Глава 9

Несмотря на пожелания Эскорна, доброй эта ночь не стала. Я почти не сомкнула глаз, снова и снова вспоминала о его словах. Представляла, как сложится моя жизнь дальше, но будущее казалось таким зыбким и туманным, что представить толком ничего не получалось.

Зато неплохо получалось рисовать в мыслях Вейнанда женатым мужчиной. Не на мне, понятное дело, а на той рыжеволосой пигалице. Так и видела его счастливым семьянином с кучей маленьких Вейнандов и прелестнейших Катрин. Точнее, Констанс, но вообще — какая разница? Было больно думать о нём и о Констанс, о нём и о Катрине, а также о любой другой девице. Настолько больно, что становилось страшно. Страшно от одной лишь мысли, что я могла так сильно вляпаться... Ну то есть влюбиться.

И ведь ничто не предвещало беды. Он мне поначалу совершенно не нравился...

Впрочем, ничто не предвещало и моей учёбы в академии, равно как и дара хроновика, оказавшегося для меня одновременно и подарком, и тяжким бременем.

Мучимая сумбурными мыслями, воспоминаниями, картинами ещё не наступившего будущего, я провертелась в кровати до самого рассвета. Потом незаметно всё же уснула и таки продрыхла до полудня. Вполне возможно, что спала бы и дальше, если бы не служанка. Тее пришлось меня разбудить, чтобы сообщить о пикнике, устроенном в саду императрицей.

— Её величество желает вас видеть, — распахивая шторы, заявила служанка.

Я зажмурилась от яркого солнечного света, заструившегося в окна. Может, здесь и солнце зачарованное? Вроде зима ещё не закончилась, а светит так, словно в разгаре лето.

— Её, а не его? — пробормотала спросонья и прикрыла ладонью рот, чтобы спрятать зевок.

— Что, простите? — не поняла Тея.

Обернувшись, посмотрела на меня вопросительно. Пришлось уточнить:

— Меня желает видеть императрица, а не император?

— Да, её величество, — подтвердила служанка, и сонливость как рукой сняло.

Мы с Найферией будем знакомиться? Я хорошо помнила ледяные взгляды правительницы, которыми она меня одаривала, когда я выдавала себя за брата. Да и после льда в её глазах меньше не стало. О чём она собралась со мной разговаривать? Может, о Рифере? По коже пробежал холодок, заставивший поёжиться.

Сплошная нервотрёпка с этими Регенштейнами.

— Хорошо, Тея. Помоги мне одеться.

На сборы много времени не ушло, а на завтрак и вовсе не пришлось его тратить — Тея сказала, что пикники императрицы можно было сравнить с самыми пышными пирами. Наряды под стать случаю, к счастью, имелись. Не только я из дома генерала переехала во дворец, но и вся моя одежда. Все платья, которые шила для меня шейла Ирис. Остановив выбор на самом простом из нарядов портнихи (хоть, если честно, они все были непростыми), из голубого шёлка с оторочкой белоснежных кружев, я плюхнулась в кресло возле зеркала — представать пред ясными очами её величества без причёски тоже было не положено.

— Может, стоит взять с собой плащ? — спросила, скользя пальцами по гладкому шёлку наряда. В лучах солнца он блестел и переливался, отчего казалось, будто ткань подёрнулась инеевым узором.

— О, нет, в этом нет необходимости. В императорских садах очень тепло, а если пожелаете принять участие в играх, так и вовсе станет жарко.

Тея радостно заулыбалась, словно одна только мысль об играх, в которых уж она-то точно не примет участие, доставляла ей удовольствие. Я же печально вздохнула. Лучше бы осталась в Кальдероке. Мне надо заниматься, а не катать по газонам мячики.

Закончив скалывать мне волосы жемчужными заколками, служанка предложила проводить меня к месту пикника. Отказываться я не стала, потому как ещё плохо ориентировалась в хитросплетениях дворцовых коридоров, а в парке не бывала вовсе. Что ж, посмотрим, какой он.

Тея не обманула, плащ действительно не понадобился. Во дворце и то было прохладнее, чем снаружи! Мы только ступили на мощёную дорожку, что уводила вглубь парка, как я тут же окунулась в птичий щебет, журчанье фонтанов, нежные цветочные ароматы. Повсюду зелень, над пышными кронами деревьев — прозрачное голубое небо, и на его фоне — светлые, перламутровые, словно жемчужины у меня в голове, беседки.

— Невероятно, — пробормотала я, скользя взглядом до сцепляющим их дорожкам. По одной не спеша шла парочка придворных, чтобы укрыться в тени беседки. Или просто побыть наедине...

Интересно, генерал уже водил туда свою новую пассию? Посидеть в теньке... наедине... Эта мысль омрачила ясный погожий день, а когда увидела его светлость в компании её сиятельства, почти услышала прокатившиеся по небу грозовые раскаты.

Вот значит, о какой встрече они вчера говорили...

Генерал сидел на мягком пледе в тени дерева, прислонившись к его широкому стволу, и что-то с улыбкой нашёптывал своей гади... графине, а та улыбалась ему в ответ, умилительно смущалась и что-то нежно отвечала.

Заметив шатёр со столами и на одном из них блюдо с наливными яблоками, с трудом сдержалась, чтобы не запустить одним в рыжеволосую красавицу.

Не знаю, что спасло графиню Таур от сочного снаряда — моя сила воли или приблизившаяся ко мне фрейлина. Скорее второе, чем первое, потому что с силой воли у меня в последнее время имелись проблемы.

— Следуйте за мной, шиари, — сказала девушка и повела меня меж белоснежных шатров к самому роскошному.

Пока шла, бросала по сторонам взгляды, уговаривая себя не оборачиваться и не смотреть на злосчастное дерево, генерала и его пассию. Лучше буду любоваться парком, глазеть по сторонам и ничем не выдавать своего состояния. В некоторых шатрах можно было отдохнуть, опустившись в кресло или на кушетку, в других — освежиться прохладными напитками и побаловать себя не только фруктами, но и изысканными кушаньями.

Правда, стоило мне появиться, как придворные разом перехотели есть, пить и отдыхать. При виде меня они поднимались и покидали шатры, чтобы поглазеть на восьмое чудо света в лице шиари Ноэро.

И не надоело им...

Белоснежный шатёр императрицы стоял в стороне от остальных. Тонкий, полупрозрачный, расшитый золотыми лилиями и серебряными птицами, он приковывал взгляд и поражал воображение. Тонкий полог колыхался от малейшего дуновения ветра, по-весеннему ласкового, тёплого, нежного. От каждого движения ткани райские пичуги, казалось, оживали. Того и гляди вспорхнут, расправят крылья и устремятся к бескрайнему небу. Им, пришитым к ткани, и то будет проще вырваться на свободу, чем самой любимой чаровнице императора.

— Проходите. — Фрейлина придержала для меня полог, а стоило мне войти, как занавеси закрылись, отгораживая меня ото всех любопытствующих.

В шатре помимо её величества находилось три девушки. Та, что меня привела, сразу направилась к столику с напитками. Другая сидела на маленьком пуфике возле императрицы и массировала ей руки. Ещё одна читала правительнице, но при виде меня замолчала и закрыла книгу.

— Светлого дня, шиари Ноэро. — Найферия благосклонно мне улыбнулась, и я слегка оторопела.

Впервые видела, чтобы она улыбалась, да ещё и мне. Что это за внезапное проявление интереса и симпатии? Понять бы ещё, фальшивой или настоящей...

— Благодарю за приглашение, ваше величество. — Я опустилась в реверансе, но Найферия тут же велела мне подняться.

— Давайте оставим официоз, дорогая Лайра, и просто проведём вместе время. Как вы на это смотрите?

— Почту за честь, ваше величество, — ещё больше тушуясь, пробормотала я и мысленным пинком заставила себя опуститься в кресло слева от императрицы.

— Спасибо, Кийра, — сказала она, когда фрейлина протянула ей бокал, а другой вручила мне. — Можете идти.

И минуты не прошло, как все трое покинули шатёр, оставив меня наедине с правительницей. Под её взглядом я сделала пару глотков освежающего ягодного напитка (надеюсь, без всяких ядовитых примесей!) и смущённо опустила глаза. Найферия разглядывала меня также бесцеремонно, как и её подданные.

— Вы очень красивая девушка, шиари Ноэро. Жаль, этой красотой не сможет наслаждаться ни один мужчина.

— Пусть любуются издалека, — несмело пошутила я, и Найферия улыбнулась.

— Мне импонирует ваш характер, Лайра. Ваша отвага и твёрдость духа. Надеюсь, его не сломают, — пробормотала она и тут же снова мягко мне улыбнулась. — Вы принадлежите к славному древнему роду, который, увы, продолжить не сможете. К счастью, вы не единственная Ноэро. Ваш брат — достойный преемник фельдмаршала и завидная для многих шиари партия.

Я снова глотнула прохладного морса, хотя, может, и не стоило. Вдруг туда добавили какой-нибудь наркотик, который и вызывает слуховые галлюцинации. В голосе её величества было столько сладости, столько мёда, словно Рифер был лучшим в её глазах мужчиной, а не тем, кого она ненавидела, кому пыталась отомстить за интрижку с дочерью.

Следующие слова правительницы заставили меня ещё больше усомниться в реальности происходящего:

— Уверена, вы радеете за будущее брата, как я радею за будущее своих детей. Мы с вами, вы и я, должны поспособствовать их счастью. Рифер должен жениться на Кайяне, а вы должны его в этом поддержать, дорогая. Так вы станете к нам ещё ближе, и кто знает, возможно, в детях Рифера и Кайяны проявится хроновая магия, как это случилось с вами.

Оставалось только диву даваться, как легко ей удалось справиться с неприязнью к моему брату. Интересно, почему сейчас решила задуматься о будущем средней дочери? По-хорошему сначала следовало бы отдать замуж старшую, Элестрен, и уже потом думать о её погодке. К тому же Риферу ещё учиться и учиться. Какая, к джарам, женитьба?

Должно быть, у меня на лице отразились все мысли, а с ними сомнения и недоумение, потому что Найферия неожиданно подалась ко мне и пылко сжала мою руку, словно искала во мне силу и поддержку.

— Действовать нужно сейчас. Нужно образумить моего мужа, пока не поздно!

— Образумить?

Императрица поджала губы, и сразу стало ясно, что она не собиралась рассказывать мне всю правду. Откинувшись назад, с досадой в голосе призналась:

— Мне кажется, он узнал о той... ошибке, которую они совершили. И судя по тому, как ты побледнела, — она горько усмехнулась, — ты тоже в курсе.

— Вы пытались меня убить, — пробормотала я и тут же прикусила язык, но поздно, опрометчивые слова прозвучали.

— Не тебя, а твоего брата, Лайра, — с безразличием заметила Найферия, словно на его месте представляла назойливую мошку, которую уже давно пора было прихлопнуть. — Но это всё в прошлом. Кайяна влюблена, и ей будет лучше с ним, чем... — Она осеклась и посмотрела мне прямо в глаза. В её глазах снова царил холод, как раньше, а ещё в них читалась отчаянная решимость сделать всё так, как она намеревалась. — Ты спасёшь и своего брата тоже. Раз мой муж сам не рассматривает этот союз, выгодный для обоих родов, значит, Рифер ему не нужен. А те, кто не нужен Адальгеру, обычно на этом свете не задерживаются.

Меня прошиб холодный пот. Неужели действительно узнал? Когда? Кто рассказал?! Или это какая-то подспудная игра её величества? Может, это она всё ещё жаждет отомстить Риферу, и сделать это решила через меня? Но как? И при чём тут тогда брак?

Ничего не понимаю...

Найферия смотрела на меня, ожидая ответа. Было сложно что-то понять по ледяному выражению её лица, прочесть истинные мотивы императрицы в её ледяных глазах.

А отвечать было надо. Отказаться? Согласиться? Но я даже толком не понимаю, во что меня втягивают!

— Если его величество действительно знает, — наконец сказала я и продолжила, осторожно подбирая слова, — и настроен против моего брата, он не допустит этой свадьбы. Рифер, конечно, может попросить руки принцессы, но в ответ наверняка получит отказ.

— Тут я с тобой соглашусь. — Найферия коротко улыбнулась, коротко и грустно, а потом произнесла слова, от которых у меня на теле вздыбилась каждая волосинка: — Поэтому об этой свадьбе никто не узнает. Поначалу. Мы проведём тайный обряд. У меня есть доверенный священник, подыскать подходящий для таинства храм тоже труда не составит. Я позабочусь о том, чтобы моя дочь покинула дворец незамеченной. Тебе же надо будет привести брата. Ему я... не слишком доверяю. — Она усмехнулась. — Но тебе могу довериться. Мне нужно, чтобы ты убедила Рифера жениться на принцессе.

Кажется, в тот момент я поседела. Если и не полностью, то отдельные пряди из огненных точно стали серыми. От ужасных перспектив, которые сулила эта свадьба.

— Обряд в тайне от императора? Но... ваше величество... Тогда мой брат точно погибнет. Его попросту уничтожат! — Я сжала ножку бокала с такой силой, что даже удивительно, как та не рассыпалась у меня в руках хрустальным крошевом.

— Никто его не уничтожит, — резко парировала Найферия. — Да, мой муж разозлится, но действовать будет поздно. В Эргандаре на вдовах не женятся, и как бы ни был он зол, как бы ни жаждал мести, он не допустит, чтобы его дочь овдовела. Адальгеру нужны законные внуки, и чем больше, тем лучше. Дети, как ты понимаешь, не появляются по щелчку пальцев. За это время он успокоится, поймёт, что брак выгоден не только для Ноэро, но и для Регенштейнов. Надежда получить в будущем ещё одного хроновика поможет ему сменить гнев на милость.

— Но если я попробую с ним поговорить... Попытаюсь убедить, что это взаимовыгодный союз, он...

— Тут же избавится от твоего брата, — закончила за меня снежная королева, и тут уже я точно поседела. Никакого зеркала не надо, чтобы понять, что от ужаса можно постареть в один миг на пару десятков лет.

— Но обманывать императора...

От одной только мысли становилось дурно. И почему меня упорно толкают на стезю предательства? Та креорка, Имада, теперь вот ещё её величество. Так и хотят, чтобы я повторила судьбу прапрабабки, стала предательницей.

— Ты и раньше его обманывала, — заметила Найферия, уколов меня в самое сердце. — И у тебя это неплохо получалось. Ты всегда действовала во благо семьи, Лайра, и сейчас от тебя требуется то же самое: спасти своего брата. — Она сощурилась и снова подалась ко мне, но на этот раз не чтобы просить и убеждать: — Сейчас он не нужен моему мужу, а если откажется от свадьбы, станет не нужен мне. Ты умная девушка и должна понимать, что это значит.

Я понимала... Понимала, что если Рифа не прибьёт его величество, это сделает императрица.

— Я замужем уже двадцать лет, — сказала она тихо. — У меня было достаточно времени, чтобы хорошо узнать Адальгера. Он решил выбросить мою дочь, вручив её, как куклу, как игрушку, амиру Джагаба. Это его месть Кайяне. Можешь себе представить, каким окажется наказание для твоего брата. Его ещё можно спасти, их обоих, но для этого тебе надо вспомнить о своей храбрости, о своём характере. Убеди Рифера и помоги мне устроить эту свадьбу. Или готовься навещать его в родовой усыпальнице.

* * *

Из шатра я выходила в таком состоянии, как если бы покидала поле боя. Или скорее уползала с него: разбитая, разгромленная. В ушах всё ещё звучал голос императрицы, её убеждения, её угрозы. Найферия не предлагала — она приказывала, не оставляя нам выбора, ни малейшего шанса отказаться. Можно было, конечно, рассказать всё Великому, но последствия такой исповеди могли быть фатальны. Не для меня — для брата. Вдруг её величество драматизирует, и Адальгер не в курсе злосчастной интрижки, а Кайяну решил выдать за амира из политических соображений. Но если раскрою рот, тогда уже точно узнает правду. Тогда у Рифера появятся сразу два могущественных врага: император и его жена. А зная мстительный нрав обоих, мой брат действительно может присоединиться к родителям.

Тревожные мысли тяжёлым бременем давили на плечи. Я блуждала среди шатров как сомнамбула, уже ни на кого не обращая внимания. Ни на липкие взгляды, ни на перешёптывания знати. Их назойливый интерес был наименьшей из моих проблем. Другое дело — Рифер. Представляю его реакцию на предложение руки и сердца Кайяны без права отказаться...

— О чём вы говорили?

Я вздрогнула, услышав за спиной голос Эскорна. Обернулась и напоролась на сумрачный взгляд серых глаз, пристальный и напряжённый.

— Какое тебе-то дело? — спросила устало и посмотрела по сторонам. Надо же, меня так сильно поглотила тревога, что я даже не заметила, как миновала шатры и лужайку, на которой играли в подвижные (относительно) игры эти лентяи.

— Мне есть дело до всего, что с тобой происходит, — продолжая мрачнеть на глазах, напомнил Вейнанд.

— Ах да, я продолжаю забывать о клятве, которую ты дал моим родителям... Жаль, что у вашей светлости такая хорошая память.

Он шагнул ближе, я почему-то отступила. Почувствовала, как за спиной выросло дерево, к которому и прислонилась. Вернее, оно и раньше здесь росло, просто я его не заметила. Не замечала ничего, поглощённая мыслями об очередной проблеме.

— Если я вчера тебя обидел, извини, — неожиданно сказал Вейнанд, и я снова почувствовала, как нестерпимо ноет в груди. — Что бы ни случилось, Лайра, я всегда буду для тебя поддержкой. Я хочу защищать тебя. Если у тебя проблемы с императрицей...

Он стоял близко, в шаге от меня, и вместе с тем был бесконечно далеко. Там же навсегда и останется. Не будь его в Кальдероке, было бы проще. А теперь он ещё и здесь, и мне невыносимо хочется его коснуться. Податься к нему, потянуться...

Но это будет ещё одним преступлением против его величества, и находясь с ним рядом, так близко, я только зря себя истязаю.

— Почему бы тебе не стать поддержкой и защитой для своей графини? Для любой из них, — процедила как можно резче. Призвав на помощь всю свою выдержку, постаралась, чтобы во взгляде не осталось ничего, кроме холода и безразличия. — Уверена, она будет рада твоему вниманию. А мне — не надо!

— Думаешь, я здесь из-за графини?

Он снова уничтожил расстояние между нами, и в этот раз мне не хватило силы отстраниться. А может, помешало дурацкое дерево, в которое я теперь вжималась, глядя на почему-то взбешённого генерала. Желваки у него на скулах так и бугрились, уже не говорю о яростно пульсирующей на шее жиле.

— Думаешь, я так быстро увлёкся другой женщиной? За две недели? Хотел бы, да не получается! — Его ладонь легла на широкий ствол дерева в паре дюймов от моего лица, и я невольно вдохнула такой знакомый аромат. Кофе, терпкий одеколон, горечь трав... Вдохнула и замерла. — И не уверен, что когда-нибудь получится.

— Тогда зачем все эти сцены? Чтобы меня помучить?

Какое там безразличие! У меня внутри всё уже искрилось от злости, ревности и того другого чувства.

— Или считаешь, что я недостаточно переживаю? Что мне без тебя не пло...

Я осеклась, заметив, как по дорожке, обнесённой клумбами, в направлении нас движется генерал номер два. Не знаю, увидел ли он нас — Горн был увлечён разговором с незнакомым мне пожилым мужчиной в военной форме. Правда, уже через пару секунд, которых мне хватило, чтобы отойти от Эскорна на безопасное расстояние, его взгляд устремился ко мне, и на лице Рейдмара появилась улыбка.

— Светлого дня, шиари Ноэро. Генерал Эскорн...

Мужчины чинно друг другу покивали, после чего Горн шагнул ко мне:

— Вас я как раз и искал, шиари, пока не повстречал полковника Орта. Мы так вчера толком и не познакомились, и я хотел бы это исправить. Прогуляемся?

Бросив взгляд на оборотника, поняла, что он был бы не прочь сейчас перевоплотиться и что-нибудь кому-нибудь оторвать. Дабы этого не случилось, улыбнулась военным и приняла приглашение Рейдмара.

— С удовольствием, генерал. Пойдёмте, покажете мне парк.

— Почту за честь, шиари, — расшаркался военный, и вместе мы двинулись по мощёной дорожке, оставив позади молчаливого полковника и мрачного Эскорна.