Глава 16 · Поединок со вкусом горечи

Руслан

В груди взрывается атомная бомба! Всё в щепки разносит от новой яростной волны. Выжигает. Тело сотрясает. Срываюсь с места и мчусь в кабинет.

Просил же: «Прими горячий душ. Согрейся…» Так нет же! Ослушалась. Решилась на побег. Сумасшедшая, отчаянная идиотка! Сделала ставку на Zero. Ну что ж, Мария, придётся забрать тебе свой выигрыш. Поздравляю, сегодня я весь твой!

Хромированная ручка массивной двери с грохотом впечатывается в стену. В несколько широких шагов пересекаю пространство кабинета. Отодвинув шторы, распахиваю балконную дверь. Хлестнувшая по лицу морозная прохлада оставляет обжигающий след не только на коже, но и в лёгких.

Плевать.

Втягиваю поглубже кислород, чтобы в мозгах прояснилось, иначе голову разорвёт. В ней уверенными темпами назревает не то что мировая война, там целый апокалипсис разворачивается.

После резкой смены освещения, навожу зрение в сумерках. Прямо передо мной пласт снега и льда с треском отделяется от выступающего потолка и устремляется вниз.

– Черррт! – раздаётся вслед за шуршанием оползня. – Придётся прыгать…

Тяжело дыша, подхожу к заснеженным перилам. Вскидываю кверху взгляд.

На расстоянии метра болтаются подошвы ботинок. Тех самых, что недавно неслись мне в лицо. Не со зла, конечно. Из самых «добрых» женских побуждений! Маша в один миг умудрилась перевернуть мой мир вверх дном.

– Ирод проклятый. Всё из-за тебя! Павлин несносный. Мудак озабоченный… – озлобленное ворчание барахтающегося в воздухе тела вынуждает мои губы дрогнуть в ироничной улыбке.

– Чертов Засранец Георгиевич!

– Боже, какая честь… – хриплю я в ответ, предусмотрительно протягивая руки ей навстречу.

– МаммААА! – испуганно взвизгивает, срываясь вниз.

– Поймал! – приходится приложиться грудью о перила и повиснуть на них вместе с грузом.

– Твою мать! – выплёвывает Дан, прижимая меня к железу. – Держу.

Выравниваюсь, подтягивая Машу выше. Сцепившись с ней взглядами в безмолвной борьбе, оба пытаемся прийти в себя. Я первым разрываю затянувшееся молчание:

– Дан, доберманов спустили с цепи? – решаю её морально встряхнуть, чтобы проучить. – Им долго нельзя быть прикованными. Психика страдает. Звереют черти.

– А как же, – Галецкий включается в диалог, заверяя вполне серьёзным тоном. – Всех до одного. Правда, ещё не кормили.

– Ну так что, Машенька? – оскалившись, всё так же держу её в воздухе над землей. Будет знать, чертова экстремалка, как доводить серьёзных мужиков до инфаркта! – Отпустить тебя в сугроб, что ли? Хотела сбежать – беги, если успеешь.

– Не надо!!! – разорвав тишину громким воплем, Мария, точно кошка, вцепляется в мои плечи мёртвой хваткой. Молитвенно сводит брови. – Я передумала! Вытащи меня наверх! Пожалуйста, вытащи!

– Уф! Какая сообразительная девочка! – ёрничаю, притягивая к себе так, чтобы наши лица оказались максимально близко друг к другу. Её тонкий запах забивается в ноздри. Едва справляюсь с эмоциями, обратно превращаясь в хмурый утёс. – Уверена?

– Да, – выдыхает, принимая поражение. – Давай же, поднимай меня, чудовище. Ты всё равно бы не отпустил.

Приняв отмашку, рывком вытаскиваю Машу на балкон. Ставлю на ноги, прижимаясь к ней всем телом, особенно в районе бёдер. Дурочка дрожит от холода, одетая в кожаную косуху с мехом. Отжала мою любимую. Уже хорошо. Общие вкусы имеются.

– Варрф!!! – рыкнув по-собачьи, цапаю пальцами за бедро, позволяя себе ещё одну шутку за испорченный вечер.

– Дурак!!! – Маша до чертиков пугается. На инстинктах отвешивает пощёчину, ввергая меня в лёгкий шок. В венах от этого действа тотчас вспыхивает адреналин. Разносится по всему телу, заряжая его энергией.

– Дан, – цежу, не сводя с неё взгляда. – На сегодня ты свободен. Утром организуй Марии удобную одежду и тёплые сапоги.

Галецкий исчезает мгновенно, позволяя оторвать её стопы от пола и втащить в кабинет. После того, как за нами захлопывается дверь, я буквально слетаю с катушек.

Маша

– Ты же не дура! Знала, что здесь у меня охрана кругом! На каждом углу расставлена! Хотела поиграть в Бэтмена? – рычит Исаев, теряя последние крупицы самоконтроля. Крепко схватив за плечи, буквально размазывает меня по стенке. Следом придавливает собой, словно гранитной плитой.

Задыхаюсь в панике. Ничего сделать не могу. Впопыхах спланированный план побега пошёл коту под хвост. Но я не могла иначе. Лучше попробовать и пожалеть, чем не попробовать и жалеть, что не попробовала.

– И как, Мария? Бэтмен впечатлил? – Руслан сатанеет. Скалится недоброй улыбкой. В налитых сталью глазах поднимается смерч. В душу мою воронкой ввинчивается, словно мощное раскалённое сверло. Закручивает её в тугой канат, обжигая огненными всполохами.

Господи, помоги мне выстоять…

Я не позволю себя сломать. Он этого не дождётся. Никогда. Я лучше грудь подставлю под расстрел, чем позволю ему превратить себя в покорную тряпку.

Краска возмущения опаляет щеки. Приходится подавить в себе панику, вздёрнуть подбородок и съязвить:

– Бэтмен из тебя так себе, а что?

Боже мой, он сейчас меня точно придушит. Я даже чувствую, как наваливается ещё сильнее, словно хочет оставить отпечаток моего тела на этой стене. Вдавить. Сделать слепок.

От этой мысли коленки начинают трястись, но я не подаю вида. Упрямо жгу злостью его лицо, повторяя себе, что лучшая защита – это нападение.

Руслан не дождётся моего раскаяния. Пусть хоть треснет от злости! Почему я должна чувствовать вину? В чём? Перед кем? Я всего лишь пыталась вернуть себе свободу! Избавиться от его навязчивой компании!

– Стерва… – многозначительно хмыкает, словно обдумывает меру наказания. Глаз с меня не сводит. Наши взгляды сплелись так тесно, образовывая невидимую связь, что впору начать искрить. И каждая следующая секунда молчания может закончиться оглушительным взрывом.

– А чего ты ждал от меня? Похвалы? Раскаяния? Покорности? Хотел, чтобы я недвусмысленно встала перед тобой на колени? Насосала прощение? Ты же меня для этого сюда привёз? Отпусти!!! – яростно прошипев, пытаюсь его оттолкнуть, но тщетно. Этот монолит и бульдозером не сдвинешь, не то что моими озябшими руками.

– У тебя очень красивые губы, Мария, – он снова скалится, переходя на вкрадчивый тон. Хватает за шею рукой и приближается к моему лицу так близко, что я начинаю улавливать его горячее дыхание на своих губах. Слишком волнующее, и это бесит.

Моё тело не должно откликаться на Руслана, но оно не слушает мой разум. Живёт своей жизнью. Загорается под ним, как спичка от искры…

– Думаю, на моём члене они смотрелись бы шикарно, – добавляет, шумно выдыхая в мой рот. – Но во рту у тебя столько яду, Машенька, что мне не особо хочется рисковать…

Запах карамели, дыма и алкоголя, вперемешку с его собственным, проникают в меня, отравляя голову. Он дышит выпитым виски мне в лицо. Этот виски пахнет поцелуем. Мне никогда не нравились пошлые мужчины, их грубые выражения. Но из уст Руслана пошлости звучат почему-то иначе. Особенно, когда он всё это шепчет, вгрызаясь в мои губы зубами. Током обжигая плоть, сводит с ума.

Я вся дрожу перед ним. Вытягиваюсь струной перед его сексуальной харизмой. Стоит ему впиться в губы глубоким поцелуем, и последние крохи самоконтроля сдохнут во мне.

Нельзя!

Нам нельзя целоваться!

– Господи… Исаев, – осознавая свою беспомощность, с горечью выдыхаю предостережение, – тогда тебе нужно вместе с членом поберечь свой язык…

* * *

– Я лучше вымою твой рот с мылом. Целовать тебя – сплошное удовольствие.

Отодрав меня от стены, срывает с плеч дублёнку. Я глазом не успеваю моргнуть, как оказываюсь у него на плече. От столкновения с твёрдыми мышцами живот пронзает тупая боль. Бёдра сковывает мужская железная хватка.

– Хватит! Прекрати! – череда ударов по спине захватчика не спасает моего унизительного положения. Исаев уверенным шагом движется к выходу. – Поставь меня на место! Руслан!!!

– Твоё место рядом со мной, – заявляет будничным тоном, покидая кабинет.

Краем глаза замечаю мелькнувшую тень его охранника.

Прекрасно…

И как я могла надеяться на удачный побег? Они же как псы – постоянно начеку.

– Ничего, что я замужем? Я уже об этом напоминала тебе! И не раз! – кричу, не в силах понизить градус своей злости. Мы снова возвращаемся в исходную точку. Руслан, поднявшись по лестнице, вносит меня в спальню. Но уже не ставит на пол у кровати. Следует прямиком в ванную.

Какого черта он творит???

– Это не проблема, – озвучивает Исаев, опуская меня на пол у стенки. Отрезав путь к отступлению, устремляет на меня абсолютно серьёзный взгляд. – Делай выбор, Маша, я всё решу. Вас разведут быстро и безболезненно. Кофейню оставишь себе, если ты к ней настолько сильно приросла душой. Я подарю её тебе.

– Какой выбор, Руслан? О чём ты, вообще? Я люблю своего мужа. Ты это можешь понять?

Господи, как же я запуталась. Я впервые не верю в то, что говорю.

Как быстро рухнул мой мир. Столкнувшись с неразрешимыми проблемами, разбился вдребезги.

Ещё утром у меня была семья, казалось бы, любимый муж, работа, друзья. Мне нравилось общаться с хорошими людьми. Я жила этим. А сейчас у меня всего этого почти не осталось.

– Если бы ты его любила, не попала бы ко мне в руки. Таков закон притяжения. Если тебя не направить, ты и дальше будешь жалеть своего никчёмного супруга. Причём, в ущерб своему благополучию, – Руслан поднимает руку к моему лицу, и ласково проходится костяшками пальцев по скуле. От этого чувства внутри всё переворачивается вверх дном и начинает дрожать. Огнём вспыхивает.

Невероятно, но он видит меня насквозь.

Приблизившись к моему телу вплотную, вынуждает вжаться в стену лопатками. Вздрогнуть от проскочившей между нами искры. Вдохнуть его запах и снова потерять нить разговора.

– Не нужно… – молю, чтобы отошёл от меня на безопасное расстояние. Но он не слушает. Обхватив обеими ладонями лицо, как и прежде, заставляет смотреть ему в глаза. Я едва сглатываю ком в горле, замирая внутри и снаружи.

– Тебя тянет ко мне. Ты чувствуешь, поэтому боишься. Ты не можешь этого отрицать. Соглашайся стать моей, Маша, и у тебя будет всё, что пожелаешь.

Руслан прав. Мне стыдно признаться в том, что мне действительно с ним хорошо. Я его практически не знаю, но находясь рядом с ним, чувствую в крови невероятную химию. Из-за её реакции слишком часто перехватывает дыхание.

Давно я не испытывала такого с мужем. Наш брак превратился в скучный союз. А после всего, что произошло, и вовсе не хочется возвращаться к Петру. Но и оставаться с Русланом в его доме в качестве фиктивной жены тоже не желаю.

Он пугает своим напором. С момента нашего столкновения всё пошло наперекосяк. Словно ангелы взбесились и взгромоздили на мои плечи очередное испытание.

Не хочу!

Разве мне мало того, что я уже пережила?

– Ты сумасшедший, – хриплю я пересохшим от волнения горлом. – Не нужно преувеличивать свою значимость. Кроме неприязни, я ничего к тебе не чувствую. Мы совершенно разные люди. Мы чужие друг другу! И тот поцелуй в примерочной… – замолкаю на короткое мгновение. От нахлынувших воспоминаний низ живота внезапно сводит сладостной судорогой. Приходится сжать колени, чтобы хоть как-то облегчить свою участь. – Он… Он ничего не значит! – выпаливаю я, чувствуя, как лицо наливается жаром.

Супер…

Конечно же улыбка Руслана говорит о том, что ни одному моему слову он не поверил.

Не умеешь ты Маша врать…

Тот поцелуй был лучшим в твоей жизни…

– «Минус» притягивается к «плюсу», Машенька. Поэтому мы столкнулись. Программа среднего звена школы. Помнишь?

– Мне кажется, вселенная сошла с ума, раз устроила нашу встречу, – мой голос предательски сипнет и дрожит от того, что он склоняется ещё ближе.

– У тебя нет выбора, – шепчет Руслан, ведя носом по моему виску, – а когда его нет, значит, всё складывается так, как и должно быть. Это судьба, Мария. Не зря ты сиганула под колёса моей машины.

– Ты одержимый, – опускаю ладони на его грудь, создавая между нами хоть какой-то барьер. – Тебе нужна помощь специалиста. Ты псих!

– Лучше быть настойчивым психом, чем несостоявшимся избалованным занудой, от которого посреди ночи сбегает жена! – тон голоса у Исаева меняется мгновенно до рычащего. Передумав удерживать меня в ловушке своих рук, он отстраняется и командует, переводя взгляд в сторону джакузи и обратно: – Раздевайся! Тебе нужно согреться. Доктора я отправил домой, как ты и просила. Так что вся ответственность за твоё здоровье ложится на мои плечи.

– Я сама приму душ. Выйди, пожалуйста, – инстинктивно скрещивая руки на груди, осматриваюсь по сторонам. Стеклянную стену можно закрыть, растянув занавес. Уже хорошо. Не стану же я мыться перед ним голой.

– У тебя была такая возможность. Ты её упустила, – ошарашивает решением, разбивая сердце вдребезги. – Дважды на твои фокусы я не поведусь. Раздевайся, Мария. Или мне тебе помочь?