Глава 7

Бранда

Скотина! Змеюка белобрысая! Остаток карандаша полетел в дверь. Ненавижу эту дрянь. Всего пару дней знаю, а уже ненавижу! У-у-у! Я заметалась по кабинету, стараясь справиться с желанием крушить все на своем пути. Это на что он мне сейчас намекал? На то, что ему известно о моих отношениях с Эрвингом? И что теперь? Я семь лет его не видела, и больше не увижу. Все осталось в прошлом, все. Но как же легко он вывел меня из себя! Демонов Вейс. Была бы я магичкой, прокляла бы так, что ввек не отмылся.

В двери постучали.

— Ваше величество, все в порядке? — раздался голос стражника.

— Все хорошо, — ответила я.

Да, все хорошо. Всего лишь иголка со стороны Вейса. Мелкая, неприятная, но болезненная. А я повелась. Как девчонка, повелась, и вместо того, чтобы сохранять спокойствие, мечусь по комнате, словно загнанный зверь. Но я здесь королева, и я тоже умею играть, лер Вейс. Откуда бы узнать, что собой представляет этот тип? Поручить своей разведке? Да, пожалуй. У него есть оружие против меня, у меня должно быть такое же против него. Никто из нас не свят. Уверена, в биографии Ника Вейса много темных пятен. А пока что надо понять, как себя с ним вести.

Достала шифровальную доску и набросала приказ узнать все, что возможно, о посланце Осмонда. Передала её слуге, чтобы уже завтра получить первые результаты. А пока… Что мне удалось понять о Нике Вейсе? Во-первых, он умен. В этом змею не откажешь. Во-вторых, он — ловкий манипулятор. Уверена, это цветочки. Впереди мы не раз убедимся в его талантах. А вот больше я ничего не могла сказать, потому что не обладала необходимой информацией. Да чтоб он провалился!

В двери постучали. Только не основные, а тайного хода. Они сговорились, что ли? Я подошла к книжному шкафу, взяла с полки книгу по истории Литонии — и открылся проход. Фигура в сером шагнула в комнату.

— Послание для вас, моя королева, — перекочевал в руки тонкий конверт, и мой визитер исчез так же быстро, как появился. В конверте, конечно же, тоже был шифр, но я с легкостью прочла:

«Ваше величество, влияние Изельгарда только растет. Король Осмонд наращивает силы. Думаю, вы понимаете, что в таких условиях наш союз станет спасением для Литонии. Верания может гарантировать Литонии независимость от Изельгарда. Прошу принять наших посланных и обдумать наше предложение».

Подписи не было, но я и так знала, что послание — от короля Верании. Веранцы давно намекали на взаимовыгодный союз, но Верания была столь же ненадежным союзником, как и Изельгард, поэтому и не торопилась давать ответ. Но выслушать посланцев можно. Написала на оборотной стороне: «Через неделю во дворце будет прием. Я готова принять посланных».

Открыла тайный ход и оставила записку на полу, зная, что её немедленно заберут. Что ж, послушаем, что еще может предложить нам король Верании. А пока что стоит отдохнуть и решить, что делать со шпионом. Вариантов было несколько. Первый — обставить все так, будто он продался Верании, и казнить. Но тогда Осмонд пришлет другого, и не факт, что более удобного. Второй — сделать так, чтобы лер Вейс и носа не высовывал с королевской половины. Но, судя по сегодняшнему разговору, надежды на этот вариант мало. И, наконец, достигнуть нейтралитета. Зачем сразу настраивать прихвостня Осмонда против себя? Я всегда искусно пользовалась женскими чарами, а Ник Вейс, каким бы хитрым интриганом не был, все-таки мужчина. Но надо подумать. Проигрывать нельзя. Ни в коем случае.

А сейчас можно отдохнуть и расслабиться. Я вышла из кабинета и направилась в свои покои. Стража шла на два шага позади. После покушения полгода назад в коридорах дворца стало еще более неуютно, даже не учитывая того, что мне продолжал повсюду мерещиться покойный муж. Вошла в спальню, дождалась, пока служанки помогут снять платье, расплести волосы и переодеться ко сну. Позвать Мартина? Почему бы и нет?

Мой фаворит явился ровно через десять минут, счастливый, будто наградила его мешком золота. Глупый, глупый, глупый. Но это к лучшему. С Мартином можно было не притворяться. Он смотрел на меня глазами, полными обожания, и очень напоминал щеночка, который видит любимую хозяйку. Да, не тот тип мужчин, который всегда меня привлекал, но крайне удобный.

— Ваше величество! — Он упал на колени у моих ног и прижал к губам ладонь. — Я думал, вы сердитесь на меня за что-то.

— Я не сержусь, — ответила мягко. — Всего лишь сложный день.

— Могу я помочь вам отдохнуть?

Милостиво кивнула и легла на кровать. Марти тут же сел рядом, забрал в плен мои ступни, начал нежно массировать пальчики — так, как мне нравилось. Я воспитала для себя идеального любовника, что уж там. Тихого, покорного, готового исполнить любую просьбу. Да, иногда с ним было до невозможного скучно, но и он сюда приходил не вести светскую беседу. Я млела от его пальцев, растирающих ступни. Все призраки мигом отступили, оставив нас один на один. К пальцам присоединились губы. Мартин выцеловывал узоры на лодыжках, затем у коленей, на бедрах. Сладкий мальчик. Слишком.

Но сегодня мне было все равно. Марти прекрасно знал, что делать. И тело плавилось от его осторожных, нежных прикосновений. Я не мешала себя любить — а глупышка Марти любил меня, глубоко и самозабвенно. К чему отталкивать его, если нам неплохо вместе? И потом, иногда приятно знать, что кто-то теряет от тебя голову. Я даже подумывала как-то перевести Марти из королевских гвардейцев в свою охрану, но когда представила, что буду целыми днями видеть его влюбленные глаза, затошнило. Нет уж, пусть остается там, где есть, а я буду звать его, когда вздумается.

А тело уже горело, разгоряченное умелыми ласками. И после безумно тяжелого дня пришло если не удовольствие, то покой. Пик миновал, Марти глядел на меня затуманенным взглядом, а я раздумывала, отправить его сейчас или продолжить. Решила, что стоит отдохнуть. В нынешних условиях лучше иметь трезвый ум.

— Ступай, — сказала ему. — Завтра позову.

— Завтра я в ночном карауле, ваше величество, — промямлил Марти.

— Это тебя останавливает?

— Нет, но лер Вейс…

— Опять Вейс! Сговорились вы все, что ли? Вон отсюда!

Мартина смело, будто вихрем, а я откинулась на подушки. С другой стороны, зря прогнала мальчишку. Надо было поручить ему следить за Вейсом, уж на это он сгодится. Ничего, завтра позову снова и в качестве великой милости попрошу послужить короне. Улыбнулась своим мыслям и поспешила в купальню. Теплая вода и вовсе разогнала скопившийся холод. Ничего, все будет так, как я хочу. Иначе и быть не может.

Довольная собой, я тут же уснула, а когда проснулась, светило ясное солнце. Большая редкость в Литонии, особенно зимой. Я ожидала, что теперь до апреля буду видеть только сизое низкое небо, но сегодня зима отступила, снег искрился под лучами, и хотелось прогуляться. А почему не совместить прогулку с чем-то полезным?

— Лили! — позвала камеристку.

— Да, ваше величество. — Девушка торопливо вбежала в комнату и присела в реверансе.

— Передайте его величеству, что сразу после завтрака я желаю прогуляться с ним. Пусть пригласит и своего нового начальника охраны.

Лили умчалась выполнять поручение, а я занялась утренним туалетом. Для прогулки выбрала платье яркого лазурного цвета, как сегодняшнее небо, и белую шубку. Девушки закололи волосы так, чтобы они мягким каскадом струились по плечам. Минимум макияжа — лишь самую каплю, чтобы придать лицу свежести. За завтраком я была весела и беззаботна, а сразу после спустилась в сад. Илверт уже ждал меня здесь.

— Доброе утро, матушка, — подошел ко мне.

В глазах сына читался легкий страх. Да, мы не так часто проводили время вместе. У меня много государственных дел, и у него занятий хватает.

Его сопровождающие поклонились мне. Вот только Вейса я среди них не увидела.

— А что же вы не выполнили мою просьбу и не пригласили лера Вейса? — поинтересовалась я, медленно ступая рядом с сыном.

— Потому что лер Вейс на тренировке, — ответил Ил. — Он говорит, что гвардейцы короля похожи на…

И воровато оглянулся на стражу. Те делали вид, что ничего не слышат, но, конечно же, слышали все, как и придворные, ступавшие чуть поодаль.

— На что же? — спросила я.

— Мешки картошки, — почти шепотом ответил Ил и тихо рассмеялся. А он не такой и некрасивый, когда улыбается.

— И что же собирается делать лер Вейс с вашими… мешками? — поинтересовалась с любопытством.

— Они с самого утра ушли на задний двор и бегают, — сказал Илверт. — Может, и не только. Меня с собой не взяли.

Зато двое гвардейцев, которые сегодня сопровождали Ила, выглядели до безобразия довольными. Еще бы, это не они сейчас бегали по снегу. Бедняга Мартин.

— И как вам лер Вейс, сын мой? — спросила я.

— Он замечательный, — с придыханием ответил Илверт, а я даже остановилась. Кажется, я сглупила. Только сейчас эта мысль пришла в голову. Надо было приблизить Вейса к себе и глаз с него не спускать. Вместо этого я развязала негодяю руки, и теперь он чувствовал себя свободным делать, что пожелается. Да чтоб он провалился! Ничего, еще не поздно все переменить. Но не вот так сразу, чтобы шпион что-то заподозрил, а постепенно.

— Мне даже любопытно, что это за тренировка, — сказала задумчиво.

— Может, посмотрим? — засияли глаза Илверта.

— Хорошо, идем. А вы оставайтесь здесь, — приказала придворным.

Мало ли, что там придумал Вейс… Не хотелось позориться на глазах всего двора, поэтому я подхватила юбки и поспешила за сыном. Мы миновали хитросплетения коридоров и, наконец, очутились у двери во внутренний дворик, где обычно проходили тренировки гвардии. Вторая дверь вела на балкон, и я решила, что не обязательно сразу выдавать свое присутствие. Сделала спутникам знак молчать и вышла первой. Отсюда дворик был, как на ладони. Вейс стоял ко мне вполоборота, и я замерла, разглядывая врага. В вихре кружащихся снежинок, которые вдруг посыпались с неба, он походил на снежного бога. Снежинки сливались по цвету с волосами, ложились на камзол, небрежно наброшенный сверху рубашки. И неизменные перчатки. Они начинали безумно раздражать. А главное, что этот демон не мерз. Зато перед ним едва тащились два десятка гвардейцев. Парни уже выбились из сил, и точно бежали не первый круг.

— Что вы ползете? — раздался такой же ледяной голос. — Если на дворец нападут, вы будете двигаться так же? Тогда вас убьют первыми, а потом и тех, кого вы должны защищать. После обеда будем тренироваться на мечах. Посмотрю, на что вы способны.

И тут кто-то из солдат заметил меня.

— Ваше величество, — поклонился он, и товарищи последовали примеру. Последним обернулся Вейс — и поклонился небрежно, не так, как требовал этикет. Щеки вспыхнули от негодования.

— Доброе утро, ваше величество, — сказал он мне. — Рад, что вы сочли нужным лично проверить, как тренируются защитники вашего сына.

— После ваших тренировок они вряд ли будут способны защитить моего мальчика, лер Вейс, — откликнулась я.

— Они и без тренировок не особо-то были на это способны.

Вейс усмехнулся, а гвардейцы мрачно переглянулись. Как бы не решили проучить зарвавшегося изельгардца. Но если решат, я не стану им мешать. Может, даже награжу. Заметила, как Мартин прислонился к ближайшей стеночке.

— Команды отдыхать не было, — мигом обернулся Вейс, и Марти вздрогнул. — Имя?

— Мартин Фейн, лейтенант Вейс, — ответил тот.

— Три ночных дежурства поверх сегодняшнего.

— Тогда вам следует и себе назначить ночное дежурство, лер Вейс. — Я оперлась на перила балкончика. — Ведь вы не пришли на прогулку, где я настоятельно просила быть.

— Его величество разрешил мне заниматься тренировкой, — даже не дрогнул негодник. — И потом, я нахожусь при его величестве неотлучно, особенно в вечернее время. Так что все ночные дежурства и так мои.

Уел. Уел, так уел. Но я только мило улыбнулась.

— Что ж, тогда не смею вам мешать, лер Вейс.

— Что вы, ваше величество. Само ваше появление — большой стимул для гвардейцев. Не так ли?

— Так точно, — раздался слаженный ответ.

— Покажите их величествам, на что вы способны. Еще десять кругов — марш!

Бедные гвардейцы. И бедные все те, кто окажется рядом с Вейсом. Значит, он лейтенант? Воевал? Или же Осмонд наградил за какие-то заслуги? Скорее бы получить доклад по этому дворовому полководцу. Я поблагодарила гвардейцев за службу и напомнила Илверту, что ему пора на занятия, а сама поспешила скрыться. Ровно для того, чтобы в своем кабинете найти на столе долгожданный конверт. Я сорвала печать со знакомым оттиском и развернула бумаги. Мало! Как же мало!

Но и эти сведения были на вес золота. Во-первых, удивило то, что Ник Вейс — подданный Литонии, так как его приемным отцом является Ибрахим Мейр. Очень неприятный тип, которого я опасалась. К счастью, он редко бывал во дворце, но я знала, что какие-то дела связывают Мейра с Изельгардом. Оказывается, не только дела. Даже закралась мысль, может, этот Вейс — внебрачный сын Мейра, которого он таким образом узаконил? Но нет, не похожи. Ни капли.

Что еще? Ого! Оказывается, Ник Вейс воевал на стороне Изельгарда в последних двух войнах против Литонии. Но Ник не был похож на военного, совсем. Скорее уж, на… просто на белобрысого змея, который не давал мне жить. Придворного, возможно, но не воина. Попал в плен… Не может быть! Я придвинула листы к себе ближе. Перед глазами всплыли давно похороненные воспоминания. Вот я выхожу замуж за Илверта, а вечером — бал, на который ближайшие друзья Илверта привели своих новых рабов. Их было десять. Еще десять отправились домой. Пыталась вспомнить лица тех, кто присутствовал во дворце, но я тогда наблюдала за одним человеком — Эрвингом, и никак не за его друзьями по несчастью. Был ли среди них Ник? Если бы был, я бы запомнила. Или нет? Но Мейр… Мейр точно был. Илверт говорил, что Мейр потерял в той войне двоих сыновей, и поэтому тоже получил награду. Вот такую награду? Если этот тип вклинился в доверие к литонцу, детей которого он же и убивал, то на что он вообще способен?

Я сцепилась пальцами в волосы, едва не разрушая прическу. Почему сведений так мало? Чем занимался Вейс в Изельгарде? Когда он туда вернулся? И почему Осмонд из всех своих приближенных прислал именно его? Что ж, пока стоит умерить пыл и присмотреться. Я ему не Мейр, и не поверю лживым речам. Хотя, справедливости ради, Вейс и не пытался мне понравиться. Ему было плевать на меня. Об этом говорил и взгляд, и поворот головы, и тон. И мне было так же плевать на него. И все-таки! Сегодня же прикажу Марти глаз с него не спускать. Хочу знать, чем он дышит, с кем видится, чем занимается. Это моя страна, и здесь моя власть. Я не позволю Вейсу обвести меня вокруг пальца.