Глава восемнадцатая. Риан

И все же, королю Риану везло по жизни. Везло с отражением в зеркале, везло с красавицами-невестами, везло.

Со зрением ему везло. И со спиной.

Я с удивлением воззрился на часы, которые показывали, что уже за полночь. Когда я садился изучать документы, солнце было еще довольно высоко. После нервного совещания не хотелось ни спать, ни отдыхать, ни практиковаться с магией, и я взялся за изучение бюджета и местных законов.

Возможно, эта система и казалась совершенной или хотя бы нормальной с точки зрения местных жителей, но мне, человеку, закончившему университет в современном мире на далекой Земле и все-таки изредка читавшему разнообразные кодексы развития ради (ну и немножко для спасения компании от излишне нерадивого директора), многое казалось дикостью. А уж принципы построения бюджета — так тем более!

Общая сумма у меня была, и я, понадеявшись на то, что советники взяли ее не с потолка и не умножив стол на трон, окна на двери, а пол на потолок, а все-таки ориентировались на доход и запасы государства, просидел над перераспределением. Пришлось ознакомиться с немалым количеством документации, чтобы хоть примерно понять, на что именно в каждой из сфер требовались деньги.

Составить бюджет — дело не одного дня, и я прекрасно это понимал. Следующий год был еще довольно далеко, как и в моем мире, он начинался в начале зимы.

Но Арин приехал не зря. Договор с драконами истекал через неполные четыре недели, и представители крылатого народа однозначно прилетят сюда. Возможно, с боем, может быть, если нам удастся найти и отдать им Грааль, с миром.

В любом случае, разговаривать с ними придется. И уже через эти четыре недели мне придется не только занять место за столом переговоров и отвадить оттуда герцога Франко, а и сказать что-то толковое. Возможно, просить денег.

Потому что откуда мои советники собирались взять эту сумму денег, я не знал. Но даже если пытаться жить по минимуму и делать вид, будто страна способна прожить без нормальной магии, образования, науки, законодательных реформ и прочего, все равно людям надо за что-то жить! И что-то есть. Возделывать поля, работать на производстве, даже таком примитивном, как тут…

Я потер глаза. Нет, сегодня все равно уже ничего хорошего не надумаю, даже если очень постараюсь. Глаза слипались, хоть и не горели огнем, как это частенько бывало, когда я перерабатывал в своей прежней жизни. Спина тоже не болела, но каменная усталость в плечах присутствовала, и избавиться от нее было очень непросто.

Потянувшись, чтобы избавиться от странного ощущения закостенелости в теле, я поднялся со своего места и взглянул на оставленные на столе бумаги. Да, конечно. Ничего хорошего меня там не ждало. Следует работать гораздо больше, если я хочу достичь успеха.

Однако, хоть четыре недели и хуже шести месяцев, они точно лучше двух дней! А стране нужен здоровый, выспавшийся король. Завтра герцог Франко наверняка придумает еще какую-то подлость. Ему точно не по душе, что его отстранили — причем по такому глупому поводу! — от исполнения его обязанностей. Я, признаться, был удивлен, что Его Светлость не явился ко мне требовать возвращения полномочий, но подозревал: он хочет опробовать более действенный метод.

Попытаться восстановить власть над королем либо убить его.

Вопрос в том, как именно.

Я задул свечу, дошел до кровати и только тогда вспомнил, что забыл раздеться. Конечно, снять одежду можно было и наощупь, в полумраке, и я потянул уже было за край своей рубашки, как вдруг раздался какой-то странный шум. То ли шелест, то ли шорох.

Магия рванулась вперед диким зверем. Мне пришлось натянуть до невозможности ментальный поводок, чтобы удержать ее и не дать бешенным псом броситься на неведомого гостя, решившего заглянуть в комнату. Это далось мне не то чтобы просто — нет, скорее очень даже наоборот! — и следом за силой пришел и откат, странное горькое послевкусие во рту и ватные ноги да подкашивающиеся колени.

Да уж, маг высшего уровня просто! Даже не воспользовался каким-то заклинанием — потому что ни одного не знал! — а магия уже наказывает.

Шелест повторился. Я медленно шагнул к источнику звука, надеясь, что мои шаги не слышно из-за мягких ковров. Была все-таки какая-то польза в том, как прежний Риан здесь все обустроил. По крайней мере, я могу не бояться, что меня сейчас обнаружат.

Единственная известная мне дверь, что вела в комнату, была прочно закрыта. Но существовала еще и вторая, в крохотную гардеробную, в которой Его Величество хранил свои самые любимые наряды, которые почему-то никак не мог доверить основному шкафу. Что за страсть у короля Риана была хранить отдельно что-то похожее на сделанную из перьев шубу, длинный немыслимого салатового цвета балахон и фиолетовые штаны вместе с расшитыми золотом мягкими туфлями, я не знал, но позволил себе не вникать в подробности этого каприза и оставить вещи именно там, где они находились.

Надо было замуровать эту комнату! Потому что сейчас там наверняка кто-то находился.

Раздался скрип несмазанных петель. Пьер, пытаясь добыть из этого самого загадочного шкафа-комнатушки туфли, чтобы продемонстрировать их мне, упрямо делал вид, что они не скрипят, а я просто спустил ему это с рук. Не просто так. Теперь хоть знаю, что там кто-то есть.

Магия об опасности не вопила. Она вообще, казалось, покинула меня вместе с дурным предчувствием, решила, что я могу разобраться со всем сам.

Глаза постепенно привыкали к полумраку, к тому же, сквозь окна в комнату пробивался лунный свет, и я, решив не медлить, в два шага преодолел разделявшее меня и комнатушку расстояние и решительно рванул на себя дверь.

Ив ту же секунду оттуда вихрем вылетела и бросилась ко мне в объятия какая-то непонятная девица.

В темноте я смог понять только две вещи: незнакомка была темноволосой и очень наглой. А еще, как понял я спустя секунду, когда она все-таки прильнула ко мне, издавая целую череду охов и вздохов, не слишком одетой. На ней было что-то подобное корсету, панталонам и нижней юбке, но главного элемента гардероба — собственно, платья, — не было.

— Что вы здесь делаете?! — возмутился я.

— Ваше Величество! — охнула она. — Я поняла, что в прошлый раз моя излишняя внимательность к деталям стала преградой для нашего общения, потому приняла решение немедленно все исправить!

По голосу я узнал одну из участниц отбора, кажется, Джулию Симеон. Ничего интересного относительно этой девушки в моей голове не было; я даже не помнил, что именно она подарила.

Зато сейчас, очевидно, в качестве главного презента, она решила преподнести себя.

— Ваше Величество, — томным голосом выдохнула она. — Я надеюсь, вы рады меня видеть! — и потянулась за поцелуем.

— Какого черта?! — возмутился я, в один миг забыв и о культуре общения, и об уважении к девушке. — Что вы вообще забыли у меня в спальне!

Чтобы избежать поцелуя, мягко говоря, не вызывавшего у меня особого трепета, пришлось схватить ее за плечи и держать на расстоянии вытянутых рук.

Джулия совершила попытку вновь впрыгнуть мне в объятия, но, к ее огромному сожалению, сил для подобного не хватило. Король Риан — то есть, я в его обличии, — обладал куда большими физическими способностями, чем вконец обнаглевшая девица.

В моем мире мужчины и женщины имели примерно равные права, но все равно подобная выходка со стороны девушки была бы принята далеко не каждым. Здесь же, где честь берегли как зеницу ока, о том, чтобы совершить променад полуголой в мужскую спальню, не могло быть и речи.

— Я пришла сюда налаживать контакт. — прошептала она.

— В моей постели налаживать?!

— Но ведь это очень важно! — охнула она. — Я уверена, что вам не хватает женского тепла и ласки, потому решила восполнить упущенное. Эти ледышки, которых вы повели на свидание, никогда на такое не пойдут.

И слава богу! Не хватало только, чтобы Марго прыгала передо мной в одних панталонах и корсете!

— Женское тепло я намерен получать от своей супруги.

— Ну так женитесь на мне! — наивно воскликнула девушка.

— Чтобы… — я хотел обвинить ее в чем-то совсем уж непристойном, но прикусил язык. — Чтобы потом о моей королеве судачили по углам, что она не умеет достойно себя вести? Как вам вообще могло прийти подобное в голову?!

Девушка молчала. Очевидно, в процессе придумывания этой идеи она голову не задействовала, по крайней мере, свою собственную уж точно.

— Я буду хорошей королевой, — заверила она меня. — Я буду очень сильно вас любить! И рожу вам красивых деток!

Красивых деток королю Риану могла родить любая служанка, благо, генетика у него не хромала, но это ж не повод жениться на первой встречной?

— Не знаю, что вы там себе надумали и кто вас на это надоумил, — я отошел от нее на несколько шагов и предупредительно вытянул руку, когда девушка вновь попыталась броситься ко мне в объятия, — но это была отвратительная идея. Вам лучше покинуть мои покои.

Джулия всхлипнула.

— Как? Меня ведь увидят! Это будет для меня позор! И если после этого вы на мне не женитесь, то моя репутация будет погублена!

— Раньше надо было думать! — зло прошипел я, но, заметив, что девица уже надумала плакать, смягчился. — Ладно. Расскажите для начала, как вы сюда попали. Кто вас впустил?

— Меня никто не впускал, — прошептала Джулия. — Просто. Мой троюродный брат, советник Ларсен, хвастался крохотными магическими шариками — телепортами в королевскую спальню. И я решила, — она выразительно шмыгнула носом, — воспользоваться одним из них, чтобы прибыть к вам! Я подготовилась у себя в спальне и воспользовалась заклинанием.

Я нахмурился. Магические шарики? Телепорты в королевскую спальню? Этого только не хватало!

— Джулия, — мрачно промолвил я, — расскажите мне, что это за шарики. Сколько их было? Советник Ларсен рассказывал вам, зачем собирается их использовать?

— Нет, ну что вы, — пробормотала она. — Это, наверное, какой-то элемент королевской службы безопасности.

Ага. Советничьей службы опасности уж тогда.

— Ладно, — тяжело вздохнул я. — Упустим этот момент. Давайте…

Я не договорил. В комнатушке вновь что-то зашевелилось. Кажется, та самая перьевая шуба и фиолетовые штаны.

— Так сколько, — мрачно уточнил я, — вы говорите, было шариков?

— Три? — пискнула Джулия. — Или четыре? Я не помню. А что?

Ответом на ее вопрос были не мои слова, а диковинное одеяние, метнувшееся вперед.

Джулия завизжала, бросаясь прочь. Шуба, точнее, телепортировавшийся в нее мужчина, мчался с мечом наголо на меня, явно не разбирая дороги. К счастью, одежда знатно облепила его лицо, потому что он даже не подумал менять направление, когда я отскочил в сторону. С ревом врезавшись в кровать, он решительно рубанул по подушке. Во все стороны полетели перья, а сам преступник, поняв, что не достиг цели, стремительно повернулся ко мне.

Из шкафа уже вылетел второй. Этот был куда более организованным, ну, и из преград для него остался лишь салатовый королевский балахон. Он махнул мечом-двуручником, куда более тяжелым и старинным, чем используемые Арином при тренировке шпаги, в явной надежде снести мне голову.

Я едва успел уйти от удара, и то — случайно, просто свалившись на ковер. Джулия застыла посреди комнаты, даже не понимая, что происходит, и боялась сойти с места.

— В шкаф! — рявкнул я на нее.

Девица и не вздумала спорить. Мужчины с мечами вдохновляли ее на подвиги не больше, чем меня, вот только она-то не была их целью.

Первый атаковавший наконец-то избавился от шубы и от кровати. На вид это был туповатый такой мужчина с очень странной внешностью, грубой, как будто нарочно искореженной.

Из шкафа-комнаты донесся писк.

— Это орк! — известила меня Джулия.

— Благодарю за информацию, — хмыкнул я.

В темноте орки видели гораздо лучше меня, но зато, кажется, были глуховаты. По крайней мере, вопли испуганной Джулии их нисколечко не привлекли, а вот на меня орки наступали с двух сторон, явно собираясь пойти в атаку. Я попытался позвать магию, но она, предательница, пропала куда-то в самый неожиданный момент.

К тому же, под руками не было воды. Ни в чашке, ни в воздухе, ни во внезапно сухих орках.

Они атаковали одновременно. В какой-то мере это было мне на руку; отскочив в сторону, я с удовольствием услышал, как орки скрестили мечи и замерли на секунду-две, пытаясь понять, что с ними произошло. Потом, не слишком медля с решением, повернулись ко мне и заревели.

Я вскочил на кровать, оттуда — перепрыгнул на стол, надеясь, что поднявшиеся в воздух перья хотя бы как-то досадят оркам. Дерево под ногами треснуло, но меня это уже и не интересовало. Носком комнатных туфель подцепив крохотный кулон-артефакт, лежавший на прикроватном столике, я сжал его в ладони.

Полыхнула магия.

Я от источника опасности никуда не делся, он от меня — тоже. Артефакт вообще сработал непонятно как. Его мне выдал Арин, велев использовать в крайнем случае, и, чисто теоретически, более крайнего, чем два вооруженных орка в спальне, нет, но только чем артефакт должен был мне помочь?

Не позволяя себе слишком долго задаваться этим вопросом, я отскочил в сторону и рванул на себя зеркало. Орк занес уж было меч, но, узрев впереди вместо короля собственное отражение, замер и взревел.

Однако, не слишком одаренное интеллектом существо.

Полыхнуло второй раз. На сей раз в серовато-синих всполохах магии появился Арин. Вместе с ним — и свет; комната осветилась ярко, будто днем, и все мы трое, и я, и два орка, зажмурилась. Слезы брызнули с глаз, и второй орк попытался атаковать вслепую, запомнив примерно расположение своей жертвы.

— Гори ты пропадом! — прорычал Арин. — Аламэн! Кэрра! Та твою ж налево. Кэрра!

Слова на каком-то непонятном языке — драконьем? — сорвались с его языка так быстро, что я даже не успел вдуматься в их смысл. Арин вскинул руку, и с его ладони сорвалось что-то среднее между молнией и пульсаром.

Часть заряда пришлась на меч, и тот оплавился, расплавленным железом оставляя на руке у своего обладателя жуткие ожоги. Вторая — на самого орка, и его отбросило к противоположной стене.

— Драгхар! — выдохнул оставшийся целым другой орк.

Я понятия не имел, что значило это слово, но что-то на уровне подсознания подсказывало, что оно было призвано обозначать дракона.

Арина это не смутило. Он пробормотал еще одно заклинание, уже более неразборчиво, чем первые, и орк просто осел на землю, уронив свой тяжелый меч на товарища — правда, плашмя, потому обожженному орку светил разве что дополнительный синяк.

— Проклятье, — уже по-человечески зло выдохнул мой кузен. — И как они тут оказались?

— Телепортационные шарики, — покачал головой я. — Не спрашивай меня, что это значит. Какая-то зараза для мгновенного перемещения.

— Вот же… — Арин пнул ногой одного из орков. — В темницу бы их… Погоди, секунду.

Он пробормотал какие-то несколько заклинаний, и на руках у орков появилось что-то подобное кандалам. Я же в это время отобрал оружие и обыскал тела — у одного из орков оказалось еще два ножа, у третьего — несколько метательных звезд.

— Наемники, прибыли явно с юга, — протянул кузен. — Ну что ж. Теперь у нас есть одна проблема — как запереть их в надежном месте, чтобы об этом никто не узнал.

— Ой, нет, — усмехнулся я. — Боюсь, Арин, теперь у нас две проблемы. Джулия! Выходите!

Девица осторожно выглянула из-за двери. В глубинах гардеробной она отыскала еще какой-то старый королевский камзол, потому сейчас смогла прикрыться от мужских взглядов. Выглядела Джулия довольно смущенной, но, кажется, все еще надеялась на то, что ситуация для нее обернется каким-нибудь позитивом.

— А это еще кто? — удивился Арин.

— Я — участница отбора, — пропищала девушка.

— Ты таскаешь к себе участниц отбора?! А как же Ма… мужская честь и достоинство, уважение к кандидаткам, в конце концов?!

Он явно намекал на Маргарет.

— Она сама пришла, — мрачно промолвил я. — Стащила у советника Ларсена шарик для телепортаций и решила среди ночи навестить скучающего короля — меня, то есть. Не знаю, на что рассчитывала, но если б не она, эти двое застигли меня врасплох.

— И теперь вы женитесь на мне? — с надеждой поинтересовалась Джулия. — Ведь я спасла вам жизнь!

— Собственной дуростью, — отрезал я. — И мне, и вам будет лучше забыть о том, что мы вообще виделись этой ночью.

— Но.

— Забыть, — твердо сказал я. — И никому об этом не рассказывать, если вы не желаете пасть жертвой проклятья или бесчестья.

Джулия выразительно шмыгнула носом. Очевидно, забывать она ничего не хотела, но на орков смотрела с опаской. Вид у девушки был невероятно несчастный; она даже попыталась стрелять глазками в Арина, но ее попытки остались совершенно без внимания. Мужчина явно в подобных девицах не нуждался.

— Я думаю, — мрачно промолвил Арин, — лучшим средством будет заклинание лишения памяти. Над тонким с настройками играть нет времени, сделаем полное. Девушке амнезия не помешает. А потом отправишь ее отсюда. Скажем, с формулировкой, что тебе в королевы не нужна набитая дура. Думаю, это объяснение как раз в стиле короля Риана.

Джулия всхлипнула.

— Как — амнезия?!

Я понимал, что Арин несколько преувеличивает, да и, судя по его веселому взгляду, не собирается ничего такого делать, но решил принять игру.

— Да, — кивнул я. — Ты прав, брат мой. Мы не можем позволить этой информации покинуть стены комнаты. Скажем, что она оказалась слабоумной…

— Но я не слабоумная! — воскликнула Джулия.

— Так хотите сказать, что не демоны нашептали вам на ухо идею явиться полуголой ночью к мужчине, а вы сама решили попрать свою часть таким образом? — язвительно уточнил я.

Она стремительно покраснела. Очевидно, до девушки только сейчас дошло, насколько большую глупость она могла совершить, придя к королю в спальню. И пусть ничего не произошло, разумеется, не считая нападения орков, ущерб репутации все равно будет слишком велик.

— Я готова дать клятву! — прошептала Джулия. — Магическую клятву! Что никогда ни словом, ни полусловом не выдам того, что сегодня произошло. И уйду отсюда! Только, прошу вас, отпустите меня. Позвольте.

Мы с Арином переглянулись.

— Хорошо, — вздохнул я. — Смилостивлюсь над вами. Сейчас вы дадите магическую клятву

— мой брат за этим проследит, — а потом он телепортирует вас к вам в покои. Вы соберете вещи и рано утром уведомите служанку, что желаете покинуть отбор, потому что чувствуете в себе слишком мало сил, чтобы стать достойной королевой. И больше никогда не будете даже упоминать о том, что принимали в нем участие. Вы меня поняли?

— Да, — пискнула Джулия.

Ей явно не хватало ни сил, ни наглости, ни уверенности в себе, чтобы спорить. Вся напускная бравада, которой хватило для того, чтобы добраться до королевской спальни, растворилась в воздухе.

Я устало опустился в кресло, наблюдая за орками. Арин спокойно принял у Джулии магическую клятву, потом — телепортировал ее прочь и пристроился на краешке кровати.

— Что ты думаешь со всем этим делать? — мрачно поинтересовался он.

— Не знаю. Сегодня я разбушевался на совете и позволил себе лишнего, — честно промолвил я, — оно, должно быть, и аукнулось сейчас, но. Я считаю, что поступил правильно. Советникам нельзя и дальше оставаться безнаказанными. Притворяясь дурачком, я только затяну государство в еще большую яму, чем только можно себе представить.

— В таком случае, нам надо попытаться выйти на того, кто создавал магическую цепочку для этих орков, — серьезно промолвил Арин. — А тебе нужно попытаться усилить свою магическую составляющую. Вдруг в следующий раз ты не успеешь меня позвать? Придется отбиваться самому.

Я кивнул. Арин был прав.

Мне нельзя оставаться все таким же бессильным.

— Этих красавцев необходимо допросить, — промолвил мой кузен, недовольно кривясь. — Но только сознание орка — это тебе не сознание человека. Нужны специалисты.

— Ты не умеешь? — в том, что не умею я, никто даже не сомневался. Откуда? У меня знаний хватило бы ровно для того, чтобы заранее сдаться и не лезть к этим оркам.

— Драконы — существа, состоящие из огня и ветра… Ну, и плоти, конечно, но я скорее об их магических составляющих. Люди — вода и воздух. Воздух, которым мы дышим, вода.

— Из которой мы состоим на семьдесят с лишним процентов.

— Интересный факт, между прочим, — усмехнулся Арин. — Я этого не знал. У драконов, очевидно, та же история. Но, в общем-то, к чему я клоню. Орки — это пыль. Чтобы общаться с пылью, надо иметь особые наклонности. У меня есть стихия земли, да, вот только умения

— нет.

— А у кого оно может быть?

— Хах. У герцога Алатэ, например. Он воин и часто сталкивался с ними; разумеется, прекрасно способен проникнуть в их мысли и заставить говорить правду. Но герцог Алатэ сейчас очень далеко, а дистанционно магия не работает. Впрочем, — Арин прищурился. — У нас ведь есть его дочка.

— Ты предлагаешь, — мрачно поинтересовался я, — привести Маргарет к этим чудовищам?!

— Да, — серьезно кивнул Арин. — Именно это я и предлагаю.