Часть четвертая · Тайны имеют свойство не заканчиваться

— И что дальше? Будем гладить кота и уповать на милость богини? — спросила Никелла, так и не дождавшись предложений от юношей.

— Вы оставайтесь здесь и не шумите, а я пойду на разведку, — наконец принял решение Карвин.

— Нет, так не пойдёт. Ты сам говорил, что нам лучше не разделяться, — возразил Антуан.

— Но я говорил и о том, что ваши жизни ценнее, чем моя, — ответил юноша. — Если что-то пойдёт не так, возвращайтесь во дворец и пытайтесь связаться с родителями.

— А что пойдёт не так? — испуганно прошептала Лайлиронда, инстинктивно прижав к себе кота с такой силой, что он заворчал и начал вырываться.

— Это я на всякий случай сказал, — улыбнулся юноша и мимолётно прикоснулся указательным пальцем к носику девочки, от чего она расплылась в довольной улыбке.

— Иди, — словно через силу согласилась Никелла.

Она не хотела отпускать Карвина, но понимала, что он прав. В этот момент юная королева осознала, что ей предстоит отправлять сотни, а возможно и тысячи людей навстречу опасности, и даже смерти. Среди этих несчастных могут оказаться её друзья и близкие, но она должна будет рисковать их жизнями. «Я не готова к этому» — кричало её сердце. «Королева должна» — отвечал разум.

Никки отвернулась, чтобы скрыть от друзей навернувшиеся на глаза слёзы. В этот момент она ненавидела то, что стала королевой, но изменить ничего не могла. И именно с пониманием того, что отныне она властна над судьбами людей, пришло осознание всей важности и тяжести её нового статуса.

Карвин ободряюще улыбнулся друзьям, осторожно встал, чтобы не задеть бечёвку, приводящую в действие копьеметательный механизм, поднырнул под неё и пошёл к мельнице, лопасти которой медленно вращались, движимые лёгким ветерком.

Только сейчас, пройдя половину пути, юноша понял, что едва уловимое движение воздуха вряд ли сдвинуло бы с места такую большую конструкцию, и остановился, чтобы проверить здание на наличие магии.

В это же мгновение кот, оставшийся с его друзьями, издал дикий крик и рванулся из рук Лайлиронды, царапая её колени, шипя и с ужасом глядя вглубь леса.

Короткий рык, свист и Карвин едва успел упасть на землю. Очередное копьё просвистело над ним и с громким хрустом вонзилось в бок огромного, покрытого чёрной, сбившейся шерстью зверя. Хищник был повержен в прыжке и упал в паре метров от того места, где скрывались путники.

— Бежим! — крикнул Антуан, услышав ещё один рык из зарослей и, схватив Лайли за руку, бросился к Карвину.

Они смели на своём пути бечёвку, и в заросли посыпался град копий. Судя по вою и рыку, доносящимся из леса, некоторые из них достигли цели. Но Антуан, Лайлиронда и Никелла уже лежали на земле, прикрывая головы руками и крича в три голоса.

Дверь мельницы отворилась, оглашая окрестности зловещим скрипом, которого в прошлый раз Карвин не заметил, и на низкое крыльцо вышел всё тот же коренастый мужичок.

— А ну тора барони ярту? — вопросил он, удивлённо глядя на валяющихся на земле гостей.

— Точно язык древних, — простонала Никелла, переворачиваясь на спину и устремляя взгляд в небо.

Карвин и Антуан воспользовались магией, чтобы воскресить в памяти выученный язык и перестроиться на древнюю речь.

— И кто вы такие будете? — повторил вопрос местный житель. — Зачем мою охрану тревожите, зверьё окрестное пугаете?

— Мы пришли издалека, заблудились и ищем крова, — ответил Карвин, вставая и отряхиваясь от белой пыли, устилающей поляну перед мельницей.

— Не видал я давно в этих местах чужих, — задумчиво протянул мужчина, потирая бороду.

Как оказалось, она не была седой, и после того, как он её протёр рукой, сбивая мучную пыль, стала смоляно-чёрной.

— Приюти нас, добрый человек. Дай кров и защиту. Мы в долгу не останемся, — обратилась к нему с просьбой Никелла.

Мужичок взглянул на испачканную в земле и муке девушку, перевёл взгляд на заплаканную, испуганную, жмущуюся к ней Лайли и, кивнув своим мыслям, проговорил:

— Проходите, гости нежданные. В беде не оставлю. Но и богатого приёма не ждите.

Опасливо переглядываясь и озираясь по сторонам гости последовали за хозяином, который повернулся к ним спиной и медленно вошёл в дверь, оставив её открытой.

Это был своего рода жест доверия, или же мельник просто не считал, что пришельцы способны чем-то ему навредить.

— Уверен в себе, чужаков не боится, — прошептал Карвин.

— А нас надо бояться? — спросила Лайли. — И что это вы сейчас говорили? Почему я вас не понимаю?

— Потому что надо хорошо учиться и не сбегать от учителей, — ответил Антуан, потрепав девочку по макушке, отчего её и без того спутанные волосы растрепались ещё больше.

— А я вот возьму и сама научусь. Прямо сейчас! — обиженно ответила принцесса и пристально уставилась на кузена.

— Не смей лезть в мою голову, — нахмурился он.

— Поздно, я уже всё нашла, — улыбнулась девочка.

— Ну вы идёте? У меня дел полно, некогда расхолаживаться, — послышалось ворчание хозяина из недр здания мельницы.

— Я первый, — бросил Карвин и направился ко входу.

Войдя они очутились в большом помещении. В солнечных лучах, попадающих сюда через одно узкое оконце, клубились белые пылинки, и все поверхности были покрыты толстым слоем муки. Здесь было две двери: одна большая, двустворчатая и запертая на засов, вторая напротив маленькая и открытая настежь.

Чтобы войти в гостеприимно распахнутую дверцу Никелле, Карвину и Антуану пришлось пригнуться, и только Лайли прошла свободно, будто эта дверь была создана как раз для неё. За дверцей их ждал длинный узкий коридор, тоже не отличающийся высокими потолками. Идя по нему юноши то и дело пригибались, чтобы не задевать головами низкие потолочные балки.

Заканчивался коридор ещё одной дверью, у которой их ждал мельник.

— Изголодались, наверное, бродя по нашим лесам? — спросил он, пропуская гостей вперёд.

— Нет, мы только что поели, — беспечно ответила Лайли, с любопытством рассматривая заставленную маленькой мебелью уютную гостиную.

Здесь не было мучной пыли, но присмотревшись повнимательнее, можно было заметить, что почти вся мебель покрыта тонким слоем обычной.

— Редко ко мне гости захаживают, вот и пустует гостевая. Мне-то одному кухоньки да спальни хватает, — гостеприимно указывая на обтянутый кожей диванчик проговорил хозяин. — Устраивайтесь тут, а я сейчас проверю мельничный короб и вернусь.

Мужичок ушёл, напоследок улыбнувшись малышке Лайли и притворив за собой дверь.

— Слишком уж он радушный, — пробурчал Карвин, обходя гостиную и выглядывая в окна.

Подойдя ко второй, спрятавшейся за шкафом с какими-то бумагами двери, юноша попытался её открыть, но она оказалась заперта.

— Прекрати. Нас пригласили в дом, проявили гостеприимство и доверие, а ты ведёшь себя, как невоспитанный мужлан, — одёрнула его Никелла, присев на диванчик.

— Только мне одному кажется, что одинокая мельница, стоящая посреди густого, полного опасных зверей леса, выглядит как минимум подозрительно? — недовольно вопросил юноша.

— Да чего ж тут подозрительного-то? — донеслось от двери, через которую они сюда пришли. — Под землёй-то несподручно муку молоть, вот я и живу здесь. От зверья защита есть, кормлюсь, чем земля послала. Два раза в луну муку справляю вниз, да охотников на промысел провожаю, — проговорил мельник, войдя в гостиную.

— Вниз? — переспросил Антуан.

— Ну так в город, Возирену, — пояснил мужичок.

— Город под землёй? Как интересно! — воскликнула Лайли. — А посмотреть можно?

— А то не мне решать, — развёл руками мельник. — Если пожелаете, я отправлю послание, а там уже старейшины пусть решают, что с вами делать.

— Не нужно никаких посланий. Мы немного отдохнём, приведём себя в порядок и продолжим путь, — поспешно ответил Карвин.

— И куда же вы, такие молодые, да малые, — мужчина опять улыбнулся Лайли, которая не уступала ему в росте, но бесспорно была ещё ребёнком, — путь держите? Давненько в наши места не захаживали большие люди. Помню, в последний раз встречал высоких ещё в детстве. Но то были другие, бледные да беловолосые. И не такие приветливые, как вы.

— Доминаты, — кивнул Карвин. — И давно вы живёте под землёй? — спросил он, немного расслабившись и опустившись на диванчик рядом с королевой.

— Да кто ж этого не знает? Сколько времён уже минуло! — рассмеялся мельник.

— Мы не знаем. Мы же не местные, — улыбнулся Антуан. — Расскажите нам.

— Прям с самого начала? — спросил мужичок.

— Всё, что знаете и рассказывайте, — предложила Никки.

Хозяину мельницы, казалось, только этой просьбы и не хватало.

— Это я могу. Всегда рад, — ответил он, устроившись поудобнее в мягком, матерчатом, истёртом кресле.

Видно, мельник изголодался по общению и был рад поболтать.

— Так вот, — начал он, — вы наверняка знаете историю падения и погибели древних, но я начну с начала, чтобы было понятнее. В давние времена были наши земли велики и прекрасны. Правили ими маги, не знающие страхов и печалей. Но, случилось им прогневить природу и возомнить себя богами. Отправили они своих деток кровных в дальние места, чтобы убедиться, что они достойны принять власть над несокрушимым миром. Но прогадали правители — не вернулись детки. И ополчились тогда они друг против друга, затеяли войну магическую, погубившую все земли и народы. А потом и сами сгинули. Звали их Кар и Кара, жена его, Рон и жена его Ле. Но самым жестоким был Ант, вместе с женой Ран обрушивший на земли врагов злую магию — тумнаю… или туманию, кто как называет. Спаслись тогда только те, кто ушёл под землю. Ну или за моря, к незаселённым местам. Вы же оттуда? Так вот, поруганные и отравленные магией земли так и пустовали, поросли лесами и заселились зверями. А мы — маленькие люди, так и живём с тех пор под землёй. Старейшины передают эту историю из поколения в поколение и поговаривают, что мы тоже когда-то были большими людьми. Но я этому не верю. Бывает, конечно, рождаются долговязые, но им трудно в Возирене жить. Уходят наверх, и не возвращаются.

Рассказчик смолк, воцарилась полная тишина. Лишь тихие шорох и поскрипывание раздавались из-за стены.

— Заболтался я с вами, — всплеснул руками мельник, — а жернова-то впустую трутся! Надо крупу засыпать.

Мужичок опять убежал, а в гостиной по-прежнему царила тишина. Дверь, за которой он скрылся, едва слышно скрипнула, и в помещение вошёл белый кот. Он прошёлся по гостиной, вильнул хвостом и запрыгнул на колени Лайлиронды. Вытянул шею, принюхался и лизнул девочку в щёку.

Карвин схватил животное за загривок, встал и, подняв его на уровень своего лица, спросил, заглядывая коту в глаза:

— Чего ты от нас хочешь? Мы всё поняли и осознали. Наши родители совершили величайшую ошибку, возомнив, что они вправе создавать миры, пусть и маленькие, только для того, чтобы устроить испытание для нас. И что дальше?

Никелла вскочила, отобрала у юного лорда кота, прижала его к груди, погладила и прошептала:

— Прости его, он просто слишком растерян и напуган, чтобы справиться с собой. Помоги. Ведь ты посланник великой богини Альфии и не оставишь нас?

— Я не напуган, — прорычал Карвин. — Я зол.

— Замолчи, — шикнула на него королева.

Кот моргнул, сощурился от удовольствия, ведь Никки продолжала его гладить, и, извернувшись, выскользнул из её рук. После чего опять подошёл к Лайлиронде и взобрался на её колени.

— Да это обычный домашний кот, чего вы от него ждёте? — усмехнулся Антуан. — Если этот мужичок рассказал нам правду, то мы сейчас в далёком будущем и сможем вернуться, только с помощью местных магов.

— Пойдёмте, осмотримся, — неожиданно предложила Лайли. — Мне кажется, киса хочет что-то нам показать.

— Нужно вернуться во дворец и ещё раз всё обыскать, — проговорил Карвин. — Там должны остаться хоть какие-то записи.

— Какие записи, если даже каменные стены рассыпаются от времени, — всплеснула руками Никелла.

— Ну должен же быть какой-то способ вернуться! А если нет, то мы его придумаем, — взволнованно произнёс принц.

— А я пойду с кисой! — прокричала Лайлиронда, чтобы привлечь внимание спорщиков.

— Подожди, малышка. Не мешай, — отмахнулся от неё Антуан.

— Постойте, — тихо проговорила королева. — Ведь мы попали сюда, ведомые Лайли. Может и обратный путь она сможет найти?

— Замечательно! Давайте доверим свои жизни ребёнку. И посмотрим, куда она нас ещё заведёт, — раздражаясь всё больше воскликнул Карвин.

— Вы стали какие-то злые, — пожаловалась девочка, но на неё никто не обратил внимания.

И только белый кот урчал, ластясь и довольно щурясь. Когда кот спрыгнул с коленей принцессы и медленно пошёл к двери, никто даже не взглянул на него, как и на Лайли, последовавшую за ним.

— Ты же мне поможешь? — доверчиво спросила девочка кота, идя за ним по коридору.

Она не поняла, показалось ей это или было правдой, но принцесса услышала раскатистое, урчащее «доверься мне» и уверенно пошла дальше, не обращая внимания на всё больше разрастающуюся ссору между друзьями. По мере удаления от комнаты, где она их оставила, Лайлиронда всё хуже разбирала речь друзей, но продолжала идти за котом. Она вышла из здания и пошла за животным к лесу. Легко преодолела ловушки и последовала за пушистым проводником, без труда пробираясь через густые заросли травы.

* * *

— Кто этот коротышка и почему дети идут за ним? — напряжённо спросила Раниярса, неотрывно глядя на магическое зеркало.

— Почему их больше не видно⁈ — воскликнула Лайли, когда дети вошли в дверь.

Зеркало показывало всё ту же мельницу, но только снаружи, не желая показывать детей, вошедших в неё.

— Я делаю, что могу, — беспомощно произнёс Рондай. — Выход из зазеркалья будет прямо перед дворцовыми воротами. Но я не знаю, как их туда привести. И это только выход, вход мне кто-то не даёт пробить.

— Значит, остаётся только надеяться на то, что дети сами додумаются вернуться, — подвёл итог Карай.

— Ненавижу тебя, — тихо проговорила Кари. — Всех вас ненавижу.

— Моя малышка! — вскочила Лелиан, сверля взглядом зеркало. — Альфия ведёт её!

— А где остальные? — напряжённо вопросила Рани.

Императрице Наминайской империи сейчас было тяжелее, чем её подругам по несчастью. Анторин отбыл в Наминай в связи с неожиданным визитом регента Даринайских островов, прибывшего на переговоры. И Раниярса осталась без поддержки мужа, в одиночку переживая за их сына.

— Они пойдут за Лайли, вот увидишь, — попыталась утешить её Лелиан.

* * *

— А где ваша маленькая спутница? — вторгся в спор королевы и юношей хозяин мельницы, вернувшийся в гостиную.

И только теперь, отвлекшись от дискуссии, они заметили, что Лайли ушла.

— Нет! Только не это! — воскликнул Антуан и бросился к выходу.

Но дорогу ему преградил хозяин дома.

— Не спешите. Я не могу отпустить вас вот так, без помощи и защиты, — проговорил мужчина.

— Отойди, — угрожающе произнёс Карвин, формируя на ладони огненный шар.

— Да неужто меня этим испугать? — улыбнулся мельник. — Я вам добра желаю. Сгинете вы в наших лесах. И девочка ваша, если в лес ушла, пропадёт.

Хозяин лишь взмахнул рукой, и огненный шар в ладони юного лорда истаял, словно угасающая свеча.

— Магии я не обучен, но могу её растворять, как и каждый житель Возирены. Вот такой нам дар от предков достался, — криво ухмыльнулся мельник, от чего его борода дёрнулась, распыляя мельчайшие частички муки.

— Прошу вас, отпустите нас, — взмолилась Никелла. — Вы не понимаете, мы и есть те самые дети правителей, которых они отправили на испытание много веков назад.

— Врёшь! — воскликнул мужичок, подумав немного. — Не может того быть.

— Их настоящие имена Карай, Саминкара, Анторин, Лелиан, Рондай и Раниярса, — проговорила Никки, подойдя к мельнику и присев на корточки, чтобы заглянуть ему в глаза. — Я не лгу.

— А ведь и правда, есть у нас поверье, что если встретишь путников из больших людей, помогай им и будет тебе благодать, — задумчиво пробурчал мужчина в бороду. — Не хочу я, чтобы вас зверьё задрало. Да и землю гневить не хочу. Пошли, что ли, проведу по лесу.

Друзья ринулись к двери, но мельник остановил их, сложив руки на груди.

— Негоже так идти. Надо бы вооружиться, — заявил он и поспешил к той двери, что была заперта до этого, махнув рукой: — Идите за мной.

Карвин и Никелла неохотно последовали за ним, но Антуан сильно переживал за сестрёнку и тихо прошмыгнул в другую дверь, в надежде догнать Лайлиронду.

Принц выбежал на поляну перед мельницей, осмотрелся и, не найдя кузину, начал громко звать её. От первого крика взметнулись птицы, притаившиеся в кронах деревьев, второй заставил разбежаться мелких лесных обитателей, огласив лес шорохом и писком. Третий возглас привёл в действие одну из ловушек, и буквально в паре метров от Антуана пролетело копьё. Ловушка, конечно же, сработала не от крика. Её потревожил зверь, пришедший на звуки человеческого голоса. Принц понял это и замолчал, но осознание посетило его слишком поздно. Лес уже был взбудоражен и Лайли, которая отошла совсем недалеко и слышала голос брата, оказалась в самом центре того участка, в который устремились звери, манимые надеждой поживиться громкоголосым путником.

* * *

— Вот же чудливый червь! — воскликнул мельник, услышав крики Антуана и поняв, что принц не последовал за ним.

Никелла и Карвин тоже только теперь заметили, что друга нет рядом.

— Скорее, хватайте оружие и за ним! — велел мужчина, указав на сваленые на полу в маленькой комнатке топоры и копья.

Карвин схватил топор, подал королеве тонкое лёгкое копьё и они побежали за семенящим впереди мельником.

Выбравшись из здания мельницы, воинственная команда с осуждение уставилась на Антуана.

— И чего же ты так орёшь? — покачал головой мужичок. — Всё зверьё созвал. А там маленькая девочка. Глупый червь!

Принц непонимающе уставился на друзей, но уже в следующее мгновение получил топор, прихваченный про запас мельником и послушно последовал за ним к лесу вместе с друзьями.

— Так-так, и где же у нас тут следы? — ворчал мужичок, идя по поляне вдоль зарослей.

— Здесь, — позвал его Карвин. — Вот следы кота и рядом след Лайли.

— Что ещё за котя? У нас есть только кытарии — большие, злобные и несъедобные твари, — ответил мельник, но к юноше подошёл. — Так это следы кытарёнка, значит рядом мамка. А они ещё злее, — добавил он, взглянув на кошачий след.

— Этот кот добрый и Лайли идёт за ним, — заверил его Карвин.

— Ну тогда пошли. И не шумите больше, мало нам и так зверья, — проворчал местный житель и все последовали за ним. Ведь он больше знал об этих лесах и ориентировался в них намного лучше.

— Вот сожрут меня ваши котя и останется мельница без присмотра. А за мукой только через пять ночей поднимутся. И останется Возирена без хлебов да каш, — бурчал мельник, безошибочно находя следы Лайлиронды и ведя спутников за ней.

* * *

Лайли бесстрашно следовала за белым проводником, чувствуя, что он ведёт её к дому. Её безошибочное чутьё говорило о том, что приключение вот-вот закончится, она вновь встретится с мамой! Девочка шла за котом и беспрестанно шептала, обещая себе, что больше никогда не пойдёт за зовом приключений. Сейчас она не думала о том, что оставила друзей и осталась совсем одна. Ведь рядом был он — белый и такой мудрый проводник. Но, услышав крик кузена, встревоживший лес и спугнувший птиц, принцесса осознала, что без неё друзья не найдут пути назад. Она попыталась догнать и схватить кота, чтобы остановить его и позвать спутников, но животное неожиданно зашипело, ощерилось и выгнуло спину. Тихий шелест и шевеление травы впереди оповестило Лайли о приближении того, кого кот явно не желал встречать на своём пути. Девочка схватила белого пушистого друга и побежала обратно, к друзьям. Трава хлестала её по лицу и принцесса уже не знала, в правильном ли направлении она бежит. Кот продолжал шипеть и больно впивался когтями в её плечи. Принцесса плакала и прижимала его к груди всё сильнее, но продолжала бежать, слыша за спиной шелест травы и треск ломаемых лапами преследующего её зверя веток.

От усталости и страха у девочки дрожали ноги, на её пути встретился выступающий из земли узловатый корень и Лайли, споткнувшись о него, повалилась в траву. В то же мгновение над её головой просвистел топор. За спиной послышался грозный рык, переходящий в некое подобие скуления.

Хищник ретировался, окропляя траву кровью и унося вонзившийся в него топор мельника.

— Ух! Давненько я не охотился, — бодро проговорил мужчина, поглаживая бороду.

Антуан, Карвин и Никелла бросились к Лайлиронде, помогая ей встать, обнимая и целуя. Когда даже сдержанный Карвин одарил девочку поцелуем в щёку, она забыла обо всех невзгодах и смущённо покраснела… но не выпустила из объятий белого кота.

Кот же повис в её руках безвольной куклой, не в силах даже сопротивляться. Для него это поручение было самым тяжёлым и волнительным за многие века. И он намеревался потребовать от хозяйки всевозможных поощрений, может быть даже такую же исключительную и одарённую кошку…

Стойко принимая все выговоры и обещания наказаний, Лайли радостно обнимала брата, с трудом веря в своё спасение. Девочка уже не знала, стоит ли верить в то, что манящие её вперёд силы приведут к дому, но и спросить старших товарищей не решалась.

— И куда ты отправилась без нас? — вопросил Антуан, словно прочитав её мысли. — Мы же без тебя отсюда не выберемся.

— Меня он повёл, — пожаловалась принцесса, благополучно свалив всю вину на кота.

«Точно потребую кошку… и свадебный отпуск» — подумал кот, но внешне никак не отреагировал на заявление девочки.

— Так может он и дальше нас проведёт? — поинтересовалась Никки, поглядывая на белое животное.

«И свой дом, или лучше мир… кошачий» — дополнил список требований посланник богини.

— Вы уже решайте, куда пойдёте. У меня мельница без присмотра, — посетовал мельник.

— Так возвращайся на свою мельницу, — предложил Карвин.

— А вас зверьё погрызёт, и земля меня покарает, — проворчал мужичок. — Я ж не знаю, правду вы сказали про то, что дети предков, или нет. А то как правду, надо бы помочь. И у нас жизнь поправится.

Кот заворчал и, вывернувшись из объятий принцессы, лениво пошёл вперёд. Ему были даны чёткие указания: вести детей к спасению. Если же они не пойдут за рукой богини, то и ему — её посланнику, предстояло остаться в этой ветви грядущего, существование которой пока было под вопросом. Как бы ни сложилось дальше, но одно посланник решил для себя точно — он ещё не раз наведается во сны тех, кто посмел рискнуть создать образчик будущего, без дозволения и ведома его хозяйки. И эти сны будут далеки от благоденствия и доброты, которые исповедует Альфия.

— За ним, — бросила королева и первой последовала за котом.

— Какой у вас зверёк интересный. У нас таких нет, вымерли, наверное, — проговорил мельник, потеснив Никеллу, чтобы идти перед ней.

Кот поёжился, вздыбив шерсть, но пошёл дальше. Теперь он ещё больше убедился в том, что вывести именитых детей из этого мирка ему просто необходимо.

* * *

— И долго нам ещё за вашим котя идти? — спросил мельник, спустя час пути. — Мне ещё на мельницу возвращаться. А до ночи осталась восьмушка дня.

— Если он ведёт нас к развалинам, а судя по направлению, так и есть, то совсем немного, — ответил Карвин, всё ещё скептически относясь к тому, что их проводником является кот, но решив не спорить с остальными, потому что у него других предложений не было.

— Развалины? — остановился мужчина. — Это не те ли, в которых духи древних по ночам воют? Я туда не пойду!

— Никто там не воет. Только если ветер, — улыбнулась Никелла. — А древние, это наши родители, с которыми мы только несколько часов назад расстались.

— Тёмное дело говоришь, — покачал головой мельник, продолжая задерживать всех.

Кот остановился, сел на траву и жалобно мяукнул.

— Неужто, такой смелый и отважный воин, который смог защитить от зверя юную принцессу, напугался каких-то сказок про духов? — спросил Карвин.

Юноша представил себя на месте этого мужичка и понял, что он вёл бы себя точно так же. Но, он понял и то, что намёк на трусость возымеет над мельником действие. И это понимание уязвило юного лорда, потому что он увидел в местном жителе все те пороки, которыми страдал сам. Неверие, предрассудки, самоуверенность, не желание признавать правоту других — всё это делало Карвина сильнее, но в то же время и уязвимее.

— Да пошли уже, чего там, — проворчал мельник. — Время не ждёт.

И все вновь двинулись вперёд, от дворца их отделяло не больше пяти минут пути.

* * *

— Они идут! Уже почти пришли! — радостно известила Карику Лелиан. — Скорее, нужно встретить их у ворот!

Кари отложила бумаги, пообещала статс-секретарю, что уже скоро их подпишет сама королева и поспешила во двор, где уже собрались Карай, вернувшийся из Наминая Анторин, Раниярса и опередившая её на минуту Леля.

Родители нетерпеливо переминались с ноги на ногу, не решаясь нарушить молчаливое ожидание.

«Скорее сюда» — огорошил их всех ментальный зов Рондая, оставшегося в комнате обозрения, следить за возвращением детей.

Кари рванулась в сторону дворца, но Карай остановил её. Взял за руку и перенёс в комнату с заветным зеркалом с помощью тумана.

— Это вообще ни в какие рамки… — пробурчал Ронни, указывая на зеркало. — Путь открыт, но они не вернутся, пока ни почувствуют, что сделали всё, что должны.

* * *

Долгожданные дворцовые ворота предстали перед путниками в ореоле мерцающего портального поля. Никто из юных путешественников не сомневался, что войдя в светящуюся арку, они окажутся дома. И самым главным свидетельством этого были размытые, но узнаваемые фигуры родителей, ожидающих их по ту строну портала.

— Мы смогли! Мы выбрались! — воскликнула Никелла. — Спасибо вам! А ведь мы даже не знаем, как вас зовут, — обратилась она к мельнику.

— Даминой я, — смущённо представился он.

— Спасибо, тебе, Даминой, — искренне поблагодарил его Антуан, сжав руку мужичка.

— Там мама! — радостно закричала Лайли, но замерла, услышав дикий крик боли из леса.

— Помогите!!! — громко кричал кто-то, скрытый ветвями и травой.

Ещё один крик о помощи дал понять, что в беду попал не только мужчина, но и женщина. Когда же послышался плач ребёнка, мельник сорвался с места и скрылся в зарослях.

— Мы должны помочь, — прошептала Никелла.

— Даже не обсуждается, — коротко ответил Карвин, и, подняв топор, тоже побежал в лес.

Портальная арка содрогнулась и начала расплываться. Но это не остановило Антуана, он не мог уйти сейчас. Не мог оставить без внимания крики о помощи.

— Мы же потом всё равно вернёмся, да киса? — проговорила Лайли и, схватив большую ветку, побежала к лесу вместе с воинственно поднявшей копьё королевой.

«Вернёмся… надеюсь» — обиженно подумал кот: «Хоть бы меня пожалели, если родителей не жалко».

«А это уже твоё испытание. Они своё прошли» — прогремело в небесах. После чего маленькая, но весьма меткая, молния ударила в кончик хвоста белого посланника, и он тоже поспешил спасать неведомых крикунов, сломавших все его планы на кошачий рай.

КОНЕЦ.