Глава 3

Виктория

Котлеты спасти удалось. Правда, пришлось лишь отрезать подгоревшую сторону. Осталось дело за малым: спасти дружбу. И я боялась, что для этого мне придется отрезать часть своего сердца. Или поделить пополам. Одну часть оставить лучшей подруге, а вторую — ту, что сгорала от непрошенных чувств ко Льву, — выбросить в помойное ведро.

Все началось с того, что рассказала о командировке. Очень уклончиво, с опаской. Но не мгла же я уехать, не предупредив подругу!

Разумеется, Лизе не могла выдать всю правду. Потому снова пришлось врать и изворачиваться. Кто бы знал, как я не люблю это делать. Да и не умею.

— Уедешь сейчас?! — У Лизы выпала вилка с нацепленным на нее листиком салата. — На целых две недели? Вик, ты в своем уме?..

Она даже потрогала мне лоб, думала, у меня горячка.

— В своем, — понуро согласилась я. Идея поехать с Львом в отпуск уже не казалась такой уж заманчивой. — Твоем отцу… Льву Николаевичу нужна помощница, я не смогла отказаться.

А вот то уже чистая правда. Я не смогла бы отказать, ведь заключила контракт. Да и не хотела, потому что все во мне молило о продолжении нашего близкого знакомства. Но и потерять подругу  не могла.

— Две недели, то не так долго, — попыталась убедить ее и одновременно оправдать свое согласие на вымышленную командировку. — Ты даже не заметишь, что меня нет. Серьезных экзаменов нет, а книги я возьму с собой.

— В смысле, не замечу?.. — надулась Лиза. Когда хотела, она умела быть строгой. Совсем как ее отец. — И при чем тут экзамены? Але, подружка, ты мне нужна не только в качестве мега мозга! Я ценю твою помощь  обучении, но это не главное. А с кем я буду болтать? Кто будет удерживать меня от глупостей? И вообще: я люблю тебя, Вик, ты мне нужна.

Мне хотелось разреветься. Как модно обманывать человека, который так к тебе относится?

— Я тоже тебя люблю, Лиз, — произнесла покаянно. Вся эта ситуация просто ужасна, и совершенно не понятно, как из нее выбраться. — Но я прошу тебя, не заставляй меня выбирать между тобой и твоим от… И моей должностью ассистентки.

Уф, чуть не выдала себя. Ну, сколько же это может продолжаться! Нет, мне не выдержать это, не суметь… Я буквально разрывалась на части.

— Позвоню ему и выскажу все! — пообещала Лиза. Бросила на стол салфетку и решительным шагом направилась к трюмо, где оставила сотовый. — Решил насолить мне?! Не выйдет!

— Лиза! — Я буквально поймала ее в коридоре. — Не звони отцу, прошу. Он не при чем, я сама согласилась на эту поездку.

Лиза, пыхтя от негодования, смерила меня продолжительным взглядом.

— Тебе так нужны деньги? — спросила, наконец. — Так попроси меня. Разве я тебе хоть в чем-то когда-то отказывала? Мы же подруги…

— Не в этом дело, — вздохнула я.

Лиза прищурилась.

— Ты слишком добра, подружка. Льву Трубецкому ничего не стоило выплатить долг Баженову и избавить тебя от его притязаний.  Ты не обязана теперь идти у него на поводу и соглашаться на все, что он предложит. Трубецкой жуткий человек, прекрати думать что обязана ему!

— Ты не права, Лиз, — проговорила я. — Лев Трубецкой хороший человек и он любит тебя, даже если ты этого не понимаешь. Но речь сейчас не об этом. Я согласилась на него работать, взяла на себя обязательство. Он не настаивал на этой командировке, мог бы взять с собой кого угодно из сотрудников.

  И в этом не соврала: Лев мог пригласить любую женщину, и никто бы не отказал. Хоть Ирина, мать Лизы, хоть Марго, ее подруга — да они бы вприпрыжку поскакали туда, куда указал Лев Трубецкой. Но он выбрал меня.

— Ты, правда, хочешь ехать? — спросила Лиза, утратив боевой пыл.

— Да, — согласилась я. — Прости, что нам придется расстаться на две недели. Ты для меня больше, чем подруга, Лиз. Ты мне как сестра, которой у меня никогда не было…

Оттого еще больнее обманывать ее. Но Лиза просто не поймет той порочной связи, что скрутила меня  и ее отца.

— Эх, Вика, Вика… — Лиза порывисто обняла и похлопала по спине. — Может, ты и права. Тебе пойдет на пользу смена обстановки. Отвлечешься немного, придешь в себя. Заодно и скроешься от вездесущего ока Германа Баженова.

— Думаешь, он больше не будет предъявлять на меня права? — Я была рада сменить тему разговора. — Оставит в покое?

Лиза ненадолго задумалась. Поджала губы и покачала головой.

— Говорят, этот Баженов пользуется большим успехом у женщин, так что твой отказ наверняка задел его. Но он не пойдет в открытую против Льва Трубецкого. Мама сказала, что у них давняя вражда…

— Из-за чего? — заинтересовалась я.

— Да хрен его знает! — небрежно бросила Лиза. — Ты ведь знаешь, Лев Трубецкой не любит распространяться о делах.

Немного успокоившись, мы вернулись в кухню, доедать остывший ужин. Лиза больше не рвалась поцапаться с отцом и даже пообещала помочь мне собрать вещи.

— Куда хоть едете? — уточнила она. — Чем будете заниматься?

Кружок огурца чуть не застрял у меня в горле. Я поперхнулась, а, прокашлявшись, посмотрела на Лизу виновато.

— Прости, подружка, я не могу тебе рассказать. Ты сам только что говорила: он не распространяется о работе. Мне и вовсе нельзя рассказывать. Контракт.

Лиза покачала головой, но все же улыбнулась:

— Ладно, молчунья, так и быть, умерю свое любопытство. Ты хоть скажи, тебе купальник с собой брать или валенки?

— Ни то, ни другое, — рассмеялась я. — А вот пару теплых свитеров и джинсы стоит взять. Плюс удобные кроссовки.

Для отвода глаз прихватила еще и пару белых блузок, юбку карандаш и балетки. Плюс тону косметики, которую запихнула мне в чемодан Лиза. Еще и новый комплект белья, кружевной пеньюар и огромную упаковку презервативов.

— А это зачем? — забеспокоилась я, увидев последнее.

Неужели Лиза о чем-то догадалась?! Ну, нет, бред… Она не стала бы укладывать презервативы в чемодан любовнице своего отца.

— Вдруг встретишь там кого, — подмигнула подружка.

Мои щеки предательски покраснели. Почему, ну почему Лев Трубецкой, лучший из всех мужчин, должен был оказаться отцом моей подруги? Что за проклятое стечение обстоятельств?!

— Звонить-то тебе можно? — уточнила Лиза. — Ноут  с собой берешь? Интернет там ловит, скайпом можно пользоваться? Пусть по видеосвязи, но я должна тебя видеть. Хочу точно знать, что этот сумасшедший профессор не выжмет из тебя все соки!

От видеосвязи пришлось отказаться: Лиза бы сразу поняла, где я нахожусь. Чего доброго, и интимную связь с ее отцом заподозрила. И все же я не могла запретить ей звонить. Тем более, что и сама настолько привыкла к подруге и разговорам по душам, что жизни себе без этого не представляла. Как жаль, что нельзя будет поделиться увиденным. А, главное, рассказать о своем мужчине.

— Ты здесь тоже держись, — напутствовала я. — Не забывай об учебе. И о презервативах тоже. Ты ведь не все свои запасы отдала мне?

Лиза порой слишком увлекалась вечеринками, и секс с малознакомыми парнями был для нее не в новинку. Сейчас, когда мы жили вместе, она не приводила парней домой. А прежде могла утром не вспомнить имя того, кто лежит с ней в одной постели.

— Как скажешь, мамочка, — подшутила Лиза. — Буду крайне осторожна и очень осмотрительна. Жаль все же, что ты уезжаешь. В эти выходные мама устраивает грандиозный показ, я участвую в качестве модели. Представляешь, Ирина разрешила мне!

— Обязательно пришли мне фото, — попросила я. — А лучше видеозапись выступления. И передай от меня привет маме.

Последнее не понадобилось. К сожалению…

Ирина Кальм, бывшая жена Льва, заявилась в квартиру накануне моего отъезда. Пришла поздно вечером, когда мы с Лизой уже собирались спать. Женщина была навеселе, от нее рознило алкоголем. К тому же она была в дурном расположении духа.

— Мам, ты чего?.. — забеспокоилась Лиза. — Тебе стоит выпить крепкого чая.

Накинув халат, подружка отправилась в кухню ставить чайник. А я, неловко переступая с ноги на ногу, осталась ждать, пока Ирина Кальм разденется. У нее не слишком хорошо получалось, пришлось помогать.

— Не тронь, я сама! — рыкнула на меня женщина. От былого светского лоска и элегантности не осталось и следа. Передо мной была пьяная вхлам женщина средних лет, раздраженная и неудовлетворенная жизнью. Она даже не пыталась это скрыть. — Не настолько я пьяна, чтобы меня раздевали. Ты же не молодой актер и не парень-модель.

— Конечно, нет, — легко согласилась я и отступила.

Позволила Ирине самой верхнюю одежду. После чего она, не разуваясь, протопала в кухню, оставляя грязные следы на полу.

— Не хочу чай, — капризно отказалась от предложенного дочерью каркаде. — Лучше плесни чего покрепче.

— Тебе не надо больше, — предупредила Лиза. — И так едва на ногах стоишь. Что случилось? Зачем ты так надралась?

Сейчас было непонятно: кто из них дочь, а кто мать. Лиза не любила распространяться, но иногда отпускала замечания о том, что ее мама похожа на маленького капризного ребенка. Ребенка избалованного и глубоко несчастного. Она и прежде позволяла себе напиваться, но обычно не показывалась при том на людях, боясь испортить имидж.

Не желая вмешиваться в их разговор, я осталась в спальне. И все же слышала все, что происходило за закрытой дверью.

— Из-за твоего папаши, конечно, — фыркнула Ирина. — Из-за его командировки. Я пригласила его на свой показ, а он отказался.

Вот как…

Я как никто знала, почему Лев отказался. Он бы ни за что не пропустил выход Лизы на подиум… Но пообещал мне отпуск. А Лев Трубецкой всегда выполняет обещания.

— Гребаный сукин сын! — выпалила Ирина, наверняка имея в виду Льва. — Заставляет меня бегать за ним… Бесит!

Предпочла бы я не слышать всего этого. Тем более, не хотела слышать признаний Ирины по поводу Льва. Но, похоже,  она все еще испытывала к нему какие-то чувства. Собственнические чувства, если быть точной.

— Эта твоя… подруга. Как ее там?  — Кажется, Ирина пыталась вспомнить мое имя. Но не вспомнила. — Она ведь сейчас работает на Льва, да? И тоже едет в командировку…

У меня чуть не остановилось сердце. Ну зачем Лиза рассказала матери? Знаю, у них друг от друга нет секретов, но причем тут я?

— Позови-ка ее сюда! — потребовала Ирина.

Я внутренне похолодела. Хотела прикинуться спящей, но не смогла. И когда Лиза зашла, покорно побрела вслед за ней в кухню чувствовала себя так, словно меня ведут на расстрел.

Почти так и было. Ирина смерила меня продолжительным взглядом холодных зеленых глаз и поморщилась.

— Это Виктория, — представила меня Лиза, как будто мы с ее матерью не были прежде знакомы. — Она, правда, работает на Льва и едет вместе с ним в командировку.

Ирина поднялась и, как будто моментально протрезвев, направилась ко мне. Мне вдруг подумалось, будто она догадалась. Поняла, что я сплю с ее бывшим мужем, и вот сейчас устроит мне разнос. Но нет, похоже, Ирина Кальм, привыкшая общаться исключительно с моделями, нашла невысокую курносую девчонку слишком непривлекательной. Недостойной внимания такого мужчины, как  Лев Трубецкой.

— Скажи-ка мне, девочка, у Льва есть любовница среди сотрудниц? — спросила она. — Она едет с вами в командировку?

У меня от души отлегло: я вне подозрений. Но с чего у Ирины такой интерес к бывшему? Они давно расстались, он свободный мужчина и не должен оправдываться перед бывшей женой. Той, которая сбежала от него много лет назад месте с дочерью. А теперь вдруг вернулась и делает вид, будто по-прежнему является его законной супругой. Ревнивой женой.

— Я не знакома с его любовницами, — выпалила как на духу. Меня охватило такое раздражение. Такая злость, что я позволила себе быть дерзкой. — Лев Николаевич не представлял мне их. Если это все, что ты хотела узнать, то я поду спать. Завтра тяжелый день.

Ирина не сдалась. Не дала мне спокойно развернуться и уйти. Схватила за руку и дернула  к себе, как марионетку.

— Я хочу, чтобы ты рассказывала мне все, что видишь и слышишь! — потребовала она.

Что? Шпионить за Львом?!

— Ни за что в жизни! — так же бешено процедила я.

Зеленые глаза Ирины полыхнули бешенством. А после сузились до тонких щелочек.

— Тебе нужны деньги, да? Я заплачу. Сколько стоят твои услуги? Лиза говорила, что ты в затруднительном положении. У тебя, вроде бы, отец играет в карты, да? Так я поправлю ваше материальное положение.

Она достала чековую книжку из маленькой сумочки и ехидно улыбнулась, как будто не сомневалась в моем согласии.

— Я не продаюсь! —  Меня начало потряхивать от волнения и злости.

— Глупости, — отмахнулась Ирина. — Все в этой жизни продается и покупается. Так сколько ты хочешь за свои услуги, деточка?