17

Оставшуюся часть дня я провожу в раздумьях.Я очень устала за этот день, но сна нет совсем, только шелест мыслей, глухой стук сердца и ощущение, что весь мой прежний мир уже где-то за спиной, а новый ещё даже не родился.Пытаюсь представить, как это — жить одной. Без чужих наставлений, ожиданий и  криков.

Гадаю, где можно найти работу и какую.

Не думаю, что мои академические уроки по ведьминскому коварству кого-то заинтересуют за пределами магического круга.Особенно если я не смогу продемонстрировать практические навыки.

Впрочем, одна мысль в голове уже пускает корни: если я умею находить нужные слова и доносить до других то, что они сами боятся или не могут понять, пусть и через сказки, то, может быть, это и правда можно назвать даром.Может, где-то я всё-таки смогу быть полезной.

Пока я рисую в голове возможные сценарии и списки необходимых шагов, наступает время ужина, а вместе с ним, как по расписанию, появляется и Ринар.Он приходит с таким видом, будто делает мне одолжение.Как обычно, ни приветствия, ни доброго слова.  Только громкий, самоуверенный стук в дверь и требование:

— Пора ужинать!

Я открываю дверь.Смотрю на него.

Нет никаких сомнений: я должна выйти из рода, иначе мне придётся выйти за него замуж.  А я не хочу этого делать. Ни за что.

Хочется захлопнуть дверь прямо перед его носом, но… пока что рано. Мой план ещё слишком хрупкий, чтобы его обсуждать и чтобы вызывать подозрения.

Ринар не должен ощутить мою новообретённую уверенность в себе, потому что, во-первых, он может всё выяснить и вмешаться. А во-вторых, я боюсь сглазить.  Сказывается ведьминское прошлое. Да и рано радоваться.  Сначала надо, чтобы гильдия одобрила моё прошение, а уж потом я с огромным наслаждением захлопну дверь в лицо Ринару.  

Изо всех сил.Со всеми словами, что накопились.

И больше никогда не открою эту дверь.

Ринар, как всегда, в идеально выглаженной мантии, с выражением лёгкой усталости на лице, будто терпит моё существование исключительно из чувства долга.— Я и сам не горю желанием с тобой общаться, — начинает он без прелюдий, — но, будучи моей невестой, ты обязана сопровождать меня на ужин.

На секунду прикрываю глаза.Он говорит это в сотый раз, неужели самому не надоело? Представляю, как однажды, очень скоро отправлю его в пешее магическое. Без права возврата.

— Будучи гадким червяком, ты обязан уползти подальше от меня и закопаться в землю, — отвечаю сладким голосом. — Неужели твоя толпа фанаток не может сесть с тобой за ужином? Нужно обязательно мучить меня?  

Он поводит плечом и усмехается, как будто мои слова вообще его не задели, а может, наоборот — добавили ему аппетита.— К сожалению, я обязан есть с тобой. Таковы правила. Я выполняю свои обязанности, так и ты соизволь сделать то же самое.Это он так красиво называет то, что его гордость не позволяет прийти одному. Или, что более вероятно, он просто не может допустить, чтобы я хоть в чём-то нарушила сценарий, написанный им самим.Он пришёл утвердить собственную власть надо мной.

Протягивает руку, и мне приходится в ответ протянуть мою, потому что ещё не время захлопывать дверь.  Но это случится скоро, очень скоро. – Зачем тебе ужин, Ринар?  Ты когда-нибудь пробовал питаться собственной самовлюблённостью?  Её столько, что будет достаточно калорий на зиму вперёд, – говорю сквозь сжатые зубы.

Он только крепче сжимает мою руку.

– Дорогая моя, я с таким восторгом предвкушаю наши совместные вечера, когда ты будешь развлекать меня своим чувством юмора… и своим острым язычком. – Бросает на меня горящий взгляд, полный гадких намёков.

Червяк.  Гадкий червяк.

В столовой мы, как всегда, садимся одни. На нас, как всегда, смотрят.  Замечаю насмешки друзей Ринара, и от них меня пронизывает холодная дрожь.  Представляю, какие гадости рассказывает им Ринар о том, как он дрессирует меня, унижает, доказывает свой контроль. А девушки, как всегда, влюблённо смотрят на Ринара.  Как же мне хочется, чтобы хоть кто-то его соблазнил!  С надеждой смотрю на соседние столики, но не вижу никого подходящего.  Прошлая попытка провалилась с треском, и было бы глупо надеяться, что во второй раз что-то выйдет по-другому.

Ринар ставит передо мной тарелку с едой.

– Ешь! А то скоро от тебя ничего не останется, – бурчит раздражённо. – Что?!  То я слишком толстая, то теперь слишком худая? Ты уж выбери что-нибудь одно.

Он приносит свою еду и садится рядом.

Я ковыряюсь в тарелке и считаю минуты. Скорее бы он наелся, и тогда я смогу вернуться в комнату и планировать дальше. – Как тебе понравился турнир? – спрашивает он холодно.

– Лучший турнир из всех, которые я посетила на этой неделе.

– Ты была на других турнирах?

– Нет. Он сжимает вилку с такой силой, что она сгибается. А ведь я предлагала ему от меня отказаться, сто раз предлагала, даже умоляла.  Неужели ведьминский дар настолько важен для его семьи, чтобы портить всю жизнь браком с вредной несостоявшейся ведьмой?!

– Ты обрадовалась тому, что я победил?

– Конечно.

– Правда? – Смотрит на меня с удивлением.

– Конечно, правда. Если бы ты проиграл, был бы в отвратном настроении и выместил бы его на мне.

Бурчит что-то гадкое, хотя наверняка знает, что я сказала чистую правду.

Внезапно он со звоном отбрасывает столовые приборы.  Смотрит на меня с такой яростью на лице, что становится страшновато.

– Тебе действительно наплевать на то, что ты выходишь замуж за лучшего боевого мага академии?!

– Тебе сказать правду?

– Да! – Морщится как от зубной боли.

– Я бы скорее вышла замуж за мужчину без магических способностей, чем за напыщенного червяка, который умеет раскидывать молнии по арене.

Ринар откидывается на стуле, больше не смотрит на меня.  Его лицо ничего не выражает.

– Нормальная женщина была бы счастлива выйти за меня замуж.

– Конечно! – подхватываю с радостью. – Вот и найди себе красивую, богатую и влиятельную нормальную женщину.  Я даже готова тебе помочь.

Ринар резко выдыхает, качает головой. – Я думаю… – Снова поворачивается ко мне и решительно заканчивает фразу. – Нам нужно чаще видеться.

– Что?!  Как ты пришёл к такому чудовищному выводу?!  Наоборот, нам лучше вообще больше не видеться, чтобы у тебя появилось время найти себе нормальную женщину.

– Мы ужинаем вместе каждый день…

– Нет, не каждый. Я помню два счастливых дня, когда ты оставил меня в покое…

­– Прекрати, Мира! Наша свадьба состоится, хочешь ты этого или нет.  Мы должны проводить время вместе, чтобы привыкнуть друг к другу и научиться… нормально общаться.  Я надеялся… думал, что ужинов будет достаточно, но наши отношения только ухудшились.  Поэтому с завтрашнего дня мы будем ходить на свидания.

В моей голове что-то щёлкает, как спущенный курок.

В следующую секунду тарелка летит на пол вместе со столовыми приборами, а я тыкаю Ринара пальцем в грудь.

– Ни-ког-да. Понял?  Никогда ты меня не получишь.  Ни за что.

И с этим вердиктом вылетаю из столовой.

На пути чуть не сбиваю с ног магистра Тенебриса, и сама чуть не падаю.

– Ринар? – Он понимающе усмехается, и я киваю.

– Да.  Он намерен свести меня с ума. – Я могу чем-нибудь помочь?

– Да! – выдыхаю с надеждой. – Превратите его, пожалуйста, в червя.