Глава 5, в которой мы с его величеством знакомимся заново
Яна Громова
Простившись с Ирнасом, я ещё какое-то время посидела с Порфиной на кухне. Время за чашечкой чая, да ещё и в компании лимонных кексов пролетело незаметно, и вот настала пора знакомиться с устроительницей отбора, вдовствующей герцогиней Лайрой Белонезсской. Как и ко всем замужним или некогда являвшимся таковыми женщинам, мне следовало обращаться к ней «нэйла», присовокупляя к этому вежливому обращению слово «госпожа». Оно указывало на то, что герцогиня выше меня, простолюдинки, по статусу. Ну а всех королевских невест, даже если в их ряды повезёт затесаться какой-нибудь крестьянке, придётся величать госпожами неалями. Все избранницы Рассарха Санторийского, будь они благородных кровей или с корнями попроще, не поднимались, а буквально взлетали по социальной лестнице. В то время как Мари Омон, я то бишь, находилась на одной из самых нижних её ступеней.
Ну да не беда. Я здесь надолго задерживаться не собираюсь и строить свою жизнь тоже. Мне бы только добраться до Сердца океана, и я сразу же пожелаю всем счастливо оставаться.
Ещё бы понять, как активировать артефакт… Из слов Сельвеи стало ясно, что одного загаданного желания будет недостаточно. Постараюсь осторожно выведать у «сестры» при следующем общении, как это вообще работает. Ну и обязательно наведаюсь в королевскую библиотеку. Попаданка я или как? Ингвар говорил, что о «сокровищнице» Анделиора слагают легенды и что в ней есть информация о чём угодно: о любой магии, о любых артефактах. Вдруг удастся найти что-нибудь и про Сердце океана.
У меня было достаточно времени, чтобы подумать над желанием, которое загадаю. Если просто пожелать вернуться на Землю, есть риск, что окажусь на дне океана, в теле, растерзанном тамошней зубастой фауной. Это был совсем не тот финал, о котором я мечтала. А чтобы получился тот, что надо, мне следовало не просто вернуться в свой мир, но и совершить путешествие во времени: перенестись в утро, когда я поднялась на палубу круизного лайнера вместе с Козловым.
Надеюсь, подарок Невора на такое способен. И тогда дражайший муженёк узнает, на что способна я.
Уф, только доберусь до тебя, гада, и тогда…
Всем счастливицам, удостоившимся чести стать помощницами герцогини Белонезсской, было велено собраться в гостиной для инструктажа. Всего нас оказалось двенадцать. Каждой на вид было не меньше восемнадцати и не больше двадцати пяти. Все как на подбор стройные, симпатичные (но ничем особо не выделяющиеся), в скромных, но опрятных платьях и белых чепцах, под которыми новоявленные помощницы прятали свои волосы. Одна я стояла перед красавицей герцогиней с непокрытой головой, хоть рыбаки и уговаривали меня нацепить чепец (мол, так положено), но в нём я чувствовала себя младенцем-переростком. Смешно, в общем.
Если остальные девушки с её светлостью уже имели честь познакомиться во время личного собеседования, то я, прошедшая отбор в помощницы по блату, видела её впервые. Как и она меня. Стоило герцогине войти в гостиную, как внимательный взгляд её тёмно-карих глаз остановился на мне. Задержался на несколько долгих секунд, после чего переместился на следующую девушку.
— На нас с вами лежит непростая задача — провести этот отбор так, чтобы о нём помнили в веках, — зазвучал её спокойный, немного низкий, как для женщины, голос.
Герцогиня чем-то напомнила мне испанку: смуглая, черноволосая, с выразительными чертами лица. Этакая Пенелопа Крус Санторийского разлива. Молодая, больше тридцати пяти не дашь, в вишнёвого цвета платье и с кружевным веером, которым не переставала обмахиваться, — она приковывала к себе взгляд. Своей внешностью, грацией, умением себя подать.
Интересно, и много таких красоток ошивается при дворе рыжего?
Я тут же себя одёрнула и вся обратилась в слух.
— …И помните! Вы не служанки и не камеристки. На вас лежит большая ответственность. Одно дело елозить по полу тряпкой или отутюживать платье и совсем другое — сделать каждый этап отбора идеальным.
Сразу видно, перфекционистка. Люблю таких, потому что сама привыкла, чтобы все проекты, за которые брался «Стройсвет», не просто оправдывали ожидания заказчиков, но и превосходили их многократно.
— У каждой невесты свой характер. Девушки будут нервничать, волноваться. К сожалению, не обойдётся и без неприятных ситуаций. Особенно в преддверии финала. Нам с вами придётся устранять, а лучше предвосхищать такие конфликты, организовывать празднества, следить за проведением испытаний. В общем, дел будет много, но и награда окажется щедрой. Самых старательных я буду поощрять отдельно, — заявила её светлость, лениво взмахнув веером, а потом резко его закрыла. — Если считаете, что не справитесь, лучше расстанемся прямо сейчас, — при этом взгляд её почему-то упёрся в меня.
Я встретила его с самым невозмутимым выражением лица, высоко держа голову. Устроительница чуть заметно кивнула, как будто получила ответ, на который рассчитывала, и продолжила вглядываться в лица других.
Ни одна из девушек не пожелала «расстаться прямо сейчас», а потому её светлость с удовлетворённой улыбкой заключила:
— Ну что ж, тогда поспешим во дворец. Начнём работать прямо сегодня, как только вас распределят по комнатам и выдадут униформу.
Я переглянулась со стоящей рядом девушкой, бледной от волнения, и поняла, что мне всё-таки не удастся избежать чепца.
Когда с приветственной речью было покончено, нас всех попросили выйти из дома и ждать на крылечке, пока подадут кареты. Девушки улыбались, негромко переговаривались и явно были взволнованы предстоящим посещением дворца. Я же была скорее сосредоточена, чем взволнована, и всё гадала, смогу ли попасть в библиотеку беспрепятственно или придётся поизворачиваться.
В крайнем случае, воспользуюсь убийственным очарованием Машки, чтобы проникнуть в святая святых Анделиора. Ещё бы как-то научиться контролировать эти свои способности…
— Пятьсот эльсов! Представляете! У меня до сих пор, стоит только подумать о такой громадной сумме, голова кружится! И это всего лишь за месяц непыльной работы. Да мой батюшка-цирюльник таких денег и за несколько лет не заработает! — захлёбывалась словами стоящая на нижней ступеньке девушка в тёмного цвета платье с ажурным воротничком, как у какой-нибудь гувернантки.
Эти их эльфы — местная золотая монета. Я ещё плохо ориентировалась в финансовой системе Сантора и затруднялась подобрать понятный для себя эквивалент данной сумме, но судя по тому, как блестели глаза девушки и сколько в её голосе звучало восторга, зарплата у помощниц была не просто хорошая — отличная.
А если присовокупить к ней ещё и бонусы, обещанные Лайрой за особое рвение, то становилось понятно, почему не все девушки бежали, спотыкаясь и падая, в храм Всеведающего. Скольким там повезёт? Да и главный приз в итоге — сердце правителя и корону — отхватит всего лишь одна счастливица. А тут аж двенадцать девушек если и не обогатятся, то точно хорошо подзаработают.
В общем, я ещё раз порадовалась, что не совершила глупость и не отправилась щупать Искру, а последовав совету Ингвара, пошла к устроительнице.
Вскоре подали кареты, в которые мы и загрузились. Её светлость ехала отдельно, нас же утрамбовалось по шесть штук в каждую, и мы не спеша покатили к белокаменному зданию. Было тесно, зато весело.
Пока ехали, я познакомилась со своими «коллегами». Напротив меня сидели сёстры-погодки, почти близняшки, Линнея и Мирьям — рыжеволосые и курносые хохотушки, которые только и делали, что подтрунивали друг над другом. Рядом с ними устроилась тихая и по виду самая младшая из нас дочка аптекаря с Цветочной улицы — Ангела. По правую от меня руку расположилась Руни — та самая шатенка, что так радовалась будущей зарплате, и бойкая девушка по имени Северина.
Она с удовольствием рассказывала о себе и других не забывала расспрашивать. Вот и я не избежала её внимания.
— А ты откуда родом, Мари? — поинтересовалась новоиспечённая помощница.
— Из Триуста, — назвала я городок, в котором якобы провела все свои детство, отрочество и недавнюю юность.
— Красивый край, — кивнула Руни. — Столько виноградников… А вина из Триуста какие вкусные!
Северина пододвинулась ко мне поближе, хоть я и так уже была впечатана в стенку кареты. Того и гляди расплющит.
— Скажи, Мари, а тот солдат, что тебя сопровождал и говорил с госпожой устроительницей… Кто он? — глаза девушки заблестели.
И остальные тоже навострили уши.
— Он такой красавчик!
— А какой у него взгляд!
— А голос слышали? Такой волнующий, глубокий.
— Просто сказка, а не мужчина! — восторгались помощницы.
Не жалея эмоций, делились друг с другом впечатлениями относительно Раса. И, странное дело, мне это не очень нравилось, вернее, совсем не понравилось. Наверное, я просто не привыкла к такому щенячьему восторгу в глазах себе подобных, вот во мне и проснулось раздражение. Когда мы с Козловым встречались, я никогда не давала волю чувствам, просто не привыкла обнажать перед кем бы то ни было сердце. Да и романтик из меня так себе. Думала, после замужества немного «подтаю», но ничего не поменялось. Игорь даже шутя называл меня Снежной королевой.
А теперь я была рада, что никогда не признавалась ему в любви. Так, в мыслях иногда могла назвать «любимым». И то, как оказалось, зря.
Ну да ладно, доберусь я ещё до тебя…
Рассказ о нападении криминального элемента столицы и моём счастливом спасении двумя бравыми рыцарями вызвал в рядах помощниц ещё больший ажиотаж.
— Ох, надеюсь, вы ещё с ним встретитесь, — выдохнула Мирьям. — Из вас получится такая красивая пара!
— Забыла? — пихнула её в бок сестра. — У Мари уже есть жених.
— Ну тогда надеюсь, что с ним ещё встречусь я, — не растерялась Мирьям, и девушки дружно рассмеялись.
В общем, во дворец мы въезжали в отличном настроении, очень довольные знакомством и общением. Понятное дело, кареты остановились у служебного входа — мы ведь не невесты, чтобы катить по главной алее к парадной лестнице, но даже с торца дворец был великолепен. Все эти белокаменные башенки, увитые диковинным растением с искрящимися на солнце цветами, мраморные балкончики и обилие лепнины где только можно приковывали взгляд и вызывали у девушек восхищённые возгласы.
Через крыло прислуги нас провели до лестницы, а оттуда на второй этаж. Для помощниц её светлости выделили аж целых шесть комнат. Мне досталась самая последняя спальня по коридору, которую предстояло делить с Севериной. Девушка была от неё в восторге, потому что только у нас имелся крохотный балкончик с видом на небольшой внутренний дворик. В самом центре его красовался облепленный мхом фонтан, от которого лучами разбегались мощёные дорожки, а по краю дворика зеленел аккуратно подстриженный кустарник.
— Красота! — девушка с наслаждением плюхнулась на кровать.
Пусть спальня была маленькой и обставленной без изыска — две кровати, комод, платяной шкаф да сундуки по углам, зато света и уюта в ней было с избытком.
— Госпожа устроительница сказала, что после обеда представит нас первым невестам, — переворачиваясь на бок, сказала Северина. — Интересно, какие они. Небось все писаные красавицы. Простушек, говорят, маги не пропускают.
— Главное, чтобы характеры не подкачали, — заметила я, оглядывая аккуратные стопочки одежды в сундуке — ночные сорочки, блузки и нижнее бельё.
Платья обнаружились в шкафу — два светло-серых, два тёмно-зелёных и два бордовых. Все одинакового фасона — без рукавов, на широких бретелях, со шнуровкой на спине и без каких-либо украшений. Чепцы тоже имелись, куда ж без них.
На обед нам уже следовало явиться в форме и, как сказала герцогиня, сегодня был день бордовых платьев.
— Скажешь тоже! — хмыкнула Северина. — Эти богачки те ещё выдры. Помяни моё слово, намучаемся мы с ними. Или думаешь, нам его величество от широты своей королевской души по пятьсот эльсов отваливает за красивые глазки? Работа, может, и не пыльная, как говорит Руни (камины чистить точно не придётся), зато нервная. И ответственная. А знаешь что?! — она приподнялась на локте. — А давай до обеда прогуляемся? Осмотримся немного.
Осмотримся — это по-нашему. Нечего откладывать дело в долгий ящик, уже сегодня надо найти библиотеку. И про то, где Сердце океана держат, тоже не помешало бы разведать.
Поэтому я поддержала предложение Северины, и мы стали быстро переодеваться. Помощницам во дворец запрещалось привозить личные вещи, поэтому устраиваться на работу я шла налегке.
— Её тоже заберут, — кивнула Северина на мою одежду, которую я сложила аккуратной стопочкой в изножье кровати. — На нас не должно быть никаких личных вещей, никакой косметики и украшений. Для всех мы должны быть безликими и неприметными.
Я ничего не имела против того, чтобы быть неприметной, этакой серой мышкой, а потому скрепя сердце надела чепец. Посмотрела на себя в зеркало, ещё раз отметив, насколько у меня идиотский вид, и следом за Севериной вышла из спальни.
Дверь захлопнулась сама собой. Как сказала Лайра, на каждую было наложено охранное заклинание. Только мы с Севериной могли войти в свою комнату, да ещё приставленная к ней горничная.
То же самое было и с покоями невест, да и вообще со всеми личными апартаментами, ведь во дверце проживали ещё и придворные.
До обеда оставалось целых полчаса, и мы решили потратить его с пользой — отправились знакомиться с Анделиором. Или хотя бы с маленькой его частью, потому что дворец был огромен!
Жаль, экскурсия закончилась, так и не успев начаться. Гуляя по светлой анфиладе, мы услышали, как в одном из залов кричат, визжат и ругаются. Да так, что у меня чуть уши не завяли.
Мы с Севериной переглянулись и одновременно вынесли предположение:
— Невесты!
Подхватив юбки, бросились в наше первое «сражение».
Сражение и впрямь оказалось сражением. Да ещё каким! Две девицы в кринолинах пытались протиснуться в комнату. Одна створка распахнута, другая пока ещё держит оборону. Нет бы догадаться толкнуть её, тогда, может быть, поместились бы обе, но вместо этого невесты с упоением толкали друг друга.
— Это моя комната! — заявила пышногрудая шатенка, своим великолепным бюстом уже готовая протаранить конкурентку.
— Нет! Я первая её заняла! — взвизгнула курносая блондинка. Та самая из кареты со змеёй.
Значит, докатила всё-таки до храма, выдра.
— Что значит заняла? — возмутилась невеста номер один. — Здесь тебе не постоялый двор. Не мы выбираем покои. Мои вещи отнесли сюда, так что посторонись!
— То и значит! — фыркнула вторая, вовсю орудуя локтями. Мелкая и кудрявая — она напомнила болонку, бесстрашно тявкающую на бульдога.
Даже стало интересно, чем это всё закончится.
— Я привыкла, чтобы окна моей спальни выходили на запад. Мне по утрам солнце спать мешает!
А потом ещё удивляются: и почему столько анекдотов про блондинок…
Понимая, что если не вмешаемся, на их вопли сбежится весь дворец, а отвечать придётся нам, я первой бросилась на амбразуру:
— Неали, неали! — Добившись их внимания (хоть пихать друг друга перестали — и то ладно), прижала ладони к щекам и с восторженным видом зачастила: — Ах, как же его величеству повезло! Вы так ослепительно прекрасны! У меня аж глаза слезятся!
Первое правило работы с проблемным клиентом: когда ситуация выходит из-под контроля, нужно по-быстрому его дезориентировать. Конкретно в данном случае, облить сиропом из лести, после чего заняться приготовлением спагетти.
— И что, и вы, и вы, — перевела взгляд с одной невесты на другую, — такие восхитительно красивые, правда хотите здесь жить? Пусть даже и каких-то несколько недель, но…
Девицы поджали губы и недоумённо переглянулись.
— Но что? — нетерпеливо переспросила шатенка.
— Но… — я замялась, всем своим видом показывая, что разрываюсь между долгом хранить тайну и желанием её раскрыть.
— Ах, если мы вам расскажем, нас уволят! — подыграла мне Северина. — Выгонят за длинный язык!
— Но мы не можем их не предупредить, — продолжала я ломать комедию, а заодно заламывать руки и кусать губы. Для большей достоверности.
— Ах, это так ужасно, так ужасно! — Северина, как и я, явно пыталась потянуть время и придумать, какую бы чушь им смолоть, лишь бы придушить на корню конфликт.
— Что? Что ужасно?! — тоненько взвизгнула болонка… Тьфу ты, блондинка!
— В этой спальне произошло нечто страшное, — с придыханием проговорила я, старательно выпучивая глаза.
Чепец мне в помощь и капелька находчивости.
— Много-много лет назад, но всё же… Позвольте подобрать вам другие комнаты.
— С окнами на западную сторону, — подхватила Северина.
— И с видом на парк, — добавила я, понятия не имея, с какой стороны у них тут парк. Надеюсь, что со всех.
Невесты снова переглянулись, а потом кудрявая скрестила руки на груди и, задрав подбородок, безапелляционно заявила:
— И шагу отсюда не сделаю, пока не расскажете, что здесь такого ужасного могло произойти. — Она вытянула шею, заглядывая в комнату. — Мне нравится эта спальня.
Блин! Да я сама тебя сейчас за волосы оттаскаю!
Второе правило работы с проблемным клиентом: делать вид, что потакаешь всем его требованиям.
Я тяжело вздохнула:
— Ну хорошо. Мы всё вам расскажем, только, пожалуйста, не выдавайте нас.
Девицы выразительно фыркнули, явно намекая, что ничего не обещают.
Я же говорю — выдры.
— Дело было много лет назад, — поглядывая на меня, начала Северина.
— Но отборе у прошлого величества, — вдохновенно заявила я, тут же поправившись: — Ну то есть короля.
— Ага, — лаконично поддержала рассказ моя коллега.
Пришлось мне развешивать на ушах невест ещё недоготовленные спагетти.
— Так вот, одна из невест на том отборе… эм-м-м… подавилась пончиком и умерла.
— Обнаружили её не сразу — аж через два дня!
— За это время её призрак успел срастись со стенами этой комнаты, в которой несчастная и умерла. Говорят, ночами он бродит по спальне в… э-э-э… поисках пончиков, — закончила я придуманную на ходу страшилку и равнодушно произнесла: — Но если вы ничего не имеете против привидений, тогда конечно…
— Немедленно разыщите спальню, в которую отнесли мой гардероб! — первой стартанула блондинка. — Ни минуты здесь не останусь!
— И я тоже с привидением жить не хочу! — купилась шатенка.
— Как пожелаете.
— Как будет угодно неали, — дружно завели мы, вставая перед новой проблемой: куда поселить первую невесту.
— Неали, у вас всё в порядке? — раздалось негромкое сзади.
По расширившимся глазам невест и знакомому голосу с низкими, бархатистыми нотками я поняла, кто тут пожаловал разрешать уже почти разрешённый конфликт.
Зашуршали пышные юбки. Обернувшись, я почувствовала, что Северина дёргает меня за руку, заставляя согнуть колени. Следуя всеобщему примеру, в глубоком реверансе опустилась перед его величеством Рассархом.
Прежде поймав на себе его взгляд и успев испугаться: что, если он меня узнает?!
Рассарх Санторийский
Здание магической гильдии он покинул, не проведя в нём и пары часов, предоставив магам самим определяться с выбором королевских избранниц. Какая, в сущности, разница, которые из участниц пройдут второй этап отбора? Он всё равно ни одной из этих девушек не знает. К тому же самые мудрые колдуны королевства, радеющие за благополучие Сантора, сделают всё, чтобы не ошибиться в выборе. Вот пусть и проводят допросы в своё удовольствие.
Рассарху же не терпелось вернуться во дворец. Он смутно понимал, что с ним происходит, но с самой первой минуты знакомства с Мари чувствовал, как от азарта внутри вскипает кровь. После кораблекрушения он был сам не свой, не находил себе места, но стоило познакомиться с этой странной, немного забавной и такой притягательной девушкой, как все мысли о мерзавке маре, потопившей его корабль, будто выветрились из головы.
Окончательно поблек её образ, стёрся из воспоминаний голос, словно её и не было.
Зато была Мари. Чужая невеста и новоиспечённая помощница герцогини Белонезсской, которая постоянно будет у него на виду. На этой мысли Рассарх запнулся и мысленно выругался.
Кракова бездна! Нашёл о чём думать за месяц до свадьбы!
Но не думать о девушке с совершенно невероятными глазами он не мог, как ни старался.
Отделавшись от вездесущего Дорана, отправился во дворец и, только оказавшись в его стенах, вернул себе прежний облик. Прежде чем приступить к делам, что кипами бумаг ожидали его в кабинете, правитель Сантора направился в ту часть дворца, что временно отвели для невест и помощниц её светлости.
Судя по количеству претенденток на трон, девушки будут прибывать до самого вечера, если не до глубокой ночи, а потому торжественный приём было решено отложить до завтра. Как и знакомство с новоявленными избранницами.
По-хорошему, Рассарху сегодня здесь было делать нечего. Но помощницы уже должны были приехать, так что…
Его величество запнулся, едва не оглушённый пронзительным визгом. Так может визжать свинья, которую собрались пустить на окорока, но это, к сожалению, были не свиньи, а его дорогие невесты.
Негромко выругавшись (не успели приехать, а уже закатывают истерики!), Рассарх ускорил шаг, но потом снова остановился, заметив, как в галерею, из которой доносились крики и брань, влетели две девушки в форменных платьях. Мари он узнал сразу, даже в этом нелепом наряде, и дальше уже шёл, стараясь ни производить ни звука. Стало любопытно, как его недавняя знакомая справится с неожиданной проблемой.
— …Так вот, одна из невест на том отборе… эм-м-м… подавилась пончиком и умерла, — справилась она.
Рассарх и сам не понял, как сдержался и не захохотал в голос. Особенно когда заметил выражение на лицах невест: растерянно-доверчивое с примесью суеверного страха.
Надо же, поверили!
Его величество негромко хмыкнул: а так уж ли почтенные маги радеют за королевство?
— … Говорят, ночами он бродит по спальне в… э-э-э… поисках пончиков.
Поняв, что сдерживаться он уже не в состоянии, а значит, надо или вмешаться, или уйти, пока его не заметили (но уходить-то как раз не хотелось), Рассарх шагнул вперёд.
— Неали, у вас всё в порядке?
Невесты тут же захлопнули рты, из нахохлившихся куриц превратившись в прекрасных павлинов. Распушили хвосты, вернее, расправили пышные юбки, приседая в грациозном реверансе и без ложного стеснения демонстрируя правителю свои прелести в глубоких вырезах нарядных платьев. На которые Рассарх не обратил внимания (ни на вырезы, ни на то, что в них), мысленно сетуя, что на помощницах такие скучные с глухим воротом блузки.
— Ваше величество, — хором начали невесты, после того как им разрешили подняться.
— Мы бесконечно счастливы быть здесь!
— Это такая честь для нас!
— Мы, право, не ждали, что будем так скоро иметь счастье видеть вас…
— …Иначе бы сначала привели себя в порядок.
Он вроде бы их слушал, но не слышал, сосредоточив всё своё внимание на девушке в простом саржевом платье.
А под ним скрывается такая ладная фигурка и…
— Неали, вы и так прекрасны, — опомнившись, проговорил Рассарх, насилу отрывая взгляд от помощницы с сине-зелёными глазами, которые та сейчас прятала под густыми тёмными ресницами.
Мари избегала встречаться с ним взглядом, и оно не удивительно. Одно дело общаться с простым солдатом и совсем другое — говорить и смотреть в глаза его величеству.
— Я так понимаю, вам не понравилась комната, неали…? — Рассарх заставил себя посмотреть на пышногрудую невесту.
Как бы сказал Нахрефат, такая десятерых наследников выкормит, без всяких кормилиц. Но последнее, о чём сейчас думал правитель, — это о Нахрефате и наследниках.
— Герен, ваше величество. Антуанетта-Розалинда Герен.
— Так что там с комнатой?
— Там просто… — девушка замялась, краснея, начиная осознавать, что если озвучит историю о привидении с пончиком, будет выглядеть крайне глупо.
— Просто в этих покоях по утрам жарко, ваше величество, а во второй половине дня очень сумрачно, — и тут не растерялась его протеже.
Вскинула голову, наконец осмелившись заглянуть ему в глаза, и, как ни странно, взгляда не отвела. Какая необычная крестьянская девочка.
Невеста рыбака.
Поняв, что последняя мысль была сейчас совершенно неуместной, Рассарх сказал:
— И вы предлагаете…
— Предлагаю предложить этим прелестным неали другие комнаты. В этом прекрасном дворце столько спален! Уверена, для своих очаровательных избранниц ваше величество прикажет приготовить лучшие.
Вот краковка! После такого заявления в сарае он их точно не поселит. Придётся велеть слугам, чтобы отдали этим двоим самые просторные спальни в крыле невест. Мари не оставила ему шансов (сам виноват — нечего вообще было вмешиваться), да ещё и невесты теперь будут у неё в долгу, если, конечно, оценят.
— Велю слугам позаботиться о вас, — кивнул Рассарх. — Неали, — попрощался, не отказав себе в удовольствии на секунду-другую задержать на помощнице взгляд.
Понимая, что дальше задерживаться здесь опасно, иначе разговор о спальнях они с Мари продолжат уже в его спальне, правитель ушёл, сделав себе пометку в памяти: как можно больше разузнать об этой девушке-загадке.
Яна Громова
Меня потряхивало всё то время, что король находился рядом, и ещё долго продолжало потряхивать после этого. Стоило ему переступить порог галереи, как мне захотелось мимикрировать под затянутую шёлковыми обоями стену. Вдруг узнает и позовёт стражу? Вдруг это только у Ирнаса память девичья, а его величество запомнил мару Яну и сейчас как велит меня схватить!
Помнит ли он, что это я его спасла, а с ним и других солдат? Надеюсь, что да, потому что в противном случае…
— Так что там с комнатой?
— Там просто…
Рассматривать треугольнички паркета, конечно, занятие страшно интересное, но надо было спасать положение. Поэтому я подняла голову, тут же увязнув во взгляде холодных голубых глаз, как ни странно, отразившимся жаром на моих щеках, и посоветовала повелителю Сантора подобрать для своих избранниц более комфортабельные условия.
Он тоже смотрел на меня, усиливая дрожь во сто крат. Смотрел так, будто собирался вывернуть наизнанку, чтобы самолично выяснить, из какого теста я слеплена.
— Велю слугам позаботиться о вас, — спустя, кажется, вечность наконец вынес вердикт Рассарх и, кивнув на прощание, пошёл своей дорогой.
У меня никогда не дрожали коленки, но тут вот дрогнули. Пришлось вцепиться в локоть Северины, которая, впрочем, выглядела не лучше: бледная, взволнованная, сосредоточенная.
Зато невесты пребывали на седьмом небе от счастья и едва не лопались от гордости, что им первым повезло увидеться с женихом.
— Ах, вы видели, как его величество на меня смотрел? — просияла блондинка.
— Вообще-то он смотрел на меня, — хмыкнув, заметила Роза-мимоза или как там её величают.
— Вот ещё! Ты же не хочешь сказать, что у его величества косоглазие? — снова пошла в наступление склочница.
Я закатила глаза.
Если и остальные невесты такие же… Я, конечно, сочувствую и соболезную Рассарху, но себе и остальным девочкам-помощницам сочувствую ещё больше. Потому что месяц в этом дурдоме смогут выдержать только девушки со стальной психикой и железными нервами.
Благо разгорающийся спор прервало появление лакеев в нежно-голубых атласных ливреях. Кланяясь и выражая невестам его величества своё глубочайшее почтение, юноши попросили их следовать за ними.
А мы с Севериной, когда в коридоре стихли голоса и шаги, облегчённо выдохнули.
— Ты знаешь, Мари, что-то мне уже расхотелось гулять, — протянула она. — А то мало ли…
Не желая искушать судьбу, мы вернулись в спальню и до обеда просто отдыхали, валяясь в кроватях.
— Вообще-то он не на них, а на тебя смотрел, Мари, — переворачиваясь на живот, хитро улыбнулась Северина.
— Скажешь тоже! — я нервно сглотнула. Я ведь чувствовала на себе его взгляд, всё то время, что он находился рядом, но не переставала себя убеждать, что мне просто показалось.
— Клянусь бабушкиными панталонами! — с самым серьёзным видом заявила моя сокамерница, вернее, сокомница. А может, соспальница… — Не просто смотрел — прямо-таки пожирал взглядом! Уверена, ты ему понравилась.
Или он просто узнал меня…
За обедом её светлость, оказавшаяся дамой довольно приветливой и без норова, общалась со всеми нами, а после представила нас невестам, уже успевшим отстреляться у магов.
Никогда не жаловалась на память, но из дюжины красавиц я запомнила имена лишь двух или трёх. А попробуй запомнить с десяток Антуанетт, Розалинд, Франсуаз и прочее, прочее. Многие девушки имели по два, а то и по три имени и труднопроизносимые фамилии. Поэтому, чтобы не замусоривать себе голову ненужной инфой, я дала им условно-опознавательные клички: Болонка, Бледненькая, Веснушка, Тихоня и тому подобное.
До самого вечера мы носились по дворцу с поручениями. Веснушке не понравились простыни — нужно заменить. Болонка опять закатила истерику — нужно успокоить. Над Тихоней неудачно подшутила Роза, и та разревелась — тоже успокоить. И много чего другого в том же роде.
За весь день у меня не было времени не то, чтобы спросить, где находится библиотека — не было возможности даже о ней подумать. Благо о короле я тоже больше не вспоминала, и беспокойство, спрятав когти поглубже, затаилось в уголках моего разума.
За ужином Лайра похвалила нас с Севериной за находчивость и подарила по паре жемчужных серёжек. И пусть во дворце украшения нам носить запрещалось, Северина пришла в восторг. Я же была настолько уставшей, что только и сумела, что улыбнуться и поблагодарить госпожу устроительницу за внимание. А когда нас отпустили, сразу же отправилась к себе в комнату.
Разделась, быстро умылась, плеснув в лицо водой из керамического тазика. После чего со стоном повалилась на кровать и закрыла глаза. Заснула почти мгновенно, чтобы проснуться глубокой ночью со странным давящим чувством в груди.
Я задыхалась под тонкой простынёй и отчётливо понимала: мне как можно скорее нужно к воде.
Меня звало море.