50

Я лежу с одышкой и полным ощущением, что меня конкретно выебали. Во всех смыслах.

Прикрыв глаза, испускаю изможденный вздох. Но даже тогда я не могу избавиться от картины, которую будто выжгли на сетчатки глаз: оседлавшая меня маленькая секс-бомба с подпрыгивающей небольшой упругой грудью и трахающаяся так, словно ее цель — выжить или выбить жизнь из меня. Скорее всего второе.

Твою мать. Что это вообще было?

Я готов истерично рассмеяться, потому что это первая девушка, которой я позволил доминировать над собой. И не то чтобы ей требовалось мое разрешение. Но… какого черта мне понравилось?

Вся вот эта ее агрессия и жадность, с которой она противостояла мне… все это не укладывается в голове. Как и не укладывается, в какой момент моя игра пошла по ее правилам? И вообще, какого хера я набросился на ее гребаный рот?

Она невыносимая, раздражающая и ненадежная. Я должен был выбросить заразу за борт, когда она флиртовала с моим братом, или же когда пришла сюда и устроила мне сцену. Я должен был сделать что угодно, но только, блядь, не целовать ее и тем более не трахать!

Но я напоминаю себе, что в этот раз трахнули меня, потому что все это безумие сбило меня с толку.

Еще сильнее я охуел с того, как быстро и хладнокровно она встала с меня, взяла мою футболку, вытерла с себя мою сперму и ушла в этом блядском купальнике как ебаная королева.

Я привык контролировать ситуацию и до этого момента думал, что прекрасно с этим справляюсь. Но ни хрена подобного.

Эта девушка по какой-то нездоровой причине разрушает все мои установки. И из-за нее принятые мной неправильные решения становятся нормой.

Поднявшись рывком на ноги, я еще минуту собираюсь с мыслями и только после принимаюсь одеваться, но футболку оставляю брошенной, как белый флаг, который с меня сорвала дикая пиратка. Оставив меня одного посреди неизведанных вод.

И мне ни хрена не нравится такой расклад.

Разозленный на самого себя, я выхожу из тренажерки и громко хлопаю дверцей. Но когда вспоминаю, что забыл платье Невеличкиной, скрепя зубы возвращаюсь за ним и только после поднимаюсь на палубу.

Невеличкина снова сидит на диванчике, на ее лице очки, и она делает вид, что безмятежно загорает. Но вздрагивает, когда в нее прилетает ее платье.

Я не дожидаюсь реакции и ухожу на нос яхты, чтобы немного выдохнуть.

Но ее саркастичное «фу, как грубо» врезается между лопаток, провоцируя вернуться и швырнуть ее за борт, как следовало сделать с самого начала, а не усложнять все сексом. Придурок, блядь.

Я мог бы прикрыться тем, что она портит мою репутацию в глазах деда, но в глубине души знаю, что взбесило меня совершенно другое. Но я скорее отрежу себе яйца, чем произнесу эту сумасшедшую причину вслух.

Облокотившись на леер, смотрю за горизонт и впервые за долгое время совершенно не понимаю, что делаю и для чего.

Вроде и есть смысл, но я чот так заебался, что уже не уверен, а нужно ли мне это лидерство?

Тот факт, что я не могу сохранять холодный рассудок и контроль, очень тревожный звоночек.

Мой план казался идеальным, пока я не усложнил все, взяв в фиктивные девушки свою помощницу, которая оказалась самым настоящим ящиком пандоры. И я открыл его.

А теперь чувствую, как загоняю себя в тупик, потому что тормозить смысла нет, но и продолжать, учитывая нашу ядерную совместимость, из-за которой все выходит из-под контроля, тоже риск. Огромный ебаный риск.

И я знаю, что, даже подписав все бумажки, подтверждающие наш брак фикцией, останься я со всеми гарантиями на руках, просто мне не будет. С Невеличкиной просто не бывает.

Она, видимо, была создана, чтобы мой идеальный мир, работающий по определенным алгоритмам, рухнул к чертовой матери.

Вздохнув, запускаю руку в волосы и тяну их, улавливая медленные тяжелые шаги за спиной.

— Милые бранятся только тешатся, — посмеивается дед и встает рядом, облокачиваясь на поручень. Ну разумеется, он не упустил этот цирк из внимания, а я позволил одной заднице поставить весь мой план под угрозу. — Я вот думаю. Не поторопился ли ты, Ян? — задумчиво произносит дед, и я поворачиваю к нему голову, но он смотрит на гаризонт, игнорируя мой настороженный взгляд.

— Ты чего, дед? — спрашиваю немного растерянно. — Ты же вроде сам говорил нам остепениться?

— Я не об том.

Он корябает пальцами бороду, прищуриваясь вдаль.

— Скрывать не буду, мне не понравилось, как твоя невеста флиртовала с Артуром. И ты знаешь, как негативно я отношусь к вертихвосткам.

— Ви не вертихвостка, — какого-то черта защищаю ее.

Это произошло неожиданно, и теперь я чувствую на себе тяжелый взгляд деда.

Но защищать ее вроде как в моих интересах, да? Хотя я предпочел бы сам ее скинуть в адовый котел, но только когда это не будет угрожать мне самому.

— Хорошо, если я ошибаюсь, — наконец произносит дед, кивая и направляя взгляд на воду, и продолжает размышлять вслух: — Я ведь не дурак. Так что не думайте, что меня можно одурачить. Я фальшь почувствую за версту. И ни одному из вас не понравятся последствия.

— И что же ты чувствуешь сейчас? — интересуюсь, бросая взгляд на мужественный профиль деда.

— Я не чувствую, сынок. Я наблюдаю.

Супер, мне прям полегчало.

— И пока что твоя невеста вызывает у меня многовопросов.

Я давлюсь удушливым смешком. Гребаный Артур. Зная этого ублюдка, мне стоило держать Невеличкину при себе, чтобы моя же игра не обернулась против меня. Мое упущение, признаю.

— Думаю, все твои вопросы развеются, когда ты поймешь, что Вильгельмина, — господи, кто мог дать девушке такое имя? — выбрала меня не из-за денег. Или ты считаешь, что я не достоин истинной любви?

Ля-я-я… Раневский, вот ты чешешь.

— Я такого не говорил. — Дед качает головой. — Но я буду рад, если мои подозрения окажутся ошибочными. Вы уже выбрали дату свадьбы?

«Это фиаско, братан», — сетует внутренний голос.

— Эм-м. — Провожу рукой по волосам. — Мы не планировали громкую свадьбу. Распишемся по-тихому и укатим на море.

Хриплый скрипучий смех деда говорит громче слов, которые я слышу через секунду:

— Ты ведь не думаешь, что свадьба Раневских пройдет по-тихому? — Дед хлопает меня по спине, вроде шуточно, а вроде и нет, когда сжимает плечо. — Буду ждать дату вашей свадьбы. Пошумим на славу и на благо СМИ. Из всего в этой жизни, Ян, нужно выжимать выгоду. Свадьба — хороший повод засветить нашу фамилию на первых полосах.

Дед хлопает меня по плечу и уходит, а я остаюсь с явным ощущением, что меня выебали за сегодня уже дважды.