Глава 25

Вдвоем с Лайтом Гордон смог проанализировать и обработать немыслимое количество информации, чтобы выстроить цепочку, куда и зачем Тайлер мог увезти Кристин. Это оказалось непросто. Крайне непросто, особенно учитывая, что у Тайлера почти полный доступ в его башню. Кроме сейфовых и секретных отделов. Додумывали уже на бегу к флайтеру, который наследник бросил посреди двора Лайта. – Учтите, – бросил наследник, – я вам не заплачу. – Какие пустяки, – отозвался лысый. – Тогда почему вы со мной? Тот многозначительно произнес: – Порой идеи стоят больше денег. Что конкретно лысому известно о его идеях у Гордона времени выяснять не было. – У него на вас зуб? – спросил лысый, когда они погрузились в капсулу. – Нет, – отозвался наследник, мазнув по сенсорам и быстро поднимая аппарат в воздух. – Точнее, думал, что нет. Но теперь не знаю. Двор быстро становился маленьким, а когда превратился в светящийся пятачок, флайтер пару секунд стабилизировался, а потом сорвался, как пуля. Внизу замелькали огни ночного города, лысый вжался в сидение и ухватился за боковую ручку. – Мистер Кит, вам не кажется, что стоит подняться выше? – спросил он. – Флайтерам так низко летать запрещается. – Будете читать лекцию правил воздухоплавания? – огрызнулся наследник. – Нет. Но если влетим в дрон, придется платит штраф. – Заплачу. – А если в дом? – все так же мирно поинтересовался Лайт. – Вон тот, который прямо по курсу. – Чёрт! – выругался Гордон и срочно взял ручное управление в виде голограммной сферы перед собой. Автопилоты флайтеров рассчитаны на воздушные трассы на высоте, а не здесь, в двадцати метрах над городом. Он успел вырулить и обогнуть здание в том самый момент, когда до него оставалось метров десять. Гордон буквально ощутил, как колыхнулись стекла дома, как охнули его жители и прилипли к окнам, глазея на психа, который пронесся так низко в капсуле. Лысый облегченно выдохнул. – Вы опасно водите, – сообщил он. – Обычно автопилот, – бросил альтер. – Вам бы повысить квалификацию, – заметил Лайт, выглядывая в окно, где совсем близко мелькают деревья, высаженные «Ботаник-сити», светофоры, дроны и люди, которые изумленно вскидывают головы и провожают взглядами проносящуюся на бешенной скорости капсулу. Гордон бросил на него хмурый взгляд. Последнее, что желал сейчас – это выслушивать нравоучения от другого альтера. Тот, видимо, понял и переменил тему. – Концерн «Оксигени» крепко за вас взялся, – сказал лысый. – Крепко, – согласился наследник «Динариум-корп», – не понятно только, чего вы вдруг решили переметнуться и помочь мне. – А вы, мистер Кит, меня кем представляете? – в свою очередь поинтересовался Лайт. Гордон резко вильнул в сторону, уводя флайтер от стайки дронов, которые несут крупногабаритную доставку и бросил, не глядя на лысого: – Очень продажным, хитрым и пронырливым альтером. – Ну про хитрого и пронырливого ладно, – согласился тот. – Но про продажного как-то обидно. Чем заслужил такое мнение? Гордон фыркнул. – Разве не вы вломились ко мне в башню, с угрозами о расправе со стороны «Оксигени»? Обычно спокойно выражение лица лысого переменилось, брови всползли на лоб, он проговорил: – Угрозами? Вы же умный альтер. Какие угрозы? Это было предупреждение, причем почти братское. Концерн «Оксигени», как вы знаете, возглавляет человек. Так что я, можно сказать, оказал вам услугу. – Как бы не аукнулось, – хмуро заметил альтер. – Или уже аукается. – Если не заметили, я вообще-то с вами в капсуле лечу спасать вашу пассию, – проговорил лысый, демонстративно поправляя белоснежный воротник. – Это и настораживает. – Ваши опасения лестны, но напрасны. Гордон не ответил. Мысли целиком концентрировались на Кристин, которая сейчас где-то в лапах мерзавцев, которые могут принести целых две катастрофы – заполучить матрицу и навредить ей. И в данную секунду альтер не понимал, что из этих зол хуже. – «Оксигени», – пробормотал он. – Это безоговорочно они. И какого черта во всем этом участвует Тайлер… Чего ему не хватало? Мы с детства, как братья. – Он тоже альтер? – спросил лысый. Гордон покачал головой. – Нет. Но плечо бионическое благодаря моему отцу. Тайлер попал в аварию и мог умереть, а не только лишиться руки. Семья Шано пошла на риск, отец профинансировал операцию. Лысый проговорил: – На людях модификации даже сейчас не узаконены. Выживаемость один процент. – Да, – согласился Гордон. – Опасно. Почти не выживают. Но Тайлер выжил. И вот так отплатил за дружбу и спасенную жизнь. Не понимаю. Лайт произнес, со вздохом пожимая плечами: – Люди подвержены влиянию гормонов. Наследник снова не ответил. Он крутил голограммную сферу перед собой и думал. Очень сильно думал. У «Оксигени» помповые заводы на окраинах города, если похищением руководил Тайлер, он не оставил бы Кристин в Динариуме – слишком много отслеживающих устройств. Он, Гордон Кит, сам поставляет их всем компаниям, начиная от пиццерии на заправке смарткаров, заканчивая самим концерном «Оксигени». Потратить некоторое время – и он взломает любую систему, отыщет видео, кадры. Нет, Тайлер хоть и не альтер, но не дурак. Он отвез ее туда, где камеры и дроны подключены лишь к локальной сети. – Значит, это пустыня, – пробубнил он. – Что вы сказали? – отозвался лысый. Наследник покривился, но повторил: – Кристин, скорее всего увезли в пустыню. Это и хорошо, и плохо. Потому, что понятно, где она, но не понятно – где конкретно. Пустыни между мегаполисами необъятны. И искать ее там, все равно, что иглу в стоге сена. Раньше так сухую траву называли. Лайт как-то вдруг выпрямился и наклонился в перед, будто собирается отпить чаю на английском завтраке. – Вы уверены, что место назначения пустыня. – Более чем. Но это без толку. – Тогда очень хорошо, что я полетел с вами, мистер Кит, – проговорил лысый и по лисьи прищурился. Гордон в очередной раз увернулся от дрона, но зацепил какую-то антенну, она с противным скрежетом поцарапала брюхо капсулы. – И почему? – спросил он. – Я ведь не зря пронырливый и хитрый, – удовлетворенно произнес тот. – Меня приглашают в разные места. И в лаборатории пустынь. В том числе концерна «Оксигени». Я знаю, где Кристин. После того, как лысый Лайт указал геолокацию на приборных сенсорах, Гордон уже несся, как ненормальный, подняв флайтер на нормальную высоту. Не хотелось врезаться в какой-нибудь дом, когда спасение Кристин стало на шаг ближе. Спустя пятнадцать минут, они приземлились рядом с металлическими воротами здания, напоминающего расплющенный куб. Выскочив из флайтера, Гордон побежал прямо к воротам, не обращая внимания на оклик лысого, чтоб подождал. В голове пульсировали две мысли – Кристин и матрица, матрица и Кристин. Если им удалось извлечь из нее матрицу – это катастрофа для всей Застерии. А если пострадала Кристин – это его личная катастрофа. – Гордон! – донеслось из-за спины. – Да подождите меня! – Шевелитесь, Лайт! – бросил он через плечо и остановился перед воротами, бегло изучая сплав. Бионический глаз быстро собирал мелочи, детали, а альтеровский ум анализировал, но наследник и так знал, что делать с воротами. К нему подоспел лысый, в этот же момент раздался компьютерный голос из динамика сверху: – Предоставьте код доступа. – Сейчас будет тебе код, – огрызнулся альтер и полосонул багровым лучом из глаза по динамику. Тот заискрился и потух. Гордон тут же направил луч на ворота, запахло сваркой, метал активно плавился. Через минуту внутрь грохнулась свежевырезанная плита, альтеры вбежали внутрь. Тут же со всех сторон налетела охрана, вооруженная и подготовленная. Гордон успел увернуться от лазерной очереди и дернул за собой Лайта. Тот, спокойный, как на весенней прогулке. Гордон огрызнулся на него: – Пригнуться не пробовали? Тут стреляют, если не заметили. – Заметил, – отозвался лысый. – Но вы не один, кто ежедневно тренируется в «Элит-спорте». – Что это значит? – не понял наследник. На этот раз не ответил Лайт. Просто молча вытащил из внутренних карманов два лазерных излучателя и шагнул из укрытия. Потом Гордон с искренним изумлением наблюдал, как Лайт двигается, молниеносно, иногда почти незаметно, успевая уворачиваться от смертоносных лучей, изгибаясь и посылая лучи в ответ. Он словно танцевал, сохраняя при этом аристократическую невозмутимость лица. Зрелище оказалось неожиданным, и Гордон очнулся только когда первая порция охраны кончилась. Лысый обернулся, стряхивая с плеча пыль, при этом продолжая держать излучатель. – Мистер Кит, вы долго? Прокашливаясь, Гордон выбежал из укрытия. Оказавшись рядом, оглядел неподвижные тела во дворе. – А вы непростой фрукт, Лайт, – сказал он впечатленно. – Приму за комплимент. Оставив двор, они бросились к зданию. Внутри оказались тем же путем, что и во дворе, вновь пришлось сражаться с охраной. На этот раз Гордон бился и сам. Выверено, четко, красиво и эффективно. Слышались удары, хруст костей, коридоры озарялись багровыми вспышками бионического глаза. Они прорывались, следуя обоюдному анализу, который говорил – где больше охраны, там самый охраняемый объект. А другого важного объекта, кроме Кристин, здесь быть не может. Если только им не удалось извлечь матрицу. Но этой мысли альтер даже допускать не хотел. Он потерял счет времени, ударам и боли, от которой ломило все тело. Но сознание, мощное сознание альтера, держало железной хваткой, не позволяя поддаться усталости. И они бились. Бились на пару с Лайтом, который оказался не только хитрым пронырой, но и превосходным бойцом и стрелком. Воздух наполнился запахами крови и жженого мяса, но альтеры продолжали продвигаться по коридору. Спустя вечность оказались у двери, которую никто не охраняет. Во-первых, большинство охраны они перебили по пути. А во-вторых, она открывается, по всей видимости, только спецкодом. – Она там! – уверенно прорычал Гордон и бросился к двери. Полыхнул красный луч, вновь запахло плавленым металлом. Эти секунды казались Гордону бесконечными, и когда дверь, наконец, упала, подняв клубы бурой взвеси, он ввалился, в проход, не дожидаясь, пока пыль осядет. Кашляя и отмахиваясь, наследник пробежал вперед. Но, когда пылевое облако рассеялось, застыл, не зная, как реагировать. В середине небольшого загона, огороженного решеткой со всех сторон и сверху в том числе, стоит Кристин. Светлые волосы рассыпаны по плечам, на боку блузки красные разводы. Вокруг пять охранников, все модифицированны, значит, альтеры. Чуть поодаль в пыли распростерлись четыре массивных тела, судя по комплекции – фероксы. – Кристин? – выдохнул Гордон и бросился к ней. Но на самом подступе перед лицом возникла ладонь одного из альтеров. Гордон перевел непонимающий взгляд на Кристин, которая молча смотрит на него своими бездонными голубыми глазами и словно оценивает. Хрупкая, маленькая Кристин. Девушка, которую он станет защищать до последнего вздоха. И черт с ним, с объяснением, почему это так. – Что происходит? – спросил он тревожно. – Ты в порядке? Ты не пострадала? Кристин еще несколько секунд молчала. Несколько долгих секунд, за которые наследник успел родиться, умереть и снова родиться. Затем проговорила тихо: – Они меня охраняют. – Охраняют? – выпалил альтер в смятении. – От кого? От меня? – От всех, кто может причинить мне вред, – ответила она. Гордона все больше охватывало непонимание и беспокойство. Он только что с диким боем прорвался в эту тюрьму, бился насмерть, а здесь… Эти альтеры, гораздо квалифицированней тех, что остались распластанными по коридорам. Дополняли себя, усиливали, наверняка обучались. Они не хуже него в бою, а ум их тоже не стоит недооценивать. Из-за спины подоспел Лайт, кашляя и плюясь. – Мой костюм безвозвратно испорчен, – констатировал он, отряхиваясь и переступая пылевую кучу. – Костюм от «Кавачи». А вы почему стоите? Разве не нужно бежать? – Нужно, – согласился Гордон, не сводя взгляда с Кристин. – Кристин, ты слышишь? Нужно уходить. Сейчас. Но девушка не двинулась с места, а альтеры, окружающие ее как по команде встали в изготовительные позы. Гордон всем своим альтеровским умом понимал, против пятерых хорошо обученных хомо неокортекус не выстоять даже ему. – Кристин, – проговорил он, стараясь держаться спокойно, хотя какая-то животная дурь со всей силы рвалась на волю. – Что происходит? Пожалуйста, дай мне руку, нужно уходить. Мы сильно разворошили это гнездо. Сейчас сюда прибудет подмога. Не наша подмога. Ты понимаешь меня? Понимаешь? Кристин продолжала смотреть на него исподлобья, как обиженная девочка, которая решает, плакать или нет. Потому что если заплачет, с ней заплачет весь мир. Потом, словно что-то решила, голова приподнялась. – Ты уволил меня из «Ботаник»? Гордон даже отшатнулся. – Что? – Ты уволил меня из «Ботаник-сити»? – повторила она вопрос. Альтер все меньше понимал поведение девушки, хотя в поведении людей всегда хорошо разбирался. Он вообще разбирался во многом. Но в последнее время, все, что касалось Кристин выходило за рамки привычного мира. – Кристин, давай не сейчас, – сказал он спешно. – Нужно уйти в безопасное место. И мы поговорим. Ему действительно хотелось поговорить. А еще больше – прижать к себе и никогда не отпускать. Но она снова проговорила, глядя все так же прямо: – Ответь, Гордон, это ты сделала так, что меня уволили из «Ботаник-сити», выгнали из квартиры? Ты все подстроил, чтобы я больше никуда не смогла деться? – Кристин… – Ответь мне! – почти выкрикнула девушка. – Ну пойми ты… – Гордон, просто скажи, ты меня обманул? Она посмотрела на него таким чистыми и светлыми глазами, что альтер почувствовал себя последней мразью и тварью. Хуже ферокса. Она сейчас перед ним, маленькая, смелая, окруженная пятеркой альтеров, которые по совершенно неведомой причине встали на ее защиту и готовы оберегать даже от него, от Гордона Кита. А он? Он сам готов ее оберегать. Он все больше осознавал, с ним что-то случилось. Встреча с этой девушкой переключила какой-то рычаг в его превосходном мозге. Да, он все так же великолепно мыслит, анализирует, считает. В обыденной и рабочей жизни ничего не изменилось. Но когда дело касается ее, все ресурсы его организма нацеливаются на защиту Кристин. Она хочет правды. Что ж, он скажет, пусть и сам плохо понимает, где эта правда и, наверное, все же придется сдать анализы на превращение в ферокса. Если такие существуют. – Кристин, – проговорил он. – Да. Я сделал все, о чем говоришь. Если хочешь знать, даже спасение девицы от фероксов под мостом тоже было частью плана. И да, ты была нужна, как идеальная кандидатка для извлечения матрицы. В глазах девушки заблестела влага, а внутри Гордона все сжалось, он буквально всеми клетками ощущал, как ей отвратительно это слышать. Ему самому казалось, что с каждым словом, все больше превращается в грязевую лужу, мерзкую, мутную. – Я дура… – прошептала Кристин. – Я только инструмент… Хотя… на что рассчитывала… – Нет, погоди, – прервал ее альтер, чувствуя, как самого потряхивает от адреналина и кортизола, которых в крови сейчас больше, чем много. – Я не отменяю того, что делал. Это было необходимо. И это были самые верные решения в моей жизни. По щекам Кристин покатились слезы, она раскрыла рот, чтобы что-то сказать, но Гордон опередил. – Постой, дослушай, – сказал он. – Это было действительно самое верное решение. Если бы не оно, я бы не сошел с ума. Потому, что не знаю, как назвать то, что творится со мной при мысли о тебе. Безумие, да и только. Кристин, ты что-то со мной сделала. Я знаю только, что рожден тебя защищать. С позиции альтера это иррационально. Но это так. Можешь не верить, но если для твоей безопасности нужно прыгнуть в жерло вулкана или кинуться под лазеры, я это сделаю. Кристин слушала с широко распахнутыми глазами. Слезы высохли от ночного суховея, ветерок треплет ей волосы и блузку, и вся она как сошедший с небес ангел. У альтера защемило в груди, едва подумал, если она прогонит его – придется подчинится. Он не сможет перечить. Лайт рядом покашлял и проговорил: – Не хочется нарушать вашей душещипательной встречи, но не лучше ли продолжить беседу в более спокойном месте. Здесь скоро будет очень неприятно. Гордон и сам это понимал. Но что ему, если Кристин его не захочет? И он в напряженном молчании продолжал смотреть на нее. – Мне трудно тебе верить, – наконец проговорила Кристин. – Знаю, – отозвался Гордон, плечи его опустились. – Ты меня обманул. Загнал, как зверька… – Кристин, – сказал наследник, сглотнув тугой комок, – если тебе так будет лучше, можешь убить меня прямо здесь. Потому, что мне без тебя не нужны ни матрица, ни Динариум, ни даже вся Застерия. Быстрее, чем все успели опомниться, он выхватил у Лайта один из лазеров и, шагнув вперед, рухнул на колени, протягивая ей лазер. Его голова склонилась, потому что не хотел смотреть как девушка, которая стала для него ценней всего, что ценил прежде, будет лишать его жизни. Но Кристин медлила. Потом раздался ее сдавленный голос. – Ты и сейчас манипулируешь, – сказала она. – Знаешь же, что не смогу. И не стану. – А твои новые охранники смогут, – сказал он упавшим голосом. – Гордон… – Я просто не знаю, как доказать тебе, что я весь твой… Вся его неокортикальная зона буквально вопила, что он совершает что-то противоестественное, его ум и навыки слишком ценны, чтобы вот так безрассудно и расточительно лишить мир такого экземпляра. Но боль от мысли, что Кристин его отвергает, жгла грудную клетку так, что остальное уже значения не имело. – Господа, – напомнил о своем присутствии лысый, – мои смартвотчи сигналят о приближении проблем. Но Гордон все стоял на коленях перед женщиной, которая перевернула его жизнь, развернула русло и теперь только ей ведомо, куда течет эта река. Кристин тоже стояла неподвижно и испытывала такое смятение, что готова была кричать. То, что произошло в этой клетке, она не забудет никогда. Охранник-альтер, что стоял за решеткой, ворвался внутрь и раскидал фероксов, которые готовились к своей излюбленной программе. Потом остальные стражи оказались внутри, некоторое время изучали ее, а потом обступили. Обступили, как живые щиты, готовые защищать во что бы то ни стало. У нее было время подумать над словами Тайлера, над всем, что случилось за последнее время потому, что в этом кольце альтеров она впервые за сутки ощутила себя в безопасности и одиночестве. Мысль, что ее не просто использовали, а еще и загнали, лишили выбора и шанса на другую судьбу, занозила болезненно и горько. Ко всему еще и прибавлялось то, что она влюбилась в альтера. Это тоже очевидно, как светлый день. От этого становилось еще горше. И вот сейчас, Гордон Кит, могучий альтер, наследник «Динариум-корп» стоит перед ней на коленях, готовый умереть за нее. Льет ли это бальзам на ее рану? Да. Хочет ли она, чтобы он погиб? Нет! С нервным выдохом она приблизилась к нему, опустившись рядом и выхватив лазер. – Не надо, – сказала Кристин. – Не надо смертей. Не для этого мы встретились. Гордон рвано улыбнулся, и Кристин только сейчас заметила, как осунулся с момента их расставания наследник. Под глазами появились темные круги, даже под бионическим, который сейчас переливается фиолетовым. Всегда зачесанные назад волосы торчат, как у метлы. – Ты меня прощаешь? – спросил он. Кристин открыла рот, чтобы ответить, но с воздуха раздался жуткий грохот, а потом в проходе, что ведет в загон появился Тайлер. Лайт сокрушенно, будто разбил чашку, но таких у него еще штук десять, проговорил: – Ну я же предупреждал.