Глава 38

Марк Прециос любил шахматы. Любил упорядоченные, понятные правила, в коих всё, в сущности, предсказуемо. И он, безусловно, обожал вкус победы. То самое пряное, чуть сладковатое чувство удовлетворения, что медленно растекалось по нёбу, лаская внутренности…

Вероятно, по этой причине ему столь отвратительны любые партии с Глейвом. Тот был стратегом, холодным, как сама сталь. Его ходы подчас были непредсказуемыми, удушающими, выбивающимися из привычного ритма. Соперничая с ним, Марк побеждал куда реже. И это, пожалуй, шло вразрез с его представлениями о мире: ведь Прециос полагал, что великий ум не может идти бок о бок с насилием. Истинные предводители не участвуют в битвах напрямую, однако… Винсент успешно сочетал подобные черты.

Жестокий. Бескомпромиссный. Обладающий въедливым разумом. Опасный враг и настораживающий союзник… Особенно сейчас, когда в небе полыхает Пурпурная луна.

Марк нахмурился. Он проиграл шахматную партию и почти одновременно с этим получил срочное донесение. Глейв вскрыл письмо от Чистильщиков, надменно вскинул брови и практически сразу передал его оппоненту. Первый знак того, что новости там чрезвычайно дурные.

Марк пробежался взглядом по строкам и почувствовал, как в ушах надрывно зазвенело. Вероятно, оттого что он собственной рукой смахнул стеклянные шахматные фигуры на пол. Они разлетелись вдребезги, но это не погасило его лютый, жгучий гнев.

— Полегче. – Винсент поморщился, брезгливо смахнув с рукава осколки. – Иначе я решу, что твоё самообладание ненадёжно.

— Оно стабильно. Но прямо сейчас – трещит по швам. – процедил Марк сквозь зубы. – Эти паршивые хитрецы… Хорошо, очень хорошо. Феликс Мисбели – безбожный идиот, но проблема в другом… Бьёрка нет в городе.

— Быть может, его держат в тихом, тёмном повале. – протянул Глейв. – Мы не знаем наверняка, а Чистильщики физически неспособны заглянуть в каждую щель за отведённое время.

— Нет. – Марк криво усмехнулся. – Я знаю: его нет в Октаэдре. Нас просто обдурили, чтобы потянуть время… Но он вернётся. Не один – с регалией.

— Ты не говорил, что у него есть кровное доказательство.

Винсент сузил светлые глаза и грязно выругался:

—… это всё меняет.

— Я не был уверен. – огрызнулся Марк. – Но теперь, с учётом всех факторов… Это единственный верный вывод.

— Чудно. И что нам делать? Если этот бастард займёт трон… первым делом он опустит наши кланы на самое дно. Мы потеряем влияние. – холодно проронил Глейв. – И ваши деньги тут мало помогут.

Марк не сразу ответил, что-то бормоча себе под нос. Он сцепил пальцы в замок и, наконец, проговорил:

— … придётся действовать иначе. Более радикально, более… Жёстко. Твои люди должны оцепить город. Если бастарда возможно убить на подступах – пусть так и будет. Стоит перекрыть дорогу кланам Дезет и Дарксайд, а ещё… Выпустить того предателя крови Роузвуд. Он нам кое в чём поможет.

Винсент Глейв негромко присвистнул. Он, признаться честно, не собирался слепо подчиняться приказам Прециос… Ведь у них кишка тонка, когда дело касается реальных военных столкновений. И, если уж начинать осаду, стоит прибрать к рукам Глейв весь город.

— Вот это звучит интересно. – хрипло произнёс Винсент. – Пурпурная луна в зените… а мы переходим на стадию уничтожения.

* * *

Фабьен крался по тёмным улицам мрачного, но бурлящего изнутри и воспалённого города. Он постоянно оглядывался и видел тени Чистильщиков Глейв поблизости. Те, казалось, глумились над его страхом, не на секунду не отставали… Фабьен стискивал зубы, чувствуя, как с губ едва не срывается болезненный стон.

Ему страшно, жутко, неспокойно… Всё вокруг пропахло войной и скорой погибелью. Посвящённый предпочёл бы никогда не сталкиваться с подобным кошмаром, но теперь у него просто нет выбора.

«Либо подчиняйся – либо умри» — Прециос не говорил об этом напрямую, но Фабьен умел читать между строк. Даже в том случае, когда истинный смысл до боли поганый.

Порой он задумывался о своей жизни, и эти мысли не давали ему заснуть до рассвета. Посвящение, особняк Роз, жажда Дара… Будущее было таким безбрежно светлым. Фабьен плёл тонкие нити интриг, успешно привлекал других в свои путы и делал всё, чтобы затем возвыситься. Тогда в какой момент он упал так низко?

«Почему… Почему Дар выбрал её? Сутулую девчонку с волчьими глазами» — Фабьен сжал пальцы в кулаки, давясь от горечи, зависти и несправедливости. Это место, это поместье… По праву его. И сегодня он это докажет. Даже если весь мир в итоге покроется трещинами, разобьётся – без разницы. Он жаждет её крови.

Фабьен бесшумно проскользнул на территорию поместья Шипов. Он хорошо знает это место, давно изучил его наизусть… Макус послушно брёл рядом, по-прежнему верный пёс. Фабьен искусно управлял его агрессией, окружал ложной заботой и, в конце концов, добился своего: теперь они вместе в этой дырявой, насквозь прогнившей лодке. Макус, конечно, едва ли счастлив, даже этот тупой пень в конечном счёте осознал глубину той ловушки, в коей они оказались… Но Фабьену глубоко плевать на его чувства. Один из них не переживёт эту ночь, а свою полезность бывший друг исчерпал давненько.

— Ты знаешь, куда идти? – спросил Макус, настороженно оглядываясь.

— Предполагаю. – по губам Фабьена проскользнула уставшая, но крайне самодовольная усмешка.

Конечно, он всё знает. Ещё раньше, заискивая перед многочисленными слугами, Фабьен собирал информацию. О тайных ходах, заколоченных комнатах… Обо всём, что может пригодиться в дальнейшем. Он, разумеется, собирался сдать Сейру кому-то из наследников, а потому не гнушался ничем. Но в итоге… Пурпурная луна ярко сияет на небе, город охвачен лихорадкой, а его манит секретный проход в башню.

«Идеальное место. Тихое, защищённое… Пробраться сюда нелегко, единственный вход через камин, если надавить на боковой камень. Об этом знал лишь один старый, брюзжащий слуга, но я его разговорил… Как оказалось: не зря. Она точно спрячется именно здесь» — Фабьен криво усмехнулся, всё ближе подбираясь к заветному месту.

Он вдруг вспомнил сказки про принцесс, заточённых в замках… Но в этой истории всё иначе. И наследница Роузвуд куда сильнее смахивает на крайне мстительную, шипастую ведьму.

Порой Фабьен всерьёз задавался вопросом: как бы сложилась судьба, если бы Сейра просто приняла его рядом? Без её привычного, зубодробительного высокомерия и ядовитых слов… Но даже в том случае он приходил к очевидному выводу: молча сносить её великую силу, этот дикий Дар, Фабьен бы не смог.

Спокойно жить под её управлением… Звучит как смешная, до боли нелепая шутка. Фабьен выбрался из Трущоб, дабы править. И даже сейчас надеялся повернуть ситуацию в свою сторону. Если он сделает всё правильно, если окажется полезным… Прециос осыплет его златом.

Старый камин затрещал, каменная дверца со скрипом отъехала в сторону. Пробраться сюда было не так просто, но Чистильщики Глейв не дремлют. Только благодаря их содействию Фабьен и Макус смогли дойти до тайного места.

— Она будет сопротивляться. – мрачно процедил Макус, поджав губы.

— Ну, разумеется… Помни об одном: её нельзя убить. Если это случится, мы проиграем.

Фабьен негромко вздохнул. Его настораживало присутствие Макуса, который в самый ответственный момент мог проявить… чрезмерную жестокость. Впрочем, Сейру также нельзя недооценивать.

«Эта стерва не сдастся без боя, так что… Его вмешательство может пригодиться» — Фабьен нервно облизнул пересохшие губы.

Винтовая лестница устремлялась ввысь, а в конце пути виднелся круглый люк. Макус медленно отодвинул его в сторону, но почти сразу отшатнулся от сверкнувшего в полутьме клинка.

— Выходите, Посвящённые… Я и без того ждала вас слишком долго.

Её голос был обманчиво-нежным, с неприкрытой насмешкой на дне. Сейра лениво склонила голову набок, стряхивая невидимые пылинки с безупречного брючного костюма. Метательные ножи в её руках отражали пурпурный свет луны.

Макус сорвался первым. Метнулся к ней разъярённым волком и почти сразу вскрикнул от кинжала, вспоровшего кожу вдоль его шеи. Пока неглубоко, но достаточно больно для того, чтобы оценить серьёзность её намерений… Сейра не собиралась щадить их. Уж точно не в эту ночь.

— Прошу, остановись. Мы… просто хотим поговорить. – Фабьен смущённо улыбнулся, бросив на Макуса яростный взгляд. – Он всё не так понял…

— Я заметила. – Сейра плавно усмехнулась. – И, клянусь Вседержателем: подойдёте ближе – сигану из окна.

Фабьен замер. Его натянутая улыбка беспомощно застыла, потому что Сейра действительно опиралась на подоконник с таким бесстыдным и насмешливым видом, что он мгновенно взбесился.

— Не шути так. – наконец, выдавил Фабьен. – Это просто глупо… Ну, прыгнешь, и что с того? Бесславно погибнешь в самом расцвете сил.

— И навлеку на всех вас великую беду, что пожрёт Октус… — протянула Сейра, вскинув брови. – Заманчивая мысль.

Рядом тяжело дышал Макус, зажимая раненую шею. Он смотрел на Роузвуд с такой ненавистью, будто силился пожрать её одним лишь взглядом.

А Фабьен рассмеялся:

— Ясно… Ты всегда была отчаянной, что тут скажешь. Но мне, если честно, без разницы. Умрёшь – и ладно. В хаосе куда проще установить новую власть.

— Умру я – погибнешь и ты. – плавно усмехнулась Сейра.

Только тогда Фабьен перестал улыбаться:

— Не только я. Все твои клятвенники… Боже, ты правда готова отправить их на смерть? Это жестоко, Сейра. Совсем на тебя не похоже.

Он собирался немного потянуть время, но Макус потерял терпение. Тот вдруг сорвался с места, резко метнулся к Сейре и сразу же закричал, как полоумный. Остриё ножа распороло его лицо, повредив глаз… Макус оттолкнул Сейру от окна, тяжело покачнулся и в следующий миг упал, перевалившись через подоконник.

С губ наследницы сорвался ошеломлённый вздох, и именно тогда Фабьен вскинул руку. Маленькое хитрое устройство, созданное кланом Фрайгус содержало иглы, пропитанные особым веществом… Фабьену даже не нужно подходить близко. Достаточно всего раз попасть в неё отравленным снадобьем.

Три иглы легко прошли сквозь одежду, и Посвящённый затаил дыхание. Первый выстрел царапнул стальной нагрудник, что прятался под пиджаком Сейры. Второй отрикошетил от часов (подарок Старика), оставив в них трещину. Но третий задел её ключицы, проложив кровавую борозду… Сейра резко покачнулась и едва не упала вслед за Макусом. Ринувшийся вперёд Фабьен схватил её за талию и быстро потянул на себя.

— Ну-ну… даже не думай! – лихорадочно выпалил он, скривив губы. – Знаешь, Прециос хотел взять тебя в плен… Запереть под замок на своих условиях. Он подобрал отличное снотворное, вот только меня это не устраивает. И я немного усовершенствовал формулу.

Фабьен невольно усмехнулся и чуть слышно шепнул:

— Ты уснёшь навсегда, Сейра. Это вечная кома… Сон Спящей Красавицы, слышала о таком? Один укол о шип ядовитой розы – и принцесса навсегда забылась в дрёме. Смешно, я никогда не любил такие истории, но в приюте были потрёпанные, затасканные книжки… Кто бы мог подумать, что одна из них вдохновит меня на свершения.

Сейра дёрнулась, попыталась вывернуться из его хватки, но тело её предательски ослабло. Кончик клинка царапнул по щеке Фабьена, прежде чем выпасть из онемевших рук…

— Не переживай. – почти успокаивающе проговорил он. – Ты не умрёшь, а это главное. Сладких снов, Сейра.

Всё её тело дрожало от горячей, расплавленной отравы, что циркулировала по венам, доводя до исступления. Роузвуд пыталась бороться с невыносимым дурманом, но яд был слишком мощным, слишком раздирающим… Кровь вскипала под ритмы чужеродной, искусственной болезни, что пропитывала всё тело, не оставляя ни единого шанса на реванш.

Сейра стиснула зубы и горько усмехнулась. Её перерождение… не прошло напрасно. Она рассказала всё Кайрону. Каждую деталь, о которой знала. И о его возможной слепоте… Ей не хотелось оставлять Октаэдр. Не хотелось покидать сей мир. И вдвойне горько засыпать в обществе злейшего врага, зная, что рядом нет того, кто поклялся защищать её.

Сейра медленно закрыла глаза. Сердце пульсировало, сжималось от боли, и даже сквозь подступающий сон она ощутила… Гремучую несправедливость. Нежелание подчиняться его правилам. Фабьен всегда пытался отнять у неё право выбора. Не только жизнь, но и любое решение, казалось, должно быть подчинено ему… Именно поэтому Сейра продолжала сопротивляться из последних сил.

Раз – хриплый вздох застыл в лёгких.

Два – сердце бьётся подстреленной птицей.

Три… пусть пробудится. Если не она, так сила Цветка, подавленная Пурпурной луной.

Фабьен отступил. Трусливо попятился назад, почувствовал, как загудело, заревело пространство. Наследница обмякла на полу, но алые волосы её извивались, будто растревоженные змеи. И, прежде чем Фабьен успел осознать происходящее, он увидел… Шипы.

Длинные, извилистые, ползучие розы со стальными, сверкающими остротой иглами. Их было много, очень много. Пугающий терновник медленно оплетал спящую девушку, жадно поглощал башню и, кажется, не собирался останавливаться. Застывший было Фабьен издал испуганный, сдавленный вопль и опрометью бросился вон. Он слышал шипение, шелест, злобное буйство силы, что аномально расцветала под Пурпурной луной.

«Это невозможно! Это… как? Как она смогла?» — в тот момент Фабьен был по-настоящему напуган.

Наследники, лишившиеся магии Дара… И Сейра, пробудившая нечто жуткое в последний миг перед вечным сном. Это казалось настоящим кошмаром: она спала, но Дар рос, множился и продолжал заполнять всё вокруг.

«Проклятие… я не зря сравнил её с ведьмой! Она и вправду способна погубить весь этот город».