Глава 32

От его откровенно циничного оскорбления у меня аж в глазах потемнело. Я сделала судорожный вздох и сразу же ощутила приближающуюся лавину слёз.

Ну уж нет! Я не доставлю ему такого удовольствия. По всей видимости, стараниями его мамочки мой босс опять скатился к прежним «заводским настройкам» и вновь превратился в надменного говнюка. Ничего… мы это уже проходили…

Решительно распахнув дверь, я почти успела выскочить из припаркованного автомобиля. Но Влад моментально схватил меня за руку и рванул на себя так, что я и опомниться не успела, как плюхнулась обратно на сиденье.

Даже не скрывая возмущения, я обернулась на своего спутника, но слова тотчас застряли у меня в горле. Ведь побелевшее от боли лицо Влада вмиг разметало мой праведный гнев без следа.

— Извини! — Я дотронулась до его руки, но ровно через секунду отдёрнула её от греха подальше. Ведь ещё неизвестно, понравился бы ему мой жест.

— Извини?! Это всё, что ты мне можешь сказать? — почти заорал на меня Влад, сверкая ослепительно синими глазами.

— А что ты ожидал от недалёкой, вернее, тупой бабы? Но какая бы я не была, я не позволю себя оскорблять… даже тебе. — И удивляясь собственной решимости, закончила: — Прощай Влад.

Но не успела я дотронуться до автомобильной двери, как мой шеф властно, но уже без прежнего гонора обронил:

— Не дёргайся, послушай меня. Я слегка погорячился. — И после короткой паузы добавил: — Обиделась?

— Нет, конечно! Я же привыкла, что меня каждый день так называют!

Его сожаление, высказанное в такой надменной форме, вызвало во мне не просто раздражение, а откровенную злость. Захотелось оказаться от него как можно дальше. Но не успела я и пошевелиться, как Влад снова меня остановил.

— Ты не можешь спокойно посидеть на месте?!

— Не могу? Скорее, не хочу! — Я постаралась вложить в свой взгляд всё презрение, которое сейчас к нему испытывала. — Не хочу! И не буду!

— Ася, девочка моя. Послушай меня внимательно.

От его низкого сексуального голоса меня буквально парализовало. Сердце забилось как сумасшедшее, а воздуха в груди стало катастрофически не хватать. Боже, а ведь он прав. Какая же я идиотка: поплыла сразу же, едва он включил своё обаяние. Вернее, этот режим у него никогда не отключался, но его «девочка» отняла у меня последнюю решительность. И я окончательно поняла, что не в силах уйти от любимого мужчины.

— Говори быстрее, я спешу, — пробурчала я, проклиная себя за бесхребетность.

— А разве ты ни ко мне направлялась?

Его вопрос поставил меня в тупик. Конечно к нему, а к кому же ещё? Но он не должен об этом узнать…

— Какая самоуверенность! Прямо свет клином на тебе сошёлся. Как будто мне больше пойти некуда.

Его молчание меня озадачило. Я нехотя повернула к нему голову и тут же опешила.

Он улыбался! Смотрел на меня, как и раньше, взглядом полным невыносимой нежности, от которого у меня всегда перехватывало дыхание.

— Ась, у тебя на лице всё написано. К тому же нетрудно догадаться, зачем ты вышла из своего подполья, куда тебе посоветовал уйти твой липовый начальник безопасности.

Но меня даже радует, что ты нарушаешь не только мои указания, — сделав небольшую паузу, он продолжил: — И в то время как я лежал на больничной койке и ждал от тебя хотя бы элементарного сочувствия… ты сидела будто таракан в какой-то щели! — Влад замолчал, после чего отвернулся и демонстративно уставился в окно.

Это называется начал за здравие, а кончил за упокой. И что мне теперь делать? Доказывать ему, что всё было совсем не так, как он думает?

А всё потому, что я о таком лишь читала в книгах и видела в фильмах. Я привыкла доверять людям, поэтому мне и в голову не приходило, что это обман. Конечно, легко ему рассуждать! Ведь он давно уже плавал в таких водах, поэтому видел то, чего не замечала я. Влад — акула бизнеса, где все улыбались друг другу, держа фигу в кармане, где слова о доверии почти ничего не значили…

Конечно, имея такую сестрицу, другая бы давно уже перестала слепо доверять людям, но только не я. Ох, права Светка насчёт меня, ох как права…

— Владислав Сергеевич, хватит ходить вокруг да около. — Так официально я его называла только при людях. Но сейчас это получилось у меня спонтанно. — Если я для вас слишком проста и не подхожу под стандарт сильной женщины, которых вы так любите, то так и скажите. Я вам не Вика, сама уйду.

Влад резко повернул ко мне голову. И пускай мой взгляд словно бы прилип к приборной панели, я ощутила его недоумение буквально кожей.

— Я почти не сомневался, что к твоему исчезновению причастна моя мать. А когда ты заговорила как она… — Он вытащил из кармана сотовый, что-то там нашёл и тут же поднёс его к моему лицу. — Посмотри, случайно, не это твой начальник службы безопасности.

Я взглянула на экран и, увидев там знакомое лицо, не смогла сдержать эмоций:

— Точно, он! Пётр Алексеевич!

— Я так и думал. Никакой это ни Пётр Алексеевич, а Геннадий… даже не знаю, как его по батюшке. Это давнишний мамин знакомый, адвокат, которого она прикормила, когда планировала отсудить у отца загородный дом. В этот раз она перешла все границы!

— Когда этот начальник безопасности так мне ни разу и не позвонил, я стала подозревать что-то неладное…

— Да неужели? — с издёвкой изумился Влад. — А я уже сам хотел за тобой ехать. Думал, что ты будешь там сидеть до второго пришествия.

— Как будто бы ты знал, где я нахожусь!

— Конечно, знал. Почти сразу же после твоего звонка. А насчёт сильных женщин я как-нибудь и сам разберусь. — Мой босс завёл двигатель. А когда автомобиль уже поворачивал на мост, тихо добавил: — Если бы ты мне была безразлична, я бы не поджидал тебя здесь как последний идиот.

Я притихла, вжавшись в кресло. Сдержала себя из последних сил и промолчала, чтобы не испортить этот чуть ли не исторический момент. Ведь он сейчас, можно сказать, признался мне в любви!

Сидела тихо-тихо, как мышка. Но когда увидела знакомую многоэтажку, не выдержала:

— Зачем ты привёз меня на новую квартиру?

— Ты хотела сказать в твою новую квартиру. И почему ты не можешь произнести это вслух?

Я отвела взгляд, так как и сама этого не знала. Наверное, потому, что до сих пор испытывала неудобство. Ведь квартира мне досталась, как выразилась Светка, «нахаляву».

— Да там пустая квартира, даже присесть некуда! Зачем мы сюда приехали?

Влад открыл входную дверь и протянул мне ключи.

— Держи, твои по праву. — Он положил их на мою ладонь и галантно пропустил меня вперёд.

Едва я переступила через порог, как моя нижняя челюсть медленно поползла вниз. Что это?! Такое впечатление, что я словно по волшебству оказалась в одной из квартир, фотографии которых мы со Светкой так любили рассматривать на глянцевых журнальных страницах. Тех самых, которые с изяществом оформил какой-нибудь модный дизайнер интерьеров.

Вторым потрясением оказался тот факт, что из однокомнатной квартиры моя жилплощадь превратилась в двухкомнатную! И всё благодаря полупрозрачным раздвижным перегородкам, которые показались мне застывшим водопадом, настолько они были прекрасны.

— Что это? — выдохнула я восхищённо.

— Твоя новая берлога, как ты это называешь. Насчёт кровати не беспокойся, она убирается. У дизайнеров это, кажется, называется квартира-трансформер. Тут есть ещё несколько прибамбасов, я тебе потом их покажу.

Его слова лишь слегка задели мой разум, так как я всецело была поглощена рассматриванием этого красивого и очень уютного чуда в бежевых тонах. А когда я заметила огромное французское окно с дверью, высотой от пола до потолка, ведущую на просторную лоджию, я и вовсе затрепетала от счастья. Ведь сбылась моя голубая мечта заиметь собственный зимний садик! К тому же между шторами благородного бледно-зелёного оттенка я рассмотрела на лоджии крупные растения, и даже небольшие деревца.

От моих обид не осталось и следа. Вернее, под натиском этого великолепия они на время отошли на второй план. Поэтому от неописуемого восторга я бросилась на шею своего любимого как ребёнок.

— Потише, солнце моё! Я пока ещё раненный.

— Ой, извини. Это от избытка чувств-с, — радостно протараторила я голосом известного киногероя. Затем осторожно его обняла и затихла, прижавшись к нему как преданный пёс, или же как влюблённая по уши женщина.

Когда я буквально заставила себя от него отстраниться, то сразу же заглянула ему в глаза. Его испытующий взгляд меня порядком озадачил. Я ожидала увидеть там искреннюю радость и чисто мужское желание, а напоролось на непонятную мне настороженность и даже недоверие.

— Прости, что не повёл себя как настоящий мужчина, изголодавшийся по женским ласкам, — с иронией заметил он, целуя меня в макушку. — Мне сейчас, честно говоря, не до этого.

— Нашёл нимфоманку. Думаешь, я не понимаю? И вообще, я хочу знать о тебе всё. Твои травмы, последствия, что нужно делать для реабилитации…

— О нет, только не это! Я хочу как можно быстрее забыть об этом. А болячки будем обсуждать на пенсии, понятно?

— Понятно, что от тебя ничего не добьёшься. Придётся пытать Славика. Ну а про своего братца ты мне ничего не хочешь рассказать? — Я не сводила с Влада глаз, хотя и не надеялась на исчерпывающий ответ.

— Конечно, не хочу. Не забивай себе голову. Знай только одно — тебе ничего не угрожает.

— Как будто меня только это волнует! — возмутилась я.

Влад подошёл и, горячо обняв, прижался ко мне всем телом. Его чувственный натиск был не только неожиданным, но ещё и достаточно сильным. Настолько, что я оказалась прижатой к той самой раздвижной двери, похожей на застывшую водяную лавину. Его губы начали творить своё волшебство в области декольте (благо, что мой глубокий V-образный вырез на джемпере позволил ему это сделать). И там, где моё тело соприкоснулось с его тёплым дыханием, я почувствовала приятное покалывание и жар.

Последними в списке на умопомрачительные ласки, видимо, оказались мои губы. Так как он занялся ими в последнюю очередь, когда я уже не чувствовала под собой ног. Поцелуй получился не столько нежным, сколько властным и упоительно долгим…

Когда мы с ним отдышались, Влад выпустил меня из объятий, прошептав напоследок:

— А продолжение будет позже, когда я окончательно оклемаюсь. Тогда я отомщу тебе за все свои волнения.

Застыв посреди комнаты как статуя, я только и смогла, что нервно сглотнуть. Ничего себе! Вот это аванс! Да я ещё после этого поцелуя не опомнилась…

А Влад, словно не замечая моего состояния, подошёл к изумительному декоративному столику, на котором стоял бонсай с необычными серебристыми листьями. Небрежно провёл пальцем по его миниатюрной кроне и спокойно добавил:

— А этого красавца я лично купил тебе на новоселье. Я давно заметил, как ты трепетно относишься к цветам.

В его голосе мне послышалась ирония. Поэтому я тут же среагировала, едва справляясь со своим непослушным от волнения языком:

— Трепетно? С чего ты это взял? Мне просто они нравятся и всё.

— Поэтому ты с ними разговариваешь как с живыми?

— Во-первых, они и есть живые, а во-вторых, когда такое было?

— Как-то я застал тебя в твоей комнате, когда ты мило беседовала с геранью на подоконнике, — произнёс Влад и посмотрел на меня насмешливым взглядом.

Я тут же прокрутила в памяти все свои косяки и курьёзные случаи, но подобного среди них не оказалось. Видимо, когда-то он подловил меня на этом, но решил не смущать и тихо удалиться.

— Ну и что, подумаешь! Просто я их очень люблю. Но ты взвалил на меня такую ответственность! Я, конечно, очень тебе благодарна, но бонсай — дорогое растение и очень капризное. А вдруг он у меня погибнет?

Влад усмехнулся:

— Ещё куплю. Но, судя по названию, вы с ним должны поладить.

Я с любопытством обошла столик и увидела на обратной стороне цветочного горшка наклейку с названием растения. Наклонилась и прочитала: «Elaeagnus macrophylla. Лох крупнолистный».