ЭПИЛОГ

– А может не надо? – проныла я, радуясь, что слышит меня только Чешир. Ныла я для порядка. Как же не поныть? И на изделие из белого золота и грушевидных жемчужин смотрела с тоской совсем не от того, что небольшая диадема мне не нравилась. Нравилась. И, в общем-то, на выбор у меня было еще несколько, но именно эта идеально подходила к платью, серьгам и мероприятию. Но… Но! Но… В жизнь сказочной принцессы совсем не вписывалась такая нелепость, как кусок вполне весомого металла на голове, от которого к вечеру начнет болеть шея, а голову опустить нельзя. Не вписывались и серьги, оттягивавшие уши. И каблуки. И расшитое жемчугом, очень тяжелое платье. И все это душным летним днем! – Я буду чувствовать себя не принцессой, а Маргаритой, – со вздохом прошипела я, глядя на свое отражение. – Так положено, – напомнил мне Чешир, появившись в уголке зеркала и рассматривая меня круглыми глазищами. – Положено, да, – согласилась я и поморщилась. – Но как же трудно привыкнуть. Привыкать пришлось спешно. Как и не замечать и принимать как должное многое из того, что Мартин и его семья знали и с чем мирились с рождения. Правда кое-что я смогла переиначить под себя, хотя бы внутри королевского дворца в Лунном городе создав для себя отдельно взятый уют и покой. В конце концов, я спасла целое королевство, спавшее под проклятием Злеи. В награду я не так уж много хотела. Местные сначала шугались, но потом приняли тот факт, что лакеями в нашем крыле замка служат скелеты, а охраняют помещения – каменные монстры. Чешир теперь носил гордое звание моего личного секретаря, хотя по факту занимал множество должностей и наводил страх на многих представителей знати Желтого королевства своей повышенной осведомленностью. Мои нововведения многим не нравились, но Мартин и его мать мой выбор оценили, сообразив, что новых слуг невозможно перекупить или убить, к тому же они не страдают болтливостью и не раструбят по всей столице о семейной жизни королевской династии. Правда заниматься моим гардеробом и прической я доверила живым служанкам, но тем дозволялось появляться лишь по зову и исчезать после выполнения своих обязанностей. Мартин со смешком называл меня нелюдимой, но не жаловался. Зато мы вполне могли заниматься чем вздумается в любое время дня и ночи, не опасаясь свидетелей. – Ты все еще не готова? – с тенью досады удивился Март, возникая в дверном проеме. – А можно я не пойду? – тут же заныла я. Мы оба знали, что это такая игра: я ною, а он уговаривает. Я в любом случае засвечусь на балу, но сначала меня нужно немножко поубеждать. Ныла я не очень часто, поэтому Мартина подобное не сильно раздражало, и он с удовольствием принимал правила, и уговаривая, и упрашивая, и осыпая посулами. – Тебе нужно быть, – мягко начал маг, поднимая меня из кресла и притягивая к себе. – Знаю. Но можно хотя бы без этой штуковины? – указав на диадему, уточнила я. – Ты замужняя дама, – проворчал Март, – ты не можешь появиться на столь важном балу без диадемы. Иначе я опять тебя украду… Чтобы всякие не пытались глаз положить. – Черт бы побрал ваши правила! – проворчала я громко. – Нужно отменить всю подобную глупость. – Вот согласишься на двойную коронацию, – хмыкнул Мартин, – и отменяй все, что твоей душе угодно. Этот спор мы вели вот уже полгода. Очень скоро Мартину предстояло официально стать королем, хотя фактически он уже правил королевством. Он убеждал меня участвовать в коронации и принять титул королевы, но я усиленно упиралась. Быть королевой хорошо лишь в сказке. В жизни же мне хотелось оставаться просто Мариной. Ну или хотя бы просто принцессой Мариной, супругой короля. И только. Ну не привыкла я! Да и куда мне в королевы? Я едва не завыла: – Ты шантажист! Провокатор! Я сказала, что не соглашусь! Чтобы ты заставил меня носить побрякушку раза в два больше и тяжелее? Не дождешься! Мартин фыркнул и примирительно поцеловал меня в нос. – Тогда терпи, – сказал он. – А вот возьму и соглашусь, – с раздражением посматривая на мужчину, сказала я и сняла с бархатной подушечки диадему. – А после сразу введу новые правила. – Или тебе понравится… – пробормотал себе под нос Мартин. Я с прищуром на него глянула, но ничего не сказала, водружая на голову изящный ободок из белого золота с покачивающимися в его ажурном плетении подвесками с жемчугом. В зеркальной глади отразилась высокая величественная леди в элегантном серебристом платье. Диадема короной сияла в моих светло-русых волосах, делая их золотистыми. – Моя королева, – шепнул на ухо Мартин, и я чуть прищурилась, но когда он приобнял меня за талию и поцеловал в висок, не удержалась и улыбнулась его отражению. – Если только твоя, – едва слышно произнесла я. КОНЕЦ