Глава 2. Секретораскрывательная

Наследник Клана Смерти вошел в таверну, когда время уже близилось к ночи: на улице царил непроглядный мрак, а мороз стал еще крепче, чем обычно. Кеннет оглядел зал, полный пьяными горожанами – народ в Приме жил богаче, чем в Эссаоре, но также пропивал каждый лишний медяк.

Его ждали. Лиам сидел в самом дальнем углу с кружкой эля. Уставший, злой и напряженный маг не горел желанием сейчас оставлять названную сестру в компании темного лорда, который точно попытается на него давить. Но друг сказал, что это важно, и капитан Триады пошел ему навстречу, как делал это всегда – у Делири было превосходное чутье, которому не было смысла не доверять, раз Нэт сказал, что необходимо встретиться, то лучше так и поступить.

Третий Меч Эсса стремительно пересек разделяющее его и Лиама расстояние и сел за стол, небрежно бросая на стол кинжал.

– Давай быстрее, нам бы желательно скорее вернуться домой.

– Как скажешь, – лорд Делири усмехнулся, отчего его лицо приобрело еще более жесткое выражение: шрам на щеке искривился, глаза блеснули в полумраке темного угла, где стоял столик. – Отец передал информацию по Стане, ты давно просил, но спецы отца только закончили с этим. Прошлое у нашей ведьмы внушительное. Три встречи с лордом Бетишем до случая в академии. Трижды Ведана оставляла его с носом: отцу доложили, что эта рыжая бестия играюче оперировала законами, издеваясь над Главным Дознавателем Эсса. В четвертый раз Стана справилась сама – сыграла не на знании закона, а на эмоциях. Манипуляторша… Но даже не это самое интересное.

– А что?

– Наша Стана – невеста с богатым приданым. Земля, на которой стоит школа, где она училась, принадлежала ее родственнице – Бояне. Ведьма, о которой в определенных кругах ходят легенды, оставила завещание, согласно которому все оставляет Стане. Завещание было заверено, но пропало. Кроме того, от матери ей досталось двенадцать шахт сарийских кристаллов и счет в банке. Сначала этим добром распоряжалась Бояна, потом лорд Висиел – муж Лики, матери Станы, она вышла замуж в шестнадцать, а в семнадцать с ним развелась. Но больше кровных родственников у Станы не было, так что решили, что мужику можно доверить заботу о девочке. Девочку такой расклад не устроил – она его прибила. Хотя официальная версия – сердечный приступ.

– Даже если он ей не нравился, она скучала по тете… Разве мог пойти ребенок на убийство человека?

– Отец тоже над этим задумался. Потому стал копать. И накопал. Скорее всего, опекун Станы имел определенные виды на нее… Она, не будь дурой, все поняла, потому на очередных каникулах его аккуратно убрала. Ребенком к слову, она уже не была. К тому моменту она уже занимала главенствующее место в иерархии школы. Ее авторитет был абсолютным до последнего года обучения, когда весь круг резко перестал интересоваться жизнью школы. Девушки усиленно работали над чем-то, к тому же, постоянно торговали зельями, отправляя его в разные точки королевства через проверенных купцов. Стана копила деньги. И позже – в академии она тоже торговала своими разработками, а значит она не в курсе о своем наследстве. Даже учитывая, что ее нынешний опекун – Верховная Ядвига.

– Я все равно не понимаю, в чем важность этого разговора.

– В том, что много лет назад основное наследство Станы – те самые шахты с сарийскими кристаллами – в собственность ведьмы Лики передал лорд Шиассен, твой отец.

– Что? Просто взял и передал ей?

– Да, – Делири взял бокал Лиама и сделал несколько глотков эля. – Отец предполагает, что у Аруна Шиассен была длительная интрижка с этой ведьмой. Возможно, он даже собирался уйти от твоей матери к ней, но она забеременела.

– Допустим, – капитан Триады нахмурился еще сильнее, синие глаза потемнели от сдерживаемых эмоций – ярости и гнева. – Это дела давно минувших дней. Или ты предлагаешь мне оспорить право наследования Станы имуществом, которое некогда принадлежало моему отцу?

– Я предлагаю тебе задуматься над тем, почему Стана оказалась именно в нашей академии, – спокойно пояснил наследник Клана Смерти. – Аринский может сколько угодно думать, что это его блестяще сыгранная партия. Но подумай сам: как Стана, продуманная и логичная ведьма, которая всегда действует в своих интересах и интересах своего круга, вдруг додумалась до того, чтобы приворожить инквизитора? Как мужчина он ее на тот момент не интересовал, мы это оба понимаем. Тогда было что-то еще. Что? Спасение ведьминской школы? Будто жена министра образования не имела достаточного влияния, чтобы настоять на том, чтобы ее вотчину не трогали!

– И?

– И прибавь ко всему этому тот факт, что мой отец узнал о многочисленных попытках Станы узнать, кто является ее отцом…

Кеннет замолчал, позволяя другу сделать все выводы самостоятельно.

– Ты думаешь, Стана – моя сестра?

– Единокровная, – Делири кивнул. – Тогда получается, что Стана все-таки узнала, кто ее отец, достала информацию о всей его семье, включая тебя. Потом весь год ее круг работал над разработкой плана, согласно которому в конечном итоге ведьмы оказались у нас в академии – рядом с тобой.

– Интересная теория, – Шиассен вернул свой бокал и выпил остатки напитка, – В ней только один недочет. Непонятно, зачем Стана так стремилась со мной познакомиться. Бежала от одиночества или преследовала меркантильные цели?

– Я не знаю, но сейчас все складывается очень забавно. Родной отец взял ее под опеку. Ты можешь считать это случайностью, но я склонен думать, что это либо часть ее плана, либо знак богов!

– Если это часть коварного плана коварной Верховной, то какую конечную цель она преследует? Чего нам ждать дальше?

– Понятия не имею. Это слишком сложный план. Многоходовочка что надо… – честно признался третий меч Эсса. – Но, зная Стану, могу точно сказать, что цель не меньше мирового господства!

– Стана гений, с этим я не спорю. Но, по-моему, даже для нее все это – перебор. Хотя предположение о том, что она моя сестра, имеет смысл. Отец вел себя странно, когда она у нас гостила. Мама, конечно, была как всегда добра и гостеприимна. Но отец… Он действительно вел себя странно – говорил что-то о ошибках прошлого, которые имеют свойство преследовать до конца дней, о том, что я должен помнить, что они с мамой меня любят… Я еще тогда подумал, что он, должно быть, сильно перебрал…

Больше в этот вечер Кеннет и Лиам ни о чем не говорили. Делири упрямо рассуждал о коварном плане одной гениальной ведьмы, а Шиассен думал над тем, каково это – быть старшим братом…

***

Я потянулась до хруста и тут же встала с постели. Спала от силы часа три, но и этого пока достаточно – главное не вырубиться в самый ответственный момент. Вечером планировался праздник по случаю завершения игр, торжественное награждение победителей и вроде бы небольшой бал с приглашенными гостями. Представляю себе эту сцену: Триада в полном составе поднимается на пьедестал, парни гордо принимают медали, кубки или чего там нам за победу полагается, а я спакойненько так на этот самый пьедестал укладываюсь и начинаю громко, на весь зал храпеть…

Постояла у зеркала, глядя на себя и размышляя над тем, откуда в голове такие фантазии, и, так ничего и не поняв, начала одеваться, поглядывая при этом на подготовленное вчера Риан платье.

Наряд, благодаря минессе Идегри у меня был – темно-синее платье с открытыми плечами и руками, но высоким воротом, который превосходно скрывал мою маленькую тайну. Юбка была расшита разноразмерными камнями, похожими на звезды на полотне ночного неба. Невообразимой красоты платье, выглаженное вчера подопечной Виры, висело на манекене у зеркала и соблазняло на внеочередную примерку. Собственно, очередная примерка была всего одна – тоже вчера, уже после того, как Ведана проводила темного из дома Виры. Не знаю, зачем, но Риан попросила надеть и я надела.

Стук в дверь отвлек от мыслей об обычных женских радостях – нарядах, косметике и прическах. Тут же в комнату влетел мегаэнергичный смерч по имени Мара. Мари то есть, ага. Повелительница разумов схватила меня за руку и потащила в комнату Веданы, где стоял сундук, который вместил в себя Риан, Германа, Мару, Ведану и Налиту.

– Я открыла этот идиотский сундук! – радостно возвестила сестра, запихнув меня в сундук с расширенным пространством. – Двое суток не спала, но открыла! Там такой механизм хитрый был – ты себе не представляешь! Двенадцать уровней защиты! Двенадцать! Я думала, сдохну, прежде чем их все обойду! Да с такой секретностью там минимум Венок Всевластия лежать должен!

– Ты не смотрела, что внутри?

– Нет, – Мара покачала головой. – Так, народ, а вы долго вообще у меня гостить будете?

– Это так-то общая территория! – возмутилась Ведана, увлеченно переписывающаяся с тетей через чудо-блокнот. – Ты и так тут чаще всех бываешь, так что не выпендривайся.

– Это мой бункер! – заявила теперь уже черноволосая повелительница разумов. – Я тут не ради развлечения сижу!

Герман и Налита, сидящие на полу в куче игрушек мальчика, захихикали. Да, ссора двух ведьм – это та еще забава. Смешно обычно бывает, только когда ведьмы определяют спорный момент – там такие чудеса ругательств бывают! А после, когда объект ссоры поняли обе стороны, обычно происходит нечто особенное! И проклятия до седьмого колена, и изощренные мыслеустановки, и даже до чисто женской привычки хватать друг друга за волосы доходит…

– Так, закончили балаган. Риан, возьми, пожалуйста, детей, и проведайте Виру. Нам нужно поколдовать над этой шкатулкой, а это может быть опасно. Двенадцать уровней защиты на замке не исключают возможность наличия еще парочки сюрпризов внутри.

Риан улыбнулась, явно не поняв и половины, но без вопросов увела детей наверх – им мы выдали допуски, чтобы могли в любой момент здесь спрятаться.

– Эх, хорошо мы это придумали! – Ведана подошла к рабочему столу с чашкой чая в руках.

– Ты мне сейчас все записи намочишь! – возмутилась Мара, видимо, решившая сегодня с кем-нибудь поругаться. А если она что-то решила, то непременно так и будет…

– Если я сейчас в этих записях найду хоть что-то запрещенное, я тебя саму кипятком оболью, – предупредила я сестру и потянулась за ближайшим листком… Бумага вспыхнула! Вся и разом!

Ведана рассмеялась, наблюдая за тем, как я зло смотрю на ведьму, которую жизнь ничему не учит.

– Нет, там не все запрещенкой исписано было, – подняла она руки в жесте капитуляции. – Просто я точно не помню, что там писала.

– Я тебя убью, в Пекло, чтоб не мучилась!

– Есть предпосылки для моих мучений?

– Есть, – Веда хмыкнула. – Гореть на костре инквизиции, знаешь ли, особое удовольствие. Настолько особое, что заключается в крайней степени мучительности.

– А с твоей привычкой делать записи и забывать от них избавляться костер инквизиции – вопрос времени!

– Так, все, хватит мне мозг делать, сестры! – Мара-Мари закатила глаза и указала рукой на сундук, который так старательно создавала Бояна. Сейчас это произведение было местами подпалено, местами истыкано толстыми и длинными иглами… – Я тут, между прочим, невозможное сделала! Замок можно было открыть только с помощью капли крови владельца, но так как у нас ее не было, я спалила весь последний слой защиты, в Пекло! В остальном работа была проделана точно и практически ювелирно, так что я молодец и заслужила порцию шоколадного торта!

– Ты заслужила порцию скромности – своей-то явно отродясь не было!

– Фи, Ведочка, скромность для ведьмы – моветон! – менторским тоном высказалась нескромная Мари. – Так, все, хватит меня бесить. Я двое суток глаз не сомкнула, между прочим!

“Ведочка” покачала головой с видом “Ты невыносима, но мне лень сейчас спорить” и сделал глоток чая, с удовольствием вдыхая его аромат. Мне же уже было не до шуток. Подтянула находку ближе к себе и, накинув щит на себя и сестер, откинула крышку, и… Ничего не произошло!

– И что? Не взрыва, ни проклятия вечного целлюлита, ни даже паршивенькой силовой волны?!

– Мари, заткнись уже! Ты вроде как больше сорока часов на ногах, а ведешь себя, будто только проснулась и полна сил и энергии!

– Я новое зелье тестирую, – отмахнулась сестра. – Побочных эффектов вроде нет.

– Твой паршивый характер случайно не побочный эффект этого зелья?

– Мой паршивый характер – побочный эффект общения с тобой. Ты на меня плохо влияешь! – это Ведане, а мне: – Стана, что там?

– Труд всей жизни Бояны… – шепотом ответила я, чувствуя соленую влагу на губах.

– Правильно я понимаю, что в этой тетрадочке – куча заклятий и исследований на разные темы? – уточнила Веда. – То есть все-все, что изобрела твоя тетя?

– Нет, – я покачала головой, вчитываясь в ровные строчки незнакомого почерка, которые переплетались со знакомым Бояниным. – Тут все-все, что изобрела моя тетя. И моя мама. Все, над чем они работали вместе. В частности все записи об одном эксперименте, который нам с вами нужно скрыть любой ценой…

Я коротко рассказала сестрам о том, как Лиам появился на свет, опустив детали. Только суть. Только то, что им нужно знать, чтобы помочь мне в случае необходимости. Нет, я все еще доверяла сестрам. Абсолютно, безоговорочно и всеобъемлюще. Но говорить об этом почему-то было неприятно, потому я старалась поскорее разделаться с этой тайной и запихнуть ее куда-нибудь поглубже в своей памяти.

– Значит, Бояна и Лика вели записи об этом эксперименте, – хмуро проговорила Мара. – А перед смертью твоя тетя записала в ту же тетрадь все свои наработки.

– Да, – я кивнула. – И, учитывая, что это тетя вбивала в меня правило о записях, то она хотела, чтобы я это нашла.

– То есть хозяйкой шкатулки была ты, а значит – я могла не мучиться все это время, а открыть ее нормально, используя твою кровь? – грустно-грустно спросила Мара. – Вообще, мне интересно, откуда она могла знать, что ты когда-нибудь попадешь в дом Лиама и обо всем узнаешь?

– Я предполагала, что этот подарочек должен был найти именно он. Думала, в шкатулке будет письмо, в котором мама все ему расскажет и объяснит… Но никакого послания здесь нет. А раз так, то мне просто интересно, что бы все эти знания дали Лиаму?

– Его дочери, – Веда взяла в руки пухлую тетрадь с кожаной обложкой и закрыла глаза, используя свою силу, чтобы рассмотреть вероятности. – Существовал небольшой шанс, что эту тетрадь найдет его дочь.

– И когда все изменилось?

– Это странно, – вздохнула Веда. – Мне кажется, большая часть других вероятностей отпала, когда мы приворожили инквизиторов.

– О, какая это была партия… – мечтательно вздохнула повелительница разумов. – Игра на грани фола, мы шагали вдоль обрыва, готовые ухнуть в пропасть и…

– И больше не смей принимать это зелье, – прервала поток воспоминаний Мары я. – Значит, именно приворот стал поворотным моментом?

– Не совсем, – предсказательница покачала головой. – Взгляд.

Я покраснела под внимательными взглядами сестер. Основательно.

– Значит, это началось еще до приворота?

– Только не делайте вид, что удивлены! – прошипела ведьма, то есть я. – Мы несколько раз после этого полностью сливались разумами, так что не нужно смотреть на меня с таким осуждением!

– И что теперь? – голос Веданы сочился ядом. – Выйдешь за него замуж и нарожаешь кучу маленьких сероглазых инквизиторов?

– Надо будет – нарожаю! – рявкнула я. – И вас не спрошу, ясно?

– Ути, какие мы грозные, – умилилась Мара. – А что, собственно, не так с инквизитором, что тебя так корежит?

– Да, собственно, то, что он инквизитор! – устало ответила Веда. – Но это, конечно, не мое дело и…

Раздался грохот! Ритмичный! Сокрушительный!

Бум-бум-бум!

– Стана! – позвали снаружи голосом Лиама.

– Не переживайте, – хихикнула Мара. – Это у твоего братика приступ вежливости, он к нам в крышку сундука постучать решил. О, а представьте, что это гроб, а мы зомбики! Симпатичные такие умертвия! А Лиам некромант! Красиииивый, вежлииииивый некромант! Темный лорд, ага! Вообще, девчат, я решила, что тоже замуж выйду! За Лиама! Или за какого-то другого тёмного лорда. Ещё более темнолордистого?…

– Прикуй эту побочно-эффективную к чему-нибудь и смотри, чтобы она ничего не натворила, – тяжело вздохнула я. – Пойду с родственником потолкую.

Уже выбираясь из “бункера” Мары, услышала ее приглушенное “На стеллаже нейтрализатор, но меня сразу вырубит, как выпью, лучше лечь заранее!”

Кряхтя как древняя старуха, чтобы усовестить капитана Триады, я вылезла наружу и глянула на него с таким осуждением, что даже ведьме бы не по себе стало. Но Лиам был магом, а это та категория людей, которая в бесстыдстве может даже с ведьмами посоперничать, потому он только подал мне руку, помогая выкарабкаться из объятий измененного пространства.

– Доброе утро.

– Доброе, – я одернула ночную рубашку, пытаясь прикрыть колени, которые прикрываться совершенно не желали. – Что-то случилось?

– Да. У меня нет костюма для сегодняшнего праздника, я подумал, что ты поможешь мне его выбрать.

– Я что, похожа на модного критика?

– Прямо сейчас ты похожа на вредную девчонку. Я в детстве таких за косы дергал и обидные прозвища давал.

– Я поняла, ты был отвратительным ребенком, – улыбнулась и направилась в свою комнату, продолжая разговор на ходу. – Но все же я считаю, что разумнее попросить помощи в этом вопросе у Эрика, например. Или у Нэта. Они явно больше смыслят в мужских костюмах.

– У тебя были на сегодня какие-то планы?

– Сейчас я нужна Вире, Лиам. Ей сейчас тяжело и больно…

– С ней Реш, – напомнил Шиассен. – И она большая девочка, справится.

– Терять родителей трудно в любом возрасте, – возразила я. – И в два года, и в двадцать лет.

– А если я скажу, что у меня есть очень важная информация, которую я хочу тебе предоставить?

– Лиам, никакая информация не стоит того, чтобы оставить человека наедине с болью потери.

– Даже если это информация о твоей матери и тетке?

Я остановилась. В ушах громко зашумела кровь. Руки похолодели в один миг.

Узнал? Откуда? И почему так спокойно реагирует? Неужели, новость о том, что он плод эксперимента, так легко уложилась в его голове?

Я обернулась на брата и смерила его внимательным взглядом. Нет, не спокоен. Дыхание чаще обычного, взгляд напряженный, руки то сжимаются в кулаки, то судорожно разжимаются. Значит, действительно все узнал? А если не все? Насколько с ним сейчас можно быть откровенной?

– Даже если так, – была вынуждена ответить я. – Хорошо, еще пару часов Вира потерпит.

“Я ухожу, последите за Эльвирой, но помните, что Симавот очень зол на меня. Он, конечно, давал клятву, но сейчас она его не сдержит. Сначала отомстит, а потом будет думать. И следите внимательно за Налитой, Вед, я не уверена, что Темный действительно внял моим доводам. Верну ее в любом случае, но девочке и так не просто, не хочу подвергать ее лишним переживаниям. Справитесь?”

“Справлюсь, – уверенно ответила предсказательница. – Тебе нужно немного отдохнуть от всего этого. Надеюсь, когда все закончится, ты получишь кресло Верховной и сможешь позволить себе отпуск”.

“Дамиан обещал отпуск на море”, – зачем-то призналась я. возобновив движение в сторону своей комнаты.

“Прости за мои слова, – снова раздался в голове голос подруги минут через пять, когда я уже надела одно из повседневных платьев и зашнуровывала ботинки. – Если ты хочешь быть с ректором, то я буду одной из тех, кто с удовольствием станет нянчить ваших детей. Инквизитор он или Хранитель Пекла – вообще неважно, если сможет сделать тебя счастливой. А свадьба… Мы собирались менять уклад ведьм. Почему бы не начать с пункта про замужество?”

“И отношение к сыновьям менять нужно”.

“К мужчинам вообще, – возразила Веда. – С ними нужно начинать считаться. Я думаю, одна из основных причин, по которой мы сейчас в таком положении, – наше отношение к мужчинам. Нельзя их постоянно использовать. Сотрудничать гораздо эффективнее. Вынуждена признать, ты была права”.

“Триада?”

“В частности. Я наблюдала за происходящим в Приме, в Эссаоре… Раньше весь мой опыт заканчивался общением с тетей и учебой в школе, так что, да, я поспешила с выводами по многим вопросам”.

“Нам будет очень сложно, Веда. Раньше… Раньше мы были далеки от цели, мечтать о том, как изменим мир, было легко. А сейчас, когда мы в шаге от места в Совете… Я не уверена, что справлюсь”.

Я накинула плащ и вышла из комнаты в коридор, где меня ждал Лиам, который тут же открыл портал. Пара секунд и мы вышли из перехода. На территории Темной Империи!

– Не государство, а проходной двор, – хмыкнула я, восторженно озираясь по сторонам и, как и в прошлый раз, выхватывая образы представителей разных рас.

“Мы справимся. Осталось закончить с Турниром и отвезти Мару в Темную Империю. Кстати, неплохо было бы подготовить ей там место заранее. Договориться с Рахо?”

– Мне больше нравится одежда местного покроя. Тут и ткани богаче, и выбор больше. В одной лавке видел костюм с прорезями для крыльев, представляешь? А фраки для кентавров? А обувь для троллей? Если и делать покупки, то в Темной Империи! – ответил Лиам, хватая меня за руку и уводя в сторону центра. Телепортировал он нас на окраину, на пустую площадку, где в радиусе километра не было ни одного здания или дерева.

“Да. Я как раз на территории Темных сейчас. В столице, кажется. Пусть сообщит своим людям, что у них два часа, чтобы подготовить приемлемый вариант и найти здесь меня и Лиама”.

“Где ты?!”

“В Темной Империи. Ты знала, что порталы строить не только Нэт умеет, но и Лиам?”

“Эрик тоже. Их же герцог Смерть тренировал, так что неудивительно. Это, конечно, редкость для магов, но на то “Триада” и сильнейшая команда Эсса. Средний Солон, кстати, тоже строит порталы. Хотя и не больше двух в сутки. Сильный парень”.

“Ммм… Кое-кто положил на Артина глаз?”

“О, нет, спасибо. Я не питаю страсти к моральному мазохизму”.

“Моральный мазохизм?”

“Ну, знаешь, это о ситуациях, когда девушки влюбляются в “не тех” мужчин и потом мучаются. Либо потому что не могут с ними быть, либо потому что быть с ними – та еще пытка, либо по еще какой-нибудь причине. Вот он ей изменяет, а она терпит, потому что любит, дура. Или когда он женат и разводиться не собирается, а она как бы соглашается на роль любовницы, но годами ждет, что он ее полюбит и жену бросит. Или когда он – мужеложец, а она его любит и больше ни о ком думать не может…”

“Так, я сейчас не совсем поняла. Ты думаешь, что Артин – бабник? Или… мужеложец?!”

“Я думаю, что Артин сын человека, которого мы убили. А теперь представь ситуацию, где девушка влюбляется в сына своей жертвы… Представила? Вот! Моральный мазохизм, потому что он ей никогда взаимностью не ответит. А если ответит, то будет всю жизнь себя за это поедом есть. Оно мне надо?”

“Артин мне даже помог…” – неуверенно ответила на сей монолог я.

“Да. Если сравнивать с реакцией Сима, то Артин был более спокоен тогда. Но влюбляться в него все равно было бы глупо. Глупее было бы, собственно, влюбиться только в Симавота, который еще и мстить захочет скорее всего”.

“Да уж… Позови, как до Рахона доберешься. Мы с Лиамом до центра дотопали. Сейчас будем его одевать!”

“Да я как бы уже. Зырниец передает пламенный привет и просьбу в следующий раз дать ему на выполнение задания хотя бы сутки”.

“Он лучший. И работает только с лучшими, значит, успеют и будут успевать всегда в случае необходимости. Если это не так, то он мне не нужен”.

“Передам”.

На этом связь с сестрой оборвалась, и я осталась наедине с братом. Предстояло за пару часов узнать, как много он знает о моей тете и маме. И знает ли, что это и его тетя, и мама тоже?

Улицы Эртама продолжали радовать разнообразием, здесь все также играла музыка, а витрины лавок и магазинов пестрели самыми необычными товарами. Но настроение было другое – тревожное, злое и какое-то отчаянно пугливое. Да, я боялась, что Лиам все знает. Боялась, что с хрупкие доверительные отношения между нами разлетятся на тысячу осколков и ранят его. Не меня, потому что ведьмам не бывает больно. Мы не чувствуем, не дышим, мы… Чушь! Мне страшно, и я задыхаюсь от этого страха! Я хочу иметь в этом мире кого-то, с кем смогу быть собой – честной, слабой, расстроенной. Какой угодно. И чтобы меня принимали, какой угодно.

Наверное, я бы хотела на недельку перенестись в прошлое и исправить все, чтобы прожить эту неделю жизнью, которую у меня отняли, скрыв правду. Да, я бы хотела перенестись в детство, чтобы провести немного времени с братом. По-настоящему быть его младшей сестрой – той, кто может пожаловаться на кого-то, кто ее обидел. Той, кто будет вредничать и доносить родителям о проказах старшего. Той, что вышьет подарок на День Искр, потому что слишком маленькая, чтобы что-то купить. Я бы хотела играть с ним в снежки, кататься на коньках, как эти дети, что пронеслись мимо нас с громким хохотом и визгами. Я бы хотела, чтобы он научил меня плавать. Я бы хотела, чтобы он был рядом, когда мне разобьют сердце. Я бы хотела… Чтобы он просто знал все это.

– Ты плачешь?

– Из-за ветра, – я улыбнулась, приняла белоснежный платок у лорда Шиассена и взглянула на него, стараясь больше не пролить ни слезинки. Это было трудно, потому что Лиам тут же накинул щит против ветра, чтобы защитить меня от него. И мне вдруг подумалось, что мы могли бы постоянно гулять, как сегодня, ведь в семьях так принято. Наверное… – А где ты собираешься покупать костюм?

– Я уже заказал, – Лиам хитро улыбнулся, но глаза оставались серьезными. – Нам только нужно зайти к портному и забрать у него костюм. А пока предлагаю посидеть в одном потрясающем местечке!

– Так и знала, что ты мне нагло врешь, – со вздохом призналась я. —Надеюсь, ты сейчас не о “Золотой лозе”?

– Нет, конечно! Я бедный студент, откуда у меня деньги на такое пафосное место?! Мы пойдем в Дом Красной Розы!

– И что это?

– А ты как думаешь?

– Похоже на название борделя.

– Мда… Нет в тебе романтики, ведьма, – капитан Триады покачал головой. – Между прочим, Дом Красной Розы – гостиница, в которой шеф-поваром работает лучший повар Темной Империи. А ты говоришь “бордель”!

– Ну, правда, какое-то странное название, – смущенно пробормотала я. – К тому же, о моей любви к розам ты знаешь.

– О, да, Эрик рассказал, как ты отреагировала! Я долго смеялся.

– А зачем он это сделал, не рассказал? Я так и не поговорила с ним на тему глупых шуток, как-то не до того было.

– Тут все просто, – Лиам привел нас к огромному зданию этажей в десять и, взяв под руку, повел через любезно распахнутые каким-то франтом двери. – Он болеет за Кеннета.

– Что, прости?

– Ну, он хочет, чтобы ректор обломался, – пояснил Шиассен, проводя меня через холл к платформе с подъемным механизмом. – А тут такой шанс его подставить. Эрик не мог его упустить.

У нас забрали верхнюю одежду, проводили к свободному столику, и Лиам сделал заказ на двоих, даже не сверяясь с меню. Видимо, часто здесь бывал. Просто интересно – это у всех аристократов такое развлечение – по соседним государствам телепортами ходить, или мне просто на окружение сильно везет?!

Было очень интересно. Но когда подавальщица ушла передавать заказ на кухню “лучшему повару в Темной Империи”, спросила я иное:

– Причем здесь Нэт?

– Нэт здесь при том, что он давно в тебя влюблен. Я думал, ты догадалась уже. Умная же ведьма, а очевидных вещей не замечаешь.

– То есть Клятва Меча – это не продуманная акция, призванная усилить клан одной конкретной ведьмой?

– Нет. Вернее, он, конечно, думает, что сделал это ради клана, но я уверен, что это не так. Ты бы видела, как он на тебя смотрит… Надеюсь, в моей жизни когда-нибудь тоже появится женщина, на которую я буду смотреть таким взглядом.

– Появится, – я улыбнулась. – А если она не будет влюбленными глазками смотреть на тебя в ответ, я буду жестоко мстить.

– По-сестрински? – Лиам провокационно улыбнулся, и я кивнула, забыв обо всем на свете.

– Ну да, юридически я тебе почти сестра, так что имею право, – и новая улыбка, призванная сгладить ощущение, что я только что разболтала все секреты.

На брата она не подействовала, он моментально перестал играть в дурашливого юношу. И я вспомнила первое правило любой уважающей себя ведьмы – не пались, а за ним и второе – если спалилась, все отрицай! Отрицать, честно говоря, в нашей ситуации было бы глупо… Поэтому я тоже улыбаться перестала. Серьезная ведьма как-то больше доверия вызывает, а мне оно, доверие то есть, сейчас было необходимо, как воздух.

– Как давно ты знаешь?

– Со дня знакомства с твоим отцом, – я покачала головой, закусив нижнюю губу, чтобы не расплакаться. – Он узнал во мне маму, но ничего не сказал. А я узнала его по ауре.

– Почему по моей ничего не увидела?

– Амулет от Бояны, – кивком указала на жетончик на шее мага. – Он искажает твою ауру. Любая ведьма посчитает тебя более слабым, чем ты есть на самом деле, ну и сконцентрироваться на ней почти невозможно – взгляд проскальзывает сквозь слои. Причем мне казалось, что я видела ее в мельчайших подробностях, хотя ни разу не рассмотрела глубже внешнего слоя.

– А мама?

Самое сложное было впереди – пройтись по тонкому льду и не уйти под него.

– Твоя мама знает все, – я медленно выдохнула.– Она мне и рассказала, что Лика спала с Аруном.

– Значит, знала и все простила… – руки капитана сильнейшей команды на Королевском ТУрнире боевой магии сжались в кулаки. – А про наследство знала?

– Твоя мама рассказала, что лорд Шиассен отписал маме какой-то участок земли. Но я предполагаю, что его еще лорд Висиел продал. Да и не нужны мне эти земли.

– Даже если это земли, на которых расположены шахты с сарийскими кристаллами?

– Даже если это шахты с черными бриллиантами, Лиам, у меня нет никаких бумаг на них. Я юридически не имею за душой ничего.

– А завещание на земли, где стоит восьмая ведическая школа?

– Они тоже принадлежали моей матери?

– Бояне.

– Так я не единственная наследница, там сложная система. В общем, сейчас это земли Ядвиги, она их у невестки Бояны выкупила много лет назад. Я думала, они ей и принадлежали.

– Они принадлежали Бояне. И существует завещание, по которому она полностью оставляет все имущество своей ученице и воспитаннице, то есть тебе.

Нам принесли заказ, потому пришлось замолчать, чтобы лишние уши не усышали информацию, которой полагалось оставаться конфиденциальной.

“Веда, кто сейчас занимается добычей и продажей сарийских кристаллов в Эссе?”

“Ядвига. Вернее, официально ее муж. Но по сути именно она”.

“Давно?”

“Лет десять. Точно не знаю, но могу написать тете. А что?”

“Ничего особенного. Просто ты была права, когда сказала, что Верховную нужно убрать”.

“Я всегда права, пора привыкнуть”.

“А кто недавно признавал, что был не прав по поводу многих вещей из-за ограниченности своего жизненного опыта?!”

“Понятия не имею. Не помню такого. А если я чего-то не помню, значит, этого чего-то просто не было!”

– Спасибо за информацию, Лиам, – попробовала ложку странного супа-пюре и поморщилась от его сладости. – Фу, какая гадость!

– Луковый суп с ананасом, – Шиассен с наслаждением зачерпнул желтую жижу и съел ее. – Ммм… С добавлением корицы и сельдерея!

– Меня сейчас стошнит! – Я решительно отодвинула от себя тарелку с этаким деликатесом. – Откуда и как давно ты все это знаешь?

– А ты как думаешь?

– Ну, надеяться на то, что отец признался, было бы глупо, – я покачала головой. – И разговор ты почему-то решил завести именно сегодня. Под глазами у тебя темные круги, ты явно всю ночь не спал. И судя по общей опухлости лица, много пил. Пьешь ты обычно с Кеннетом и Эриком, значит, кто-то из них. При всем моем уважении к Танне, разведчик из него, как из меня балерина. Значит, информацию достал Нэт. Наверняка поднял для этого все связи отца, да?

– Да. Ты просто гениальный сыщик, ведьма.

– И что теперь?

– Будем мстить Кеннету за вмешательство в твое прошлое?

– Нет. Во-первых, его вмешательство оказалось полезным. Во-вторых, это было бы лицемерием с моей стороны.

– Это значит, что ты в его частную жизнь тоже нос совала?

– Не только в его, – честно призналась я. – Ведана собрала очень много информации на каждого из вас. И на драконов. И вообще на всех, кто меня окружает сейчас. Она знает все и обо всех.

– Когда пойду на службу к королю, обязательно завербую ее.

– Знаешь, что между нами общего?

– Кроме головокружительно-прекрасной внешности и немереного магического потенциала? – уточнил Лиам. – Я думаю, светлое будущее.

– И скромность, – я улыбнулась. Но я имела в виду, что мы будем делать теперь?

– Общаться, – Шиассен пожал плечами. – Попробуем стать одной семьей. И вернем тебе твое наследство.

– Зачем?

– Мне тебя еще замуж выдавать! – возмутился братец. – Думаешь, на тебя много желающих без приданого будет?

– Думаю, да.

– Глупость какая! Характер поганый, к тому же ведьма…

– Ты же сам сказал, что у меня головокружительная красота и светлое будущее!

– Верно. Но представь, сколько женихов будет, едва ты вернешь свое имущество!

– Так, ладно, сдаюсь, – я улыбнулась. – И с чего ты хочешь начать?

– Понятия не имею. У тебя есть идеи, где может быть завещание твоей матери и тетки?

Я потянулась за вином, чего делать не стоило, и сделала пару глотков белой жидкости. Потом еще глоточек, чтобы распробовать вкус, потом еще… И вспомнила свой последний полет к Верховной домой. Заново строящийся дом с легкой защитой. И сад, который был защищен лучше королевского дворца, а я знаю, о чем говорю – я во дворце была!

– Я думаю, мы с тобой наведаемся в гости к министру образования Эсса, когда закончим со всеми делами в Эртаме.

На этом разговоры о прошлом и будущем были временно закончены. Мы говорили обо всяких пустяках вроде любимого блюда или самом ярком воспоминании из детства, ели – Лиам свой обед, а я фрукты, ибо готовил “лучший повар в Темной Империи” преотвратно. Так продолжалось, пока в ресторан гостиницы не вошел мужчина в черном костюме и с кейсом в руках. Лорд Шиассен напрягся, угрожающе выпрямил спину и посмотрел на приближающегося гостя, как на таракана.

– На Деребе хорошая погода, – мужчина снял шляпу и продолжил смотреть исключительно на меня.

– На Брайтоне опять идут дожди, – я склонила голову на бок и улыбнулась человеку Рахо.

– Старшая Стана, – мужчина склонил голову в знак приветствия. – Должен признать, вы умеете ставить непосильные задачи своим людям.

– Представьтесь.

– Огим Снейт, госпожа ведьма, – еще один подобострастный кивок. – По просьбе своего старого друга выполнял ваше поручение.

“Ведана, а что мы знаем про Огима Снейта?”

– Выполнял или выполнил? – прищурилась госпожа ведьма. – Мне бы не хотелось разочароваться в способностях “своих” людей.

“Секунду. Узнаю у Верховной Мирославы”.

Огим довольно улыбнулся, взял стул возле соседнего столика и присел за наш. К Лиаму он повернулся спиной. Я промолчала. Не могла влезть в это. Если Шиассену нужно уважение теневых лордов, он должен настоять на этом сам. А другим в такие вещи вмешиваться не следует. И если с Рахо я могла пренебречь законами этого мира, то на чужой территории, где мне нужны свои люди для заботы над Марой, не могла устраивать показательных выступлений.

“Официально – ничего. Его не существует. Умер лет пятнадцать назад при задержании Имперским Бюро Расследований”.

Стул Снейта банально развернулся так, что теперь он сидел за столом ровно. Вот так – без скандалов, мордобоя и прочих лишних сейчас процедур мой братец решил проблему, чем вызвал ухмылку теневого лорда и мой полный уважения взгляд.

“А неофициально?”

– Я, разумеется, справился с поставленной задачей, – на стол лег кейс, из которого труп пятнадцатилетней давности достал толстую папку с документами. – Купчая на дом, временный паспорт и полная биография Марии Тентари с именами всех родственников и легендой о переезде из деревеньки с глупым названием «Вазочка» в Мельск, где местные власти с удовольствием примут еще одну ведьму.

“Неофициально – весь трафик наркотических зелий, все бордели и Гильдия наемников – под его пяткой. Крутое такое умертвие, в общем”.

– Действительно глупое название, – Лиам хмыкнул. – Просто интересно, когда ты успела сойтись с местными преступниками?

– Я дала задание Рахо, когда мы только перенеслись сюда, – пожала плечами и забрала документы, чтобы начать просматривать их. – Поставила ему задачу – найти человека, который добудет все необходимое в течение двух часов и найдет меня, чтобы обговорить все детали и выбрать подходящий вариант.

– Мельск – идеальный город, если нужно что-то спрятать. Власти туда не заглядывали уже непонятно сколько времени. Мэр – свой человек. Темная Стража тоже давно молчит и не рыпается. Место тихое, городок держит проверенный смотрящий. Я за него ручаюсь.

– Значит, можно обойтись без нового паспорта?

– Можно, – Снейт кивнул. – Но имейте в виду, что любая Ищейка со второго взгляда поймет, что документы подложные.

– Купчая – тоже фальшивка?

– Нет, только паспорт. Даже над легендой прямо сейчас работают мои люди. Уже поговорили с единственным оставшимся в живых родственником Мари – ее кузеном Десли. Он может рассказать тысячу историй из их детства.

– Хорошо. Сколько я вам должна?

– Речь пойдет не о деньгах, Старшая Стана....

Лиам понимающе хмыкнул, а я внимательно всмотрелась в лицо Снейта – серое и невыразительное, лицо, над которым он работал давно и старательно. Лицо убийцы, наркоторговца, вора и афериста. Нетрудно представить, насколько катастрофической будет его просьба. Ведь это логично, что за услугу он попросит именно услугу.

– Я не иду на сделки с совестью, – медленно, почти по слогам произнесла, чтобы до него уж точно дошел весь смысл моего ответа. – Так что или вы называете сумму в денежном эквиваленте, или катитесь ко всем хранителям Пекла.

– Вы уверены, что я попрошу что-то настолько мерзкое? – теневой лорд усмехнулся. – Я так понимаю, слава бежит впереди меня? Но не мне вам рассказывать, что репутация зачастую – полна лжи и тщательно продуманных легенд, о Справедливейшая.

– О чем он?

– О, Старшая Стана – новая героиня всех человеческих королевств. Заступница, спасительница слабых и посланница всех богов. А какая красивая у нее история любви… Вы себе не представляете!

– Про историю любви слышал. Якобы Герцог Смерть принес рабскую клятву, стоя на коленях перед ведьмой, за что его Его Величество казнить хотел, – Лиам улыбнулся и покачал головой. – Про ее неуязвимость и мощь я тоже в курсе – мы с ребятами сами способствовали развитию этих слухов. Убивать взглядом, воскрешать щелчком пальцев – ты все это умеешь. Но вот про Справедливейшую слышу впервые.

– Убийство знатного мужчины, который испортил ни одну жизнь, поломал десятки судеб юных девушек… Зверское, если честно. Даже я более милосерден со своими врагами…

– Следите за языком! – вспылил брат, за что на него угрожающе посмотрел Снейт. Я посмотрела на него в ответ. Не угрожающе, нет. Всего лишь задумчиво. А потом также задумчиво спросила:

– Огим, а с вас когда-нибудь сдирали кожу заживо?

– Вы, должно быть, удивитесь, но нет, – преступный авторитет довольно улыбнулся и вернулся к разговору. – Так вот! Эту новость растиражировали по всем человеческим королевствам и даже сюда, в Темную Империю, отголосок докатился уже к утру. Ведьмы теперь всем кажутся страшными врагами, но преданными друзьями. А личность Старшей Станы – неоднозначная раньше, теперь имеет яркий положительный характер.

– Ведана – мастер.

– Не сомневаюсь, – мужчина опустил ресницы, будто бы не решался смотреть мне в глаза и тем более спорить. Я громко фыркнула, давая понять – эта игра не имеет смысла, зритель неблагодарный и прозорливый. – Моя цена – ваша поддержка и положительная репутация, которую создаст мне ваша сестра.

– Вы меня разочаровываете, Огим, – склонив голову на бок, призналась ведьма. – Неужели, ваши люди не могут создать вам нужную репутацию? Если бы мы с сестрами имели достаточно влияния на территории Темных, вы бы здесь не сидели. Мы вполне справились бы в обход местных Теневых Лордов.

– Мои люди привыкли делать людей незаметными, а не наоборот, – пояснил свою позицию Снейт. – На данный момент у меня даже нет выхода на политическую арену. Разумеется, есть засланные люди, но я хочу стоять у руля самостоятельно. И мне нужна поддержка ведьм, которые сейчас готовы слушать каждое ваше слово, Старшая Стана. Ведьмы в Темной Империи на особом положении. Почти любая – или любовница Темного лорда, или его жена. А это влияние, которое мне нужно.

– Вода точит камень, а слово женщины создает поступки мужчины, – Лиам пробормотал что-то еще. – Стана, если все действительно так, как говорит он, то Снейт – лишнее звено в этой цепи. Ты можешь действовать через ведьм. И документы будут настоящие.

– Время, Лиам. Мне нужно увести Мару как можно скорее, пока Главный Дознаватель не догадался, где мы ее прячем.

– Время ценный ресурс, – согласился с моими выводами Огим. – Я не настаиваю на контракте, вашего Слова будет вполне достаточно.

Я закрыла глаза и стала усиленно думать. Согласиться – значит дать слово тому, кто намного умнее и хитрее. Хочу ли я подарить незнакомцу оружие против меня? Учитывая, что у меня нет против него никакого ответа…

– Рабская клятва, – подсказал брат. – Пусть принесет тебе клятву.

– Как Рахо… Да, пожалуй, это будет хороший выход. Лорд Снейт?

Огим смотрел на меня со смесью шока и дикой злости – так обычно раненный зверь смотрит на охотника, который загнал его в угол. Я спокойно отвечала на этот взгляд, размышляя над тем, что не все так радужно у моего нового знакомого. Если ты хочешь выйти на политическую арену – найдешь надежных и влиятельных друзей, которые тебя поддержат, а не полезешь к сопливой девчонке, репутацию которой раздули из маленькой искры до пожара, что горит ярко да погаснет быстро. И я четко видела – меня пытаются использовать. Речь шла не о сотрудничестве, которое будет выгодно и мне, и Теневому Лорду, а о чем-то другом. Это что-то, я уверена, было просто обязано принести мне огромные неприятности. Только информации слишком мало. Настолько мало, что не будь рядом Лиама, который вовремя вмешался, я бы согласилась, решив разобраться с последствиями, когда они наступят. Глупо. Недальновидно. Это могло стать огромной ошибкой, а я сейчас в шаге от места Верховной, и ошибок допускать не имею права.

– Пожалуй, я справлюсь без вашей помощи, – Огим забрал у меня документы, убрал все в свой кейс и попытался встать, чтобы уйти. Попытался, потому что отпускать я его была уже не намерена. Слишком много знает.

– Что вы делаете? – процедил сквозь зубы один из главных преступников Темной Империи. – У входа мои люди, стоит только их позвать и…

– И они сдохнут, – я пожала плечами. – Ваши люди с легкостью справятся с любым магом. Даже с моим спутником, возможно, совладают. Но они никогда не победят в бою ведьму.

– Ты же не думаешь, что я ни разу не имел дело с ведьмами, верно? – Снейт ухмыльнулся и наклонился ближе к столу, насколько позволяло удерживающее его на месте заклинание частичного стазиса. – Мои ребята и ведьму заживо закопать способны. Даже Старшую Круга, дорогая Стана.

– Дорогой Огим, – я накинула на наш стол иллюзию, полностью скрывая происходящее от любопытных глаз, перекинула косу за спину, расстегнула воротник, чтобы руну было хорошо видно, и улыбнулась. – Я бы не была столь смелой в своих угрозах, если бы являлась просто Старшей Круга. Ты ведь не думаешь, что я беспечна, верно? В любом случае ты не выйдешь из-за этого стола, пока я не услышу слова рабской клятвы.

– Прикуешь меня к этому стулу навечно?

– Наглядно покажу, что жестокой бываю не только с врагами, но и с несговорчивыми свидетелями.

Огим не выглядел напуганным, скорее разъяренным. И я понимала его. С одной стороны – перед ним сидела всего лишь девушка, молодая и на вид слабая, хилая даже. А с другой – он видел руну на моей шее, знал, на что способны Верховные, и понимал, что слухи обо мне правдивы хотя бы отчасти.

– Твоего друга убьют, – предупредил Снейт, делая очередную попытку освободиться. – Мои люди найдут всех, кто тебе дорог, и отомстят.

– Тебя это не оживит, – я вернула своей одежде приличный вид, перекинула косу обратно на плечо и прямо посмотрела на Теневого Лорда. – Либо ты произносишь клятву сейчас, соглашаясь полностью мне подчиняться, либо мы встаем и уходим, а ты остаешься за этим столом, а через пару минут упадешь замертво. Выбор за тобой.

– Я слишком много знаю? – Огим усмехнулся, прикрывая глаза. Непривычно находиться по ту сторону отношений “подонок-ненужный свидетель”.

– Очень тонкое оскорбление, – я отпила вина, стараясь унять дрожь в голосе. – Но я тебе его прощаю. Я вообще очень великодушна к тем, кто на одной стороне со мной. Пусть даже это сторона подонков. Твое решение?

– От меня будет требоваться полная неприкосновенность ведьм, защита вашей сестры и передача информации?

– Верно, – я кивнула и поставила бокал на стол. – И другие мелкие услуги. Ничего сверхъестественного.

– За это вы окажете мне содействие в занятии должности в Малом Совете?

– Ага. Любую посильную помощь. По сути, я предлагаю вам взаимовыгодное сотрудничество. Вы получаете то, чего от меня хотели, но я извлекаю из вашего назначения максимальную пользу. Что касается клятвы – то не более чем моя гарантия вашей верности.

– Только выбор не слишком богатый. Смерть или подчинение.

– Ну знаете… Иногда смерть – хороший альтернативный вариант, – я нервно улыбнулась, вспоминая слова Солона о том, как он издевался над служанками и собственными женами, пока они не начинали молить о смерти. Если бы Вира попала к нему, а не в Дом Благовоспитания – смогла бы она дать ему отпор? Или покончила бы с собой, чтобы не переживать моменты боли и унижения снова и снова? Нет, она бы смогла поступить, как я. – А, еще мы с вами совместными усилиями отловим и пересажаем всех насильников – от бандитов до темных лордов.

– Что?!

– Я ведь должна оправдывать репутацию заступницы, спасительницы слабых и посланницы всех богов! Ваш выбор, Огим?

– Надеюсь, когда-нибудь вы попадетесь под горячую руку Олакаю!

– Боюсь, тогда ему придется иметь дело с Лилит, – я хмыкнула и развеяла стазис, чувствуя, что Теневой Лорд готов произнести нужные слова.

Так и произошло. Мы все еще скрывались за абсолютной иллюзией людей, которые спокойно ели и разговаривали о всякой скучной ерунде, когда Огим тяжело опустился на колени и, глядя на меня исподлобья злым горящим взглядом, произнес слова рабской клятвы. Той единственной, которую могут произнести Зырнийцы. И пусть Снейт не был Зырнийцем, но он знал законы теневого мира.

– Полагаю, документы я могу забрать?

– Теперь вы можете забрать у меня что угодно, Верховная, – хмуро ответил он, поднимаясь с пола и усаживаясь на стул. – Надеюсь, это останется между нами?

– Разумеется, – я снова улыбнулась, забрала кейс и, открыв маленький портал, перебросила его в сундук к Маре. – С вами очень приятно иметь дело, тнлорд.

– Госпожа Верховная знает о законах теневого мира? – новая ухмылка и шепот, который всех его подчиненных пробирает до дрожи. – Может, госпожа Верховная желает войти в мой клан на правах его члена?

– Эээ… Нет! – я покачала головой и перевела взгляд на брата. – Лиам, нам пора. Еще костюм нужно забрать и заглянуть в гости. Помнишь, мы обещали?

Лорд Шиассен медленно кивнул, и я развеяла иллюзию. Через пару минут капитан Триады рассчитался, забрал нашу верхнюю одежду и помог мне одеться, после чего мы попрощались с задумчивым Огимом и вышли на улицу. До полянки на окраине шли пешком. Молча. Не знаю, о чем думал боевик, а я размышляла над тем, что, по сути, тоже являюсь леди Шиассен, хоть ведьмы и не носят фамилий. Странно понимать, что теоретически у тебя она есть…