Глава 6, в которой я пытаюсь отвадить от себя Раса, · а он пытается со мной искупаться
Я села на постели, облизала сухие губы, оглянулась. Северина спала без задних ног. Обняв подушку, негромко посапывала, восстанавливая силы после суматошного дня. Я бы тоже была не прочь их восстановить, но, видно, не судьба. Некая сила буквально вытолкнула меня из кровати, заставив подняться и поспешить к платяному шкафу. Одевалась я как в тумане, дрожащими руками затягивая шнуровку платья, и всё поглядывала на спящую девушку.
Вдруг проснётся, и что я ей тогда скажу? Куда собралась? Получится ли вообще покинуть дворец? Здесь же повсюду стража!
Но все эти вопросы и тревога, от которой сердце в груди ускорялось с каждым мгновением, не могли меня остановить. Чувство было такое, словно я снова угодила в рыбацкую сеть: меня тянуло в неизвестность, и я ничего не могла с этим поделать.
Сунув ноги в туфли — местный аналог земных балеток, я бесшумно выскользнула за дверь и что есть духу помчалась к лестнице. По полутёмной анфиладе буквально пролетела, чувствуя, как сердце стучит уже у самого горла. По лестнице тоже спустилась без приключений. Не по парадной, конечно, а по той, что вела в крыло прислуги.
Вот бы добраться до кухни, а оттуда на улицу!
Жаль, везение так не вовремя закончилось. Дорогу мне преградил лакей с канделябром, неожиданно вывернувший из-за угла. Вытянул руку, чтобы пламя свечей высветило моё лицо, и недобро сощурился.
— Куда это вы собрались, неали?
— Прогуляться, — вполне искренне призналась я. — Воздухом подышать.
— В такой-то час?!
— Меня бессонница мучает, — я скорбно поджала губы. — Уже вся извертелась в кровати. А так постою во дворике, подышу свежим воздухом и сон придёт. Пожалуйста, ньерт, мне очень надо, а то завтра от меня не будет никакого толку.
— Возвращайтесь к себе, — уже не так строго произнёс мужчина. Слышались в его голосе нотки сомнения и взгляд заметно смягчился.
А значит, следовало усилить наступление. Потому что у меня уже всё тело зудит — так хочется в воду окунуться. И плевать, что не умею плавать. Я только ножки помочу. Мне хватит!
— Я ненадолго. Ньерт, умоляю, отпустите, — заглянула лакею в глаза. Долго, внимательно так смотрела, проникновенно, пробуя себя в роли гипнотизёра. Заметила, как его глаза в бликах пламени как будто покрываются мутной плёнкой, стекленеют, и мужчина послушно отступает в сторону.
— Конечно, неали, проходите, — он даже голову склонил в знак прощания и как сомнамбула побрёл по коридору.
Хвала русалочьей магии!
Промчавшись через кухню, размером ничем не уступавшую столовой в моём универе, я выскочила во двор и понеслась к воротам, морально настраиваясь на общение с дворцовой охраной.
Господи, пожалуйста, пусть и на солдат тоже подействует моя-чужая магия, иначе я тут вся исчешусь! И губы вон уже почти до крови искусала, и в горле дерёт. Мне нужно к воде, в воду, в её ласковую прохладу, одна мысль о которой дурманила сознание и превращала меня в самую настоящую наркоманку.
Море манило, притягивало, и не было сил противиться этому зову.
К счастью, и стражникам не хватило духу отказать в просьбе очаровательной помощнице, и уже очень скоро, оказавшись за стенами города, я бежала, увязая босыми ступнями в остывшем за ночь песке. От туфлей избавилась сразу — они мне страшно мешали. И одежда душила, неприятно царапала кожу, как будто не пускала на волю.
Раздевалась я на ходу, без сожаления расставаясь сначала с платьем, а следом и с сорочкой. Распуская волосы, собранные в косу, и не видя перед собой ничего, кроме набегающих на берег пенистых волн. В лунном свете море казалось припорошенным серебряной пыльцой, которая собиралась по центру в сверкающую дорожку. К ней я и спешила.
Раздевшись донага, буквально рухнула в воду, погружаясь в неё с головою. Чувствуя, как успокаивается кожа, и солёные капли, вместо того чтобы ранить искусанные губы, исцеляют, гасят пожар у меня в груди.
— Как же хорошо! — Я легла на спину, раскинув руки и покачиваясь на волнах. Совершенно не думая о том, что лежать на воде никогда не умела.
А теперь вот лежу и получаю от этого ни с чем не сравнимое наслаждение.
Которое было прервано тихим, но требовательным шипением:
— Марэя!
Небо, растянувшееся надо мной звёздным полотном, сменилось морскою тьмой. Я огляделась и заметила торчащий из-за камня, коих у берега было немало, хвост с изумрудной чешуёй.
— Ну что такое? — подплыла к неудачно маскирующейся «сестрице». — Мы же договорились, что я сама буду с тобой связываться. Я только попала во дворец и пока ещё ничего не нашла.
Хотела ещё высказать ей претензию, чтобы больше не думала так меня звать, но осеклась на полуслове, заметив, что с марой что-то не так. И без того светлокожая, сейчас Сельвея выглядела особенно бледной. Словно вот прямо сегодня готовилась превратиться в морскую пену.
— Что-то случилось? — спросила, вглядываясь в лицо русалки с резкими, заострившимися чертами.
— Тебе придётся искать быстрее, — почему-то шёпотом сказала рыбодева, хоть кроме нас да стайки мелкой рыбёшки, мельтешащей у самого камня, здесь больше никого не было. — Пришло послание от Невора: через две недели он прибудет в Красное море, и ты будешь первая, кого он захочет увидеть. Вместе с перстнем, конечно.
Уже даже не месяц, а всего две недели… Дрянь дело.
Видя, что мара уже близка к обмороку от переживаний, я ободряюще сказала:
— Ладно, я что-нибудь придумаю, постараюсь ускориться. В остальном-то всё хорошо?
Сельвея кивнула:
— В остальном да, но вот Невор…
Я взяла её за плечи и легонько встряхнула, опасаясь, что она сейчас разревётся. Вон уже глаза на мокром месте и подбородок дрожит.
— Сельви, не паникуй. Время ещё есть. Всё найдём — всё утрясём.
— Ох, надеюсь, Мари, что так и будет, — мара тяжело вздохнула. — Иначе он с нас со всех чешую живьём спустит.
Прозвучало как-то не оптимистично.
— Только будь осторожна, Марэя. Не допусти, чтобы эти чудовища догадались, кто ты!
Ответить я ничего не успела, Сельвея испуганно пискнула:
— Кто-то идёт!
И тут же ушла под воду, взметнулся русалочий хвост, оставляя после себя фонтан из брызг. Укрывшись за валуном, за которым пряталась моя как бы сестра, я прислушалась. И правда идёт.
— Эй, здесь есть кто-нибудь? — послышался смутно знакомый голос, но я не сразу поняла, кому он принадлежит.
Только когда мужчина забрался на камни, и лунный свет коснулся его лица, прижала ладонь к губам, чтобы не выругаться вслух.
Проклятье! И что теперь делать? Я здесь, совершенно голая, а вся моя одежда осталась на берегу. Добраться до которого можно будет только через Раса.
Вот гадство-то.
Рассарх Санторийский
Последнюю невесту, которую маги посчитали достойной принять участие в королевском отборе, доставили уже глубокой ночью. Девушки знакомились, обживались в новых покоях, готовились к завтрашней церемонии и к вечернему балу, который должен был стать для них очередным испытанием.
Как и предполагал Рассарх, все его избранницы оказались благородных кровей. Ни одной простолюдинки. Маги позаботились о том, чтобы на титул королевы не претендовали простушки.
Рассарх не был столь щепетилен на этот счёт, и ему было всё равно, какая в его будущей жене течёт кровь. Кто её семья, откуда она родом. И по-хорошему, ему следовало задержаться в магической гильдии и самому проследить за допросом потенциальных невест, но весь прошлый день все его мысли были заняты новой знакомой. А сейчас менять что-либо было уже поздно. Второй этап отбора закончился.
— Двадцать шесть невест! — подливая себе в бокал вина, проговорил Доран. Он сидел в кресле на террасе, закинув ногу на ногу, и наслаждался лёгкими закусками и терпким напитком. — Я же говорил, этот отбор побьёт все рекорды.
— Не надоело надо мной издеваться? — спросил Рассарх, не оборачиваясь. Он стоял у края террасы, упираясь ладонями в мраморную балюстраду, и слушал, как шумит, рокочет море, как разбиваются о камни волны, создавая свою особую мелодию из звуков природы.
Он любил эти звуки. Любил свежий, солёный воздух — ночами особенно пьянящий. Такой же пьянящий, как и мысли о необычной девушке с совершенно обычным именем. Мари Омон. Пока что это было единственное, что он знал о светловолосой помощнице, но собирался в самом ближайшем будущем это исправить.
Скоро он будет знать о ней всё.
— Я не издеваюсь, а просто констатирую факты и…
— Сможешь для меня кое-что сделать? — оборачиваясь, перебил его король.
— И почему мне уже заранее не нравится твоя просьба…
— Доран.
— Всё, умолкаю, — примирительно сказал ле Крон и, приняв сосредоточенный вид, проговорил: — Я весь внимание.
— Мне нужно, чтобы кто-нибудь из твоих людей разузнал о помощнице по имени Мари Омон.
— Зачем?
— Пусть начнут с того рыбака, Ирнаса. Он живёт в деревушке недалеко от города.
— Рассарх…
Последний взгляд, брошенный за стены города, в рокочущую тьму моря, и король оторвался от перил.
— Только не тяни. Жду от тебя отчёт в самое ближайшее время.
— Рассарх, зачем тебе это? — Доран отставил бокал и выпрямился в кресле, пытаясь в полумраке рассмотреть выражение лица короля. Но то, как обычно, оставалось бесстрастным. — Зачем тебе какая-то девчонка за месяц до свадьбы? Ладно, если уж так припекло, переспи с ней раз-другой и пусть возвращается к своему жениху. Подари ей пару цацек — она будет вне себя от счастья.
— Мари не такая, — парировал правитель, сам не понимая, с чего так решил.
— А ты прямо знаешь, какая она!
Рассарху нечего было на это возразить. Сам ведь только что думал, что она для него — загадка, и, может статься, Мари как раз такая. А в словах друга есть смысл. Последнее, что ему сейчас нужно — это забивать голову лишними глупостями. Может, и правда стоит уступить искушению, переспать с ней и успокоиться?
Что-то не похоже, чтобы она так уж любила своего рыбака, да и не выглядит она недотрогой. Так что… почему бы и нет? Девушка в накладе точно не останется.
— Сделай, что я тебе сказал. — Рассарх залпом опрокинул в себя бокал с вином и вернулся в кабинет.
— Ты куда? — послал ему вдогонку Доран.
— Хочу немного поплавать.
— Ночью? Рассарх!
— Можешь уже начинать расследование. — Его величество спешно вышел из кабинета, надеясь, что друг не увяжется за ним следом.
Словно уловив настроение своего правителя, ле Крон благоразумно остался на террасе. Рассарх был сильным магом, который мог за себя постоять и которого раздражало постоянное присутствие стражи. Доран решил отпустить его, понимая, что после такого напряжённого дня королю необходим глоток свободы. Вдруг повезёт, и мозги прочистятся на свежем воздухе. Забудет о той зеленоглазой красотке и сосредоточится на других, наводнивших дворец, красотках. Более изысканных и утончённых.
И у Сантора наконец появится новая королева.
Чтобы не привлекать внимание, Рассарх снова набросил на себя личину солдата и беспрепятственно покинул стены дворца. Ночные прогулки вдали от Анделиора были для него привычным делом, особенно на берегу моря, к которому его тянуло с раннего детства.
Оказавшись на пляже, его величество скинул мундир, стянул сапоги. Взялся за рубашку, когда заметил на песке тёмно-красное платье, так похожее на те, в которых сегодня носились по дворцу помощницы. Впереди белела брошенная женская сорочка, вот только её обладательницы нигде видно не было.
Уловив тихий плеск, Рассарх подошёл к берегу.
— Эй, здесь есть кто-нибудь? — Забравшись на камень, внимательно огляделся.
Повсюду, куда ни глянь, только чёрный глянец моря, в котором отражались луна и звёзды. И никаких купающихся помощниц. Да их здесь и быть не могло. Ночью стража никого из дворца не выпускает. За редким исключением, и помощницы герцогини Белонезсской уж точно исключением не были.
Но ведь платье же… Если допустить, что одной из девушек удалось ускользнуть незамеченной из Анделиора, хоть это и невозможно… Что, если в воде ей стало плохо?
Почувствовав, как на него накатывает тревога, Рассарх быстро стянул рубашку через голову. Потянулся к пуговицам на брюках и едва не оглох от воинственного крика:
— Стоять! Даже не вздумай это с себя снимать!
Яна Громова
Ничего не имею против бесплатного стриптиза в исполнении красивого мужчины, но момент для демонстрации своих достоинств и полного отсутствия недостатков Рас выбрал явно неудачный. Каюсь, я ненадолго залипла, пока он стаскивал с себя рубашку, и лунный свет играл на его стальных мышцах. Наверное, в капельках воды этот торс будет смотреться вообще суперски, но когда солдат взялся за пуговицы на брюках, перед глазами промелькнула яркая картина дальнейшего развития событий. Развитие, конечно, было интересным, но я только вчера распиналась перед этим самым мужчиной, что скоро выхожу замуж.
Поэтому никаких, Яна, событий между тобой и Расом!
Ещё не хватало, чтобы тебя приняли за девушку лёгкого поведения. И вообще, нужно сосредоточиться на перстне и не отвлекаться на внешние раздражители-искусители-охмурители…
Тьфу ты! Лучше вообще на него не смотреть.
Зажмурившись, сообщила Расу в категоричной форме, что эта часть моря уже арендована. Мною. Прыгни он в воду, и сразу бы меня заметил. А попытайся я удрать на берег, пока бы он прыгал, заметил бы меня в чём мать родила. Я, конечно, не паталогическая скромница, но светить голым задом как-то не хочется. К тому же я не помнила, где оставила платье, а носиться голышом по всему пляжу в поисках тряпок на глазах у малознакомого солдата…
Ой, мама!
— Мари, это ты?
Подумав, честно ответила:
— Не я, — и открыла глаза, чтобы возмущённо выпалить: — Ты продолжаешь раздеваться!
— Я хочу купаться, — просто заявили мне, избавляясь от штанов.
К счастью под ними оказались кальсоны или что-то на них похожее. Что-то, что облегало узкие бёдра Раса… ну и всё остальное, тоже облегало.
— А ты не мог бы купаться в другом месте? — прижалась к камню, осторожно из-за него выглядывая. Мокрый, шероховатый, он вызывал странное желание прижаться к чему-нибудь такому же твёрдому, но более гладкому, горячему.
Ой, Яна, Яна…
— И оставить тебя здесь одну? А если надумаешь утонуть?
— Из-за невест?
— Из-за невест? — недоумённо переспросил солдат, посылая штаны на песок следом за рубашкой.
О, а вон и платье!
— При общении с ними появляются только два желания: повеситься или утопиться. Но я пока держусь и говорю себе, что его величеству будет намного хуже: ему ведь с одной из них всю жизнь предстоит мучиться.
— И тебе от этого становится легче? — ухмыльнулся военный.
— Немного.
Рас спрыгнул с камня, нырнул под воду, а потом несколькими сильными гребками преодолел короткое, разделявшее нас расстояние, оказавшись со мной лицом к лицу.
Хорошо, что была ночь, и в тёмной воде было не разглядеть наших (особенно временно моего) тел. Что не мешало слышать его дыхание, чувствовать его близость, отчего я была вынуждена бороться с искушением оказаться к нему ещё ближе.
— Как ты умудрилась покинуть дворец? — скользя взглядом по моему лицу, спросил мужчина.
— Так ты хочешь купаться или меня допрашивать? — уплывая за камень, отбила я пас.
— Я вполне могу совместить приятное с полезным.
— И что же такого полезного ты нашёл в задавании вопросов?
— Возможность узнать тебя получше, Мари. Познакомиться с тобой поближе.
Да куда уж ближе…
— Мы можем познакомиться и на берегу. Когда я оденусь.
— Зачем ты вообще в воду полезла? — последовал за мной неугомонный. — Ты ведь плавать не умеешь.
Русалочий хвост мне в рот! Я уже и забыла об этой своей брехне. И вот Рас так неудачно мне о ней напомнил.
— А разве ты видел меня плавающей? Я вот тут стою, держусь за камень. Отмокаю.
М-да, теряешь форму, Янка. Объяснение получилось хреновастенькое.
— Отмокаешь? — прижал меня к стенке, вернее, к камню солдат.
Справа тоже валун, и слева точно такой же. Всё, загнали меня в ловушку.
— Ну да. У помощниц ведь нет, как у невест, купален, вот я и отмокаю в море. Мышцы натруженные за день расслабляю. К тому же соль полезна для кожи.
Зря сказала про кожу. Рас как-то сразу заинтересовался моими плечами. А может, тем, что шло дальше. Вдруг он, как мартовский кот, отлично видит в темноте. Просвечивает меня сейчас взглядом, как рентгеновскими лучами. По-хорошему, его следовало оттолкнуть, но я боялась, что стоит мне только коснуться этого мужчины, как отталкивать его уже не захочется.
А у тебя ведь, Яна-Мари, жених! И зачем только врала про Ирнаса…
— И всё-таки, как тебе удалось уйти из Анделиора, Мари?
Хитро улыбнулась солдату и сказала:
— Не только тебе сложно отказать красивой девушке в просьбе.
И прежде чем Рас успел ещё что-то спросить, поднырнула под его руку и поплыла к берегу.
— Это не ответ! — послал он мне вдогонку.
— А я не на допросе! — ответила ему тем же тоном.
— И ты всё-таки умеешь плавать. Значит, обманывала.
— Я научилась после того, как чуть не утонула.
Вернее, я сначала утонула, а потом уже научилась, но не будем заострять внимание на неважных деталях.
На мели я притормозила, окинула взглядом пляж, выискивая оставленную непонятно где сорочку. Вон одежда Раса, вон моё платье, а сорочка… Уф, далековато.
— Уже убегаешь? — весело спросил солдат.
— Отвернись, — оглянувшись, велела ему.
— А если не отвернусь?
Честное слово, я его сейчас утоплю.
Сидеть на корточках возле берега, ожидая, пока этот солдафон невоспитанный куда-нибудь денется — неблагодарное дело, так и поседеть можно. Или проторчать здесь до самого рассвета. А мне ещё поспать, между прочим, надо, хотя бы пару часиков.
Снова оглянувшись на Раса, честно предупредила:
— Если не отвернёшься, увидишь меня обнажённой, влюбишься без памяти и всю жизнь будешь мучиться.
— Потому что ты выйдешь замуж за своего рыбака? — не проникся моей угрозой солдат, наоборот, заулыбался ещё шире.
Тоже мне, весельчак.
— Именно.
Понимая, что если продолжу медлить, буду чувствовать себя глупее прежнего, встала во весь рост и не спеша направилась к берегу, ощущая, как капли воды стекают по коже, как мелкая рыбёшка щекочет мне стопы и пальцы увязают в мокром песке. У самой водяной кромки, где за мелкие камни цеплялись водоросли, я остановилась, не спеша отжала волосы, тряхнула ими, как в рекламе супердорогого шампуня. После чего мягко потянулась, замечая, как блики лунного света касаются моего нагого тела. Чуть обернувшись, увидела Раса, в данный момент успешно изображавшего оловянного солдатика. Довольная произведённым эффектом, пошла подбирать сорочку и одеваться.
Была у меня шальная мысль схватить его вещи и смыться, но потом решила, что враги во дворце мне не нужны. А вот друзья всегда пригодятся.
Правда, кое-кто становиться моим другом явно не собирался. Ну разве что очень-очень близким, чего я в данный момент (да и ни в какие другие моменты в этом мире) не могла себе позволить.
Пока я одевалась и шнуровала платье, Рас плавал. Не хотела на него смотреть, но взгляд-предатель то и дело убегал к солдату. Он то нырял в чёрную, как смола, воду, то снова принимался плавать, словно профессиональный спортсмен на соревнованиях: быстро, резко, стремительно, излучая ауру силы и сногсшибательного мужского магнетизма. Сильный, загорелый, красивый… В общем, мечта, а не мужчина.
Когда я на него смотрела, мной овладевало странное ощущение: мы виделись всего два раза, а чувство такое, будто я его уже где-то встречала. Вроде бы совсем чужой человек, но чужим он мне не казался.
Бред какой-то. Бред, совершенно лишний в моей голове.
Если не верну Сердце океана и всё не исправлю, плохо будет и Сельвее, и всей Машкиной семье, и мне.
Поэтому больше никаких заигрываний с Расом. Отныне, Яна, только работа. Бизнес, детка, и ничего больше.
— Чего такая насупленная? — выйдя на берег, спросил солдат.
Я отвернулась, чтобы не смотреть на мокрую версию Раса, которая была в разы сексуальней его сухого варианта.
— Мне пора возвращаться.
— Подожди, проведу.
Краем глаза заметила короткий всполох, развеявший тьму. А повернувшись к солдату, увидела, что он уже абсолютно сухой: и кальсоны, и волосы в одно мгновение просушила магия.
— Патрульный с магическим даром, — протянула я, борясь с желанием присвистнуть.
— Как видишь, Мари, не только ты умеешь преподносить сюрпризы.
— Ты ведь непростой солдат. — Больше я не стала отворачиваться, хоть смотреть на одевающегося Раса — то ещё испытание.
— С чего ты так решила?
— То, как ты себя вёл в доме госпожи устроительницы, как разговаривал с тем мужчиной в красном мундире, хотя, судя по униформе, он выше тебя по званию… Теперь вот ещё и магия, которой в Санторе владеет далеко не каждый. Уж точно не простые патрульные. — Я сощурила глаза и внимательно посмотрела на мужчину, натягивавшего на себя слегка помявшуюся рубашку. — Так кто ты такой, Рас?
— Простой солдат, несмотря на твои подозрения, Мари, — ответили мне всё в той же беззаботной манере. — Из дворянского, но давно обедневшего рода. Когда-нибудь я стану капитаном, ну а пока к вашим услугам скромный патрульный, неали Омон. — Он изобразил шутовской поклон и, подхватив мундир, перекинул его через плечо. — Ну что, пойдём? Кое-кому не помешало бы поспать. Завтра из-за всей этой суматохи с балом тебя будет ждать насыщенный день.
Надеюсь, получится выкроить время и для дела.
— Не напоминай, — я улыбнулась Расу, и мы не спеша побрели к высоким стенам дворца, над которыми сомкнулся сине-серебряный купол неба.
Болтать с этим мужчиной о всякой ерунде оказалось очень даже приятно. Мы смеялись, шутили и наслаждались обществом друг друга. Беспрепятственно миновали ворота Анделиора, прогулялись по парку, который я украдкой рассматривала, дивясь его красоте. Днём здесь, наверное, вообще потрясающе: столько диковинных растений, столько красок. Но и ночью гулять по нему мне понравилось. Наверное, всё дело в компании.
— А ты знаешь, Рас, — я замялась, понимая, что сейчас буду чувствовать себя ещё более неловко. Но делать нечего. Как бы мне ни приятно было общество солдата, нам с ним пора прощаться. — Есть у меня хобби — я пишу стихи. Хочешь расскажу один?
— Уже заинтригован, — делая шаг ко мне, почти в плотную, с улыбкой сказал мужчина. — Тебе говорили, Мари, что ты очень необычная девушка?
— Было такое… Так вот, — я заглянула ему в глаза и прошептала, чувствуя, как внутри что-то неприятно сжимается:
Возвращаю сердце, ухожу из мыслей.
Больше не люби меня, мой любимый… Рас.
Опустила голову, отвела взгляд, понимая, что пора линять.
— А дальше? — послышался низкий, хриплый шёпот, от которого мурашки побежали по коже, концентрируясь внизу живота и обволакивая тело приятной истомой.
М-да. Может, и себе стих прочитать?
Рас потянулся к моей руке, переплетая наши пальцы:
— Мари…
И в моей голове как будто взорвались предупреждающие петарды.
— А дальше ещё не придумала! — выпалила на одном дыхании и, не оглядываясь, рванула на кухню.
Хоть очень хотелось оглянуться, забрать свои слова обратно, ведь больше он в мою сторону даже не посмотрит. Кто я такая? Простая служанка! Но я понимала, что поступила правильно и теперь могу со спокойной душой сосредоточиться на Сердце океана.
Так было надо, Яна! Вот только меня это «надо» почему-то не радовало.
Некто очень загадочный
Мужчина остановился, прислушиваясь. Тихий женский плач, доносившийся из глубин подземелья, прозвучал для него сладкой музыкой. Какая небывалая удача! Ему попалась трусливая мара со слабым магическим даром. Такая долго не продержится, сломается мгновенно и за себя постоять не сумеет. Непременно поведает ему кое-что интересное.
И полезное.
Сжимая в одной руке зажжённый факел, другой держась за замшелую стену, изъеденную временем и трещинами, он осторожно спускался по полуразрушенным ступеням. Уединённое, забытое людьми и Всеведающим место. И даже краки, прислужники злого бога, сюда не стали бы наведываться. Что им здесь делать? В этом старом замке на вершине холма. Некогда неприступной крепости, от которой теперь остались одни руины.
И которая стала для него прибежищем. Тихой гаванью, где он создавал постепенно, фрагмент за фрагментом, мозаику своего великого будущего.
Спустившись по лестнице, мужчина зашагал уже увереннее, торопясь повидаться с пленницей. Пламя, разгонявшее по углам густую тьму и крыс — извечных обитателей подземелья, освещало бугристую кладку у него под ногами, седые полотна паутины, протянувшиеся от потолка к стенам, застывшие в нелепых позах скелеты — прежние узники этого места.
— Море… оно так далеко… Я хочу домой, — шептала, давясь слезами, мара.
Глупышка. Так легко попалась ему на крючок. Обычно такие молоденькие мары, как эта, не отваживались подниматься на поверхность. Но эту удалось выманить. Призвать с помощью чар, задурманить ей разум видом блестящих украшений (эти твари немногим отличаются от людей: теряют голову от вида золота и драгоценностей), опутать сетью и притащить сюда. Прошло три дня, за которые хвостатая успела ослабнуть вдали от родной стихии, её истерзал страх, измучила жажда.
Такая сдастся сразу же, даже не станет сражаться.
Несмотря на то, что двигался он почти бесшумно, мара уловила его осторожные шаги. А может, разглядела отблески пламени, скользившие по стенам, и сразу притихла. Было лишь слышно, как она пытается задушить в себе горькие всхлипы, но они всё равно прорывались в зловещую тишину подземелья.
Завернув за угол, мужчина сделал ещё несколько шагов и остановился перед прикованной к стене морской красавицей. Впрочем, сейчас она уже была далеко не столь ослепительно прекрасна, как в день, когда он её поймал. Лицо бледное, осунувшееся, глаза покраснели и припухли, белые губы мелко дрожат — того и гляди снова разревётся. Тонкие запястья сковали широкие браслеты зачарованных кандалов, а некогда роскошные иссиня-чёрные волосы превратились в спутавшиеся тусклые пряди, едва прикрывавшие маленькую округлую грудь мары. Единственное, что было достойно в ней внимания — это хвост. В бликах пламени золотистая чешуя переливалась, играя всеми цветами радуги.
Но он сюда пришёл не за тем, чтобы любоваться её плавником. Ему нужны были ответы.
— Что тебе от меня нужно?! — истерично всхлипнула морская дева.
— Умница, — мужчина опустился перед ней на корточки. — Ты задаёшь правильные вопросы, девочка.
Легко коснулся острого подбородка, но мара дёрнула головой, пытаясь сбросить его пальцы.
Мужчина негромко цокнул:
— А вот если будешь показывать характер, ни к чему хорошему это не приведёт, и мы с тобой так и не подружимся.
— Чего ты хочешь?! — прошипела мара, с ненавистью глядя на своего похитителя. — Отпусти меня… Прошу! Я ведь не сделала тебе ничего плохого. Никому из земных!
— Знаю, знаю, ты была хорошей девочкой, — мужчина усмехнулся, — и я так уж и быть тебя отпущу. Если ты мне кое-что расскажешь.
— Что же? — всхлипнув, прошептала морская красавица.
— О Сердце океана. Так ведь вы его называете — перстень, хранящий в себе небывалую силу. Силу, которая сейчас спит. Мне нужно знать, как её разбудить.
Глаза девушки расширились от ужаса. Она вжалась в холодную стену, словно пыталась оказаться как можно дальше от своего мучителя.
— Ты даже не представляешь, земной, о чём посмел мечтать! Забудь о нём. Тебе никогда не заполучить артефакт!
Мужчина раздражённо скривился:
— Я не спрашиваю тебя, как мне его заполучить. Я спрашиваю: как его активировать? Отвечай!
Мара криво усмехнулась:
— Никто кроме владыки морского не знает, как пробудить магию в Сердце океана. Можешь спросить у него. Если отважишься. Невору будет интересно пообщаться с кормом для фраггов.
Подавив в себе желание придушить мерзавку сию же минуту, мужчина поднялся.
— Жаль. Значит, мы с тобой не подружимся. Я надеялся, ты окажешься полезной, но раз уж ты бесполезна… Оставлю тебя здесь: умирать долгой мучительной смертью, которая растянется на годы. Только представь: долгие годы вдали от моря.
Мара судорожно вздохнула. Мужчина развернулся, собираясь уйти, даже сделал несколько решительных шагов прочь, когда услышал её дрожащий от ужаса голос:
— Постой! Есть ещё кое-кто, кто точно должен знать о Сердце океана. Средняя дочь сейна, нашего правителя. Альда Марэя. Она невеста морского владыки, это ей он подарил Сердце.
А вот это уже интересней… Он ведь не самоубийца, чтобы связываться с морским царём. А вот с какой-то там принцесской, идиоткой вроде этой, — другое дело.
— Теперь ты отпустишь меня? — в тихом голосе мары зазвучала надежда, смешанная с отчаяньем. — Пожалуйста… Я больше ничего не знаю!
Мужчина обернулся, чтобы подарить ей короткую насмешливую улыбку:
— Не сейчас, малышка, ты мне ещё пригодишься. Пока что ты нужна мне, поэтому, увы, в ближайшее время я не смогу тебя отпустить. Потом, возможно… А сейчас извини, меня ждут дела.
И одно из самых первых — разыскать эту альду Марэю. Конечно, охотиться в Красном море на одну конкретную мару — это как искать иголку в стоге сена. Но ничего, если понадобится, он отыщет даже крошечную песчинку в Сайрасской пустыне.
Сделает всё, чтобы заполучить Сердце океана, и тогда в Санторе наступит другой порядок. Скоро всё будет иначе.