Глава 42

Я как чувствовала, что пригодится и второй шалаш!

В нем мы с Альриком, скрывшись от лишних глаз, принялись в срочном порядке мешать нефть с топленым китовым жиром. Занятие, конечно, весьма вонючее, а что делать? После моей демонстрации заинтригованный народ встал в очередь к нашему прилавку, и пришлось поторопиться, чтобы топлива для светильников хватило всем.

Рауда и Ульва я не ругала.

А какой смысл?

Люди они суеверные, которым с детства вдалбливали в головы байки про священное озеро. Я их и на мешанину жира с нефтью звать не стала, пусть лучше торгуют у прилавков. Вон Альрик помоложе, и вроде не такой замороченный на суевериях, как старшие викинги. Без разговоров сбегал к нашему обозу, приволок меха с нефтью, потом прикатил бочку с китовым жиром. И пустые бадейки тоже прикупил в крайнем ряду.

Ну и пошла работа в шалаше при свете глиняных ламп нашего же изготовления!

Правда, Рауд с Ульвом попытались предложить свою помощь, пряча в воротники виноватые взгляды, но были мягко посланы:

- Не надо, помогли уже, - проворчала я. – Идите торгуйте лучше, да следите, чтоб ничего не спёрли.

- «Не спёрли» - это как? – поинтересовался Альрик.

- Ну, не украли, - пояснила я.

- Викинги не воруют, - мрачно пробасил Рауд. – Похоже, ты забыла об этом, дроттнинг. Мы можем отнять всё у чужих, но у своих без спроса не возьмем даже крошки хлеба когда голодны.

«Никогда Валентина Волкова не была так близка к провалу» - промелькнуло у меня в голове. Но я тут же нашлась с ответом:

- Это всё испарения от воды Черного озера, - проговорила я. – Даже здесь они кружат голову, отчего язык говорит не то, что я думаю на самом деле...

Нефть и китовый жир и правда воняли экстремально, и у меня реально начала побаливать голова. К счастью, сделано уже было много, плюс на помощь пришла Далия, которая решительно выгнала меня из шалаша.

- Дроттнинг, сходила бы ты прогуляться, - сказала она. – Пройдись по рядам, посмотри, может найдешь что нужное для нашей общины. А мы с Отталией пока тут займемся с топливом для светильников - я вижу уже, что работа это не сложная.

И, бросив сердитый взгляд на переминающегося с ноги на ногу Рауда, добавила:

- Я уж прослежу, чтоб всё было смешано как надо!

Предложение Далии было как нельзя кстати.

Я кивком поблагодарила ее, и направилась вдоль рядов, присматриваясь больше к оружию и доспехам, которых нам явно не хватало. Альрика я взяла с собой в качестве провожатого – по бледному лицу парня видно было, что он тоже надышался нефтяных испарений, и прогулка ему не помешает.

...Рынок Каттегата был насыщен товарами, на мой взгляд, довольно качественными для девятого века.

Добротно сшитая одежда.

Еда порой сильно на любителя, но в основном вкусная.

С любовью и мастерством сработанное оружие.

Искусно сплетенные кольчуги-хауберги.

Игрушки из кости для детей, и изображения богов для домашних алтарей взрослых, выполненные из того же материала...

Но я искала что-то особенное... Причем сама не знала, что именно.

Меня постоянно грызла мысль об уплывших в никуда на драккаре чернобородом Болли и одноглазом Сигурде, которые вполне могли привести данов в нашу общину. Жажда мести страшная штука. Она как болезнь сидит в некоторых людях, затмевая им разум и толкая на ужасные поступки. Нет, конечно, я не исключала, что Сигурд, Болли и те, кто ушли с ними начнут новую жизнь, забыв о мести. Но я слишком хорошо знала, на что способны некоторые люди, и потому сейчас главной моей задачей было по максимуму обезопасить общину Скагеррака...

- Напомню, королева - за забором Каттегата есть другой рынок, - произнес Альрик. - Там торгуют прямо с телег товаром, который не поместился на ярмарочных прилавках.

- Точно! – сказала я. - Давай туда сходим.

И направилась к воротам...

Рынок за забором не был стихийным. Возы здесь стояли аккуратно в ряд, и возле каждого из них был разложен габаритный товар – огромные бочки для рыбы, строительный материал для домов и хозяйственных построек, запчасти для лодок и драккаров, паруса, свернутые в длинные и толстые рулоны...

А еще возле возов стояли люди с поникшими головами. Связанные, либо закованные в цепи.

- О, кажется, Щербатый Грегер в этом сезоне удачно сходил в вик, наловив крепких трэллей! – заметил Альрик. – Жаль, что они у нас долго не живут. Часто умирают от самой простой работы, которая кажется им тяжелой, потому и цена на них невысока.

Из воспоминаний Лагерты, доставшихся мне в наследство, я знала, что трэллями здесь называют рабов. Людей бесправного низшего сословия, которые по статусу приравнивались к домашней скотине...

Да, этих несчастных было жаль, но что я могла сделать для них? Выкупить и отпустить на свободу? Так в ближайшем лесу их практически сразу задрали бы медведи и волки, либо поймали другие викинги, вновь превратив их в своих рабов...

Впрочем, восемь трэллей, стоящих особняком в сторонке, меня заинтересовали. У них была странная анатомия – мощный, но слегка сгорбленный торс, переразвитая правая рука по сравнению с левой, а также непропорциональная, словно раздавленная левая кисть...

Я подошла к хмурому торговцу с тяжелым взглядом, которого Альрик назвал Щербатым Грегером.

- Приветствую, уважаемый, - проговорила я. – Продаются ли эти трэлли? И если да, то почем?

- И я приветствую тебя, королева Скагеррака, - неприятно оскалился викинг, у которого во рту от зубов остались лишь желтые обломки – судя по изуродованным губам, неуклюже замаскированным пышными усами, Грегеру несколько лет назад прилетело в лицо чьей-то дубиной. – Наслышан о твоих подвигах. Да, они продаются. Только вряд ли такие трэлли пригодятся тебе. Ты же не устраиваешь у себя в общине развлекательных боев, верно?

- Нет, - пожала я плечами, не совсем понимая, о чем говорит торговец.

- Ну вот. А на них уже положил глаз сам Гуннар, хозяин Каттегата. Он хочет после ярмарки устроить побоище между ними. Раздать им ножи для забоя скота, ибо другое оружие трэллям не положено, и пусть убивают друг друга, пока не останется один. Его и принесем в жертву О̀дину, чтобы следующая ярмарка была такой же удачной, как и эта.