Глава 14

Первый порыв — подскочить и закурить. Остановило отсутствие сигарет и присутствие Маши на коленях. Возбуждение как-то резко отступило на второй план. Не курил он уже лет десять точно, а сейчас захотелось до зуда в руках.

Какой дурак. Мог бы и сам догадаться. Ее ласки и поцелуи были слишком невинны, неумелы. Предпочел поверить стереотипам: в девятнадцать у девушки должен быть солидный сексуальный опыт. Честно, ведьмочка удивила. Нет, даже изумила. А на душе расплывается жаркое ощущение радости и гордости.

В этом свете, то, что произошло несколько минут назад, выглядит совсем иначе. Милая девочка, сама не знала, наверное, чем кончится ее эксперимент.

Поняв, что его молчание затянулось, и Маша озадачена, Фил прижал еще крепче. Поднял за подбородок личико и запечатлел на губах поцелуй. Нежный.

— Ты теперь меня совсем лишишь ласк?

Глаза Фила округлились.

— С чего ты решила?

— Ты сегодня не знал о… моей неопытности… и то весь день держишься почти равнодушно. А сейчас тем более… наверное… — она совершенно засмущалась и спрятала лицо у него на груди.

Значит, почти равнодушно? Знала бы она, как сдерживался весь день, стараясь отвлечься от сжигающего желания. Хотел отложить близость на более подходящее время. Да и Маша не готова. Хочется более романтичной обстановки. А она обиделась? Ее следующие слова подтвердили догадку:

— Ты меня совершенно не хочешь, — прошептала она, прямо ему в грудь. Фил рассмеялся, вдруг остро ощутив, что возбуждение ни грамма не спало. Дерзкая мысль резанула сознание. Взял ладошку и опустил вниз, едва не застонав.

— Ох, — выдохнула она. — Прости.

— И так весь день, солнце. Ты глубоко заблуждаешься. Я живой, моя девочка, и ты слишком близко, чтоб я не чувствовал. Но скажи честно, ты готова перевести отношения на новый уровень?

Она задумалась.

— Если я попрошу подождать, будет слишком эгоистично после сегодняшнего?

Харпер рассмеялся. Он не сомневался в ответе. Чувствуется ее нерешительность, но теперь понятна причина. И эта причина настолько ему нравилась, что он готов ждать сколько угодно.

— Нет, милая. Я совершенно не считаю тебя эгоисткой. Я безумно счастлив! — голос вдруг стал низким и хриплым, — готов делать это для тебя хоть каждую ночь.

Машка снова спряталась на его груди, личико горело.

— Харпер, ты что, мазохист?

Фил расхохотался.

— Ведьмочка моя невинная.

— А давай обойдемся без подобных эпитетов, ладно? Пообещай.

— Угум.

Вернулись в отель на рассвете. Шли в обнимку. Фил то и дело целовал девушку. Его не отпускало чувство радости. Он будет первым и единственным — и это стоит ожидания. Только ЕГО! От жажды обладания сводило пальцы на руках. Никогда не был собственником, а тут накрыло. Моя!

Фил снова останавливался и целовал. Жадно и требовательно. Сам таял от поцелуев и чувствовал ответную реакцию.

Едва смог оторваться, когда проводил до номера. Оксана с вечера поселилась в номере Кирилла. Значит, Маша будет одна.

— Солнышко, ты не представляешь, как тяжело тебя бросать одну. И остаться не могу. Боюсь, всего моего самоконтроля не хватит.

Маша ласково провела рукой по его лицу. Прекрасные глаза затуманились. Что в них светится? Любовь? Фила пронзило насквозь, словно молнией. Дыхание перехватило. Может ли быть такое?

— Иди спать, мой король. Дай мне время, хорошо?

— Все что пожелаешь, моя королева. У меня вагончик ванили припрятан.

Машка фыркнула и скрылась за дверью. Фил рассмеялся и прижался лбом к стене. Вот тебе на. Искал невесту другу, а нашел себе. Нет, не верно. Он сразу знал, что Маша не для Одинцова. Ему он нашел тогда Оксанку.

Тряхнул головой, сбрасывая наваждение. Нужно немного поспать, вдруг завтра за руль.

* * *

Дальнейшей их целью стал Порто Пино. Райское местечко, где Одинцов снял Виллу на сутки. По взглядам между Оксаной и Киром, догадались, что их ждет романтический вечер. Две другие пары из их компании тоже приметили. Решили куда-нибудь исчезнуть с виллы на время, дабы не мешать влюбленным. Парни увели девчонок в прекрасные белоснежные дюны.

А потом они увидели людей, занимающихся кайтингом. Маша умоляюще заглянула ему в глаза. Его девочка явно увлекается экстремальным спортом: то дайвинг, то серфинг.

Все безумно удивились, обнаружив своих соотечественников среди кайтеров. Оказывается, здесь располагалась русская школа по данному виду спорта. Все. Машу не оторвать. Глаза загорелись. Фил поддался. Инструктор как раз оказался свободен и взял их себе. Обучение длилось три часа. За отведенное время их обучили управлять пилотажным кайтом, пилотировать надувным, делать это на воде, еще и рестарту кайта с воды. Естественно, рассказали об основах безопасности и системе безопасности самого кайта.

Фил зря переживал за свою ведьмочку — у нее великолепно получалось. Маша довольно спортивная девушка. И нельзя сказать, что ему это не нравится.

В общем, назанимались вдоволь. Потом еще покатались. Устали. Упали отдыхать прямо в дюнах. Не заметно уснули.

Первым проснулся Фил, чувствуя тяжесть ниже живота. Потрогал рукой. Ага, чья-то бессовестная ножка забралась на него. Гладкая, упругая кожа. Кровь рванула куда-то не туда, а ведь в голове после сна итак хаос.

Кроме замечательной ножки, на его теле обнаружилась рука и рыжая головка. Уткнулся носом рыжую шевелюру, вдыхая ставший родным запах. Как тут остаться равнодушным?

Если поддаться искушению, потом остановиться будет невозможно. Но делать это на пляже с невинной девушкой…

Позволил себе провести рукой вдоль нежного тела и чмокнул макушку.

— Девочка моя, просыпайся. — Ноль реакции, только крепче прижалась. — Машенька, золотце, подъем, нас уже потеряли.

Девушка заворочалась, но не проснулась. Вот ведь соня, буквально вынуждает на крайние меры. Филип перетянул ее полностью на себя и запустил обе ладони под коротенькие шорты, сжимая посильнее.

— Проснулась, моя маленькая садистка? Ты смотри, что делаешь.

Маша непонимающе захлопала глазками, и даже ротик от удивления приоткрыла. Закрыла. Снова открыла. Фил засмеялся. Боже, какая же забавная.

— Еще бы чуть-чуть и я бы тебя изнасиловал прямо тут.

Проснулась окончательно. Вскочила и возмущенно смотрит на него.

— Харпер! Совсем с ума сошел!

Мужчина легко поднялся, отряхнул песок и выразительно вздохнул.

— Если бы совсем, мы бы еще долго не встали, а так, всего лишь чуточку.

Машка тоже начала стряхивать с себя песок. А со стороны виллы донесся запах шашлыка. Солнце почти село за горизонт. Хорошо они поспали. Теперь всю ночь мучатся от бессонницы.

Он протянул ей руку и повел через дюны к остальной компании, которая встретила их ироничными взглядами и подколками. Особенно постарался Макс, за что почти был утоплен в море несколько позже. А сначала ужин и танцы. Когда Кирилл с Оксаной удалились, встал вопрос, чем заняться. Решили искупаться в темноте. Интригующе.

Тогда-то Филип с Машей и поймали Макса, выпытав у него информацию, что среди съемочной группы делаются ставки по разным категориям. В частности, вопрос с Харпером. Быть ли хэппи-энду в их истории.

— Фил, не злись. Мы по-дружески. Правда. Блин, ребята меня убьют. Ну ничего ж плохого не сделали.

Харпер наконец махнул рукой. Что с ними поделаешь? Коллектив молодой, творческий.

Еще долго балагурили в воде и на берегу. Потом разбрелись по парам.

— Я выспалась и совсем не хочу возвращаться в дом, где как минимум две влюбленные пары. А то и три.

Фил притянул ее к себе на плед, усадил между ног и обнял.

Оставшуюся часть ночи они болтали. Обо всем понемногу. Он рассказал о своем детстве, лишенном материнской ласки. Маша едва не разрыдалась, представив маленького сероглазого малыша, ждущего от матери любви.

— Прекрати, не надо меня жалеть. Все давно прошло, и я на мать не в обиде. Просто она такая. Хоть нельзя подобное говорить о женщине, давшей тебе жизнь, но она пустышка. Не знаю, почему отец до сих пор с ней. Нашел бы себе нормальную жену. Хотя знаю, из-за брачного контракта. По нему, единственная причина не платить отступные — измена. С этим Элеонора очень осторожна. Никто точно не знает было ли хоть раз. Доказать невозможно. А отдавать придется много: половину контрольного пакета акций. Для отца сродни самоубийству.

Он видел, что Машка хочет пожалеть его, но покачал головой — не стоит.

— У меня совсем другая история с родителями. Папа бизнесмен, но никто не знает, что за бизнес такой. — Девушка рассмеялась. — Его никогда не застанешь дома. Командировки, командировки… В детстве думала, что отец супергерой: или бэтмэн, или супермэн. В крайнем случае, Штирлиц. Но он наотрез отказывается. Говорит, бизнес, а нам с мамой лезть не стоит. Видимо все же криминал какой-то. Мама всю жизнь терпит, ждет редких встреч.

— Я на такое не способен. Не бойся — моя будущая жена всегда будет рядом, — прошептал он на ушко, убирая выбившуюся прядь.

— Харпер, — простонала девушка. Ему шуточки, а у нее сердце вприпрыжку.

— Да-да. Именно так. Миссис Харпер. Она будет мне самым близким человеком, — продолжал мурлыкать мужчина. — И нашего сына будет любить. И меня. Да?

Дыхание сбилось. Его слова волновали даже больше, чем близость тела.

— Конечно. Тебя невозможно не любить… твоей жене…

— Да, — он подул на грациозную шейку, провел тыльной стороной ладони вдоль ее руки. — А уж, как я ее буду любить. И наших детей.

Маша нервничала. Он ощущал всем существом. Боится?

Отступил. Рано. Или признаться? Он уже готов, но Маша, кажется, нет. Вздохнул и прервал разговор. Девушка тоже вздохнула. Облегченно?

Просидели в тишине довольно долго. Но молчание не было тягостным. Каждый думал о чем-то своем, но вместе им хорошо.

— Мне нужно идти учится, — произнесла Маша. — После школы я год сидела дома. Ну как сидела? Занималась разными экспериментами. Дайвингом, фотографией, ездила по черноморскому побережью. Не знала, кем хочу стать. Родители разрешили мне еще год побездельничать. На сей раз в самостоятельном плавании. А я сюда за тобой рванула. — Маша даже не заметила, как проговорилась. Фил обратил внимание, но пока отложил вопрос. Тему она подняла достаточно серьезную. — Меня по-настоящему заинтересовал процесс создания шоу. Мне интересна работа режиссера или хотя бы помощника. Что ты думаешь по этому поводу?

Фил почесал затылок. Неожиданно. Амбициозно. И ему есть, чем ей помочь.

— Думаю, крайне интересно. Ты у меня неординарная личность. Если тебе и правда хочется, могу устроить несколько знакомств. Пообщаешься, присмотришься. В этом году поздно поступать, но можно хотя бы определиться с выбором. Подумать над ВУЗом.

Глаза Машеньки загорелись. Она повернулась к нему.

— Ты поможешь? Это интересно. Я не знаю, какая профессия мне более подойдет. Ты какой заканчивал?

— Калифорнийский Университет в Лос-Анджелесе, School of Theater Film and Television.

— Вау! Я совсем забыла, что ты у меня made in USA. — Стало безумно приятно от слов «ты у меня», похоже, Маша постепенно привыкает.

— Yes, I'm an American citizen.[1]

— Фил, безумно сексуально звучит, — девушка повалила его на спину и забралась сверху.

— Sweetheart, this situation is very dangerous.[2] Солнце мое не повторяй вчерашней ошибки. You're going to get yourself into trouble.[3]

— Мне плевать, что ты там сказал, это так мило звучит в твоих устах. У меня ушки аж встали.

— У меня тоже, только не ушки.

— Харпер! Ты… ты, pervert.[4]

Фил аж крякнул.

— Какие мы слова знаем, my honey girl.[5]

Маша не придумала ничего лучше как показать язычок. Но все же сползла с него.

— Тебе нужно позаниматься английским. Хочешь, я буду твоим персональным репетитором? Будем говорить на моем языке. Если что, могу переводить. Поверь, тебе пригодится.

— Хорошо. Можно Одинцова привлечь и Оксану. Кстати, Оксанка тоже собиралась учиться, можно вместе поступить. Фил, у меня столько энтузиазма! Аж прям руки чешутся начать действовать. Долго нам здесь торчать? Я имею в виду на Ривьере. Вроде как Кир уже выбрал Оксану.

Фил набрался наглости и переполз так, чтобы лечь головой Маше на колени.

— Кир-то выбрал, но понимаешь, honey, зрители не поймут. Шоу должно продолжаться. Или нужна равноценная замена. Ничего путного в голову не приходит. Поэтому все будет идти, как и раньше, пока мы не придумаем. Возможно, начнем по две девушки удалять, я не знаю. На яхте устроим мозговой штурм.

Маша. сама не замечая, начала перебирать пальцами его волосы и Фил едва не урчал от удовольствия. Никогда не думал, что это может быть настолько восхитительно.

— Бедная Оксанка, и ей придется смотреть на данное безобразие не меньше месяца.

— Кстати, Кир просил присмотреть за ней. Там в Альгеро что-то случилось, он не уточнял. Понимает, как ей будет нелегко.

— Она прибьет этих куриц. Я бы точно прибила. — Девушка вдруг дернула его за прядь волос, но не больно. — Я к своему будущему мужу близко не подпущу ни одну курицу.

Филип перехватил руку за запястье и поднес к губам.

— Я уверен, твоему будущему мужу ни одна курица будет не нужна.

Маша провела ноготками другой руки по его груди.

— Но я должна буду предупредить заранее. Чтоб хвост не распускал. А то я перья-то повыщипываю обоим: и курице, и петуху.

Фил искренне расхохотался.

— Какая же ты все же кровожадная, my little witch.[6]