Глава 17 · Поездка

Влад

Алина ушла, и вскоре Влад тоже отправился вниз. На смуглом и красивом лице застыло сосредоточенное выражение. То, что рассказала Алина, заставило его серьезно задуматься. Как он и предполагал, девушка влезла туда, куда соваться не следовало. Плохо, что в данный момент сделать что-то с ее неуемным любопытством нельзя, можно лишь не препятствовать и следить за Алиниными усилиями.

Влад вызвался сопровождать Алину к Маше не по доброте душевной. Он просто предпочитал, чтобы и Алина, и новый, слишком любопытный преподаватель были на виду и смогли раскопать не больше, чем он готов был позволить.

Катурин спустился в коридор по пожарной лестнице, прошел в холл второго этажа, куда удалось выселить веселую компанию, которая раньше собиралась в их комнате, и, пока его не заметила Вероника, поманил за собой Яна.

– что-то произошло? – поинтересовался друг.

– Да. Мне нужно с тобой поговорить.

Ян внимательно посмотрел в серьезное лицо Влада, сосредоточенно кивнул и уточнил:

– Пойдем в комнату?

– Да, этот разговор – не для чужих ушей.

Вероника все же обернулась. Поймав ее вопросительный взгляд, Влад одними губами шепнул: «Позже» – и отправился вслед за Яном в сторону комнаты, понимая, что никакого «позже» не будет. Он не придет. Влад не врал Алине, когда говорил, что разберется с проблемами и Вероникой, но только не сейчас. В данный момент его занимало другое, то, что гораздо важнее и опаснее сложившегося любовного треугольника. К тому же стоило все очень хорошо обдумать и сделать так, чтобы ни та, ни другая девушка не пострадали от гнева Шеши. Сам-то он как-нибудь разберется с королем нагов. Его собственных сил даже в слабой человеческой аватаре хватит, чтобы совладать и с более сильным противником. Но Шеша по-змеиному хитер и коварен, он будет выжидать момента и мстить.

– Мне нужна твоя помощь, – произнес Влад, как только за спиной Яна закрылась дверь в комнату. – Собери, пожалуйста, за завтрашний день по максимуму сведений о нашем новом преподавателе – Георгии Романовиче.

– Ты его в чем-то подозреваешь? – настороженно уточнил Ян.

– Скажем так: он проявляет чересчур много любопытства. Интересуется тем, о чем думать не должен, и втягивает в свои опасные расследования лицеистов. Возможно, это просто мои домыслы, а может, он и правда знает больше, чем следует.

– Так его же проверяла Елена? Или нет? – Ян уселся на кровати, скрестив потурецки ноги, и взъерошил длинные распущенные волосы.

– Видимо, недостаточно хорошо. Даже если я ошибаюсь, проверить не мешает, – ответил Катурин.

– Почему же ты пришел ко мне, а не к ней?

– В этом деле замешаны Алина и Ксюша.

– Ксюша? – удивился друг.

– Вчера вечером я застал девушек, когда они во время бала выходили из комнаты Георгия Романовича.

– Что они там забыли? – изумленно перебил друга Ян.

– Меня заинтересовал этот же вопрос. Я поговорил с Алиной и выяснил, что Георгий Романович интересуется тем, что произошло с их соседкой по комнате и остальными пропавшими. И даже хочет съездить к Маше домой, чтобы понять, хорошо ли она себя чувствует. Якобы этот интерес вызван тем, что у самого Георгия Романовича несколько лет назад здесь учился племянник, которого отчислили. Трагедия, случившаяся с Машей, напомнила ему о произошедшем в его семье несчастье.

– Ты прав, это очень подозрительно. Я поищу что-нибудь. А почему ты не хочешь поговорить с ним и прекратить эти ненужные изыскания? – задал вполне логичный вопрос Ян.

– Потому что они с Алиной собрались ехать к Маше, а я вызвался их отвезти.

– Не лучшая идея.

– Знаю, но не хочу лишних проблем. Алина и так подозревает меня во всех тяжких грехах. Один раз я практически попался. С каждым новым инцидентом все сложнее убедить ее в том, что происходящее здесь – не больше чем обычный сон или разыгравшееся воображение. Поэтому завтра я повезу девушек и Георгия Романовича к Маше, а ты разузнаешь о нем даже то, чего он сам о себе не знает.

– Сделаю все, что смогу. Только меня интересует вот какой вопрос. Ты говоришь, что Алина давно уже что-то подозревает. Однажды она чуть не раскрыла тебя. И ты все равно молчал?

– У меня все под контролем! – Влад моментально напрягся.

– Не похоже, – нахмурился Ян. – Ты ее покрываешь, защищаешь и ради нее врешь Шеше.

– Тебя это напрягает? – прищурился Влад.

– Нет. Просто я твой друг и хочу быть уверен в том, что ты понимаешь, каковы могут быть возможные последствия.

– Поверь, я понимаю. Просто сделай все, о чем я прошу. Я же не позволю ненужным сведениям выплыть наружу. Рано или поздно Алина станет одной из нас и все узнает, меня больше волнует Георгий Романович. Что именно ему известно? Зачем он завтра едет к Маше?

– Не беспокойся, я все выясню.

– Вот и хорошо. – Влад облегченно выдохнул и, не снимая ботинок, завалился на кровать.

– Эй! – поинтересовался Ян. – Ты что, со мной не идешь? Ты же вроде обещал Веронике.

– Нет. Скажешь ей, что я чем-то траванулся. Только проследи, чтобы она не помчалась меня утешать. Я правда устал. И не хочу ее видеть.

– Похоже, что вообще.

– Все именно так.

– Ты рискуешь, и сильно. Шеша…

– Я уже ничем не могу ему помочь. Так есть ли смысл и дальше играть в его игры и притворяться? Я сделал все возможное, но ничего не вышло.

– Но ты собирался, по крайней мере, делать вид…

– Да, эта мысль соблазнительна, и изначально я планировал действовать именно так. Но потом понял, что прикрываться Вероникой – не лучший вариант. Это нечестно по отношению к ней. Я ее больше не люблю, но в то же время не хочу, чтобы из-за меня она пострадала.

– То есть ты решился открыто противостоять Шеше?

– Пока не знаю. Но в любом случае бессмысленно делать вид, будто мне небезразлична Вероника. Поэтому сегодня я просто завалюсь спать. Завтра повезу Алину и препода к месту назначения и прослежу, чтобы все прошло так, как нужно. Потом выясню, что именно разнюхивает Георгий Романович – эта проблема сейчас наиболее актуальна. А после буду решать, что делать с Вероникой, планами Шеши и собственной судьбой. Я был бы счастлив, если бы нашелся способ разрешить сложившуюся ситуацию миром.

– Кто знает, быть может, такой способ есть? – неопределенно намекнул Ян.

– Ты его знаешь? – Влад насторожился и даже приподнялся на локтях, но друг отрицательно помотал головой.

– Нет.

– Вот и я тоже. – Катурин закинул руки за голову и прикрыл глаза.

* * *

Сегодня даже не было дождя, и из-за сизых уползающих туч выглянуло редкое осеннее солнышко. Я подпрыгивала от нетерпения на ступенях перед входом в главный корпус лицея. Я вышла на улицу самой первой и теперь поджидала Георгия Романовича и Влада, щурясь от нетипично яркого для этого времени года солнца. На улице было совсем не холодно, даже без шапки. Хотя в некоторые годы в конце октября уже выпадал первый снег, сейчас о нем даже не хотелось думать. Лишь голые ветви деревьев и совсем пожелтевшая трава напоминали о том, что скоро наступит зима.

Жаль, что Ксюха не смогла поехать с нами. Она сказала, что доверяет мне, попросила передать Маше привет и пошла в танцевальную студию. Ян, который часто проводил дополнительные репетиции вместо преподавателя, специально назначил занятия сегодня после обеда. Ксюша долго сомневалась и выбирала, но все же решила не прогуливать.

Я не настаивала. Если бы с нами поехала Ксюха, мне пришлось бы сидеть с ней на заднем сиденье машины. А так я могла расположиться впереди, рядом с Владом. А еще я могла всю сегодняшнюю поездку смотреть на него, не таясь. После вчерашнего разговора я чувствовала – мы стали ближе. Катурин еще не принадлежал мне, но мы определенно находились на некой переходной стадии. Еще не пара, но уже и не чужие друг другу люди.

Влад пока не поговорил с Вероникой, но теперь нас объединяла общая тайна, из-за которой я чувствовала себя более значимой и важной, нежели Вероника, которая ничего не знала и считала себя его девушкой.

Правда, в душу периодически закрадывалось неприятное подозрение, что Влад играет нами обеими и будет вешать лапшу на уши и мне, и ей, но я отгоняла от себя неприятные мысли. Не хотелось думать о подобном исходе наших толком не начавшихся отношений.

Из дверей лицея появился Влад и, легко сбежав по лестнице, направился к машине. Ко мне он даже не подошел, но заговорщически улыбнулся, и на сердце сразу потеплело.

Скоро спустился Георгий Романович, и мы наконец-то отправились в путь. Было немного страшно проезжать мимо охраны. В прошлый раз меня не выпустили, но сегодня со мной ехали Влад и преподаватель, поэтому проблем не возникло.

«А что, если больше не возвращаться сюда?» – подумала я, но предпочла проигнорировать это недостойное желание. В конце концов, я теперь знала, какой дорогой можно выбраться из лицея, и могла уйти практически в любой момент. Так зачем же бежать тогда, когда у наших с Владом отношений появилась надежда? Конечно, в подземельях легко заплутать, но я думала, что если будет очень нужно, то смогу отыскать выход.

Дорога, ведущая от ворот лицея к автомагистрали, была узкой, проселочной, с глубокими неровными колеями. Ночной дождь сделал ее скользкой, и машину периодически заносило. Влад уверенно сжимал руль и лишь изредка ругался сквозь зубы, проклиная колдобины и ямы.

– Ехать далеко, – заметил он, – так что можете вздремнуть. Тем более сегодня пятница, наверное, везде пробки. Будем ползти, словно черепахи.

– Не в нашем направлении, – возразил Георгий Романович. – Все в основном из города едут, мы же – наоборот.

– Мне кажется, в пятницу пробки во всех направлениях, – хмыкнул Влад и снова дернул рулем, выравнивая машину. – Не нравится мне это, – задумчиво отозвался он и скинул газ. – что-то сильно нас мотает.

Машина замедлилась и лениво поползла по неровным колеям. Я даже не успела понять, в чем проблема. Повторяя движения Влада, посмотрела сначала влево, потом вправо и только краем глаза заметила, как из-под капота машины с моей стороны вылетает на дорогу металлический смятый кругляш – автомобильный диск с колеса.

– Что за?.. – только успела выдохнуть я, прежде чем машину подкинуло.

Влад выругался и резко крутанул руль влево, но было поздно. Автомобиль занесло в сторону обочины и поросшего травой кювета. Я закричала, инстинктивно прижимая колени к груди и прикрывая голову руками, пытаясь защититься от удара.

Дальнейшие события происходили словно в замедленной съемке. Неуправляемая машина перевернулась на крышу, повинуясь инерции, крутанулась еще раз. Раздался хлопок, треск ломающейся приборной панели. По салону полетели осколки стекла и пластмассы, а в лицо ударила подушка безопасности, заставив меня на миг задохнуться от боли. А потом все замерло.

Я осторожно отстранилась от сдувшейся подушки, еще не в силах понять, что произошло. Все было словно в тумане. Происходящее казалось очередным кошмаром: ноющий локоть; развороченный салон автомобиля; разбившееся вдребезги лобовое стекло и собственные руки в мелких порезах.

– Все живы? – через секунду хрипло спросил Влад.

– Я в порядке, – отозвался с заднего сиденья Георгий Романович.

– Вроде бы да, – дрожащим голосом отозвалась я, с трудом возвращаясь в действительность и понимая, что серьезно не пострадала.

– Нужно открыть дверь, – сказал Влад, и я послушно попыталась дернуть ручку.

– Никак.

Катурин ударил плечом в свою дверь, поднажал и ударил уже сильнее. Жалобно заскрежетал металл, скрипнули петли, и дверь все же поддалась. Влад выбрался сам и помог вылезти мне и Георгию Романовичу.

Я с ужасом смотрела на искореженный, замерший в канаве автомобиль. И не могла поверить, что так сильно напугавшая меня авария произошла в реальности. Руки дрожали, а тело бил озноб. То ли от холода, то ли от осознания, что все мы находились на волосок от смерти. Новенькая и блестящая машинка Влада превратилась в мятую груду металлолома.

– Что вообще случилось? – уточнил Георгий Романович, прижимая к разбитой губе белоснежный платок.

– Похоже, у нас улетело колесо, – озадаченно выдал Влад после того, как обошел машину кругом. Он заметно прихрамывал. Если не считать нервную дрожь, я себя чувствовала более или менее нормально, ныл только локоть, которым я ударилась об обшивку, когда машину крутило. Руки дрожали, а колени тряслись.

– Да, поездка какая-то вышла… неудачная, – мрачно заметил Георгий Романович. – Машина-то хоть застрахована?

– А как же! – Влад отмахнулся и достал телефон. – Сейчас попрошу кого-нибудь из лицея вас забрать, а сам буду ждать ДПС. Нужно оформить документы, иначе страховки мне не видать.

– Я останусь с тобой, – категорично заметил Георгий Романович. – Нечего ждать полицию и оформлять документы одному. К тому же я чувствую себя в некотором роде виноватым в случившемся.

– Тоже подожду. – Я кивнула, тоже чувствуя себя виноватой. Это из-за меня Влад сегодня выехал на машине. Следовательно, моя прихоть послужила причиной аварии. Но вслух я свое желание остаться мотивировала иначе: – Смысл присылать машину за мной одной? Возвратимся все вместе.

– Как скажете, но я все же позвоню Яну. Пусть подъезжает, ждать на улице холодно.