Глава 46

В охотничий домик мы вернулись за полночь, но Мариша еще не спала или специально проснулась, чтобы нас встретить.

Санджа-то мы, несмотря на слишком заметный синяк под глазом, взяли с собой, чтобы был хоть один хранитель на три тела. А вот его невесте Шиятсахир велел остаться, потому что право смотреть на веселье тоже надо заслужить.

Вступаться за свою охранницу я не стала, так как тогда была на нее зла. Да я и сейчас все еще сердилась за ревность, за сплетни, за то, что подставила нас всех с дикарем.

Последнее, правда, была больше логично-разумная злость, потому что, если бы Мариша не упустила меч, оборотня ждали бы жестокие пытки. И как бы разум ни соглашался с их необходимостью, душой мне все равно было жаль несчастного.

Но самое страшное, что он мог выдать того, кто поручил ему убить меня… А если это действительно Сандж?!

У меня внутри не то что сердце ныло, у меня живот скручивало, стоило лишь на мгновение представить подобное. Вот только слишком уж правдоподобной была эта версия, чтобы вычеркнуть и позабыть.

Несмотря на усталость, я вся искрутилась на кровати, прежде чем погрузиться в забытье, слабо похожее на сон. Не мог Сандж меня предать! Или мог? Подруги и те предают…

Утром я еле встала и долго плескалась над тем самым чаном, которым хотели накрыть ворона. Удивительно, но воспоминания о поимке птицы сохранились только у меня.

Попытки поймать ворона еще смутно крутились у всех в памяти, и Джиотсана легко пересказала наш разговор у окна. Но о том, что именно тигр поймал птицу, все, к счастью, позабыли. И хорошо, потому что иначе по замку разбрелась бы новая порция сплетен от Мариши.

Я все это выяснила вчера, успев переговорить с Джиотсаной и тайком задав пару наводящих вопросов Санджу, пока Шият отвлекся на государственные дела.

Все понимали, что произошло нечто странное, но никто не помнил, что именно.

Вернувшись во дворец, я едва дождалась, пока Шиятсахир посчитает долг провожающего даму кавалера выполненным и покинет мои покои. Как только за ним захлопнулась дверь, я тут же устремилась в купальню. Дежурных фрейлин я оставила сидеть в спальне, сказав, что хочу побыть одна. И в состоянии сама помыть голову, отмыть тело и укутаться в полотенце.

Мне и правда было необходимо полежать в теплой воде, понежиться в ароматной пенке и не чувствовать при этом ничьих взглядов. Разгоряченное тело настойчиво требовало избавиться от пылающего внутри желания.

Но резкий грубоватый и уже знакомый мне мужской голос выдернул меня в реальность. Хорошо, что я почти целиком скрывалась под слоем белой и пушистой, как облака, пены, иначе сгорела бы от стыда. Наверное. Хотя гораздо более вероятно, что я от души отхлестала бы противного ворона полотенцем, а краснела и стыдилась уже потом, после изгнания наглой птицы!

Но я уже успела раздеться, залезть в воду, вылить туда бутылочку с ароматной густой жидкостью, закрыть глаза и представить своего дурного тигра, когда услышала:

– Мой господин готов с тобой встретиться сегодня вечером за воротами дворца.

– А с Шиятсахиром он тоже готов встретиться? – не скрывая злого сарказма, процедила я, откидываясь спиной на ступени купальни. – Его величество расстается со мной лишь на ночь! И если меня заметят в это время прогуливающейся по дворцу, могут возникнуть сложности.

– Сегодня вечером король будет сильно занят, у него запланирована охота на гораздо более опасного противника, чем олень. – Смешок ворона очень напоминал карканье. Смуглокожий, востроносый, с впалыми щеками и тонкими губами, оборотень не вызывал отторжения внешне, но его голос и, главное, манера общения раздражали!

– Можешь возвращаться к своим мечтам. – Еще один каркающий смешок, потом хлопанье крыльев, скрежет когтей по железу – и тишина…

Я выскочила из воды и побежала туда, где только что видела чужого фамильяра. В стене, прямо под потолком, была сделана труба, чтобы в купальне не было затхлого воздуха, и мерзкая птица пробралась ко мне, спряталась, дождалась, пока я разденусь…

От злости я была готова выщипать наглому ворону все перья! Но вместо этого вытерлась, вышла из купальни, с помощью фрейлин оделась для семейного обеда… и стойко продержалась весь оставшийся день, ни разу не задав Шиятсахиру наводящего вопроса о его планах на вечер. Улыбалась, кокетничала, позволяла целовать себя при всех и тайком.

Или наша свадьба слишком долго откладывалась, или влияние звезд становилось все сильнее, но Шият с трудом сдерживал желание завладеть мною. И это было слишком заметно, причем не только мне.

Вот только желающих возражать королю не было. Свекровь, после того как чуть не погибла от руки любящего сына, вообще предпочитала помалкивать. Джиотсана то косилась с сочувствием, то насмешливо улыбалась, наблюдая за нами. Девушку искренне веселило, что ее великий и могучий кузен потерял голову от женщины. Ну и, вероятно, она радовалась за Маришу, которой вот-вот достанется Сандж.

Мой тигр распустил волосы, чтобы спрятать за густой гривой медленно желтеющий синяк. Заодно серебристые пряди скрыли его мрачное лицо. Так что, надеюсь, никто, кроме меня, не замечал, насколько сильно ему не нравится слишком вольное обращение короля со своей невестой. И к счастью, он тоже не пытался вмешиваться, даже не покашливал.

Я скоро стану самым искусным шпионом всех времен и народов, постоянно совершенствуя умение наблюдать за кем-то, не привлекая внимания того, кто наблюдает за мной!

А еще я отметила, что не только Сандж нервничает из-за поведения Шиятсахира. Был еще один человек, вернее, не совсем человек, которого напрягали наши переглядывания, объятия и уж тем более поцелуи.

Не очень понимаю, почему наш с королем флирт так беспокоил Виджаю, но, когда женщине казалось, что на нее никто не смотрит, она хмурилась и осуждающе кривила губы. Довольно странное поведение, заметив которое я стала внимательнее приглядываться к телохранительнице королевы.

А она наблюдала за мной. За нами.

Когда мы с Шиятом на пару часов удалились прогуляться по парку, внезапное появление Виджаи буквально спасло меня от очередной попытки короля взять побыстрее то, что уже и так скоро станет принадлежать ему. Никогда не мечтала о потере девственности на садовой лавочке!

Конечно, я не стала слишком уж откровенно демонстрировать свою радость при виде появившейся на тропинке охранницы, но на самом деле была готова броситься к ней на шею от счастья.

– Что ты здесь делаешь? – не слишком вежливо поинтересовался Шиятсахир у женщины, годящейся ему по возрасту в матери. Я лишь привычно подавила вздох, страдая от такого пренебрежительного обращения. Даже если она фамильяр, неужели так сложно проявить уважение?!

– Госпожа пожелала украсить комнату цветами, – с так раздражающим меня подобострастием принялась оправдываться Виджая.

И это вполне могло бы оказаться правдой. Вот только цветы, которые любит королева, росли в другой стороне сада. Но мы все дружно сделали вид, что забыли об этом.

А вечером, после ужина, Шият с грустью сообщил, что у него возникло одно очень неотложное дело и ему придется нас покинуть.

– Прошу меня простить, леди, но сегодня вам придется поскучать без меня.

– Что ж, придется проболтать до самой ночи с Джиотсаной. – Я сперва вздохнула, якобы пытаясь это скрыть, а потом чуть натянуто улыбнулась, как будто моя радость была не совсем искренняя. Хотя, даже если бы у меня не была запланирована встреча с другим магом, все равно я бы предпочла провести вечер с кем угодно, только не с Шиятсахиром. Его общество меня пугало все сильнее и сильнее. С таким напором основной моей целью станет сохранение невинности до свадьбы, а не попытки разобраться с заговорами, чтобы выбрать тот, к которому я готова присоединиться.