Глава 8 — Прелесть

Заплетаю волосы в косу, откидывая назад.

— Так… Предупреждаю сразу, что если мне не понравится, я это не надену.

— Это брендятина. В смысле — не понравится? По любому лучше, чем твой "китай". Что там может не понравится?

— Ты серьезно? — поднимаю короткое красное платье.

— Чё не так? Примерь. Дресс — "красный".

— Посмотри на меня. Ты хочешь нас обоих превратить в посмешище?

— Тебе пойдет. Ты же белая.

— Чтобы надеть такое платье, под него нужны каблуки и идеальные ноги.

— Красивые у тебя ноги.

— Откуда тебе знать? К тому же я не надену каблуки. Я со своим зрением на них навернусь, просто напросто. Да и навыка ходьбы на них у меня нет. Я буду как на костылях… И короткую юбку я носить не хочу. Я чувствую себя незащищенно.

— Да кому ты нужна там кроме меня?! Кто на тебя будет нападать??

Мы начинаем спорить.

— Пиздец, ты заебала! — взрывается он.

Вздернув подбородок, начинаю молча и аккуратно складывать все обратно по пакетам.

— Верни это все в магазин.

— О, нет-нет! Ты, — оскаливается, — обещала! Я выкупил у тебя эту днюху фотоальбомами! Держи слово!

— Я не отказываюсь, но пойду в своей одежде.

— Придурошная… — цедит тихо себе под нос.

— Что?

— Твои джинсы — мокрые!

— Я просушу их утюгом.

Демонстративно заносит мои джинсы в ванную и держит под открытым душем.

И со психом шмякает их прямо на ковер в комнате.

— Давай, суши.

— Придурок…

— Что ты там сказала?!

— Я сказала, что вам, месье, не помешают ваши хваленые антидепрессанты. А также кровопускание, которое советовал врач.

— И подрочить, да, — задумчиво упирает руки в бока, смотрит на часы. — Да, боюсь, в обморок упадешь.

Чувствую, как краснею. Потому что мой мозг пытается подкинуть мне визуализацию.

И в исполнении Данилевского это, почему-то, не выглядит как посмешище. Это выглядит так, что я действительно хочу упасть в обморок…

Фыркнув на него, запахиваю потуже халат, словно это как-то касается меня — его это "подрочить". И, надев наушники, прячусь на кресле с аудиокнигой.

— Ладно, я понял, — вытягивает наушники из моих ушей. — Шмотки едут обратно.

Отдает мне свой телефон.

— Выбирай. Это бутик ближе всего. Мы уже опаздываем. Цвета — красный-белый-черный.

Пролистываю быстро страниц десять. Отыскиваю широкие брюки-юбку с заниженной талией. Красные, как он и хотел. Но более благородного оттенка. К ним комплектом идут лаконичный белый топ, лаковые ботиночки белого цвета и сумка. И тонкое короткое пальто "летучая мышь" черного цвета.

— Вот, — протягиваю ему. — Или — это дорого?

— Не твои проблемы.

Набирает кого-то на телефоне.

— Платоха, привет! Слушай… — выходит на балкон, надевая по дороге красную рубашку. — Я подарок Яну не забрал ещё. Поможешь мне с моей… эм… женой. Аха-ха… Да! Не хочу ее с водителем отправлять. Она через полчаса выйдет, ее надо будет закинуть в нашу оптику, потом, привезти и провести туда в ВИП ко мне. Спасибо, братан.

Натягивает одной рукой черные джинсы, между полами рубахи мелькают его трусы, с выразительными выпуклостями на причинном месте.

Рывком отвожу взгляд, слыша как гремит его ремень Версаче, с круглой пряжкой.

— Ты всё поняла?

— Да.

Брызгает на шею парфюмом. Взъерошивает волосы гелем.

На палец — кольцо, на шею — цепь с подвеской. На запястье кожаный белый браслет, контрастирующий с его загаром.

Огромные белые кроссы с крокодилом.

Он красавчик…

Отвожу глаза.

"А может быть, Платон заберёт подарок, а меня отвезёшь ты?" — хочется попросить мне.

Но я не попрошу.

— В оптике скажешь, что от Данилевского. Я предупрежу. Платить ничего не надо, просто выбери.

Уходит.

Зоя приносит мне пакеты.

— Вам помочь?

— Да, пожалуйста. И давай, все же на "ты", пока нет никого. А то как-то… — пожимаю плечами.

— Хорошо.

Она быстро помогает мне облачиться.

Расстроенно пытаюсь пригладить волосы.

— Эх, ладно…

Там уже Платон, наверное, заждался. Перекладываю свой паспорт, телефон и кошелек в новую сумку.

На выходе Зоя догоняет меня с расчёской и каким-то средством для волос.

— Это флюид. Они будут сиять и хорошо лежать.

Разглаживает мои волосы.

— Спасибо, Зоя.

В оптике мне долго проверяют зрение на каких-то сложных приборах.

Я объясняю, что мне нужен эстетичный экспресс вариант прямо сейчас.

Девушка озадаченно извиняется.

— Таких линз нет, увы. Это только под заказ. Ни в какой оправе нет. И Вы нигде не найдете готовые для своих глаз.

— Да?.. — расстроенно присаживаюсь на диван.

— Мелания, я понимаю, что это совсем не то, что Вам нужно, но может быть… У нас есть отказ от заказа, посмотрите. Они на пять диоптрий ниже, чем вам нужны. Но если вопрос образа, то это как раз клубный вариант. Мне кажется, вполне…

Вытаскивает коробочку.

— А разницу скорректируем линзами.

Очки стильные, широкие, вызывающего алого цвета.

Кручу их в руках.

Нравятся…

Есть иллюзия, что можно спрятать за ними свою белёсость и половину лица.

— Я возьму их, спасибо. А линзы — не нужно.

Прячу свои "аквариумы" в сумочку, надеваю алую полосу на нос. Мир преображается, окрашиваясь в красные тона и расплываясь.

Поближе подхожу к зеркалу, рассматривая себя. Мне кажется все таким огромным и нечетким…

Но я обещала Максу, что очки будут другие. Ладно уж. Как-то выживу. Он же будет где-то рядом.

Платон везёт меня. Я почти ничего не вижу за окном.

Поглядывает на меня в зеркало заднего вида.

— Неожиданно хорошо выглядишь, Лана.

— Спасибо, Платон. Мы опоздали, да?

Кивает.

На входе в клуб огромная толпа. Мы не встаём в очередь, как все, он сразу подходит к охране.

— Это Волохов, ВИП, пропускай, — толкает один охранник другого.

Нам открывают цепочку.

— Добро пожаловать!

Прищуриваюсь, пытаясь разглядеть где гардероб, расстегиваю пальто.

Глухо долбят басы. Вокруг мельтешат люди. Все вокруг в темных тонах и сияет неоном и блёстками.

Теряю сразу же ориентацию, чувствуя лёгкую панику.

Я никогда не была в клубе.

Приобнимая за плечи, Платон разворачивает меня к широкой лестнице. Там охрана снова пропускает нас.

Мы отдаем верхнюю одежду сотруднику наверху.

Входим в зал, звук резко усиливается.

Проведя через толпу, Платон усаживает меня на диван.

— Будь здесь, я Макса поищу.

Пытаюсь расслабиться, но не выходит. Кладу ногу на ногу, сжимая в руках сумочку.

Мои плечи обнажены…

Поправляю волосы, чтобы пеленой скрыть их. Сердце панически бьётся. Мне хочется сорвать эти очки и надеть свои, чтобы хотя бы понять, где я. Потому что мелькающие стробоскоп и неон полностью дезориентируют.

Плохая была идея.

— Привет! — опирается на диванчик сзади парень. — Ты с кем?

— С Данилевским, — прокашливаюсь смущённо.

— Да-а-а?

Падает рядом со мной.

Растерянно смотрю ему в лицо. В первое мгновение мне кажется, что это Макс. Но голос то другой. И я не очень вижу…

Рефлекторно подаюсь вперёд, уже понимая по одежде, что нет, не он, конечно. Просто похожи обликом.

— Ян, — тянет мне руку.

Вежливо пожимает мне пальцы.

— Ты именинник, друг Макса?

— Да, — кивает.

— Поздравляю с днём рождения, — неловко ёрзаю я.

— И где он нашел такую прелесть? — отводит пальцем волосы с моего плеча за спину.

Дергаюсь назад, вжимаясь спиной в диван.

Он кладет небрежно руку на спинку, двигаясь чуть ближе и разворачиваясь ко мне корпусом.

— А где Макс? — слепо оглядываюсь я.

— Не знаю, может, завис где-то. Что будешь пить?

— Ничего, спасибо.

— Так неинтересно…

Его зубы в неоновом свете белоснежные и хищные.

— А-а! Я понял. Ты та сама родственница Макса? — вдруг меняется его тон на более "простой". И пафос слетает.

— Да, — поспешно киваю я.

Улыбка становится чуть мягче.

— Как тебя зовут?

— Мелания.

— Пойдем, — тянет за руку, заставляя подняться.

— Куда?

— Поищем Макса… Буду тебя развлекать! Макс у нас любит теряться.