Эпизод 32

— Да ладно? — произносит Камиль со смешком и темнота в его глазах словно превращается в лед. Смотреть в них — как наблюдать зимней ночью за течением реки под этим льдом. Опасным. Холодным. Смертоносным, — намекаешь, что хочешь мне отсосать?

Фу, грубиян. Я? Хочу?

Нет.

Я просто хочу попытаться избежать того, что принесло мне боль, но и выполнить свою часть уговора с Камилем. Какая ему разница, как получать удовольствие? Необязательно запихивать мне снова член между ног. Минет я еще перетерплю кое-как, может, мне даже понравится, но вряд ли. Мне кажется странным получать кайф от обсасывания другого человека.

— Можно сказать и так, — упавшим голосом я, а он выпрямляется и садится на край постели.

— Ты маленькое ссыкло, цыпа. Давно бы уже кайфовала подо мной, если отбросила бы все страхи. Окей, если тебе легче начать с этого. Приступай.

Я запахиваю покрепче полы халата, чтобы он не распахнулся ненароком, сползаю с кровати и подхожу к Камилю на ватных ногах. Медленно опускаюсь на колени между его разведенных ног. Его будто бы и не смущает ничего. Он наблюдает со мной с явным интересом и спокойствием, немного откинувшись назад и опираясь на одну из рук.

Я опускаю взгляд на полотенце на его бедрах. Черт, просто стоит снять его и приступить. Ничего в этом особо сложного нет. Все этим занимаются. Все. Если после этого он отстанет от меня — я могу считать, что легко отделалась. В конце концов, он мне не противен. Если бы не мрачное прошлое Камиля, и не смутное будущее с ним — я бы подумала, что вытащила у жизни лотерейный билет. Но я правда боюсь.

— Можно я попробую… начать по-своему? — сглатываю я. Надеюсь, он не ждет, что я сейчас все достану и заработаю ртом, как новенький пылесос, — просто хочу немного расслабиться и привыкнуть к тебе.

— Я весь открыт к твоим экспериментам. — получаю я ответ без тени сарказма и паника со смятением немного отступают на второй план. Я впервые нахожу в себе силы взглянуть на Камиля не мельком, исподтишка, словно боясь спровоцировать или получить порцию ехидных комментариев в ответ.

Открыто взглянуть. Рассмотреть его, как есть, целиком, отмечая каждую деталь. Гребаный убийца выглядит просто потрясно, и я уже не могу винить Валю в распутстве, потому что меня тоже начинает захватывать картина обнаженного тела. На смуглой коже слишком много шрамов. Тонкие, едва заметные, и более выделяющиеся, пугающие. Могу поклясться, что он едва не потерял жизнь, когда получил их.

Я поднимаю руку и едва прикасаюсь кончиками пальцев к одному из них возле ключицы. Осторожно веду по белой линии, чувствуя, как напрягаются мышцы мужчины под кожей.

— Их слишком много, — мой голос звучит очень тихо, и я не удивлюсь, если Камиль не поймет, что я сказала, — тебя пытались убить? Или пытали?

— Было дело.

Он, все же, услышал меня. "Было дело" что? Попытка убийства? Пытки? Или все сразу? Ладно, хорошо что он ответил размыто. Сейчас ни к чему узнавать такие подробности.

Татуировки скрывают часть шрамов. Такое ощущение, что Камиль действительно поначалу пытался их перекрыть, только потом плюнул, поняв, что это бесполезно. Тату закрывают часть груди, ребер, и почти полностью заполняют одну из рук. Удивительно, но чернила вообще не ощущаются под кожей. Она абсолютно гладкая.

Наверное, я смотрюсь очень глупо. Наверняка Камиль ждет, когда я приступлю к чему-то горячему. Но, когда отпрянув, я поднимаю на него взгляд, то недовольства не замечаю. Честно говоря, мне кажется, что тьма в глазах мужчины становится как-то менее колючей и пугающей.

— Прости, — произношу я, — я увлеклась.

Это правда. Страх отступает, забываясь. Удивительно, что Камиль позволил мне вот таким заниматься, подпустил к себе ближе. Я словно получила шанс погладить тигра, не жертвуя какой-нибудь из частей тела. И это оказалось очень увлекательным и заманчивым занятием.

— Продолжай. У тебя забавное лицо.

Я приподнимаюсь, опираясь при этом руками на его бедра. Камиль смотрит на меня несколько бесконечных секунд, словно заглядывая глубоко в душу.

Главное — помнить, что такие опасные люди, как и дикие животные, всегда себе на уме. Я никогда не знаю, что произойдет в следующую секунду, а любая ошибка может его спровоцировать. Мне стоит немного размереннее и осторожнее его изучать. Но я уже слишком увлечена, чтобы об этом сильно задуматься. Поэтому я прикрываю глаза и прикасаюсь легким поцелуем к губам Камиля. Я пробую его на вкус, и он оказывается приятным, и совершенно не пугающим…

Невероятно приятно, оказывается, самой целовать человека. Особенно, такого, как Камиль. Это подкупает легким ощущением власти над ним… пусть и обманчивым ощущением, но у меня начинают даже от нетерпения покалывать губы, когда я ловлю его выдох — хочется чего-то большего. Чтобы он включился в процесс.

До тех пор, пока внезапно на моей талии не сжимается сильно рука, и мир не переворачивается, отчего я падаю обратно на постель. Ойкнув, я открываю глаза. Камиль нависает надо мной.

В этот раз меня не сразу охватывает паника. Что-то дергается тревожно в животе, когда мы пересекаемся взглядами, и когда тело, которое мне позволили изучать минутой ранее, теперь накрывает меня грозной тенью.

Дьявол, нельзя смотреть так. Опустошая. Подчиняя. Словно я своими действиями что-то в нем задела, заставила раскрыть себя, пробралась глубже, чем он обычно позволял. Если он вздумает сейчас меня распять на постели и сделать то, к чему стремился весь вечер, я вряд ли даже найду силы сопротивляться, потому что сейчас я им заворожена.

Я плохо помню наш первый раз, потому что была в явном смятении — а был ли у Камиля такой же взгляд? Или он сделал все как-то более с равнодушным и профессиональным видом? Кажется, да.

— Ложись спать, — внезапно резко произносит Камиль, а я хмурюсь.

— Я что-то не так сделала? — растерянно вырывается у меня.

— Ты все не так делаешь. Но в данном случае, это уже мои проблемы, — получаю я странный ответ и Камиль отстраняется, выпрямляясь.

— Камиль… — пытаюсь я получить ответ, но он меня перебивает:

— Завтра мы расписываемся. Отсыпайся.

— Если ты собираешься сейчас вызвать какую-нибудь шлюху, чтобы ею передернуть, то я против, — внезапно произношу я, понимая, что он собирается уйти. Нет, это нечестно. Я только расслабилась, и, возможно, у нас бы что-то вышло…

Камиль приподнимает саркастично темную бровь.

— Если ты забыла, я еще раз напомню: я заплатил около полумиллиона за твою девственность и еще сверху за роль жены. Мне еще и на шлюх бабло тратить? Зачем тогда ты мне?

Он уходит, закрыв дверь и оставив меня в своей спальне. Я громко и выразительно фыркаю.

Мог бы и признаться, что просто решил дать время мне привыкнуть. Почему бы ему не быть чуть мягче, раз уж он намерен оставить меня своей женой? Может быть, я и ссыкло, а ты, Камиль, тогда чертов грубиян.

Я ложусь на огромную кровать с темным постельным бельем и заворачиваюсь в одеяло, которое все пропахло им.

Ладно. Пусть он грубиян, но неожиданно он оказался лучше, чем я представляла. Я думала, что Камиль ужаснее. Намного, намного ужаснее. Но то, что произошло сегодня дало мне надежду на то, что даже этого человека можно заставить стать чуть мягче. И, возможно, мне удастся найти к нему подход.