Глава 19. Знакомство с родителями

Когда я вернулась в комнату, Кара встретила меня вопросом:

— Улетать прямо сейчас?

Голос у совы был недовольный, птица нахохлилась, как будто пыталась изобразить молчаливый упрёк. Вообще-то большой вопрос, кто из нас должен быть недоволен.

— А что тебя не устраивает? — я насмешливо прищурилась. — Полетишь к своему любимому создателю, посидишь у него три дня. Только сначала скажи-ка мне, что это было. Почему ты намеренно ввела меня в заблуждение, когда говорила о создании мира? Наш контракт запрещает такие вещи.

— Я действовала в твоих интересах, — обиженно проворчала Кара. — Чем тебя не устроил Грайн? По-моему, он — хороший учитель. И заметь, провозился с тобой и твоим миром всю ночь просто так. Ты даже его не поблагодарила, хотя стоило бы.

Вот в этом она права. Грайна действительно есть за что благодарить. Только отчитываться хитрой сове и оправдываться перед ней я не собираюсь.

— То есть ты всё время подслушивала, — отметила я. — Кара, чего ты добиваешься?

— Грайн сильно тобой заинтересовался, — она склонила голову набок. — Неужели он тебе совсем не нравится? По-моему, ты ночью тоже смотрела на него с интересом.

Вот сводня крылатая! И не поспоришь, Грайн действительно показался мне привлекательным. Но есть одна деталь: я не собираюсь замуж, тем более за того, кому нужен брак по расчёту.

— Ну какой у него сейчас расчёт? — Кара закатила глаза. — Ему нужно было стать сильнее, чтобы решить проблему с Норамом. Грайн, кстати, и не скрывал этого от Ири. А вообще его устраивала пятая ступень.

— Ты ещё и мысли читаешь? — я нахмурилась. — Я тебе не отвечала.

— Читаю исключительно в твоих интересах. Контракт этого не запрещает, — заявила сова.

— Я запрещаю, — возмущённо рыкнула я. — А контракт мы дополним. Хватит лезть не в свои дела. Ты не можешь оценить, что будет лучше для человека, тьфу ты, демиурга, потому что ты — не демиург. И не человек. Вот, например, тебе захотелось свести меня с твоим любимым создателем. А ты подумала, насколько нам это нужно? Говоришь, Грайн смотрит на меня с интересом? Мы с ним всю ночь были наедине, и он никак этот интерес не проявил.

— Ты же несколько раз повторила, что он тебе не нужен, — напомнила она. — Что ты хотела? Грайн не станет навязываться, у него не тот характер. Зато оцени, как он закрыл тебя собой, когда ты устроила землетрясение.

— Я оценила, — сдержанно ответила я. — И что ты предлагаешь? Повиснуть у Грайна на шее и сделать ему брачное предложение?

— Я могла бы сказать Грайну, что он кажется тебе привлекательным, — заявила сова. — А предложение он тебе и сам сделает.

— Запрещаю, — отрезала я, представив её беседу с демиургом. — Даже если ты считаешь, что это в моих интересах, все равно запрещаю обсуждать с кем-либо моё отношение к Грайну. Мало ли кто может показаться мне привлекательным. Ты за каждого будешь пытаться выдать меня замуж?

— Он тебя всю ночь учил, сидит с твоими олепятами, ничего не требует взамен, — в голосе Кары слышался упрёк. — А ты даже не хочешь дать ему шанс.

— Уймись, — отмахнулась я. — И лети к Грайну.

Портал открыть не успела: перед совой появилось синеватое свечение, и она, не расправляя крыльев, шагнула туда. Надо же, оказывается, фамильяр способен создавать порталы. А Кара реально на меня обиделась, если не попрощалась. Придётся всерьёз поговорить с ней и попросить не лезть в мою личную жизнь.

Утро выдалось суматошным. Сначала я учила Ири пользоваться электроприборами и мобильником, потом пришли уборщицы, и я засела читать отчёт главного бухгалтера. Пока в расчётах все было в порядке. Главное, чтобы Ири поскорее включилась в работу и была в состоянии контролировать все вокруг без меня. Еду в ресторане я заказала. О приезде гостей и явлении в дом моего бывшего мужа даже думать не хотелось, но вариантов помешать этому я не видела.

Среди дня, когда уборщицы уже ушли, из портала посреди кухни вышел Верегард и сходу потребовал немедленно повлиять на Грайна.

— И что случилось? — скептически поинтересовалась я, радуясь, что в доме нет ненужных свидетелей. Ири не в счёт, она в курсе дела, да и не видит незваного гостя — засела в комнате и изучает возможности мобильника. — Зачем ты сюда явился? Вы же вроде конспирируетесь, а сейчас тебя мог увидеть кто угодно.

— Я прекрасно знаю, что здесь нет никого, кроме тебя и Ири, — раздражённо ответил он. — Грайна где-то носило всю ночь. На вопрос, где был, не отвечает, напоминаю, что ты запретила покидать наш мир, — огрызается. Я не собираюсь сидеть там один с твоими олепятами, пока Грайн где-то ищет приключений. Или проводи с ним разъяснительную беседу, или отпускай нас обоих.

Я усмехнулась. Грайн по отношению к Верегарду вёл себя гораздо порядочнее. Помнится, даже предлагал отпустить его на все четыре стороны. И что-то мне подсказывает, что Грайн не побежал бы стучать на Верегарда, если бы тот смылся куда-то погулять.

— Он всю ночь был со мной, — сказала я.

Лицо Верегарда вытянулось. Да, прозвучало двусмысленно, но даже если бы мы с Грайном провели вместе романтическую ночь, это никак не касалось бы Верегарда. Впрочем, он так не думал и отреагировал моментально:

— Вы с ума сошли! Ты — невинная девица! Первая ночь должна была быть только с мужем!

— Тебе-то какая разница? — поинтересовалась я. — Почему тебя так волнует моя чистота и невинность? Неужели отказался бы, если бы я предложила провести со мной ночь?

Я с трудом сдержала смешок. Ну ладно, Ири была невинной девой, и теперь моя душа оказалась в её теле. Но я-то давно уже потеряла невинность, моей дочери девятнадцать лет. Поздновато заботиться о моей нравственности.

— Ири, это не шутки, — серьёзно заявил Верегард. — Если бы у Грайна были серьёзные намерения, он должен был сначала провести хотя бы символическую помолвку. Я бы так и поступил.

Не сомневаюсь, что кое-кому очень хочется получить четвертую ступень.

— И что теперь делать? — из чистого любопытства поинтересовалась я.

— Вообще-то у демиургов так не положено, — Верегард немного помялся. Подозреваю, что просто выделывался. — Но я мог бы взять тебя после Грайна. Только провести брачный ритуал лучше как можно скорее, пока твоё имя не покрыто позором. В общем, я бы принял тебя и опозоренную…

Ну что ж, всё, как я и подумала. Верегард замечательно вывернул всё так, что я должна с радостью кинуться ему на шею и благодарить своего «спасителя от позора».

— Ты не понял, — перебила я. — Мы всю ночь творили мир.

— Мир? То есть Грайн все же сделал тебе предложение и получил согласие? — нахмурился Верегард.

— Какое тебе дело, какие у меня отношения с Грайном? — оборвала я навязчивые вопросы. — Можешь успокоиться, он не бегал втихаря развлекаться. Тебя ведь это интересовало? Если хочешь, могу тебя отпустить из мира с олепятами, будешь свободно бродить по мирам, где тебе вздумается. Только с одним условием: если позову — придёшь. Мне ещё может понадобиться какая-нибудь помощь.

— Я не могу оставить тебя с Грайном и его совой, — решительно возразил Верегард. — Кстати, они с утра о чем-то болтают. Я бы посоветовал тебе наоборот отпустить Грайна, от него слишком много проблем. А Кара просто болтливое летучее бедствие.

Угу, все вокруг плохие, один Верегард — золотой и никаких проблем не создаёт. Но и никакой пользы от него пока не видно.

— Олепят тоже отпустить? — с иронией спросила я. — Пока что ими занимается Грайн.

— Ну так пусть ими и занимается, — раздражённо бросил он. — С какой стати вы вдвоём творите мир? Ты хоть знаешь, что это означает? Грайн, конечно, тебе не сказал, у него свои цели. Может, вы и дом там уже вместе поставили?

— Грайн мне сказал, — отрезала я, подозревая, что Верегард на его месте промолчал бы. — Ты узнал, что хотел? Все в порядке, Грайн проводил время со мной, тебя никто не бросал одного надолго. Теперь можешь уходить, сюда скоро прибудут гости.

Он покинул меня с вызывающе-недовольным видом. Грайн, пожалуй, прав: стоит отпустить Верегарда. Хотя судя по тому, что я сейчас услышала, сам он так просто не уйдёт, его можно будет только выгнать.

* * *

Вечер превратился для меня в одно большое испытание. Ири мило улыбалась моему бывшему мужу и жизнерадостно чирикала Васиным родителям, как она рада с ними познакомиться.

Семья, как я и ожидала, оказалась слишком простой. Гости представились как Оля и Гоша, разговаривали громко, бесцеремонно совали нос во все комнаты, восхищаясь отличным ремонтом. Оля оказалась продавщицей в сельском магазине, Гоша — автомехаником. Двое младших детей казались забитыми и в основном молчали. Обещанную кошечку извлекли из переноски и выпустили на паркет в гостиной. Я хмуро наблюдала, как она точит когти об антикварный сервант, и раз за разом повторяла как мантру: «Это уже не моё. Я создам себе целый мир — такой, какой захочу». Аутотренинг действовал не слишком хорошо. Я-то создам себе мир и, скорее всего, не один, а вот Алина останется тут. И вся эта бесцеремонная семейка наверняка постарается сесть ей на шею.

Я поглядывала на Алинку. Ну и как ей горластые и бестактные будущие родственники? Держит лицо, улыбается, но видно, что напряглась. То ли ещё будет! Может, хоть теперь до нее дойдёт, что различие у них с Васей в воспитании и менталитете не приведет ни к чему хорошему?

— У вас товар, у нас купец, — завела Оля.

Я вздохнула. Хорошо хоть, не прихватили с собой каких-нибудь сватов. Тоже мне, купца нашли! Ири непонимающе уставилась на гостью. Алинка тревожно покосилась на Ири.

— Ираида, можно буквально на пару минут? — я решительно встала и потянула её за рукав. — Извините, мы сейчас вернёмся.

Ири не сопротивлялись и дала себя увести прямо посреди сватовства. Никогда не понимала этих отголосков народных обрядов. Заявление в загсе лежит, невеста беременна, а тут — товар, купец. Я дотащила Ири до кухни и плотно закрыла дверь.

— Послушай, ты переигрываешь с гостеприимством, — сразу начала я. — Алинка видит твоё неадекватное поведение и скоро опять предложит отвезти тебя в больницу. Я не стала бы радоваться таким гостям и точно попросила бы убрать кошку, чтобы она не портила мебель. Ладно ещё Алинкин отец, он хотя бы ведёт себя, как в гостях. А скорее всего Валерий просто оторопел, когда увидел будущих родственничков. Но эти двое… Ты хоть понимаешь, что нельзя с ними сближаться?

— По-моему, вполне благополучная семья, — Ири передернула плечами. — Мало зарабатывают — это не недостаток. Я вижу, что они любят друг друга и своих детей, и к Алине хорошо относятся. Слушай, а насчёт товара они что имели в виду?

Я быстро объясняла Ири, что ещё она может услышать на этом сватовстве. Не удивлюсь, если в итоге Оля и Гоша напьются и начнут кричать «Горько!»

Я извлекла из бара две бутылки не самого лучшего вина. Если Ири притащит на стол дорогую выпивку, это будет для Алины очередным тревожным сигналом. Я бы поставила для гостей именно то, что сейчас достала.

У Ири, как обычно, всё, сказанное мной, тут же вылетело из головы. О кошке, которая теперь пыталась повиснуть на портьерах, она промолчала, зато все так же ослепительно улыбалась гостям.

— Ой, нет, мне не надо! — неожиданно отказалась от выпивки Оля. — И Гоша тоже совсем не пьёт.

Настораживают меня люди, которые совсем не пьют. Возможно эти убежденные трезвенники лечатся от какой-нибудь заразной дряни, или они просто запойные алкоголики и боятся сорваться. Хотя есть ещё третий вариант — сектанты.

— Как замечательно, — влезла я в разговор, стараясь выглядеть понаивнее. — Никогда не видела людей, которые совсем не пьют, даже по праздникам. Вы по каким-то убеждениям не употребляете спиртное?

— Я в завязке, — откровенно заявил Гоша, оправдывая мои худшие опасения. — Давно уже.

— Лет пять как не пьёт, — подтвердила Оля. — Я тогда сказала: или разводимся, или ты к рюмке больше не притрагиваешься. Думала не выдержит, а он до сих пор водку даже не нюхает, — в её голосе прозвучала гордость. — Говорит, семья дороже.

Мне хотелось схватиться за голову, но я продолжала улыбаться через силу. Генетика — великая вещь, и любовь Гоши к алкоголю вполне может передаться Васе или, что хуже, ребёнку, которого собралась рожать Алинка.

— А Оля беременная, — радостно подхватил Гоша. — Дети повырастали, из гнезда вот-вот все вылетят, вот мы и решили…

Решили, значит, плодить нищету и дальше. Это их личное дело, но моя интуиция подсказывает, что парочка уже рассчитывает на помощь новых родственников.

Я снова кинула взгляд на Алинку. Разум у неё, похоже, отключился, она спокойно реагирует на родителей своего непутевого жениха, но с тревогой косится на Ири, словно боится маминой реакции. В принципе, правильно боится, я бы обязательно высказала Алине всё, что думала об этой семье. К сожалению, моё мнение теперь в этом доме значения не имеет.

Я хмуро слушала, как Алинку и Ири активно зазывают в гости в село: там чистый воздух, свои две коровы, молоко-сметана-творог, рядом лес, есть где погулять.

— И свадьбу у нас сыграть можно, у нас родни много, — напористо продолжила Оля. — Стол большой есть, места хватит, я всего наготовлю, сестрички помогут…

Ах, в той глуши ещё и Олины сестры живут? Значит, в моем доме скоро захотят останавливаться ещё и они с мужьями, и их дети, которым нужно будет учиться на каких-нибудь курсах. А если прикинуть, сколько у них и их мужей может быть ещё родственников, то как раз половина села и наберётся.

— Хорошая идея, — радостно подхватила Ири. — Все эти большие свадьбы в ресторанах — это так дорого и скучно. Гораздо душевнее в своём доме…

Я перехватила обеспокоенный взгляд, который бросил в её сторону мой бывший муж. Алина уставилась на Ири с подозрением. Видимо, пытается понять, иронизирует мать или окончательно сошла с ума. Я с трудом подавила желание ещё раз вытащить Ири из комнаты и наорать на неё, как следует. Это будет выглядеть ещё более странно, потом выскажу Ири всё, что думаю об этой семейке и намечающейся свадьбе.

— Такой стол накроем — ни в каком ресторане такого не будет, — продолжала Оля. — Свадебный торт Дашка испечёт, она на заказ тортики делает лучше любого кондитера. А с остальным мы с сестричками разберёмся — и мясо будет, и закуски, и соленья, и…

Я поймала выразительный взгляд Ири, она показывала глазами куда-то влево. Там отчётливо синел маленький кружок портала. Ну и кто за нами наблюдает? Это может быть хоть Грайн, хоть Верегард, хоть Кара. Нужно им что-то или просто любопытствуют?

— Кара, — мысленно позвала я. — Слышишь меня? Отзовись.

— Что ты хотела? — ворчливо откликнулась сова.

Хорошо, что я могу общаться с ней мысленно. Сейчас это очень удобно.

— Кто из вас открыл в комнату портал? — спросила я.

— Мы с Грайном точно не открывали. Как раз сейчас выбирали олепенка, чтобы наделить его даром речи, — ответила Кара. — Может быть, Верегарду что-то понадобилось? Он сейчас в доме, могу у него спросить.

— Не надо, сама спрошу, — решила я. — Занимайтесь своими делами.

Последнее, что я увидела перед тем, как выйти из комнаты, была любимая кошечка Оли, запрыгнувшая на колени к хозяйке и тянущая морду к ближайшим тарелкам. В коридоре я несколько раз глубоко вздохнула. Пожалуй, полную версию застолья мне лучше не видеть, я и так на грани большого взрыва эмоций. К столу я, конечно, вернусь, но попозже.

Странное дело, портал ещё какое-то время оставался в комнате. На что там мог засмотреться Верегард? Может, просто любопытствует, как Ири устроилась на новом месте?

Я неторопливо пошла по коридору в свою комнату. Сейчас свяжусь оттуда с Верегардом. Пусть прекращает шпионить, меня это напрягает.

Однако до двери комнаты я дойти не успела. Знакомое свечение вырвалось из стены, круг резко увеличился в размерах, и из него ко мне шагнул тот, кого я меньше всего ожидала увидеть. В коридоре моего бывшего дома стоял любящий разрушения демиург Норам.