Глава 14

Глава 14

Настало субботнее утро. Хотя уже скорее день, время ближе к обеду, нежели к завтраку. А я только-только открыла глаза и потянулась.

С наказания Влада прошло четыре дня, которые он провёл в лазарете, хотя должен был освободиться на следующее утро. Как нам объяснили: отец парня настоял на тщательном наблюдении и полном восстановлении, в то же время похвалив персонал за соблюдение традиций, пусть даже под удар попал его собственный сын. Во всяком случае в лицемерии Владимира Леонидовича не обвинишь. Легко радеть за традиции, когда страдает кто-то другой и очень легко их переписать, когда провинилась собственная кровинушка. Он же исключений не делал.

Так что с той ночи мы с Владом не виделись. Я могла бы его навестить в больничном крыле, но под каким предлогом? Я ему не друг, как Стас, и не невеста, как Алиса. Так, соседка, с которой он жарко целовался под дождём… Поцелуй не выходил из головы, а следом за мыслями по телу разливалось тепло. Бесило, что мне это нравится. Хотелось оставаться хладнокровной и здравомыслящей. В конце концов у него есть невеста.

Радовало лишь то, что Алису Влад к себе не подпускал. Их ссора разошлась по пансиону горячей сплетней. Всем известно, как он поплатился кожей на спине за её ошибку. Разве что никто не знал, что это вовсе не была ошибка, а целенаправленное вредительство, правда, не ему. Но как оно часто и бывает — всё пошло не по плану.

Вот и вышло, что в палате у Влада целыми днями торчал Стас, иногда вместе с Каролиной, которая и так подозревала, что между мной и Волковым что-то происходит. Если бы я и хотела, то не смогла бы его навестить, не вызвав подозрений. Я ещё сама не разобралась в своих чувствах, не хватало, чтобы их начали обсуждать посторонние.

Правда мы несколько раз переписывались. Сдержанно и ни о чём. Я спросила: как его самочувствие? А Влад: как мне спиться без него?.. И только потом дописал «за стенкой». Про поцелуй мы оба молчали, словно ничего и не было. Твердила себе не отвечать, прекратить всё это. Знала ведь, что ни к чему хорошему наше общение не приведёт, а потом срывалась и строчила ответ, но так и не рассказала о ночном инциденте с привидевшейся мне тенью. Я обещала не гулять по ночам одна, как и говорила, что никогда не буду целоваться с ним по обоюдному согласию… Похоже, держать слово не моё.

Я встала с постели и направилась в собственную ванную комнату. В одной руке держала зубную щётку, в другой смартфон и листала новостную ленту. Больше меня не задевали посты одногруппников из института. Я окончательно смирилась с учёбой в пансионе. Однажды я всё равно стану художницей, но, как и все оборотни, вынуждена временно поставить на паузу свои планы. Лучше уж так, чем как у Светы, чьи планы рушились налету. Судя по ленте, они с Глебом окончательно расстались. Бывшая подруга страдала по скользкому скульптуру на всеобщее обозрение, записывая нелепые слёзные видео. Я поставила ей молчаливый лайк и отложила телефон, чтобы не сорваться и не написать, что нужно учиться уважать себя, а не лить слёзы! Но ведь я не лучше…

Мне следовало бы разорвать нашу нездоровую связь с Владом, но отчего-то это невыносимо трудно. Я скучала по нему все четыре дня, хоть никогда и не признаюсь в этом. Каждый раз я мгновенно читала его сообщения, но специально тянула с ответом. Иногда считала или даже ставила таймер, а то ещё подумает не то… Владу не стоит знать, что я почувствовала той ночью, когда мы целовались. Для него это всего лишь увлекательная игра перед тем, как остепениться, вступив в свой чудесный династический брак с чистокровной врушкой… ой, простите, волчицей! Его отец наверняка счастлив устроенной сыну помолвкой. Такая породистая девушка, само благородство и добродетель!

Но сколько бы я не язвила в своей голове, действительности это не изменит. И если в ближайшее время я не прекращу всё это, в итоге пострадает один человек — я.

Пока умывалась, телефон снова пиликнул. Потянулась за ним, не переставая чистить зубы.

«Проснулась?» — спросил Влад.

Я так раззадорила себя в мыслях, что пальцы уже набирали три веселые буквы, желая послать моего шесть раз спасителя. Благо я вовремя остановилась, стёрла и написала другое.

«Тебе какое дело?» — Влад улыбнулся, получив мгновенный ответ. Он через экран смартфона чувствовал заинтересованность Алекс, и неважно какие при этом она пишет слова.

Четыре дня в лазарете он мечтал сбежать к ней. Четыре дня набирал и стирал текст эмоциональных сообщений, переписывая на сухие вопросы и подколки. Его сердце стучало и желало излить чувства, но он боялся, что они лишь отпугнут девушку, а потому сдерживал себя в рамках всё того же зазнавшегося гада, каким она его считала. Неважно, если его чувства сильнее, он готов ждать и добиваться, а вот излишний напор может всё испортить. Он не мог так рисковать.

Утром Влада выпустили из лазарета, где продержали лишних три дня по милости его одновременно строгого и опекающего отца. Если себя парень считал новатором, то его самым настоящим консерватором. Отец во всём придерживался правил и традиций, будь то бизнес или семья.

«Соскучился по тебе, котёнок», — написал и тут же стёр.

Владу хотелось поскорее увидеться с Алекс, но нужно держать себя в руках. Сбавив обороты, он написал:

«У меня для тебя сюрприз, соседка».

Парень опирался о корпус нагретого на солнце автомобиля, поглядывая то в экран своего смартфона, то в окно новенькой, которое почти всегда было занавешено.

«Обойдусь», — пришёл очередной мгновенный ответ.

А следом ещё одно сообщение, на этот раз не от Алекс, а от Алисы:

«Надо поговорить!!! В пансионе все уже шепчутся, пошли слухи! Ты можешь меня ненавидеть, но ты должен…»

Весь текст не влез в уведомление, но и любопытства не вызвал. Влад точно знал, что там написано, а потому без раздумий смахнул плашку, вернувшись к переписке с Алекс:

«Иди к главным воротам».

«Зачем?».

«Сама всё увидишь».

Ответа не последовало. Влад не знал, что это значит, но был намерен ждать. А если Алекс не выйдет, то поднимется за ней сам.

Надо это заканчивать, твердила самой себе, расчёсываясь. Затем вытащила из тумбочки косметичку и цветные мелки для волос. Навела марафет, после чего вышла во двор и сразу увидела чёрный спорткар Влада и его самого за воротами.

— Тебя отпустили? — спросила на расстоянии.

— Я тебя не слышу! — прокричал парень. — Подойди ближе!

— Всё ты слышишь!

— Не слышу!

— Вот же гад… — пробубнила себе под нос, но всё же сдвинулась с места и вышла за ворота. — Что я должна была увидеть? Тебя и твою машину?.. Так себе сюрприз, если честно. Если только ты не переоформил авто на меня.

— Хочешь свою машину? — серьёзным тоном спросил Влад, будто готовый подарить её прямо сейчас.

— Нет, — отмахнулась я. — Я пошутила. У меня и прав нет. Так чего ты хотел?

— Дай подумать… — парень сделал вид словно задумался. — Немного сочувствия, пожалуй, не помешало бы.

— Тебе всё ещё больно?

— От ударов плетью?.. Нет, конечно, ты что! — усмехнулся он, обходя машину и открывая пассажирскую дверь. — Садись, тебе понравится. Другого шанса не будет.

— О чём это ты?.. — я и с места не сдвинусь без объяснений.

— Увидишь. Сегодня или никогда!

— Выбираю: никогда, — сказала, хоть так и не думала. По правде говоря, мне стало жутко интересно, что же придумал Влад.

— Если честно, я и не собирался спрашивать твоего согласия, — парень зашагал ко мне, оставив дверь автомобиля открытой.

— Значит, вот как? Если тебе отказывают, ты просто берёшь силой? Уже проходили!

— А потом ты дала согласие.

— Это когда же? — я скрестила на груди руки.

— Когда ответила на поцелуй.

И тут я почувствовала, что краснею. Потребовались усилия, чтобы не отвести взгляд в сторону. Ни за что не покажу ему, что смущаюсь!

Он тем временем сократил дистанцию, встав прямо передо мной на неприлично близком расстоянии, допустимом только для влюблённых.

— Сегодня фиолетовые?.. — и коснулся моих волос. — Мой любимый цвет.

— Буду знать, — одёрнула цветную прядь, которую он перебирал пальцами.

— Закрой глаза.

— Не-а.

— Тогда ты не оставляешь мне выбора, — сказал и тут же подхватил меня на руки.

Бессмысленно вырываться из лап крупного спортивного парня, но я всё равно попыталась. Колотила его каменные мышцы и извивалась как кошка, которую пытаются искупать. Ничего не вышло и очень скоро я оказалась на пассажирском сиденье его автомобиля. Похоже, похищать меня уже вошло у оборотней в привычку.

— Как… — только и смогла выдавить, стоя посреди зала полного работ Изуми Саито — моей любимой художницы манги. — Вчера ведь был последний день её выставки…

В помещении кроме нас не было посетителей, что также подтверждало мои слова.

— Формально так оно и есть, но упаковывать стенды начнут только завтра, — сообщил Влад. — Хотел привести тебя раньше, обещал ведь переиграть твой тухлый день рождения, но дурацкая госпитализация нарушила все планы.

— Как?.. — повторила я.

— Пару звонков и всё решилось. Ты довольна?

— Ещё бы! Мы тут совсем одни!

— Удобно, правда? Можно всё спокойно рассмотреть.

Дальше я Влада не слушала, зашагала вдоль стен, разглядывая страницы первых выпусков комиксов за стеклом, наброски персонажей и не вошедшие сцены. Я словно заглянула за ширму творческого процесса талантливой художницы, которая не просто хорошо рисовала, а создавала целые миры на бумаге.

Влад молча плёлся позади и не мешал мне впитывать мастерство кумира. Ему не было интересно и смотрел он исключительно на меня и мою реакцию, а не на представленные работы. Я бы кружила здесь часами, если бы в какой-то момент к нам не подошла девушка-менеджер, о чём я узнала из её бейджика на груди. Решила, что нам пора уходить, но не успела двинуться к выходу, как Влад коснулся моего плеча и аккуратно развернул в другую сторону.

— Это ещё не всё, котёнок, — заявил парень, указывая на дверь с табличкой «Только для персонала», куда посетителям как правило вход воспрещён. — Идём.

Полноценный дар речи не вернулся, так что я лишь кивнула и без возражений проследовала за ним. Влад открыл перед нами дверь и последние доступные мне слова моментально застряли в горле. Передо мной стояла она. Сама Изуми Саито во плоти. Мангака робко улыбалась, пока менеджер что-то шептала ей на ухо. Напрямую общаться с ней Влад не мог из-за языкового барьера. А я бы и вовсе не сумела выдавить ни слова, даже если бы знала японский.

— Подойдите, — подозвала меня менеджер, вошедшая первой.

Владу пришлось приобнять меня за талию и подтолкнуть вперёд, чтобы вывести из ступора.

— Это вам, — сообщила менеджер, когда художница протянула мне какую-то папку и бегло поклонилась.

Я поклонилась ей в ответ намного глубже, выказывая уважение, как принято у японцев. Затем дрожащими руками забрала из рук папку, оказавшуюся альбомом в плотном тёмном переплёте. Девушка-менеджер снова заговорила:

— Небольшой комикс, нарисованный специально для вас!

Я ахнула, распахнув альбом. Внутри оказалась нарисованная от руки манга про девушку с цветными прядями в светлых волосах, превращающуюся в снежного барса и побеждающую всех врагов.

— Ваш молодой человек попросил изобразить именно такой фантастический сюжет.

Знала бы она, что никакой фантастики здесь нет…

— Аригато! — ляпнула то, что знала по-японски и снова поклонилась художнице, а затем добавила уже на русском, обратившись к менеджеру: — Спасибо!

Настолько растерялась, что даже не стала поправлять девушку, когда она назвала Влада моим молодым человеком. Если честно, мне даже понравилось.

— Надеюсь, тебе нравится? — уточнил парень, когда мы покинули приватную комнату.

— Очень! — честно призналась я. — Тут даже автограф есть! Как ты всё это устроил?

— Это ещё не всё, — сообщил он вместо ответа. — Проголодалась?

Я охотно закивала.

Влад повёл меня не к выходу из здания, а к лифту, где не просто нажал на кнопку последнего этажа, а воспользовался специальным ключом, указав технический 26 этаж, куда обычным посетителям нельзя.

Вскоре мы очутились на крыше высотки, откуда хорошо просматривался центр Москвы, а обстановка вокруг напоминала романтическое кино. Пикник на покрывале, гирлянда из крупных жёлтых лампочек, надувной матрас и уютные клетчатые пледы.

— Да ты оказывается романтик! — нервно выпалила я, прикрывая шуткой смущение. Благо ветер скрывал, как участилось моё сердцебиение, хоть и трепал волосы и подол синей юбки. Знала бы, куда мы отправимся, надела бы что-то приличнее учебной формы.

— Решил продолжить тему Японии, так что и кухня будет японской, не против?

— Нисколько.

Мы расположились на покрывале друг напротив друга. Вся еда была подобрана холодной, чтобы не остыть к нашему приходу. Только я б этом подумала, как оказалось, что это только закуски, и уже через минуту на крышу поднялись двое официантов с горячим. Они молча оставили блюда и тут же удалились.

— Как ты получил доступ на крышу? — спросила, взявшись за палочки.

— Это… — Влад замялся, словно не желая отвечать, но и врать он не умел, а потому сказал: — … это здание принадлежит моей семье.

— Мажор! — фыркнула, но тотчас смягчилась: — Спасибо, что не дорогой отель, а то ты мог!

— Имеешь что-то против дорогих отелей?

— Мою маму как-то в такой сводили…

— И?..

— И потом родилась я.

— Похоже, ты недолюбливаешь своего отца.

— Я его даже не знаю, — отмахнулась, принявшись набивать рот. Мне следовало бы есть медленно и понемногу, но почему-то при Владе совсем не хотелось казаться лучше, чем я есть на самом деле.

— Мне жаль.

— С чего бы? Забей. Даже мне не жаль. Как можно грустить по тому, кого никогда не видел? И кому плевать на твоё существование? Он бросил маму и не заслуживает даже упоминаний. Давай сменим тему.

— Как скажешь. Вкусно?

— Угу, — по правде, я почти не чувствую вкуса еды. У меня всё ещё не выходила из головы встреча с Изуми Саито. Поверить не могу, что я видела своего кумира в живую! — Хотела бы я тоже когда-нибудь устраивать выставки своих работ…

— Однажды так оно и будет.

— Вряд ли.

— Ты талантлива.

— Таланта мало. Чтобы о тебе узнали нужно продвижение, а это деньги. Большие деньги. — Я заглянула в непонимающие глаза Влада, в которых отражалась краснота закатного неба. — Хотя для некоторых это обычные деньги, возможно, даже маленькие.

В нас словно сталкивались два мира. Тот, где нет ничего невозможного. Где все двери и крыши открыты, а художницы из других стран рисуют комиксы по твоей просьбе. И мир, где ты вынужден выбирать направление реставратора только потому, что туда хватило баллов на бюджет. И ты всё равно несказанно радуешься, ведь стал на шаг ближе к осуществлению своей мечты. А затем её отбирают, запирая тебя в пансионе. Но ты смиряешься и продолжаешь жить дальше. Когда я выпущусь, мне придётся всё начать заново, откатиться назад, а Владу нет. Его жизнь не изменится и все двери по-прежнему будут для него открыты. Вот и вся разница.

Мы потратили несколько часов на дорогу до города, затем обошли выставку, поели и вот уже красное небо стало практически ночным, создавая вокруг нас томную атмосферу. Я успела наесться и подмёрзнуть. Хоть сегодня и было тепло, но к вечеру ветер усилился. Так что мы перебрались на матрас под тёплый плед.

Покрывал на крыше имелось несколько, но мы всё равно укрылись одним и вместе смотрели в тёмное небо, на котором не было видно звёзд, зато радовала уютная гирлянда над головами.

— У нас не будет проблем в пансионе за очередной побег? — опомнилась я, фокусируясь на ощущении тепла, исходящего от тела Влада.

— Не волнуйся об этом, — парень перевернулся на бок, лицом ко мне. — Я не спец в выборе подарков, а ты ещё и запретила прибегать к сторонней помощи…

— Только не говори, что это ещё не всё! — я повернулась к нему навстречу. Наши лица оказались прямо напротив.

— Так, ерунда…. Заказал на свой вкус. Не уверен, что тебе понравится… — из-под пледа высунулась его рука с маленькой бархатной коробочкой. — Вот, держи.

Я приняла сидячее положение. Первой мыслью стало: неужели это кольцо? Глупо, конечно. Разумеется, это было не оно. Внутри оказалась серьга в виде кошки из белого золота или платины, со сверкающими бриллиантовыми глазами. Серёжка застёгивалась сразу на несколько дырок и отлично подходила моему пирсингованному уху.

— Подумал, тебе может понравиться, — Влад тоже принял сидячее положение. — Хотя, возможно, слишком банально… Раньше я никогда сам не выбирал девушкам подарки.

Украшение не было оригинальным, но зато я точно знала, что его действительно выбрал Влад. Очень по-мужски интерпретировать что-то настолько буквально. Я же оборотень-кошка, ну конечно, нужно подарить ей что-нибудь кошачье! Тем оно и ценно, ведь выбрано самим дарителем с мыслями обо мне в процессе. Для меня старания важнее итога.

— Спасибо, мне очень нравится! Не поможешь? — Я сняла свои старые серьги.

В четыре руки и два чёрных глаза мы управились меньше, чем за десять минут. Будь здесь зеркало, мне бы хватило и минуты.

— Ну как? — продемонстрировала парню своё обновлённое правое ухо. — Мне идёт?

— Кое-чего не хватает… — заявил он, придвинувшись ближе.

— Да? И чего же?

Вместо ответа Влад коснулся губами моего уха. Сначала поцеловал раковину, а затем лизнул мочку. Я ахнула от неожиданности, когда его язык двинулся вниз по шее. А руки под пледом принялись исследовать мои обнажённые ноги. Пальцы постепенно подбирались к краю юбки, вынуждая меня сдерживаться, чтобы не издать больше ни звука. Постепенно его губы вернулись к уху, проложив влажную дорожку до ключицы и обратно. Я молча повернула лицо, так, чтобы его губы оказались напротив моих. Парень всё понял и немедленно накрыл их поцелуем. Руки под пледом моментально осмелели и уже блуждали по внутренней стороне бедра в опасной близости к самой чувствительной точке.

Мои руки легли ему на плечи, а ноги заелозили на матрасе, когда костяшки его пальцев как бы невзначай задевали край трусиков. По телу прокатился пожар. И если прежде я пыталась плотнее сжать бёдра, то теперь хотелось раскрыться. Наброситься на Влада и любоваться его затуманенными желанием глазами до самого рассвета.

Я забралась к нему на колени и плотнее прижалась к груди, бедром нащупав мужское возбуждение. Одна его ладонь легла мне на талию, а вторая принялась исследовать ягодицы под юбкой, когда над нашими головами внезапно прогремел салют.

Я тотчас разняла наши губы и посмотрела наверх, всё так же сидя на коленях у Влада и обнимая его горячую шею.

— Как красиво! — Никогда прежде я не видела фейерверки настолько близко.

— Наверное, хотя сейчас я их просто ненавижу… — Влад вновь потянулся к моим губам за поцелуем, но был остановлен, когда я двумя пальцами подняла его подбородок, чтобы он смотрел в небо вместе со мной. — Очень сильно ненавижу…

Я захихикала, когда парень уткнулся лицом мне в грудь и ещё крепче прижал к себе.

— Неужели не хочешь посмотреть на салют? — спросила, погладив его волосы.

— Он для тебя, котёнок. А мне и тут хорошо.

Я засмеялась ещё громче, когда он попытался зарыться носом между моих грудей.

— Прекрати!

— Щекотно?

— Да!

— Это потому, что на тебе слишком много одежды.

На этот раз я не хихикнула. Улыбка сошла с лица, а глаза, смотревшие в цветное небо, опустились.

— Нам правда не стоит. Я…

— Не нужно объяснений. Это твой день, и всё будет так, как ты захочешь, — Влад продолжил прижимать меня к себе, но теперь обе его руки легли мне на спину и больше не спускались ниже. — С повторным днём рождения, котёнок…

* * *

В пансион мы вернулись когда до рассвета оставалось всего несколько часов. Оба вымотались, устали и хотели спать. И хотя мы больше не целовались, наши пальцы почти всю дорогу были переплетены. В груди поселилось странное чувство, когда легче отказаться от физической близости, чем от душевной. Мне хотелось находиться вместе каждое мгновение, но для этого совершенно не обязательно, чтобы наши тела разгорались в страстной агонии. Достаточно просто быть рядом.

Влад чувствовал то же самое, поскольку когда мы оказались на втором этаже между дверей наших спален, он предложил:

— Не хочешь остаться сегодня у меня? Ты ведь ещё не видела мою комнату. Обещаю не приставать!

Не раздумывая, я согласилась. Вскоре мы очутились в полумраке его спальни. Не включая свет, я скинула с плеч учебный пиджак, а парень оголился по пояс.

— Тебе дать что-нибудь переодеться? — спросил он.

Не успела ответить, как из кровати поднялась тень. Я ахнула и отступила на шаг, а Влад в один рывок добрался до выключателя. В следующее мгновение комнату озарил яркий свет и перед нами предстала Алиса в белом кружевном белье.

— Я скучала по тебе, малыш, — сонно протянула девушка, растягиваясь на простыне в соблазнительной позе. — Тебя долго не было. Это она тебя так задержала, любимый? Надеюсь, ты наигрался. Ложись в постель, а утром вместе посмеёмся.

Сердце тотчас рухнуло на пол, отозвавшись в груди кровоточащей дырой. Я позволила себе стать уязвимой для таких, как Алиса. Я прекрасно чувствовала, что каждое её слово не случайность. Они точно острые клинки, призванные попасть прямо в цель и ранить побольнее. Но хуже всего то, что правда на её стороне. Это я здесь третья лишняя. Я подлая любовница, а она законная невеста. Она жертва этой истории, а я злодейка… Как же низко я пала, сама того не заметив.

— Что ты здесь делаешь? — прорычал Влад. — Убирайся!

— Любимый…

— Лучше уйду я, — я сжала руки в кулаки, стараясь оставаться невозмутимой. — Вам есть, что обсудить.

— Алекс, постой! — Влад бросился вслед за мной.

— Не смей ходить за мной! — рыкнула, вынуждая парня остановиться. — Ты задурил мне голову, и я совсем забыла о твоей невесте. Это неправильно, и мне противно от самой себя. Больше не подходи ко мне!

— Алекс…

— Ты меня слышал, — я громко хлопнула дверью, забыв в его комнате свой пиджак. Ну и чёрт с ним.