Глава 16 · Союзник или враг?

Перед встречей с Владом я очень нервничала. На парах постоянно отвлекалась, несколько раз теряла нить рассуждений преподавателя и в конце концов не выдержала: ушла с литературы.

Я занималась прилежно, оценки у меня были хорошие, к тому же я не имела привычки прогуливать. Поэтому Зинаида Никифоровна без проблем поверила в мою головную боль и отпустила отдыхать. Я даже почти не соврала, потому что голова заболела чуть позже.

Но в комнате стало еще хуже. От неизвестности хотелось лезть на стену, и в итоге я не отдыхала, а только и делала, что боролась с желанием найти Влада прямо сейчас и попытаться объяснить свое поведение. Но это очень походило бы на попытку оправдаться, а оправдываться я не хотела. Катурин-младший и так смотрел на меня, как на преступницу.

Поэтому я сделала то, что и делают в таких ситуациях. Устав терзаться от мыслей, пошла в зал – убивать свое тело. Там стало немного лучше, хотя беговая дорожка все равно не избавила от размышлений.

Было ясно, что Владу придется рассказать практически все, и я не представляла, как он отреагирует. А вдруг после нашего разговора Георгий Романович исчезнет так же быстро, как Кирилл Дмитриевич? Что тогда делать мне? Как справиться с этой ситуацией?

Я боялась окончательно разочароваться во Владе и переживала, что буду терзаться от осознания собственной вины, если из-за моих откровений пострадает кто-то другой. Было тяжело признаться даже себе, что я подозреваю Влада в способности убить человека и в то же время схожу по нему с ума. Жуткое и волнующее состояние. Я могла оправдать себя тем, что пока мои подозрения не подтвердились. Но что произойдет после нашего разговора, я не знала.

И это сводило с ума.

Вернувшись из зала, устало рухнула на кровать. В этот раз даже от физической активности легче не стало. После пар забежала Ксюха и позвала ужинать, но я не пошла. Просто сделала вид, что сплю, а на предложение встать вяло отмахнулась и перевернулась на другой бок.

Когда за подругой закрылась дверь, я встала и сходила в душ в надежде, что обжигающие струи и кофейный гель помогут привести нервы в порядок. В результате я не выдержала и выпила несколько капель валерьянки, зажевав сильно пахнущую настойку мятной жевательной резинкой.

На встречу с Владом собиралась медленно и обстоятельно. Волосы все еще вились после вчерашней праздничной укладки, и я их просто расчесала, позволив падать на плечи свободной пышной волной. С одеждой мудрить не стала. Конечно, было соблазнительно надеть на встречу с парнем красивое платье и туфельки на каблуках, но лезть в таком виде на крышу по пожарной лестнице совершенно не хотелось. Поэтому я натянула привычные светло-голубые джинсы и удобный бежевый свитер с высоким горлом. Чтобы не замерзнуть, прихватила короткую розовую курточку, а на ноги обула короткие, тоже розовые, ботинки на удобной плоской подошве.

Я надеялась, что Влад назначит встречу в тренажерном зале, но, видимо, он очень быстро охладел к нашим совместным занятиям. А жаль. Мне понравилось тренироваться с ним. На короткий миг я даже подумала, что от этих занятий обязательно будет толк.

Время тянулось бесконечно медленно. Я сбежала из комнаты рано, чтобы вернувшаяся с ужина Ксюха не застала меня в полном облачении. Пришлось бы говорить подруге, куда я собралась. И хотя она знала, что Влад ждет от меня объяснений, мне не хотелось рассказывать Ксюше, где именно и в какое время мы с ним встречаемся.

Чтобы не блуждать еще полтора часа по коридорам, отправилась сначала в столовую, успев за двадцать минут до закрытия, а потом, по старой памяти, в библиотеку. Зачитавшись историей поместья, на территории которого сейчас находится лицей, едва не опоздала на встречу.

Оказывается, когда-то здесь была своя церковь. Имелось и прилегающее к ней кладбище с усыпальницами бывших именитых владельцев. Я поняла, что как-нибудь, когда все неприятности будут позади, я обязательно туда прогуляюсь. Нужно будет позвать Ксюху. Местечко как раз в ее стиле.

Когда я поднялась на крышу, Влад уже был там. Сидел в позе лотоса на перилах и безучастно смотрел вдаль. Я замерла, не решаясь двинуться с места. Слишком свежо оказалось воспоминание о том, как в прошлый раз неосторожный жест Влада заставил меня потерять равновесие. Теперь я боялась помешать медитирующему парню.

Но оказалось, он давным-давно меня заметил.

– Что стоишь? – отозвался Влад, разворачиваясь и легко поднимаясь на ноги. Так, словно сидел на земле. – Проходи. Боялся, что ты струсишь и не явишься…

– Ну, сбежать из лицея все равно не получился. Так ведь? – задумчиво поинтересовалась я.

Сдерживая волнение, подошла к ограждению и коснулась пальцами холодного мрамора. На Влада, стоящего на тонких перилах, я старалась не смотреть, но дыхание все равно участилось. Он был слишком близко, я даже чувствовала свежий и ненавязчивый запах его туалетной воды.

– Нет смысла избегать неприятного разговора. Здесь, на территории, огражденной забором, долго бегать друг от друга не получится.

– Неужели тебе удобно разговаривать, глядя на мои ботинки? – хмыкнул Влад и присел рядом со мной на корточки, не слезая, однако, с тонкого поручня. – Давай же, иди сюда!

– Нет уж, – поежилась я. – Лучше буду лицезреть твои ботинки.

– Так и знал, что, единожды чуть не сорвавшись вниз, ты струсишь, – презрительно скривил губы Влад. – Очень предсказуемо и глупо, Алина. Твои навыки никуда не делись. То, чему ты училась в течение месяца, не исчезнет лишь потому, что в прошлый раз ты потеряла равновесие. Давай залезай! – последняя фраза прозвучала, как приказ.

– А мы не можем поговорить, имея под ногами твердую поверхность? – взмолилась я, с подозрением покосившись на протянутую руку Влада.

– Забудь на какое-то время про разговор. У нас в планах еще тренировка. Или ты забыла, что мы собирались начать изучение комплекса садхакам? Здесь, на мой взгляд, лучшее место для того, чтобы научиться контролировать себя и свое тело. Давай, Алина, не трусь!

Сердце учащенно забилось в груди. Было приятно, что Катурин не забыл свое обещание и по-прежнему собирается чему-то меня учить.

Ухватив его за руку, я легко запрыгнула на перила и замерла, вдыхая полной грудью. Колени слегка дрожали, но я быстро справилась с леденящим душу страхом. Он ушел, как только я поняла, что Влад прав. Навык никуда не делся. Я стояла так же уверенно и твердо, как и до падения. Прохладная рука Влада придавала сил.

– А теперь медленно подними согнутую в колене левую ногу, – скомандовал он. – Старайся держать угол девяносто градусов. Можешь слегка опереться за меня. Вторую руку отведи в сторону. Вот так.

Влад легко выполнил упражнение и замер, предлагая мне повторить. У него все движения получались легко и грациозно, но я смогла повторить их далеко не с первого раза. Однажды снова чуть не сорвалась вниз, но меня моментально подхватили сильные руки.

Я уже почти сдалась, и только гордость не позволила отступить. В конце концов, после получаса нечеловеческих усилий, я более или менее сносно держала равновесие, стоя на одной ноге. Которая, правда, почти сразу начала зверски уставать.

– Прикрой глаза и расслабь сначала плечи, а потом опорную ногу. Старайся не напрягаться, так будет значительно проще. Спину держи прямо, не переноси нагрузку на поясницу. А теперь осторожно и медленно смени ногу.

Со второй ногой получилось значительно проще. То ли мне просто было удобнее стоять на правой, то ли я поняла принцип. Сейчас я практически не прилагала усилий и лишь едва касалась кончиками пальцев руки Влада.

– Рассказывай! – скомандовал Катурин, убедившись в том, что я чувствую себя достаточно комфортно.

– Что, прямо так? – Я распахнула глаза и пошатнулась, теряя равновесие.

Влад снова меня поддержал и как ни чем не бывало заметил:

– А почему нет? Это замечательный способ научиться концентрации. Ты будешь думать, подбирать слова, чтобы вести неприятный разговор, и оставишь в покое свое тело, позволив ему привыкать к новой позе.

В словах Влада был резон. А еще при таком раскладе будет очень сложно врать.

Я продумала историю, которую расскажу, почти до мелочей. Решила не обманывать, просто умолчать о том, что и мне, и Георгию Романовичу известно о многочисленных смертях отчисленных лицеистов. Я рассказала о племяннике нового преподавателя и об интересе Георгия Романовича к случаю, произошедшему с Машей.

– Это все, конечно, хорошо и складно… – Влад уселся на перила. – Но не объясняет того, зачем вы полезли к нему в комнату и где взяли ключ.

– Ключ стащила Ксюша. Она же пыталась тебе сказать об этом там, в коридоре. Поверь, я ее не просила. Эта идея целиком и полностью принадлежала ей, – со вздохом сдала я подругу и, опустив ногу, уселась рядом с Владом, с наслаждением разминая затекшие мышцы.

Катурин покосился на меня, словно собираясь возразить, но потом передумал, и я продолжила:

– А в комнату Георгия Романовича мы хотели залезть, чтобы посмотреть на ноутбуке, почему его так заинтересовала Маша. Он задавал мне вопросы, но не ответил ни на один мой. Нам стало интересно.

– С чего вы решили, что в его компьютере будет необходимая информация? – Влад внимательно посмотрел в мое лицо.

Я сглотнула и отвернулась, чтобы не утонуть в его черных, поблескивающих в лунном свете глазах.

– Ну… – замялась я, с ужасом понимая, что ответ на этот вопрос не придумала. Так как сразу найти разумное объяснение не получилось, пришлось говорить правду. – Просто мы с Ксюхой случайно увидели, как он скачивает какую-то информацию из компьютера Елены Владленовны. Посчитали, что эти сведения могут быть связаны с интересом, который он проявлял к случившемуся с Машей.

– Он скачивал информацию из компьютера помощницы директора? – Влад грозно прищурился, и я тут же поспешила его успокоить:

– Мы все посмотрели. Вероятнее всего, он скопировал только личное дело Маши и ее адрес.

– Зачем ему адрес? Он что, собирается туда ехать? – отстраненно поинтересовался Влад, задумчиво уставившись перед собой.

– Да, и я попросила его взять меня с собой. Хочу лично убедиться, что у нее все нормально. Мы договорились ехать послезавтра. В субботу, чтобы я могла не прогуливать занятия.

– Я вас отвезу, – категорично заявил Влад. – Завтра после обеда. Так будет быстрее, проще и удобнее.

– Но…

Я не поверила своим ушам. Мне казалось, что Влад будет против. И вообще сегодня он не переставал меня удивлять. Вел себя совсем не так, как я ожидала.

– А почему нет? – пожал плечами он. – Раз ты так сильно переживаешь, я помогу тебе убедиться в том, что с Машей все нормально. Завтра отца не будет. Мы сможем съездить туда и обратно, не привлекая лишнего внимания. Подпись директора лицея на разрешении я научился подделывать еще несколько лет назад, так что проблем не возникнет.

– Почему ты мне помогаешь?

– Мне хочется. Разве этого мало? – спросил Влад. – К тому же ты же все равно будешь идти до последнего, правда?

Я нерешительно кивнула, и Влад закончил:

– Ты сама сообщишь своему Георгию Романовичу?

– Да!

Я счастливо заулыбалась и спрыгнула с поручня, собираясь уйти.

Но Влад не дал. Мягко поймал меня за пальцы и потянул к себе, заставляя приблизиться. Я попыталась отобрать руку, но только потеряла время и равновесие. Сделала по инерции шаг навстречу и уткнулась носом в грудь спустившегося с перил Катурина. Он пах корицей и апельсином. А еще – совсем чуть-чуть – нагретой на летнем солнце хвоей. Я вдыхала этот будоражащий запах и чувствовала, что схожу с ума.

Влад осторожно притянул меня к себе, провел руками по волосам и обнял за талию. У меня прямо над ухом бухало его сердце. Я боялась пошевелиться и спугнуть наваждение. Было удивительно хорошо и не хотелось возвращаться в реальность.

– Ты знаешь, я постоянно думаю о тебе, – хрипло произнес Влад, и у меня защемило сердце. – Очень скучаю. Мне хочется постоянно быть рядом с тобой.

– Я тоже скучаю, – шепнула я, чувствуя, что по щекам катятся слезы. – Но ты всегда с ней.

– Дай мне несколько дней? – Влад немного отстранился и посмотрел мне в глаза. – Не плачь. – Он вытер мокрые дорожки слез тыльной стороной ладони. – Я не хотел так с тобой поступать. Я был эгоистом. И с тобой, и с Вероникой. Ни ты, ни она не заслуживаете подобного отношения. – Влад закусил губу, в его глазах появилось раскаяние. – Я не могу без тебя, но все не так просто…

– Если тебе настолько сложно оставить Веронику… – начала я, чувствуя, как ревность привычно сжимает сердце стальным обручем.

– Вероника тут ни при чем, я давно переболел ею. – Влад покачал головой и нежно провел ладонью по моей щеке. – Чем дальше, тем сложнее ее обманывать. Я так больше не хочу.

– В чем же тогда дело? – не поняла я.

– Я расскажу тебе, но дай мне немного времени. Хорошо?

– А у меня есть выбор? – Я грустно улыбнулась, разглядывая его длинные густые ресницы. – Только учти, когда-нибудь мне надоест тебя ждать…

– Я это понял, увидев тебя с Олегом. – Влад помрачнел.

– Я не это имела в виду. Вовсе не обязательно, что я захочу быть с кемто другим. Вполне возможно, я просто разочаруюсь в тебе. Реши свои проблемы раньше, пожалуйста? Тогда, может быть, у нас появится шанс.

– Я не позволю тебе разочароваться, – тихо засмеялся Влад и наклонился к моим губам.

Я ждала этого поцелуя, как глотка родниковой воды.

Влад нарочито нежно коснулся моей щеки, скользнул языком по приоткрытым губам, заставив вздрогнуть и обхватить руками его шею, притягивая. Нежные, едва заметные касания, похожие на шелковый восточный платок, скользнувший по коже, стали настойчивее. Я тянулась ему навстречу, хваталась за жесткие черные волосы, падала в глубокий темный колодец его глаз. Казалось, что я уже никогда не выплыву из бурлящей пены желания, отстраниться получилось с трудом.

Губы горели от поцелуя. Отрезвляя, холодный ветер скользнул по разгоряченной коже, и я подняла глаза на довольно улыбающегося Влада. Он был похож на сытого, довольного жизнью удава. А себя я чувствовала кроликом, которого только что сожрали.

– Теперь ты точно не разочаруешься во мне, – улыбнулся он.

– Не будь столь самонадеян, – отозвалась я, не сумев удержать улыбку. И повернулась к выходу, бросив через плечо: – Кстати, с нами собиралась ехать Ксюха. Надеюсь, ты не против?