Глава 23

Чтобы сгладить негатив, внезапно омрачивший наши отношения, на следующий день Гордей решил устроить мне очередное сюрприз-свидание. Когда мы подъехали к зданию в стиле лофт, я с удивлением посмотрела на своего Горыныча.

— И что это значит, моё ты, Величество?

— Пошли, Чертёнок, скоро узнаешь, — с загадочной улыбкой, помог мне выбраться из автомобиля Королёв.

Увидев табличку с названием «delight», я со скепсисом посмотрела на Годю. (с англ. Наслаждение, удовольствие, услада, блаженство)

— Серьёзно? Дядя ты куда меня привел? Надеюсь, не в какой-нибудь закрытый клуб!

— Опять ты за своё, ведьма, — хмыкнул в ответ он. — Я похож на извращенца?

— Еще как, похож, — томно выдохнула я.

— Ну, значит, сейчас поизвращаемся, Маргаритка, — чмокнул меня уже по своей привычке в нос и подтолкнул к двери.

В общем, стоило ему её открыть передо мной и заставить пройти немного вперёд, как я невольно замерла на месте, завороженная открывшимся действием. С открытым ртом наблюдала, как молодая пара обалденно красиво, а главное чувственно танцует, кажется, бачату.

— Обалдеть.

— Смотрю, впечатлилась, чертёнок? — шепнул на ухо Змей. — Будем учиться танцевать так же.

— Шутишь?

— Нисколько.

— Добрый день! — подошли к нам парень с девушкой, прекратив свой танец.

Короче, началась полноценная «бла-бла-лекция» и обработка случайных клиентов, чтобы перевести их в разряд постоянных.

Ну, что могу сказать? Это было действительно познавательно и интересно. Надо установить эмоциональный контакт? Без проблем. С эмоциями у нас с Горынычем и так все в порядке. Синхронность? Синхронизируемся. Страсть, нежность и непредсказуемость. Да это вообще моё второе имя, ха!

Змеёныш же весьма воодушевился, едва заслышав, что в танце партнёр главный, а партнёрша ведомая, должна подчиняться и покорно следовать за ним. И так, со значением, посмотрел на меня. Вот же, чудовище!

После вводной части плавно перешли к практике. Нам показали основной элемент танца — «кик», плавное вращательное движение, которое женщины выполняют бёдрами, а мужчины всем корпусом. Потренировались и закрепили несколько основных движений и связок, и до того вошли во вкус, что я на полном серьёзе заявила Королёву, что хочу заниматься этим «извращением» на постоянной основе.

Так и повелось, что обучаться мы стали два раза в неделю, и уже на исходе третей недели, вполне недурственно отжигали танец латино-американской страсти. Я даже туфельки специальные приобрела для занятий.

Правда нашу идиллию, нет-нет, да и омрачало что-нибудь.

Например, тот факт, что идея Гордея с прослушкой не выгорела. Толи Викусик была слишком умной, толи её подруга, но разговор по душам в палате никто не заводил. Королёв прям бесился, когда я его спросила об этом.

А ещё мне стали периодически приходить сообщения. Начиналось с банального: «Он тебя не любит», «Он тебе изменяет», «Не веришь?» "Он играет с тобой, дура" и тому подобное.

Я молча стирала эту чушь, и ни словом не обмолвилась об сообщениях Годе. Что-что, а истеричкой я выглядеть не хочу при любом раскладе. Прятала кислое выражение лица и улыбалась, даже когда Горыныч снова изводил меня своей ревностью. У него просто какая-то навязчивая идея появилась, что я ему не верна.

Я лишь закатывала в очередной раз глаза, слушая ревностный бред одного сумасшедшего, а дождавшись, когда выговорится, спрашивала спокойно:

— Всё сказал?

— Нет! — и начинался новый виток истерии.

Единственное, что нас немного примиряло, так это бачата. Там мы отрывались, выплескивали эмоции, в том числе и сексуальные, которые не утоляли уже четвертый месяц. Ну, по крайней мере, я так, точно. За Величество, отвечать не берусь, ни в чем сейчас не уверена.

В последнее время, вместо сообщений мне стали приходить интимное фото с участием Годи и рыжей терьерши Вики. Это, конечно, может быть и архивные файлы четырёхлетней давности, а может и реальное время. Мыслями об архиве, я себя только и утешаю. И молчу всё больше, как партизан, даже не пытаюсь лишний раз накалять атмосферу, потому как мой огнедышащий и без того полыхает.

В первый раз, получив подобное сообщение, я не сдержалась, заплакала, выронив телефон из рук. Дождалась, твою ж мать! Хорошо, что никого из близких не было поблизости. В другие разы, просто удаляла сразу, кусая губы до крови, и глуша боль в груди. Меня очень гложет чувство, что неспроста эта чертова ревность у Змея. Возможно, свою вину на меня проецирует. И это меня просто тихо убивает, но я не сдаюсь.

Когда Королёв узнал, что Миронов учится со мной в одном университете, его снова накрыло. Выслушав не первый поток претензий, я выскочила вон из его БМВ, объявив бойкот на сутки. Игнорила все звонки и сообщения от этого дятла-ревнивца.

Это дало временную передышку моим потрепанным нервишкам. На следующий день, мой Отелло заявился с повинной, и я его естественно простила.

А вот Серёгу, по возможности избегала, и в наши редкие встречи на переменах между лекциями, обменивались стандартными «привет-пока», изредка он спрашивал про Ксюндру и жаловался, что она его шлёт далеко и надолго. Ещё один бедняжка, в кавычках.

Лечение бачатой успокаивало и держало нас обоих на плаву, но даже двигая в такт бёдрами, я не забывала об массированной деморализующей атаке моей персоны, сообщениями от Викуси. Больше некому. Издевается, сучка. Честное слово, побила бы стерву, но беременных трогать нельзя. Понятно, чего она добивается. Чтобы я сама психанула и послала Королёва. Но хрен ей на постном масле! Не дождётся.

— Рита, поехали на Новый год в Доминикану? — предложил Король, заставив очнуться от горестных мыслей, как только мы завершили очередной танец под зажигательный ритм Авентуры.

— Сегодня только 25 ноября, — пожала я плечами, пытаясь не показать радость раньше времени.

— Да-а, — промурлыкал он. — А ещё через семь дней у кого-то совершеннолетие. — Я считаю дни, чертёнок.

— Охотно верю, — провела большим пальцем по его губам. — Готовишься, Величество? — затаила дыхание, смотря на его реакцию.

— А ты как думаешь, ведьмочка? — улыбнулся он.

— Ну я-то рассчитываю на Фаер-шоу, цыган с медведями и грандиозный салют, не меньше, — хмыкнула.

— Ого! Ну у тебя и запросы, маленькая.

— К хорошему быстро привыкаешь, — многозначительно заметила ему. — Смотри, не разочаруй.