Глава 13 · Фейра

Постоянных собутыльников у моей сестры не было. Насколько мне известно, она находила их в самом заведении, откуда потом возвращалась с новыми знакомцами. Я ее ни о чем не расспрашивала и понятия не имела, когда это началось. Спрашивать Кассиана, знает ли он, я тоже не решалась. После войны они с Нестой едва перебросились парой фраз.

Зал «Волчьего логова» освещался довольно ярко. Музыка отчасти напоминала ту, что играла в других заведениях Велариса, но здесь она звучала излишне громко. Несту я заметила сразу же. Она сидела в компании трех мужчин за круглым столом в дальнем конце, где свет был не настолько ярок. Мне показалось, что ее сражение с правителем Сонного королевства не закончилось, а повисло призрачным ореолом за спиной.

Если Элайна крепла и набирала вес, Неста слабела и худела. Особенно это было заметно по лицу. Оно не утратило горделивого выражения, но вытянулось еще сильнее. Скулы заострились. Прическу Неста не поменяла: она по-прежнему заплетала волосы в косу и короной укладывала на макушке. Она не вылезала из серого платья. К счастью, ни платье, ни она сама не выглядели замызганными, хотя я не представляла, как она моется и стирает в своей трущобе. В равной степени я не понимала, почему моя сестра выбирает места вроде вонючей таверны, знававшей лучшие времена. Интересно, сколько веков назад это было?

«Королева без трона». Сюжет картины с таким названием мелькнул перед глазами.

Возможно, Неста почувствовала мое появление. Едва я закрыла дверь, ее серо-голубые глаза – такие же, как мои, – на мгновение отвлеклись от карт. На лице сестры не отразилось ничего, кроме легкой досады. По меркам заведения, ее фэйские спутники были изысканно одеты.

«Богатенькие шалопаи решили поразвлечься».

«Не лезь ко мне в голову со своими наблюдениями», – нахмурилась я, услышав голос Риза.

«Кстати, твоя сестрица обставит их в карты».

«Нечего нос совать!»

«Тебе это нравится».

Я плотно сжала губы, послала Ризу неприличный жест и подошла к столу сестры. Смех Риза пробивался сквозь мои магические щиты, напоминая раскаты звездного грома.

Неста вернулась к изучению веера карт в левой руке. Все в ее позе говорило о невероятной скуке. Зато ее спутники временно забыли об игре и уставились на меня. Стол, за которым они сидели, был исцарапан и покрыт пятнами эля. Меня удивили запотевшие стенки полупустых кружек с янтарной жидкостью. Наверное, хозяин таверны с помощью магии не давал элю нагреваться.

Напротив Несты сидел распутного вида фэец, лицо которого было не лишено обаяния. Его волосы напоминали золотую канитель. Он первым поклонился мне и положил карты на стол. Приятели последовали его примеру.

Только моя сестра с подчеркнутым безразличием пялилась в карты.

– Чем мы можем вам помочь, госпожа? – спросил другой фэец, худощавый и темноволосый.

Задав вопрос, он настороженно посмотрел на Несту. Она не подняла головы. Лишь поправила карту, выступавшую над ровной кромкой карточного веера.

Ничего удивительного.

Я приветливо улыбнулась ее спутникам:

– Прошу извинить меня за то, что помешала вашей игре, господа.

Меня так и подмывало добавить: «самцы». Похоже, третий спутник Несты это почувствовал и вопросительно поднял густые брови.

– Но мне необходимо переговорить с сестрой.

Троица поняла намек. Забыв про игру, они встали и взяли кружки.

– Пойдем дольем, – объявил золотоволосый.

Я дождалась, пока они отойдут к стойке – всем троим хватило ума не оглядываться, – и опустилась на скрипучий стул. Прежде на нем сидел темноволосый.

Неста медленно подняла голову.

Я откинулась на спинку, что не очень понравилось стулу:

– И с кем из них ты вернешься домой?

Неста сложила веер, положив карты рубашкой вверх:

– Пока не решила.

Слова были бесцветными, холодными, как и лицо.

Я ждала. Неста – тоже. Замерла, как зверь. Наверное, так умеет ждать смерть. Может, это и было ее силой? Ее проклятием, дарованным Котлом?

Правда, когда она сражалась против короля, я не видела ничего похожего на смерть. Только необузданную, жестокую силу. Но Косторез как-то шепнул мне об этом. И в ее глазах я порой видела холодный блеск смерти.

Не сегодня. Много месяцев назад. А сейчас… Мы ведь почти не встречались.

Прошла минута. Другая. Наше молчание нарушала лишь веселая мелодия, исполняемая четырьмя музыкантами в другом конце зала.

Я вполне могла ждать. Просидела бы здесь весь чертов вечер.

Неста тоже откинулась на спинку стула. Она никуда не торопилась.

«Бьюсь об заклад: твоя сестрица выиграет».

«Помолчи».

«Я мерзну».

«Иллирианскому малышу холодно».

Мрачный смешок, и связующая нить вновь затихла.

– Твой милый так и будет весь вечер торчать на холодрыге?

Я оторопело моргнула. Неужели Неста улавливала наши мысленные разговоры?

– Кто тебе сказал, что он здесь?

– Это и так ясно, – фыркнула Неста. – Вы же хвостиком ходите друг за другом.

Я многое могла бы сказать в ответ, но воздержалась, спросив о другом:

– Элайна сегодня приглашала тебя на обед. Почему ты не пришла?

Улыбка Несты напоминала острый кинжал, медленно извлекаемый из ножен.

– Хотелось послушать музыкантов.

Я глянула в их сторону. Возможно, для такого задрипанного места они играли очень даже хорошо, но истинная причина, конечно же, не в них.

– Она хотела тебя видеть.

«И я тоже»

– Могла бы прийти сюда. Здесь бы и поели, – пожала плечами Неста.

– Ты же знаешь, Элайне тяжело в подобных местах.

Неста изогнула ухоженную бровь. Даже в нашей хижине, когда мы ели впроголодь, она всегда следила за бровями.

– В подобных местах? И что же это, по-твоему, за место?

Любопытные посетители уже поворачивались в нашу сторону. Я была их верховной правительницей. Меня никто не заставлял сюда приходить. Если я позволю себе оскорбительно высказаться о таверне и ее гостях, вряд ли потом стоит рассчитывать на поддержку простых горожан.

– Элайна очень устает от шумных мест. Громкая музыка плохо на нее действует.

– Прежде она была другой. – Неста качнула янтарный эль в кружке. – Она любила балы и гостей.

«Пока ты и твой двор не затащили нас в этот мир. Вы отняли у нее радость жизни». Эти слова Неста не произнесла вслух, но они висели в воздухе.

– Жаль, что ты так и не удосужилась побывать у нас. Ты бы увидела, как Элайна привыкает к новой жизни. Но балы и гости не имеют ничего общего с тавернами. Туда Элайна никогда не ходила.

Неста открыла рот, очевидно желая увести меня от первоначальной цели визита. И потому я ее опередила:

– Впрочем, речь не об Элайне.

Холодные глаза Несты полоснули по мне.

– Так, может, перестанешь ходить вокруг да около? Ты прервала нашу игру. Мне не терпится ее возобновить.

Мне хотелось смахнуть карты на пол, липкий от пролитого эля.

– Послезавтра – День зимнего солнцестояния.

Неста сидела не шелохнувшись. Я подалась вперед, положив на стол руки с переплетенными пальцами.

– Скажи, что́ побудило бы тебя прийти?

– Ради Элайны или ради тебя?

– Ради нас обеих.

Неста снова усмехнулась и оглядела зал. Посетители добросовестно старались не смотреть в нашу сторону. Я поняла, что Риз окружил стол магическим заслоном, не пропускавшим ни звука.

– Ты что же, подкупаешь меня? – насмешливо спросила Неста.

Я не дрогнула:

– Ищу доводы, которые ты сочтешь убедительными. Ищу способ показать тебе, что визит к нам – не пустая трата твоего времени.

Ногтем указательного пальца Неста толкнула стопку карт, и они разлетелись по столу.

– Это даже не наш праздник. У нас нет праздников.

– А ты попробуй войти в праздничную колею. Возможно, тебе понравится.

– Я уже говорила Элайне: у вас своя жизнь, у меня – своя.

Я вновь обвела глазами зал таверны, мысленно спрашивая Несту: «Ты это называешь своей жизнью?» Вслух задала другой вопрос:

– Почему ты так упорно держишься от нас на расстоянии?

– А почему я должна быть частью вашего веселого гнездышка? – спросила Неста, покачиваясь на расшатанном стуле.

– Ты – моя сестра.

И опять пустой, холодный взгляд.

Я ждала.

– Я не приду на ваше торжество.

Если Элайне не удалось ее уговорить, мне тем более не удастся. Как я не поняла этого раньше? Сидела бы сейчас в тепле и не тратила время понапрасну.

Я сделала последнюю попытку. Не для себя. Для Элайны.

– Отец бы сказал тебе…

– Не приплетай сюда отца!

Магический заслон удерживал только звуки. Все видели, как Неста оскалила зубы. Ее пальцы согнулись, словно выпуская когти. Равнодушие сменилось безудержным гневом.

– Уходи, – потребовала она.

Зрелище. Если я не уйду, дело и впрямь завершится отвратительным зрелищем.

Я встала, пряча трясущиеся руки.

– Приходи… пожалуйста, – сказала я и двинулась к двери.

Путь к выходу показался мне вдвое длиннее. На нас смотрел весь зал.

– Плата за мое жилье, – вдруг сказала Неста.

Я остановилась:

– А что с платой?

Неста отхлебнула из кружки.

– Ее нужно внести на следующей неделе. Напоминаю, если забыла.

Это не было язвительной шуткой. Сестра говорила вполне серьезно.

– Приходи на праздник, и я позабочусь о деньгах.

Неста открыла рот, но я быстро повернулась и пошла к выходу, выдерживая каждый любопытный взор.

Я чувствовала, как Неста прожигает мне взглядом спину. И взгляд ее провожал меня до самой двери. И потом, когда мы летели домой.