глава 27

Это были непростые несколько дней. Насте по нескольку раз в день названивал Фомин. Ей иногда казалось, что ему делать нечего, вот он и издевается как может. И приходилось отвечать, юлить, хитрить, чтобы не выбиться из сценария и не вызвать у старого мерзавца подозрений.

Фомина жадно интересовало все, что касалось семьи Марка Савельева. Он выспрашивал подробности по нескольку раз. Злился, что Настя пока не узнала ничего нового, а ей приходилось изворачиваться и лгать. И так по кругу.

Каждый раз потом ее натурально тошнило и руки тряслись.

Андрей велел ей записывать все эти разговоры и слушал внимательно как коршун. И выражение лица у него было такое, что Насте становилось страшно.

В остальное время — без перемен. Холодные незнакомцы, точнее, узники, запертые в одной тюрьме. Но были ночи. Настя отказывалась обсуждать с самой собой, то, что между ними по ночам происходило. Это было табу, запретная тема. Некая территория, где иная гравитация и действуют иные законы. А за пределами… За пределами была война.

Она уже начала привыкать к этому состоянию, потому что ко всему можно привыкнуть.

***

Была пятница. С утра они практически не виделись. Андрей большую часть дня провел, не выходя из своей комнаты, а Настя из своей. С тех пор, как она завела себе отдельную посуду и продукты, они даже не ели вместе. Как две кометы в космосе, просто ощущение присутствия, и все.

Было уже около пяти, Настя сидела в кухне, перед ней тарелка с творогом. Она специально выбирала время, когда точно была уверена, что Андрей не зайдет. Это тоже было одной из негласных договоренностей.

А он вошел, остановился на пороге. Девушка замерла, опустив ложку, и уставилась в тарелку.

— Сегодня вечером нас ждут Марк и Лиза.

— Хорошо, — ответила она.

Он продолжал смотреть на нее и не уходил. Молчание становилось каким-то тягостным. Наконец Андрей произнес:

— Будут еще гости. Я бы просил тебя держаться естественно. Выходим через час, постарайся не тянуть. Пробки.

И только после этого ушел.

А она смогла выдохнуть и откинулась на спинку стула.

Не тянуть. Когда это она тянула?

То, как Андрей сказал про гостей, напрягло девушку. Потому что она хорошо представляла себе, какие могут быть гости у бизнесмена Савельева. И собственную неуместность там. Потом Настя решила, что все это временно, и как-нибудь Савельевских гостей она переживет.

Быстро вымылась и высушила волосы.

Долго выбирала одежду. Хотелось выглядеть нейтрально, и все-таки понимала, что ей придется соответствовать. В конце концов, остановилась на светлом платье очень бледного бананового оттенка. Платье было простое, скроенное по фигуре. Чуть выше колена, прямой вырез под горло и без рукавов. Оно хорошо смотрелось и, несмотря на простоту, казалось нарядным.

К платью были такого же оттенка босоножки и сумочка. Андрей почти все покупал вместе с аксессуарами, комплектом. Оно и понятно. Надо же соответствовать.

Отложила его и закрыла шкаф с одеждой. Настя очень осторожно относилась ко всем этим вещам, воспринимала как прокатное. И после развода собиралась все это вернуть. Но пока приходилось пользоваться. Хотя, конечно, ей нравилась дорогая одежда. И белье. Особенно белье. Сама она не могла бы себе такое позволить.

Через час, когда Андрей заглянул к ней напомнить, Настя была полностью готова.

Увидел ее и застыл, а потом сглотнул и отвел взгляд. Она сама покраснела, не зная, куда глаза девать. Потому что он в светлой рубашке поло и светлых джинсах показался ей безумно красивым. Но смотреть на него ей не надо.

— Готова? — спросил он.

Настя только кивнула.

Потом они ехали в его машине, в замкнутом пространстве вдвоем. И тягучее молчание обволакивало киселем. Каждый избегал лишнего взгляда или движения. В лифте, конечно, было тяжелее всего. Душно становилось и нечем дышать.

Потому, когда они наконец добрались до пентхауса Савельевых, Настя испытала облегчение. Временное, потому что незвестные гости по-прежнему продолжали напрягать. Однако, нервничала она зря.

На этот раз их встретили по-простому, а в гостях у Марка был сводный брат Лизы Олег Серов с женой Татьяной. Олег Серов понравился Насте. Красивый мужчина, немного старше Андрея. Приятный в общении, улыбчивый, без закидонов. Но тоже видно было в нем деловую хватку.

Готовили и сервировали стол в этот раз мужчины. Все происходило на огромной террасе пентхауса, а женщины, пока шла подготовка, устроились в гостиной. Сначала Настя чувствовала себя скованно, но постепенно они разговорились, потом Лиза ушла укладывать ребенка, а они остались там вдвоем с Татьяной.

И разговор уже был немного иной.

Конечно, в первый момент Настя чуть не сгорела от стыда, когда выяснилось, что они, оказывается, все знают. Сразу напряглась и подобралась. Хотелось оказаться где-нибудь за тридевять земель, только подальше оттуда. Но та постаралась разъяснить, что они семья. И все, что касается Марка с Лизой, касается и их. А потом спросила:

— Настя, как у вас с Андреем?

Что ей было ответить?

— Никак. Когда весь этот фарс закончится, мы разойдемся и больше никогда друг о друге не вспомним.

Татьяна нахмурилась и зябко повела плечами, оглядываясь на мужчин, занятых на террасе. Настя проследила ее взгляд. Трое. Такие шикарные мужики. Элитные самцы. Красивые, каждый по-своему. Но Андрей казался ей самым красивым. Насте хотелось закрыть глаза и ослепнуть.

— Знаешь, — проговорила Татьяна. — Я ведь так ненавидела Олега. Так люто, думала, никогда его не прощу.

Настя удивленно на нее взглянула. А молодая женщина кивнула и продолжила, глядя на мужа:

— Я у них в доме работала горничной. Молоденькая была, неопытная. Он попользовался мной и бросил. Вернее, — она задумчиво замолчала. — Вернее, я была уверена, что все именно так. А потом мы с ним встретились снова. И вот… сын растет у нас. Но если бы мы не нашли силы поговорить друг с другом, кто знает, что было бы. А так, — она искренне улыбнулась. — Я очень счастлива.

Какое-то время они молчали обе, потом Татьяна сказала:

— Подумай о моих словах.

Больше они на эту тему не говорили, потому что появилась Лиза, и их уже позвали за стол.

***

Когда сидели за столом Олег Серов между упомянул, что на днях приезжает его брат Роман. А потом в разговоре мелькнуло имя Феликса. Лиза сказала:

— Мама с папой приедут через три недели. Получается, как раз к вашей свадьбе.

Андрей напрягся, а Насте стало не по себе.