Глава 24

Кристин замерла, уставившись на фероксов, что сидят вокруг костра. Спина моментально взмокла, а внутри все сжалось. Она прекрасно помнила, что это за твари и как ведут себя с женщинами. И когда они поднялись с сальными улыбками и двинулись на нее, заозиралась, как загнанный в угол заяц. Тот, что ближе всех, протянул руку, слишком волосатую даже для ферокса, Кристин отскочила, едва не угодив в костер. Жар опалил ноги. – Не приближайтесь, – выпалила она, готовая защищаться до последней капли крови. Фероксы, естественно не послушались, только сальные улыбки на лицах с торчащими бородами стали шире. Они покачивались и надвигались, сжимая кольцо, а сердце ухало все быстрее, гоня кровь и подчиняясь адреналину, который едва не плещется из ушей. – Сладкая… – прохрипел один. – Пахнет, – подхватил другой и ухватил себя за причинное место. – Хорошая самка. Какая же ты хорошая самка, сладкая. Кристин скривилась, пытаясь как-то унять поднимающийся из глубины ужас потому, что здесь снова что-то не так. Фероксы, мост, костер. Да, такое она уже видела, но… Почему она тут? Как сюда попала? Когда пришла и где смарттакси? Не могла же она просто телепортироваться сюда. Как минимум должна была приехать. Или прийти. Но тогда чем занималась до этого. В голове вспыхнуло. А потом мозаика сложилось. Симуляция. Она вновь в симуляции. Ну конечно. Она уже два раза такое видела. Первый тоже с фероксами, а второй был очень приятным. Значит, и мост, и костер, и эти жуткие существа – нереальны. Они не смогут причинить вред. Ну, разве что нервы потреплют. Как в дурном сне. Главное абстрагироваться, представить, что это не с ней. А ведь это правда. Фероксов нет, она сейчас… Где она? Ах, да… Лежит на низкопробной кушетке в плену у каких-то гадов, которым требуется матрица, чтобы создавать оружие. Ну конечно, разбежались… В реальности ей тоже страшно. Но они вряд ли причинят ей настоящий вред. Она им нужна. Потому, что нужна матрица. Кристин соображала очень быстро, и по мере того, как в голове восстанавливалась картинка событий, виртуальный мир начинал плыть, превращаясь в марево, какое бывает летом над раскаленным асфальтом. … Это симуляция, это виртуальная реальность, просто набор кодов и символов, загруженных в систему. Она просто показывает кино. Да, можно представлять, что я в кино. И вот это темное пятно, которое только что было фероксом, и вот это оранжевое, здесь горел костер… – Что-то не так! – донеслось откуда-то издалека. «Вот так вам», – подумала Кристин, когда услышала знакомое изумление. Так же изумлялся профессор, когда она впервые начала разрушать симуляцию. Но это явно не профессор, голос слишком молодой. А профессор хоть и выглядит хорошо, но скорее всего из-за имплантов и процедур омоложения. В действительности непонятно, сколько ему лет. – Да как так… – снова раздался чей-то удивленный возглас. – Она выбирается из виртуала. – Добавить напряжения! – Это максимум! Она все равно разрывает систему! – Как это возможно? – Не представляю… Через несколько секунд дымка с фероксами окончательно рассеялась, Кристин теперь видела – на глазах очки виртуальной реальности, на экране бегают зверолюди. Просто на экране, меленькие и безобидные, как картинки в 3D кино. Сама же она все еще привязана к кушетке. И вот это совсем не весело. – Она очнулась! – раздался изумленный голос слева. – Полностью! Полностью очнулась! Кристин изо всей силы скосила глаза в бок и увидела край халата, рядом джинсы того, кто беседовал с ней из темноты. – Вы что, не можете погрузить ее обратно? – резко спросил он. – Мистер… – Идиот! – рявкнул незнакомец, обрывая медика, или кто там он, на полуслове. – Не называй имени! Она же в сознании! Да, кисонька? Ты меня слышишь? Секунду Кристин думала, отвечать или нет, затем проговорила: – Не могу сказать, что рада. – Еще и дерзишь, – хмыкнул неизвестный. – Что ж, придется усилить воздействие. Так вы можете погрузить ее обратно? Голос медика прозвучал нервно и как-то надрывно. – Могу, но… готов поспорить, что она вновь разрушит симуляцию так же быстро. Вы видите? – Что? Видимо сотрудник показывал на какие-то данные, затем снова послышался растерянный голос: – Она каким-то образом цифрует данные, сопоставляет самые крошечные и разрозненные детали. Вот, глядите… Вот это зона мозолистого тела в мозге. Никогда не видел, чтобы она сияла так. Послышалось раздраженное фырканье незнакомца. – Вы можете говорить по-человечески? Что это значит? Медик заблеял, пытаясь объяснить: – Это значит, она способна по разрозненным и, на наш взгляд, несвязанным данным собрать целостную и верную картину мира. Оптимальную, я бы даже сказал. – Значит, симуляция ей не страшна? – заключил незнакомец раздраженно. – Совершенно, – согласился медик. – Она сразу понимает, что это симуляция и начинает от нее отключаться. Просыпаться, то есть. Это невероятно, но… Послышался рык, очень недовольный и злой. – Ну хорошо, – огрызнулся неизвестный. – Если не симуляцией, значит реалом. Есть у меня один вариант. В очередной раз внутренности Кристин сжала ледяная лапа страха. Настрой незнакомца решительный, и совершенно ей не понравился. А когда кушетка вновь поехала, Кристин затрясло, как ни пыталась сдержаться. – Что, кисонька? – раздался голос у самого уха, и она ощутила горячее дыхание на щеке. – Боишься? – Отвали. От. Меня, – отрывисто произнесла Кристин, хотя смелости вовсе не ощущала. Только надежду и веру, что справится, что ей помогут и все как-то само образуется. Ну не может так случиться, что она, Кристин, станет жертвой какого-то психа. Как же жутко… Послышался глухой смех. – Дерзкая, – сказал незнакомец. – Мне нравится. А то девушки из агентств слишком услужливые, шаблонные. Аж оскомина берет. Хотя сочные, тут ничего не скажешь. Слова незнакомца показались странными. За них Кристин зацепилась. Мысли носились, действительно похожие на кусочки мозаики. Они складывались, разъединялись вновь, образовывали какие-то фрагменты. …Голос знакомый, хоть и пытается его изменить. Джинсы. Темно, лейбла не видно, фасона тоже. Называет кисонькой… Нет, никто так не называл ее. Но что-то такое крутится, вертится, словно змея, которую Кристин пытается ухватить за хвост. – Ну что, кисонька, – вновь проговорили возле уха, и на этот раз Кристин ощутила прикосновение горячих губ к виску. – Готова испугаться в реальности? Хотелось дернуться, но далеко все равно не отстраниться. Пришлось позволить ему делать все, что хочет, она все равно не может противостоять. Но когда его губы коснулись ее губ, она не выдержала и укусила. Правда незнакомец успел отклониться, и Кристин только клацнула зубами, а тот усмехнулся и взял ее за подбородок. За очками виртуальной реальности ничего не видно, но Кристин уверена – он улыбается. – Кусачая кисонька, – проговорил он и вдруг с силой сжал пальцы ей на щеках. Затем резко повернул голову и убрал руку. – Я бы тебе показал… Но ты предпочитаешь альтеров, да? В голосе незнакомца Кристин уловила досаду, какую-то обиду и эти данные тоже моментально отправились к фрагментам мозаики. – Не твое дело, – отозвалась она. – Могло бы быть моё, – бросил неизвестный. – Кто ж знал, что для поиска матрицы нужна именно ты. Теперь, кисонька, не обессудь. – Ты не причинишь мне вред, – проговорила Кристин уверенно, хотя уверенности не испытывала совсем. – С чего вдруг? – Я нужна вам живой. Из мертвых матрицу не извлечь. – Верно, – согласился незнакомец и его язык прочертил влажную дорожку на щеке Кристин, она поморщилась. – Но понятие вреда растяжимо. Его ладонь вновь оказалась на ее груди и сжала, не больно, а наоборот так, словно незнакомец нарочно хотел унизить, заставив испытать постыдное удовольствие. И это, к своему удивлению, Кристин тоже успела осознать. – Блин, какая ты… классная. Я бы с удовольствием отодрал тебя сам, – произнес неизвестный, – но тебе слишком понравится. А нам ведь нужен адреналиновый выброс, верно? Кристин едва сдержала вздох облегчения. Они все еще не знают. Действительно не знают, что настоящая радость и удовольствие выдает энергии в разы больше. Значит, есть шанс выстоять. Продержаться, пока ее спасут. Должны спасти. В ответ Кристин только оскалилась, а незнакомец засмеялся, как-то отрывисто, резко. Она вновь скосила глаза влево и успела заметить светлый блик. Блик от волос. И мозаика в голове буквально щелкнула, сложившись. Кристин едва не выкрикнула «Тайлер». Но вовремя удержалась. Мало ли, как этот ненормальный красавчик отнесется к тому, что она догадалась, кто он. Он ведь так старается не раскрыть своего имени. Но в голове не укладывалось. Тайлер! Судя по тому короткому эпизоду взаимоотношений между ним и альтером, они хорошо дружили… Сволочь! – Что ты собрался со мной делать? – проговорила Кристин. Сухой палец скользнул по ложбинке на шее, сполз ниже, прошелся вокруг груди – Ты ведь знакома с фероксами? – спросил Тайлер в ответ. – Настоящими. Не виртуальными. Кристин похолодела. – Ты же не собираешься… – А почему нет? – задумчиво протянул парень. – Нам же нужна твоя реакция. А ты каким-то чудом умудрилась вылезти из симуляции. Уж не знаю, как удалось провернуть такое. Даже альтеры на это не способны. Но тебе же хуже, кисонька. Придется напугаться по-настоящему. Кушетка резко приняла вертикальное положение, Кристин вскрикнула. Каким-то внутренним чутьем ощутила, что Тайлер прямо перед ней. А потом почувствовала жар его тела, которое оказалось совсем близко, крепкие пальцы легли на талию, сжали. Она брезгливо поморщилась, а он выговорил натужно: – Блин…Что-то в тебе такое… Вроде невзрачная, натуральная, только волосы классные. Но как же тебя хочется. Чувствую себя фероксом. Он прижался к ней всем телом, и Кристин ощутила, как что-то твердое уперлось в бедро. Тайлер уткнулся носом в ее волосы и шумно вдохнул. – Хороша… маленькая шкодница…. – Гордон этого так не оставит, – прошипела она, дергаясь. – Гордон? – раздалось у самых губ, и кончик его языка скользнул по ним. – Думаешь, он заботится о тебе? Нет, кисонька, так же, как и мне, ему от тебя нужна была только матрица. И он ее получил? Так что тебе стоит дать ее нам? – Вам? – спросила Кристин, пытаясь отсрочить ужасное. – Кто такие «вы»? Ладони Тайлера заскользили по талии, спустились к бедрам, пальцы сжались. Кристин едва не закричала от омерзения. – Не все сразу, кисонька, – проговорил он прижавшись к ее уху. – Просто знай, не только «Динариум-корп» имеет силу. – Но без его техники ничто не сможет работать, – отозвалась Кристин, морщась и кусая губы потому, что Тайлер вдавил ее своим телом в кушетку, и она четко ощутила его боевую готовность. – Это мы еще посмотрим. И вообще ты зря ему так беззаветно веришь. – Уж лучше ему, чем тебе, – проговорила Кристин и попыталась отвернуться от его губ. Но не получилось – Тайлер сжал пальцами подбородок и повернул к себе. Она ощутила горячие, требовательные губы на своих, но постаралась их сжать, чтобы язык белокурого гада не пролез дальше. Он особо не настаивал, только хмыкнул и произнес, отстранившись: – Да? А может стоило бы мне доверять побольше. Ты в курсе? Это он помог тебе уволиться из «Ботаник-сити» и подсуетился, чтобы из квартиры выселили. В его духе сделать и так, чтобы больше вообще никуда устроилась. В курсе, да, кисонька? Эти слова отдались глухими ударами в груди. Образ альтера, сильного, могучего и надежного рассыпался, как зола, а жгучая обида прокатилась по телу девятым валом. Связалась с альтером… На секунду доверилась ему, а он расчетливый и еще более бесчувственный… Раскатала губы, дуреха. Она и альтер, наследник «Динариум-корп». Сейчас, только шнурки погладит. Но хуже другое. Значит, она действительно была нужна только для матрицы, сейчас она у него есть, и спасать Кристин никто не придет. – Что-то ты побледнела, кисонька, – с усмешкой отозвался Тайлер. – Ты все равно ничего не получишь, – упрямо выдавила Кристин, стараясь не думать о предательстве альтера. Они, Гордон и Тайлер, друг друга стоят. Один идет по головам, другой готов принести в жертву ни в чем неповинную девушку. – Посмотрим, – хмыкнул парень. – Что ж, я бы с тобой еще поболтал, да и не только, сама видишь. Но дела не ждут. Затем дышать резко стало легче – Тайлер отошел в сторону, а кушетка дернулась и, развернувшись, покатилась куда-то вперед. Потом кожу обдало прохладой, кто-то снял с нее очки виртуальной реальности. Ремни раскрылись, и она едва не вывалилась на сухую, обезвоженную почву. Кое-как справившись с равновесием, она резко обернулась, но увидела лишь задвигающуюся хромированную дверь в металлическом боксе, торчащем прямо из земли. – Эй! – закричала она, подскочив к двери и тарабаня кулачками в металл. – Что ты задумал! Отпусти меня! Слышишь! Но против стальной пластины толщиной в десяток сантиметров не попрешь. – Тайлер! Я знаю, это ты! – выкрикнула Кристин, понимая, что и так в отчаянном положении и имя Тайлера уже ничего не значит. – Зачем! Зачем?! Но придаваться размышлениям на тему, почему все так случилось и зачем Тейлер все это делает, не вышло. Позади зашуршало. Кристин резко оглянулась и, наконец, увидела, где находится. Во рту пересохло. Загон, в котором она заперта, оцеплен решеткой, за которой по всему периметру в свете ламп стоят люди. Видимо, охранники. Присмотревшись, заметила, что все они кто с бионической рукой, кто с модификацией на пол лица. Альтеры. Сверху тоже решетка, словно она может подпрыгнуть и улететь. Сквозь нее темнеет звездное небо и две луны молчаливо освещают мир. По всей видимости, она вновь где-то за пределами Динариума, иначе где еще найти столько пустыни. Но это все ерунда потому, что внутри, вместе с ней в загоне четыре громадных ферокса. Смотрят на нее голодными, одуревшими от похоти глазами. И они очень даже реальные. Кристин пришла в такой ужас, что забыла, как кричать. Горло перехватило, руки затряслись, в голове уже поплыли картинки того, что с ней станет, когда эти громилы доберутся до нее. И не выбраться. Она как муха в банке с пауками. – Помогите, – пролепетала она одними губами и попятилась, когда фероксы пошли на нее, растопыривая руки. Они наступали, скалясь в сладострастных ухмылках, а Кристин продолжала отступать, пока не уперлась спиной в решетку. «Это конец, – пронеслось в голове. – Говорила мне мама, не ездить в Динариум…» Кристин, не сводя перепуганного взгляда с фероксов, которые словно нарочно медлят, наслаждаются, загнанной в угол добычей, двинулась по периметру решетки. …Думай, Кристин, думай. Надо как-то сопротивляться. Здесь абстрагироваться не выйдет, они реальные. И очень реально хотят сделать то, что умеют лучше всего. Она допятилась до одного из альтеров, который стоит сразу за решеткой, всего в паре десятков сантиметров от нее. Лицо невозмутимо и спокойно, словно наблюдает, как резвятся котята на коврике, а не преследование девушки фероксами. Последние уже стали терять терпение, засопели. Трое демонстративно почесали между ног, а четвертый захрипел и бросился вперед. Кристин закричала и метнулась в сторону, но зверочеловек оказался куда сноровистей – перерезал ей путь и ухватил за локти. – Пахнешь… – прохрипел он и облизнулся. Кристин взвизгнула и, кривясь, что было сил пнула его в колено. Ферокс взвыл, железные пальцы на ее локтях разжались, а тварь запрыгала на ноге, морщась и похрипывая. – Тварь! – в запале выкрикнула Кристин. Двое чего-то ждали, а еще один времени не терял. Пока его собрат корчился – у Кристин получилось ударить знатно – он бросился к ней, скалясь и раскидывая руки. Кристин среагировала быстро, не успев удивиться собственной прыткости – когда зверочеловек оказался достаточно близко, быстро подгребла песка с земли и сыпанула всю жменю ему в глаза. Тот взвизгнул. Остановившись принялся тереть лицо и орать. – Ну! – ярясь все сильнее от страха и безысходности, прокричала Кристин. – Попробуйте, твари! Я вам глаза выцарапаю! Затем покосилась на альтера позади, что все еще стоит с невозмутимым видом. Металлическая пластина на подбородке блестит в свете Лун и ламп снизу. Кристин метнулась к решетке и вцепилась в прутья, оказавшись к альтеру так близко, как смогла. Сердце тарабанило, все казалось безумным и диким. Она просунула лицо в проем и заговорила горячо: – Как ты можешь просто стоять и смотреть? Как! Ты! Можешь! Тот оставался непреклонным, а Кристин продолжала, хотя прекрасно понимала – альтеры несгибаемы. У нее нет шансов. Но что-то ведь делать надо! – Ты же сильный! Вы все! Вы альтеры. Зачем в вы помогаете этим психам! Они хотят владеть миром! Если плевать на меня, хотя бы помогите своим близким! Себе! Но альтер неумолимо смотрел перед собой. Тем временем, ферокс, которого Кристин пнула, понемногу отходил от боли. Кристин в панике покосилась на него и заговорила еще быстрее, выдыхая прямо в лицо альтеру, который совсем близко, стоит только протянуть руку: – Неужели тебе все равно? Они же замучают меня! До смерти замучают! Ужас и отчаяние все больше завладевали сознанием, Кристин просто не представляла, как выбираться из этого. Глаза заволокло слезами, по щекам потекло горячее, она уже слышала тяжелую поступь ферокса, который приближается сзади. Она не будет оборачиваться. Нет, она не хочет смотреть на это. Может, если не смотреть, получиться представить, что это тоже симуляция, что это тоже не правда… В какой-то момент взгляд альтера вдруг стал осмысленным и переместился на нее. Он смотрел так, словно видел перед собой призрака или нечто, что встретить не рассчитывал никогда. Кристин не поняла перемены, возможно, альтеру стало любопытно, что будет дальше. Брови его сдвинулись на переносице, будто решает какую-то невозможную головоломку, взгляд продолжал скользить по Кристин, изучая, анализируя, что-то продумывая. А потом он вдруг поднял руку и потянулся к ее лицу, будто пытается убедиться, что она, Кристин, реальная, что она не симуляция. Она успела только всхлипнуть: – Помоги… И больше уже не думала, потому что грубые и цепкие пальцы ферокса сжались на ягодицах.