не сильна в геометрии, но очень близко.

Испугалась, понимая, что перегнула с сопротивлением и дерзостью. Сейчас точно ударит. Или покалечит, так его глаза метали искры.

Задирала голову, но взгляда не отводила. Да и хрен с ним, даже если шею свернет — покончим быстрее с нашим чертовым браком.

— А ты в курсе, что спать с другими — это называется супружеской изменой? — Игнат произносил слова по слогам, со злостью, раздувая ноздри, как дракон.

— Не пойму, о чем ты, — нахмурилась, так как его претензии выеденного яйца не стоили. Какой-то бред несет. Может, у него снова приступ белой горячки? А может, это его постоянный спутник, учитывая нашу предыдущую встречу?

— Я о твоем любовнике, — притянул меня еще ближе к себе, опаляя жарким дыханием мое лицо. — Или кем он там тебе приходится?

Хотелось смеяться. Громко и заливисто. Точнее, не так — хотелось заржать, так как подобную чушь я слышала впервые. Артем и мой любовник — да уж, до чего мужская фантазия только не додумается.

Надо же, как быстро сделал выводы, один раз увидев меня садящейся в Мерседес к другому мужчине.

И ведь даже спросить нормально не может — сразу же обвинения в измене выдвигает. Опять за меня решил, не желая даже мнением моим поинтересоваться на этот счет.

— Для того, чтобы иметь любовника, — чеканила каждое слово, цедя сквозь зубы, — надо для начала заиметь мужа, — намерено сделала паузу, чувствуя, как хватка мужских пальцев слабеет. — Не просто на бумаге, а и в…

— Ты сама сбежала!

— Мог бы и поухаживать для начала!

— Я хотел, — он тяжело вздохнул, отпуская мою руку. — Честное слово, Алиса.

— С трудом верится, — со злостью ухмыльнулась и отступила на шаг назад. От греха, так сказать, подальше. А то не ровен час, опять схватит за руку. Или точно треснет меня чем-то тяжелым.

Но остановиться я уже не могла, поэтому выдавала правду, которая долгие годы копилась у меня внутри:

— Я реально была в тебя влюблена, Игнат. После той встречи, в торговом центре, мечтала снова тебя увидеть, — отвернулась, так как воспоминания лавиной нахлынули, захватывая меня в свой плен. — Ты — взрослый мужчина, такой притягательный и сексуальный, а рядом я, — запнулась, чувствуя, как слезинка катится по щеке. — Малолетка, которая влюбилась, как дура малолетняя.

Сама не понимала, какой бред несу, но остановиться не могла. Всё говорила, говорила, пока не почувствовала мужские руки на плечах. Как будто током ударило. А хриплый голос сильно резанул по оголенным нервам, приводя меня в чувство:

— Не надо, милая.

— Да пошел ты, — фыркнула, вырываясь из его рук. — И ты, — повернулась к нему лицом, — и твоя жалость. Ненавижу тебя! За то, что за моей спиной купил меня у отца за долги!

— А надо было на улицу тебя выгнать? — он стоял, как ледяная статуя посреди огромного кабинета. Ни одной положительной эмоции на лице. Лишь каменная маска, через которую не пробиться.

— Твой отец погряз в долгах, — продолжил Игнат, по-своему растолковав мое молчание. — Не сегодня, так завтра вас бы выгнали на улицу, забрав дом. Ни один банк не хотел с ним связываться, а я…

— Благодетель! — фыркнула со злостью, перебивая его пламенную речь, а Игнат снова сделал шаг ко мне. Хоть за руки не хватает больше, и то радует.

— А может, ты бы хотела, чтобы твой отец продал тебя какому-нибудь извращенцу? — продолжал давить, воскрешая в памяти всю ту боль, которую запихнула глубоко в сердце.

И сейчас не позволю ему вернуть всё назад.

Это нельзя простить.

Разве что научиться как-то с этим жить.

Но главное — избавиться от Игната раз и навсегда.

Стереть его образ из памяти. Забыть обо всём, что с ним связано.

И даже те чувства, что когда-то к нему испытывала, запереть на семь замков.

Хватит, настрадалась уже. Не хочу снова стать игрушкой в его руках.

Он никогда не узнает, какую боль причинил мне тогда. Как мерзко и отвратительно я себя чувствовала, плача в подушку темными ночами.

И как сейчас пытается снова вывернуть душу наизнанку. Своими дурацкими оправданиями, которым хочется поверить. Прямо тянет снова ему довериться. Как тогда, в торговом центре. В нашу первую встречу.

Наверное, я — дура, которую ничему жизнь не учит. Ведь так долго боролась с влечением к Игнату. Ненавидела его, и в то же самое время ждала. Когда он придет и заберет меня отсюда. Решит все мои проблемы, прижмет к своей широкой груди и скажет хриплым голосом свое любимое: “Малышка”.

Черт бы его побрал!

И зачем я только согласилась на эту дурацкую встречу!