Глава 30 · Змей

– Ваше Величество, он только что прибыл. – Фигура Алистера материализовалась, словно из тени. Мужчина был полноват, одежда туго обтягивала тело, а из-за обвисшей вокруг глаз и рта кожи он не всегда мог видеть движения присутствующих людей. Жестокое время не обошло вниманием и его заостренные уши, кончики которых тоже поникли с возрастом.

Прикованный к дворцу до последних дней жизни, он успел послужить пяти королям Королевства Вечности, и по сравнению с ним я был грудным ребенком.

Стоит отдать старику должное, ведь ему хватило ума оставить при себе пустые слова и достойно возложить на меня обязанности лорда этой земли с того самого момента, как я переступил порог зала, будучи сломанным, хромым мальчишкой.

Не останавливаясь, мы в гробовом молчании дошли до двойных дверей в конце узкого коридора.

– Что вы думаете о нашей гостье? – спросил Алистер.

– Пошли Селин присмотреть за ней. Убедись, что в принцессе не проснется отчаянный порыв сбежать или мысль перерезать себе горло от уныния.

Алистер пробормотал молитву богу морских приливов и поцеловал центральную костяшку пальца. Старые ритуалы из Шонделла, перенятые им за долгие годы службы.

– Она из земных фейри?

– Прикидывайся дурачком, если тебе так хочется, Алистер. – Я насмешливо хмыкнул. – Сплетнями ты лакомишься, как воздухом. Принцесса останется в моих покоях, но прикажи принести платье. Она появится на грядущем торжестве.

– Платье? Мой король, возможно, вам трудно это понять, но дамы бывают разных размеров. Рукодельнице нужно время, чтобы выкроить и сшить ткань, и…

– Алистер, может, меня и воспитывали безжалостные мужчины, но женские формы мне не чужды. Принцесса похожа на мою мать, не так ли?

Алистер растерянно моргнул. Никогда раньше я не упоминал о своей матери, поэтому пришлось ждать, пока его ошеломление рассеется и вернется самодовольная учтивость.

– Да, милорд. Их размеры кажутся одинаковыми. Попробую отыскать что-нибудь в старых покоях.

– Прекрасно. – Я отвернулся, стараясь скрыть возникшее напряжение в шее.

– Вы считаете мудрым решением привести девушку на праздник?

– Вижу, ты так не считаешь?

Алистер сжал тонкие губы, пока они не исчезли.

– Полагаю, милорд, за вами по пятам следует огромное количество фейри с вражеских земель. Думаю, что вы объявили ее своей лишь в мыслях, а не в реальности. И, кажется, многие жаждут мести за несправедливые войны.

– Верно, – согласился я. – И в этом дворце мне некому больше доверять, кроме самого себя.

– Позволю заметить, что вы решились оставить ее наедине с Тайдкаллер?

– Селин дала клятву верности. Она не посмеет тронуть ее.

– Вы планируете претендовать на земную фейри? – спросил старик не терпящим возражений, всегда стремящимся к прямым указаниям, какими бы эксцентричными они ни оказались, тоном и сцепил пальцы перед своим пухлым животом.

– Не заблуждайся, Алистер, – ответил я, ухмыляясь. – Я уже давно претендую на нее.

Он поклонился в пояс, а затем оставил меня на внешнем мосту, ведущем в главные залы дворца. Остановившись, я посмотрел на развевающиеся паруса нового корабля, стоящего у задних причалов.

На знамени судна Гэвина Сикера красовались черепа с окровавленными глазами. Тонкий и гладкий корпус, построенный из белой морской березы, принадлежал Дому Костей. Лучше не придумаешь для морских путешествий по узким каньонам на островах, подвластных Гэвину.

Гэвин Искатель, будучи на год старше меня, был единственным приближенным из знатных домов, кого мне удавалось переносить без подкатывающей тошноты, и я с облегчением вздохнул, увидев только его корабль. Йорон Симакер из Дома Приливов привел бы свой чудаковатый корабль с дюжиной изогнутых парусов, расписанных изображением черепа в непокорной волне на его знамени. Палуба судна расширялась к центру, а посередине стоял штурвал.

Не имея камбуза, его команда выживала, используя свой дар управлять морем и его обитателями. Они рыбачили, одурманивая добычу песнями, а если наступали тяжелые времена, то страшно голодали.

Лорд Хеш из Дома Клинков получил свой титул господина за присвоенный ему верховный ранг морского путешественника в королевском флоте. Дом Туманов не объединялся с Домом Королей, разве только по принуждению или соблазну. Но даже в этом случае Нарза, вероятнее всего, найдет способ выкрутиться.

У Гэвина имелась своя цель пребывания здесь, но остальные вполне могли держаться подальше от всего, что меня волновало в первую очередь.

Не хватало, чтобы Хеш или Йорон увидели Ливию. Я уже успел пожалеть об организованной встрече бабушки с принцессой.

Ливия стала настоящей надеждой на сохранение королевских земель. Учитывая столько всего еще неизвестного, любой мог бы попытаться присвоить себе подобный дар. Однако стоит дать понять, что девушка принадлежит мне, сделать ее бесценной для людей, и они станут на ее защиту, равно как и я.

В этом состояла моя главная цель. Вот что должно свершиться в ближайшем будущем.

Убедившись, что поблизости нет посторонних, я повернул из зала совета и отодвинул панель в стене, где скрытые коридоры, словно паутина, расползались по дворцу, и вышел в нишу одного из многочисленных помещений.

Две женщины, облаченные в синие и золотые одеяния слуг, полировали серебряную окантовку очага, не подозревая о моем присутствии.

– Я всегда считала, что у земных фейри на коже растет много шерсти, – пробормотала одна из них. – Но ты видела ее? Она такая утонченная.

Другая в ответ усмехнулась.

– Король после прибытия показался мне довольно сдержанным, впрочем, как и всегда, но продемонстрировал такое собственническое чувство к этой девушке. Поговаривают, он собирается на нее претендовать.

– Она точно предпочтет держать освещение в комнате приглушенным, – фыркнула первая сквозь пробивающийся смех. – Думаешь, он когда-нибудь ложился с кем-нибудь при свете дня, с такими-то шрамами?

– Только с теми, кого после всего незамедлительно убивают.

Я вышел из укромного места, сильно сжав кулаки.

Заметив меня, обе служанки, упав на колени, в унисон разразились громогласными воплями. Первая истошно захныкала.

– Ваше Величество, мы… мы не хотели…

– Убирайтесь с глаз моих.

Не тратя время на лишние вопросы, они вскочили на ноги и бросились бежать.

Я поднял ладони, изучая грубые мозоли, шрамы на больших пальцах, запястьях и предплечьях.

Изуродованный.

Глупо было бы полагать, что Ливия когда-нибудь по-настоящему возжелает прикосновений такого мужчины, как я. Сейчас невольные узы командовали ей, и любая связь, испытываемая девушкой по отношению ко мне, объяснялась не зависящей от нас судьбой.

Бросив взгляд на дверь, за которой недавно скрылись женщины, я неожиданно ощутил прозрение, будто в любой момент мое присутствие обернется для них последним вздохом.

Все началось с тех самых пор, когда я еще был мальчишкой, а Харальд после смерти брата выкрикивал в коридорах свои жестокие и пьяные тирады. Некогда дядя, смеявшийся и позволивший Тэйту дружить со мной, в один миг превратился в ублюдка, намеревавшегося вылепить самого свирепого и жестокого короля, какого только видели моря.

Мужчины и женщины этого дворца стали свидетелями происходящего и не предприняли ни одной попытки остановить надвигающийся хаос.

Возможно, с моей стороны несправедливо держать обиду на людей, не способных переступить границы своего положения. Да и я никогда не прикидывался порядочным человеком. Неприязнь гноилась, как гангренозный яд, в моих костях, пока один только их вид не вызывал во мне отвращения.

На дальней стене с места сдвинулась еще одна панель, сквозь которую прошел Гэвин, не издав ни единого звука. Он, одетый во все черное, откинул с головы шарф, использовавшийся для маскировки в королевском городе.

Его смуглая кожа, темные глаза и волосы цвета огня всегда выделялись из толпы, но особенной чертой характера мужчины была вечно не сползающая ухмылка с губ, словно ему известны все пикантные подробности королевства.

По правде говоря, вероятно, так оно и было.

Гэвин отвесил церемониальный поклон, больше похожий на неприкрытую насмешку.

– Король Эрик, тебя очень недоставало. Как мы оплакивали твое отсутствие и молились богам, жестоким порождениям глубин, о твоем спасении…

– Сядь уже, мерзавец. – Я дернул стул из-под стола.

– Слышал, у тебя найдется что рассказать. – Гэвин раздвинул ноги, довольно ухмыляясь. – Что это за история с Бездной и претендентством?

– Я должен был догадаться, что, принимая твою чертову семейку, ничего не смогу сохранить в тайне.

Ухмылка Гэвина стала еще шире.

– Уверяю тебя, мой король, я и сам разнюхал бы все твои скандальные секреты. – Он надменно подмигнул, что было свойственно ему с самого детства, и сложил руки на животе. – Поведай мне о земной фейри и о наших намерениях не ввязаться в войну.

– Она носит знак Дома Королей. – В Королевстве Вечности доверие давалось нелегко, но Гэвин принадлежал к числу тех немногих, кому я практически безоговорочно доверял.

– Да, я слышал. И это не имеет особого смысла. Я углубился в изучение мантии, переданной Торвальду, после того как ты прошел через Бездну. – Он сделал паузу, нервно барабаня пальцами по столу. – Насколько мне удалось выяснить, мантия Торвальда предназначалась для обретения всей власти над Королевством Вечности, однако в действительности он ее так и не получил. Скорее, она укрепляла его собственное могущество над морем. Подумай, почему?

– Откуда мне знать. Тебе лучше других известно, как мало Торвальд общался со мной.

Гэвин почесал подбородок и тяжело вздохнул.

– Это навело меня на мысль, что принцесса на самом деле использует силу Королевства Вечности против Тьмы.

– А что еще это может быть?

– Ее собственная магия?

– Возможно, только почему ее тянет к Королевству Вечности? И почему, по ее признанию, она чувствует нечто иное?

– В этом и кроется вопрос, мой король. Живой мантии в Доме Королей просто… никогда не было.

– Ты считаешь, я не в курсе? Полагаешь, во всем этом есть смысл? Я ощущал след на ее коже, наблюдал, как земля исцеляется под ее прикосновениями.

– Ведь ты понимаешь, что это подвергает вас обоих риску.

Мой кулак сжался на коленке. На территории всего королевства становилось все больше Люсьенов Скурков и еще больше головорезов, отчаянно рвущихся к власти.

– Я собираюсь взять ее на праздник.

– Мудрое решение, – сказал Гэвин. – Фион будет в отчаянии и, скорее всего, заставит весь Дом Туманов проклясть тебя.

Я злорадно ухмыльнулся.

– Я нужен Фион не иначе как для возвышения своего титула. Как и всем тем женщинам, которые, по твоим словам, окружают тебя.

Он громко рассмеялся и откинулся назад на двух ножках стула, опасно балансируя.

– Было бы глупо думать, что их соблазнение подразумевает нечто иное. Хотя я не уверен, что для тебя и земной фейри все обстоит точно так же. После твоего возвращения у меня появилась возможность переговорить с Тэйтом. – Гэвин поднялся со стула и облокотился на стол, в его взгляде мелькнула тень. – Понравилось расправляться с морским певцом?

Моя челюсть нервно запульсировала.

– Похоже, у кузена слишком длинный язык.

– У Тэйта самый крохотный язык во всем королевстве, и он не заговорил бы о тебе, если бы его не беспокоила причина драки, – прежде чем продолжить, Гэвин выдержал паузу. – Я спрашиваю, не является ли она для тебя исключительно источником магии, ведь ты не хуже меня знаешь, что транс морского певца притягивает жертву к истинным желаниям сердца.

– Морские певцы соблазняют людей через похоть.

– Эрик. Она могла желать любого, но вожделела тебя. Тэйт все видел. – Гэвин несколько мгновений изучал свои руки. – С этим ничего не поделаешь, и ты это знаешь – песня раскрывает правду.

– Зачем ты все это мне говоришь?

– Я сейчас разговариваю с тобой как с другом. – Весьма редкое признание. Таким, как мы, не пристало иметь друзей. – Похоже, для Королевства Вечности с этим клеймом уготована новая судьба, но, возможно, Бездна притянула тебя к ней не случайно.

Какая-то часть меня желала согласиться, а другая – зарезать Гэвина, чтобы тот заткнул свой треклятый рот. Вожделение носило физический характер, но голос морского певца обострял желание сердца. Я отказывался воспринимать поведение Ливии как нечто иное, чем физическое влечение к теплому телу.

В наступившей тишине Гэвин испустил долгий вздох.

– Не мое дело строить догадки, просто в сложившейся ситуации нужно все обдумать. Говори, что я должен делать. Слишком уж долго ты не пользовался моими выдающимися талантами, и мне уже начало казаться, что ты давно забыл обо мне.

Вот же жадный ублюдок.

– Я позабочусь о предотвращении угроз здесь, но мне нужно, чтобы ты устранил опасность по ту сторону Бездны.

Брови Гэвина изогнулись дугой.

– Опять путешествие к земным фейри?

– Незаметно, и это должен сделать только ты. Понятно?

– А-а. Вижу, ты спишь и видишь, чтобы я подвергся страданиям. – Ухмыльнувшись, Гэвин попытался скрыть следы беспокойства в своих глазах, но в них читалась нерешительность.

– Справишься?

– Спрашиваешь, прекрасно справлюсь.

Не знаю, сказал ли он это ради моего подтверждения или своего собственного.

– Доведи до сведения кланов Ночного народа, что их принцесса принадлежит Королевству Вечности и у них не получится вернуть ее, а затем убедись, что они не смогут проложить себе путь через барьеры.

Гэвин озадаченно наклонил голову.

– Считаешь, они стали бы рисковать столькими жизнями, пытаясь пройти через них?

Я понизил голос:

– Думаю, ее отец сжег бы дотла любой проклятый мир, лишь бы вернуть ее.

Забрав Ливию, я всадил клинок в сердце сгибателя земли, оставив там глубокую, зияющую рану. Два десятилетия он владел силой моего отца, а сейчас будет сражаться за возвращение моей Певчей птички с еще большим неистовством.

Но теперь, получив ее в свое безраздельное владение, я не позволю этому случиться.

– Как скажешь, – ответил Гэвин. – Я приготовлюсь к отплытию как можно скорее.

– Уверен, что сможешь справиться без своего корабля? – Я внимательно наблюдал за появлением любого намека на обман или ложную браваду.

Челюсть Гэвина нервно дрогнула.

– После стольких лет попытка пройти Бездну будет обременительной, но я уже проделывал это раньше, как тебе известно. Остается надеяться, что в этот раз я обойдусь меньшим количеством раздробленных костей.

В последний раз Гэвин проходил Бездну во время войны, и это едва не стоило ему жизни. По правде говоря, мы оба оказались на грани смерти.

– Если не сможешь, не рискуй и отступай, – сказал я. – Найдем другой выход.

Ни единая душа не догадывалась об истинных способностях Гэвина. Хоть я называл его Искателем, но в королевстве он известен как Гэвин Дробитель костей. Считалось, что мужчина обладает даром измельчать кости в крошку одним прикосновением. Он был лордом Дома Костей, но его настоящий талант не имел ничего общего с носимым им именем. Лишь придуманная мною давно хитрость, позволяющая другу свободно дышать. Подлинные Искатели моря проживали недолгую жизнь, прежде чем их убивали клинком или собственная безрассудная магия расправлялась над хозяином.

Такой человек, как Гэвин, не просто использовал приливы для передачи своего голоса, подобно Селин. Он умел обращаться в туман и в мгновение ока проноситься сквозь любой водоем туда, куда пожелает. Будь то остров на море или пруд в личном дворе другого лорда. Он легко мог материализоваться в уборной с ножом в руке, готовый вонзить его в горло соперника.

Для многих высокопоставленных дворян Искатели представляли собой слишком большой риск, чтобы оставлять их в живых.

Путешествие через Бездну без корабля было почти фатальным для любого, кто слабее Гэвина.

– Король, повелитель земли, – произнес Гэвин после затянувшейся паузы. – Он действительно готов сражаться за свою дочь?

Я встретился с ним взглядом.

– Не сомневайся.

В его темных глазах пылал затаенный гнев, скрываемый под остроумием, обаянием и титулом.

– Неужели тебя не беспокоит, насколько это редкое явление здесь? Лишь немногие отцы собирают армии ради одной дочери. И даже для сына, полагаю. Все зависит от ранга.

Хоть и жестокие, но правдивые слова.

Еще совсем крохой меня похитили кланы земных фейри во время мелких стычек, чтобы добыть целебную кровь, и я утаил множество подробностей о попытках моего отца вернуть меня как тогда, так и после. Не будь я королевским сыном, обо мне бы моментально забыли.

– Повелитель земли чем-то напоминает мне моего родного отца, – сказал Гэвин.

– Не впадайте в сентиментальность, – предостерег я. – Многое поставлено на карту, и сейчас главное – удержать защищающего отца за пределами нашего королевства.

– Полагаю, ты прав.

– Прежде чем ты уйдешь, – негромко добавил я, – проведай других лордов и выясни, что я могу использовать, чтобы принудить их к верности. Новость о Ливии они не перенесут спокойно.

Лорд Йорон попытается узнать ее поближе, возможно, захочет присвоить доставшуюся ей власть себе. Лорд Хеш сочтет мерзостью женщину, носящую клеймо королевского дома, и, скорее всего, предпримет шаги, чтобы избавить Королевство Вечности от позорного пятна.

– Я немедленно займусь этим.

– Дождись окончания праздника. Наверняка твой корабль уже заметили. Тебя будут ждать.

Он хищно ухмыльнулся.

– Распутство в королевском городе? С большим удовольствием, мой король.

– Гэвин. – Я отвел от него взгляд. – Тебе также не мешало бы показать рану, про которую ты упоминал моему ткачу костей.

– Я не ранен.

– В сложившейся ситуации любые, даже кажущиеся на первый взгляд незначительными, травмы являются огромным риском.

– Эрик, я не ранен…

– Мне так не кажется. – Я оглянулся через плечо. – Мердок вряд ли будет слишком занят. Только один из моей команды прибыл раненным и сейчас лечится у него. Мой повар.

Гэвин заметно побледнел.

– Понятно. Он был сильно ранен?

– Благодаря земной принцессе дар речи остался при нем.

– Принцесса?

– Да. Она проявила храбрость в самый неожиданный момент и побежала спасать его во время чертового нападения Люсьена Скурка. – Я склонил голову. – Как и говорил, кроме него, никого нет, если тебе понадобится обработать царапину, на которую ты только что жаловался.

Гэвин, тяжело сглотнув, вытащил небольшой нож, спрятанный в сапоге, и провел кончиком по ладони. Он лукаво усмехнулся, увидев небольшую струйку крови, стекающую по его запястью.

– Рад, что ты заметил царапину, мой король. Наверное, стоит взглянуть, чтобы убедиться, что все в порядке.

Гэвин, прижав руку к груди, поклонился, а затем натянул черный шарф на подбородок. Я стоял у окна, пока он не выскользнул наружу, в потайные коридоры, где царила кромешная тьма.