Глава 17

На берегу оказалось не менее прекрасно. Светлячки кружили над морем, сияние отражалось от воды, будто волшебные огоньки летают, а не насекомые.

Люди придумывают магию, а она же повсюду. Природная. Самая настоящая.

Сладкое шампанское гуляло на языке небольшими глотками. Вкусный сыр вместе с ягодами добавлял вкуса атмосфере.

Хорошо. Красиво. Приятно. Только здесь, а на материке поджидает повисший сизым облаком вопрос… Как быть с Матвеем?

Понятно, что мы с Богданом просто удачно воспользовались моментом, и продолжения не будет. Но насколько уместно и дальше жить у Матвея, учитывая наш вчерашний чудесный романтический день, плавно перетекший в вечер.

Ситуация, достойная бульварных романов: пытаться завязать роман с одним, переспать с его братом, и в итоге остаться ни с кем. Кажется история с "невестой на двоих" становится понятна. Я хотя бы до статуса невесты не добралась, всяко проще.

— Когда я получу аванс? — покосилась на Богдана.

Он лежал полубоком, опираясь на локоть, смотря то ли на светлячков, то ли за горизонт. Глотнул шампанского.

— Хороший вопрос. Своевременный. Я могу решить, что ты намеренно меня соблазнила.

В лукавых глазах точно должно отразиться мое праведное возмущение.

— Я? Соблазнила? Тебя?

Скорее соблазнилась на него.

Жалеть глупо, да и незачем. Мне все понравилось, момент был отличный, остались последствия. С ними уже сложнее.

Сама долила себе шампанского, прожевала сладкую голубику.

— Неважно, — махнула рукой на все вопросы и наглость Богдана. — Так что с авансом?

Он коротко глянул на меня, вновь устремил взгляд за горизонт.

— Подпишешь контракт — получишь аванс и премиальные за внеурочные часы.

Разумно, конечно. Трудовой договор знаю, контракт же звучит слишком… важно, что ли.

— Контракт? — переспросила с надеждой на пояснения.

— Сроком на три года без возможности досрочного расторжения, — Богдан перевел взгляд на меня.

Один факт в гонке за деньгами я позорно не учла: он бизнесмен до костного мозга. Каждая его извилина в первую очередь нацелена на выгоду, и это, безусловно, логично. Его выгода очевидна: работоспособный раб на три года, проверенный, полезный и перспективный. Очевидно, что за это время мои навыки возрастут, ему это на пользу.

Нельзя не учитывать новый… уровень взаимодействия.

Было раз, почему бы не продолжить? Такая мысль вполне может появиться в его голове, а с контрактом руки мои будут связаны и ноги скованы.

Хитро.

Валера погремел массивной цепью, неприятно щурясь и подбирая пару-тройку неласковых.

Нет, надо хорошенько все обдумать. Взвесить плюсы, минусы, возможные издержки. В конце концов решение должно приниматься на трезвую голову и в другой обстановке.

— Если не подпишу, адова неделя останется неоплаченной?

Подтянула к себе контейнер с последними кубиками сыра. Я тоже жадная.

— Да, — подтвердил Богдан без промедлений.

Ну, о честности и справедливости говорить бессмысленно. Моральную компенсацию требовать и вовсе смешно.

Что ж, ладно. У меня прекрасная возможность полюбоваться морем, светлячками. Насладиться свежими ягодами, вкусным шампанским, чудесной погодой.

Богданом наслаждаться больше не тянет, так что сделаю вид, будто его здесь нет.

Об остальном подумаю завтра.

Чувствую, денек выйдет запоминающимся.

* * *

Отплыли на рассвете преимущественно в молчании.

Незначительные фразы за полноценный диалог не считываются.

С пирса сразу отправились в аэропорт. Ждать не пришлось — взлетели минут через десять.

Я отвернулась проспала большую часть полета. Проснулась когда самолет пошел на снижение.

— Как и говорил, у тебя будет время привести себя в порядок перед рабочим днем, — сухо уведомил Богдан, тыкая в экран планшета.

— За полтора часа я приведу себя в состояние вполне живенького зомби, — проворчала, сходя по трапу.

Прохлада раннего утра слегка взбодрила.

— Отгул не дам, — бескомпромиссно заявил Богдан, шагая впереди.

О, на такую щедрость даже не надеялась. Даже не посмела думать.

На парковке ждали знакомые авто в количестве двух штук.

Богдан подошел к одному, я ко второму.

— Жду в офисе, — заявил босс и сел в машину.

— Угу, — буркнула, забираясь в салон авто.

Успею подремать по пути до дома.

Наивно было так считать. В голове вращались разные мысли, но все сводились к одной: Матвей наверняка еще не уехал на работу. Предстоящая встреча отзывалась скребущим по нервам чувством вины.

Будь Гамлет — женщиной, его вопрос: "Быть или не быть?", — наверняка имел бы вполне конкретный подтекст: "С кем быть, а с кем не быть?".

Передо мной такой не стоит, и все же… неловкость зашкаливает.

Говорить о том, что было на острове, или умолчать? Все-таки мы с Матвеем пока не перешли на стадию, когда подобное расценивается изменой. Или все же считается?

Авто подкатило к знакомому дому и быстро уехало, едва я покинула салон.

Остановилась на подступах к подъезду, посмотрела наверх…

Ничего не изменилось. Жопа в небесах как сверкала беспросветным целлюлитом, так и продолжила им хвастаться. Хоть бы в размерах уменьшилась — ан, нет! Кажется даже больше стала.

Я здесь всего неделю. Объективно, за это время можно привыкнуть, но погрузиться с головой — нет. Влюбиться до потери пульса можно за один день, но я не влюбилась. Слегка прилипла, как палец к засохшему вишневому сиропу. Оторвала, облизала — сладенько, вкус есть. И вишня нравится, но с кислинкой.

Так и мне: Богдан симпатичен, даже нравится, но он с кислинкой и даже горчинкой. А Матвей… с ним хорошо. И жить, и время проводить. В парке было чудесно, ощущение себя девочкой-девочкой вообще за гранью. Прежде мне такого не позволялось.

А с Богданом? На вулкане, в постоянном конкурсе колких фраз. Прямо-таки воин, борец непонятно за что. И зачем.

Не хочу воевать. Никто не заставлял — факт, но как-то повелось с момента знакомства с ним. Еще когда дверь открыл в мою-свою квартиру.

Наверх поднималась пешком, наплевав на возможное опоздание.

На чем я остановилась… А, война и мир. Война с одним, мир с другим. А я "и". И я, пожалуй, поставлю над ней точку.

Зашла в холл. К чему я все-таки успела привыкнуть, так это к квартире, всегда забитому едой холодильнику, и да, что после тяжелого дня есть тот, кто сделает массаж и вкусно накормит.

Про Арину забывать не стоит. Без нее мои утренние сборы были бы длиннее.

Матвей, готовый к рабочему дню, спешил к выходу.

Тепло мне улыбнулся, сунул смарт в карман.

Горячие ладони обожгли талию, поцелуй — губы.

— Рад тебя видеть.

По голосу слышно, по глазам понятно.

— Без тебя здесь стало пусто, — Матвей быстро обулся. — Как прошло? Все нормально?

Ключи звякнули, ложась на широкую ладонь. Вторая рука легла на дверную ручку.

Он ждал ответа, хотя и торопился.

— Да, потом обсудим, — кивнула, заставляя себя улыбнуться. — Удачного дня.

— И тебе, — он цепко осмотрел лицо, кивнул. — Напиши, когда закончишь. Заеду.

Дверь с глухим стуком закрылась.

Забытый полудохлый котенок поскреб острыми когтями по горлу. Какая все же пренеприятнейшая ситуевина вышла. Оказия, достойная романа.

Зря классиков не читала. Возможно там освещалось нечто подобное. Или хотя бы романы из газетных киосков. Тоже своего рода классика. Легкого идиотизма в большинстве случаев, но это как раз-таки мой.

— Арина, сделай кофе.

— Кофеварка запущена, — оповестил услужливый искусственный интеллект.

Осталось принять душ, натянуть шкуру уверенной и успешной, и не испортить ее по пути до офиса.

* * *

За выходные в Мэджик корп ничего не изменилось. Стены стояли, сотрудники дрожали. Те, кто в чем-то облажался.

Зашла в зеркальный лифт с пакетиком вкусняшек и подставкой с двумя стаканами кофе.

Вид приличный, и не скажешь, что совершенно не выспалась. Если хорошенько присмотреться, в зрачке видно Валеру, подсчитывающего заработанный кэш. Осталось его получить, а не просто подсчитывать реально заработанное, но не ощутимое.

Каблуки застучали по коридору до приемной.

Поставила свое на стол, взяла кофе босса.

Глухое: "Да", — в ответ на стук разрешило войти.

Поставила стакан перед генеральным.

— Богдан Маркович, я бы хотела увидеть контракт.

Изучить под лупой и микроскопом на наличие споры Люцифера. Заразного вируса невыносимости человека.

В меня прилетел короткий взгляд.

Босс отпил кофе, смотря в монитор.

— У вас на почте.

Задерживаться не стала. Задушевный разговор не планировался.

Вернулась к рабочему месту. Достала круассан с фисташковым кремом и базиликом, открыла почту. В понедельник с утра писем с темой "Спасите-помогите!" и "Ариночка Витальевна, на вас вся надежда!" не нашлось. А жаль. Я привыкла чувствовать себя супер-вумен. Женщина-недокошка Мэджик корп. Спасение для всех за личную услугу для меня. Удобно.

Письмо с задачами от босса оставила "на десерт". Посмотрим, что за контракт с Люцифером мне предлагается подписать.

Строчки неспешно смещались одна за одной, обретая вполне понятную форму.

Помимо уже известного — три года без возможности расторжения, нашелся другой любопытный момент. Я по собственному желанию уволиться не могу, а вот меня уволить — легко. И не просто легко, а еще и с плюсом. Для Богдана Марковича, разумеется.

После увольнения я не имею права работать в компаниях прямых и непрямых конкурентов два года. Но, справедливости ради, это распространяется и после истечения срока контракта, если он не был продлен.

Корпоративные тайны, ладно, понять можно. Предусмотрительность, бизнес, все такое. Но мне же придется работать под страхом увольнения, потому как генеральный человек… интересный. Мало ли что взбредет в его голову ранним утром или поздним вечером. И вообще в любое время суток.

Лишусь работы и новую не найду. Продавщицей в "Шестерочку" идти? Или в пекарню "Пышки у малышки" полы мыть? Чудесный карьерный рост после должности помощника генерального.

Хорошо, с нервным напряжением я как-нибудь справлюсь. Но пункт о "запрете отношений с работниками Мэджик Корп., в том числе их родственниками ближними и дальними", — это, стесняюсь спросить, камень только в мой огород или всему колхозу прилетело?

Упустим момент, что отношений с Матвеем как таковых пока нет, замуж не собираюсь, но, представим, собралась. И что? Уволиться не могу, соответственно нарушаю контракт. А за нарушения какого-либо из пунктов — разбирательства в судебном порядке в соответствии с законодательством. С последующим присуждением штрафа или более сурового наказания в зависимости от "нанесенного компании ущерба".

Класс.

То есть моя личная жизнь может нанести компании урон, за который я понесу ответственность. И естественно при увольнении мне ничего не выплачивается, а в случае нарушения — тем более. Сама еще должна останусь.

Круассан закончился, теперь просто потягивала латте, смотря в стену и не видя ее.

С одной стороны — деньги, которые я заработаю на этой должности. С другой стороны — рабский контракт с предводителем "филиала ада" в виде Мэджик корп.

Натыкала на клавиатуре сообщение.

Арина Светлова:

Пункты контракта обсуждаемы?

Ответ пришел незамедлительно.

Генеральный:

Нет.

Валеру потянуло ответить в рифму. Нецензурно. В стиле подростка из бетонных джунглей.