Глава 5

Виктория

Поверить не могу, я проспала почти весь перелет. И первое, что увидела, открыв глаза, это лицо Льва. Склонившись надо мной, он улыбался.

— Привет, — пробормотала я. Обвила руками его шею, коротко поцеловала в губы.

Возможно, поцелуй получился бы более продолжительным, но к нам приблизилась стюардесса, сообщить, что авто подано к трапу.

Лев не взял с собой ни Макара, ни другого водителя или охранника. В этой поездке ему не нужны были лишние глаза. Он сам вел арендованную машину по узким горным дорожкам. Всю дорогу развлекал меня историями из жизни и легендами, связанными с этим местом. Лев делал все, чтобы я почувствовала себя легко и непринуждённо. Он и сам как будто изменился, из строгого ученого превратился в заядлого путешественника и  весельчака. Мне было так легко с ним общаться. Разница в возрасте практически не ощущалась. У нас было много общего, в том числе тем для разговоров. Словом, Лев сделал все, чтобы это отдых запомнился как самое лучшее, что случилось со мной в жизни.

 Жить нам предстояло в двухэтажном деревянном доме со всеми удобствами. Здесь была собственная сауна, кухня, на случай, если решим что-то приготовить. Холодильник был заполнен едой, а мини-бар напитками. Хозяева предложили сами готовить для нас и привозить к назначенному времени, но я отказалась. Зачем нам лишние глаза? Да и готовить я умею и люблю. Особенно для тех, кто мне дорог. Должна я была взять на себя хоть что-то в этом путешествии.

На столе в гостиной стояли поздние живые цветы. Пахло свежестью и чистотой.

— Здесь очень уютно, — порадовалась я. — А какой воздух!.. И так красиво…

 Выглянула в окно и не сдержала улыбки.

— Да, места у нас красивые, — поддакнул Викар, хозяин домика. Он и его жена жили ниже в отдельном здании. — Ну, не будем вам мешать. Дом в вашем полном распоряжении, ели что понадобится, звоните, я мигом примчусь.

От их дома до нашего было не так далеко, минут двадцать пешком, однако возраст хозяев не располагал к длительным прогулкам.  Они сели в старенькое авто и уехали, оставив нас наслаждаться отпуском и друг другом.

— Чем займемся? — спросил Лев, обнимая меня сзади. Растительность на его подбородке пощекотала мою шею, а теплое дыхание согрело.

— Думаю, для начала разберем вещи, — проговорила я, чувствуя, что ему совсем не это требуется. — Или у тебя другое предложение?

Развернулась в объятиях и улыбнулась, склонив голову к плечу.

— Другое, — подтвердил Лев. Его пальцы запутались в моих волосах, а губы  приблизились. — Наконец-то мы одни, Вика…

Он целовал долго и жадно, словно растягивая удовольствие. Я ответила ему со всей страстью, на которую способна, показывая, что тоже скучала. Лев крепко прижимал меня к своей груди, сделал шаг назад и прислонился спиной стене. Мои ноги оказались между его ног, а мягкий живот коснулся упругой восставшей плоти. Руки Льва топливо избавляли меня от одежды. Мои куртка и рубашка уже валялись на полу. Лев щелкнул застежкой бюстгальтера и, откинув его в сторону, сжал ладонями груди. Склонил голову и припал губами к напряженным соскам поочередно втягивая их в рот.

— Что ты творишь со мной?.. — выдохнула я, запуская пальцы в его волосы и притягивая голову ближе.

— Дарю тебе наслаждение. — Ответ Льва прозвучал как обещание.

Теперь он целовал мою шею, щеки, виски, оставляя влажный след на чувствительной коже. Казалось, он хочет зацеловать меня всю, не оставить ни одного не отмеченного его губами местечка.

Я вдруг осознала, что он все еще в одежде. Без куртки, но в свитере и брюках. Мои руки, как по команде, потянулись к ремню. Но пальцы были слишком непослушными, как будто одревесневшими.

— Помоги же мне! — потребовала я. — Сними вою дурацкую одежду!

Лев, наверное, был удивлен моей требовательностью, но не подал виду. Зато выполнил команду так быстро, как только мог. Его ласки сделали меня жадной и ненасытной. Заставили желать большего.

Оставшись без одежды, Лев снова стал целовать — до тех пор, пока у меня не закружилась голова и не подкосились ноги. Только после этого он поднял меня на руки и с вопросом «Где тут у нас спальня?» пошел осматривать дом.

— Нам туда!.. — смеясь и одновременно замирая от предвкушения, я указала нужное направление.

Лев нес меня так легко, как будто совершенно не ощущал веса. А я прижималась к его груди, наслаждаясь запахом амбры и сандала. Поцеловала в плечо, пока он открывал дверь.

Спальня была по-настоящему огромной и занимала почти весь верхний этаж. Но самым грандиозным предметом оказалась кровать. С крепким деревянным изголовьем, как минимум трех, а то и четырёх спальная, она была застелена медвежьей шкурой. На нее меня и уложили. Сам Лев несколько минут стоял надо мной, возбужденно рассматривая и лаская взглядом. Казалось, он не мог поверить, что все это происходит с нами в реальности.

— Так и будешь стоять или все же присоединишься? — я похлопала по месту рядом с собой. 

Другого приглашения Льву не требовалось. И он определенно решил свести меня с ума, довести до беспамятства ласками. Устроившись рядом, он снова целовал каждую клеточку, каждый сантиметр моего тела, поворачивая в своих объятиях, как безвольную куклу. Его дерзкие губы и язык творили со мной  чудеса, вознося на небывалые высоты. Я буквально мурлыкала от счастья, чувствуя, как жар возбуждения растекается по венам.

 Наконец ловкий мужской палец нашел мой влажный вход и проник в него. Застонав, я подалась бедрами вперед, желая большего. К первому пальцу присоединился второй, ритмично терзая податливую плоть. Дикое, неистовое возбуждение овладело мной.

— Пожалуйста… — взмолилась, цепляясь пальцами за шкуру, на которой лежала, комкая мех. — Прошу  тебя...

— Что ты хочешь, девочка? — спросили меня хриплым от возбуждения голосом. — Кончить?

— Да… — мой ответ прозвучал как призывный стон.

— Скажи это вслух, Виктория. Мы здесь вдвоем, тебе нечего стесняться.

— Хочу кончить, Лев! — выкрикнула я.

И громко вскрикнула, когда пальцы выскользнули из влажного входа и коснулись клитора. Лев умело теребил этот чувствительный крохотный бугорок, и я почувствовала, что вот-вот это случится. Лев был умелым и опытным любовником, он точно знал, как подарить девушке удовольствие. Но мне хотелось и самой подарить ему наслаждение.

— Нет, не так, — попросила я. Желание, что он пробудил, стало нестерпимым. — Я хочу, чтобы ты был со мной. Хочу почувствовать тебя в себе.

Лев раздвинул мои бедра и, разместившись между ними, направил свой член туда, где его больше всего ждали. В последнюю секунду Лев вспомнил о защите.

— Твою ж мать!.. — выругался он и потянулся к прикроватному шкафчику. Достал целлофановый пакетик, и, достав презерватив, натянул на свою внушительную длину. — Вот теперь я готов, девочка.

Проникновение было вначале нежным и плавным, а после ярым, неистовым. Почти грубым. Лев четко видел ту грань, что разделяет боль и нестерпимое наслаждение и никогда не переходил ее. Он закинул мои ноги себе на плечи, активно работая бедрами. Я уже не была девственницей, потому не испытала никакого дискомфорта. Мои легкие стоны переросли в крики  удовольствия. Я не боялась, что меня услышат, ведь единственные соседи жили очень далеко. 

И вот яркая вспышка взорвала мой мир. Оргазм был таким ярким, что я едва не потеряла сознание. Но через мутное марево затопленного страстью сознания я услышала победный рык Льва. Кончив, он выкрикнул мое имя.

Лев

Я давно… Нет, я никогда не чувствовал себя таким счастливым. Иногда ловил себя на дурной мысли, что умер и угодил прямиком в рай. В рай, где живет мой порочный ангел, моя Виктория. Заниматься с ней сексом, любить каждый миллиметр ее стройного тела — наивысшее наслаждение. Но не меньше удовольствия я получал, просто находясь с ней рядом. Мы засыпали вместе и просыпались рядом. Любили друг друга, как сумасшедшие. Не осталось в доме ни одного места, где мы бы ни занялись любовью. На кухне, в сауне, даже на крыльце, любуясь восходом солнца. Это были прекрасные дни, и мне не хотелось, чтобы они заканчивались. Я мог бы жить так вечно, беспечным и влюбленным.

Да, я влюблялся в Вику как последний придурок. Уже не представлял своей жизни без нее. Не желал наступления того дня, когда мы вернемся и неминуемо отдалимся друг от друга. Я с головой уйду в работу: за эти дни ее накопилось немало, несколько раз приходилось выключать телефон. Очень редко я позволял себе телефонные звонки, лишь по самым важным делам, требующим моего неусыпного контроля.

 А Вика…

Она иногда доставала книги и пролистывала фото лекций, законспектированных витиеватым почерком моей дочери. Минимум раз в день Лиза звонила Виктории, и они болтали о чем-то своем, девчачьем. В такие моменты я обычно выходил из комнаты, не желая мешать. Звонки Лизы возвращали нас к реальности. Приходилось вспоминать, что когда-нибудь мы вернемся, и все начнется сначала. Я буду пытаться наверстать упущенное время с дочерью, а Вика станет ее лучшей подругой. Удастся ли мне подготовить дочь к известию? Как она отреагирует на наш с Викой роман? Поймет ли?..

Вика утверждала, что Лиза никогда не примет наших отношений. А я сомневался, примет ли она меня как отца. Так или иначе, но все наши разговоры с Викой возвращались к моей дочери и ее подруге. Это было так неправильно и жестоко, что хотелось выть от несправедливости. Лиза по воле случая соединила нас, но теперь она же разделяла. И я, и Вика любили ее. Каждый по-своему и не хотели причинить боли. Но расстаться… Нет, об этом я даже не помышлял.

— Все уладится, — обещал я, обнимая Вику и прижимая к себе.

Нам с Лизой просто было нужно время притереться друг к другу. У нее отказался такой же непробиваемый характер, как у меня, если вбила себе что-то в голову, ни за что не уступит. И все же я был уверен, что когда-нибудь мой ершистый дикобразик признает меня отцом. Как дикий зверек, подпустит к себе, отреагирует на ласку и заботу.

— Думаешь? — переспрашивала Вика, обратив на меня полный надежды взгляд.

— Уверен, — отвечал я.

А пока мы наслаждались нашим небольшим отпуском и друг другом. Вика баловала меня домашней кухней. Она подружилась с Валентиной Петровной, хозяйкой домика, часто забегала к ней в гости за новыми рецептами. И все их пробовала на мне.

— Такими темпами к концу отпуска я поправлюсь настолько, что не влезу в самолет, — как-то пошутил я.

— В таком случае полетишь в багажном отделении, — пошутила Вика, а сама подала мне тарелку с дженчыпс, ароматным фасолевым супчиком с рисом. Подсыпала сверху укропом и петрушкой. — Приятного аппетита.

Раньше для меня никто не готовил. За свою жизнь я посетил множество ресторанов, пробовал самые изысканные блюда. Но все же то, что приготовлено специально для тебя руками красивой девушки, — совсем  другое. За это я был готов носить Викулю на руках. Впрочем, я это и так делал периодически, только не ради разминки, а чтобы побыстрее добраться до спальни.

— Знаешь, у меня есть идея получше, — проговорил я. Взял Вику за руку и усадил себе на колени. Прижался щекой к ее обнажённому плечу, выглянувшему из широкого ворота кофты. — Как насчет небольшого марафона?

— Предлагаешь пробежку? — Вика не угадала ход моих мыслей.

— Нет, не это. — Погладил стройные бедра и упругую попку. Делать это через джинсы не слишком удобно, но я справился. — Знаю другой способ сжечь калории и получить максимум удовольствия. Сейчас доем суп и научу тебя.

Вика оказалась идеальной ученицей. За отпуск я превратил ее из милой скромницы в распутную тигрицу, пробудил ее женственность, исполнил все тайные фантазии.

Оказалось, Вике нравятся не только нежные поцелуи и объятия, но и кое-что пожестче. В прикроватном шкафчике в спальне мы нашли все, что душе угодно для интимных развлечений. Плетки, анальные пробки и фаллоимитаторы остались лежать без дела. А вот розовые наручники пригодились. Викуля покорно позволила приковать себя к изголовью и в момент оргазма чуть не вырвала его с корнем. Она так прогнулась в спине, что наручники, хоть и пушистые, впились в ее запястья. Потом я целовал эти следы, испытывая раскаяние. Мне не хотелось причинить ей боль.

— Мне не было больно, — возразила моя девочка. — Наоборот… Это был очень интересный опыт. А тебе понравилось?

— Да, — ответил, не раздумывая. — Мне очень хорошо с тобой, Вика.

То, что она позволила себя сковать, доказывало очевидное: девочка доверяет мне. И это было дополнительным бонусом к испытанному удовольствию.

— Попробуем что-нибудь еще? — предложила Вика, счастливо улыбаясь. — А завтра я приготовлю тебе сладкий гуубат, рулет с начинкой из адыгейского сыра. Только схожу за ним к Валентине Петровне.

А согласился на все, и на рулет, и на эксперименты в постели. Осталась всего неделя, а мы еще столько всего не попробовали. Мне не хотелось уезжать. Но одно я знал твердо: контракт или не контракт, но Вику я от себя не отпущу. Пусть все женщины мира ополчатся на меня, пусть сочтут распутником, что угодно. Но Вика будет принадлежать мне. Всегда, не только в этом уединенном местечке, где никто нас не знает.

Рассуждая так, я еще не подозревал, что в нашу идиллию неожиданно ворвется реальность.