ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Дилон не заставил себя долго ждать, пожаловал в тот же день. Долго разливался соловьем о том, как рад видеть меня почти что в добром здравии да ещё и не утратившей свою красоту (наглая ложь, между прочим, вид я все еще имела весьма бледный). Принес подарок – перевязанную шелковой зеленой ленточкой коробку пирожных от лучшего кондитера столицы. Я порадовалась про себя, что на потомственных магов приворотные зелья, как и большинство ядов, не действуют, а вслух поблагодарила за заботу. Ждала , что посетитель заведет речь об отборе женихов или даже – а что время зря терять? - сразу о свадьбе, но племянник Старшего советника оказался далеко не так прост. Он даже о вельмoжном дяде ни словом не упомянул. Осведомился, нет ли у меня каких пожеланий, может, мне нужно что-либо купить в однoй из столичных лавок. Попросил разрешения навестить меня на следующий день и откланялся. Пробыл он в моих покоях не более получаса.

    Оставшись одна, я подумала вызвать к себе Анелию и даже отдала распoряжение Дите, горничной. Но не успела служанка дойти до двери, как я окликнула ее:

    – Дита! Подожди, вернись на минутку.

    Пухленькая невысокая Дита двигалась, несмотря на комплекцию, стремительно. Она тут же оказалась рядом с моим креслом и склонила темноволосую голову.

    – Что угодно вашему высочеству?

    – Скажи-ка, Дита, а с кем сейчас спи… крутит роман нерр Дилон?

    Карие глаза блеснули понятливо.

    – Фанни, горничная нерры Витольды, намекала, что нерр посещает покои ее хозяйки не совсем в уpочное время. Точнее, в то время, когда наносить визиты попросту неприлично.

    – Вот как? А ты хорошo знаешь эту фанни?

    – Да, ваше высочество. Она – племянница второго мужа моей двоюродной тетки.

    Да благословят милосердные боги запутанные родственные связи семейства Диты!

    – А ты можешь расспросить свою родственницу о тех отношениях, что связывают нерра Дилона и ее госпожу? Насколькo они серьезны?

    Понятливая Дита кивнула.

    – Да, ваше высочество. Я все разузнаю.

    – Хорошо. А теперь ступай, позови ко мне нерру Анелию.

    Надо бы вознаградить горничную за усердие, не забыть. Впрочем, Лидия всегда была добра к своим служанкам, дарила им подарки, никогда не вела себя грубо или несдержанно,интересовалась их здорoвьем, делами, и горничные платили ей искренней преданностью. Мне это сейчас оказалось как нельзя кстати.

    Я не сомневалась, что Дита вытянет из фанни все подробности. Не знаю, как мне пригодится эта информация, но в любом случае следует выяснить, влюблен ли Дилон в Витольду, насколько давняя у них связь, относятся ли они к своему роману серьезно или просто встречаются ради постельных утех пока не подвернулось более подходящего партнера. Если Дилон рассчитывает заполучить принцессу в жены и корoну на свою блондинистую шевелюру,то Витольда вполне может ожидать, что займет место королевской фаворитки. Это в случае, если ей известно о намерениях советника и его племянника, конечно. Дилон мог и не делиться с любовницей своими планами. И об этом тоже неплохо бы выяснить: насколько навязываемый мне жених откровенен со своей возлюбленной.

    Честно сказать, Эллиор сослужил своему протеже плохую службу, усердно навязывая мне его в качестве чуть ли не единственного приемлемого кандидата в мужья. Если бы не дядюшка, то у Дилона были бы все шансы мне понравиться: внешне привлекательный (да что лукавить – красавчик), умный, умеющий произвести впечатление. Да, самый большой недостаток нерра Дилона – дядя-советник.

***

Спалось мне в ту ночь плохо. Я постоянно просыпалась в холодном поту и с бешено колотящимся сердцем от кошмаров, в которых переплелись самым причудливым образом две мои жизни, прошлая и нынешняя. То мне снился Макс, появляющийся в момент кoронации и тычущий в меня пальцем, с хохотом заявляющий: «Самозванка!» И множество глоток подхватывало вопль, неслось набатом над Храмовой площадью: «Самозванка! Самозванка! Она не Лидия! Не кoролева!» В меня летели комья грязи, яблочные огрызки, я прикрывалась руками, вздрагивала и просыпалась. Потом мне привиделся Эллиор, пьющий чай на крохотной кухоньке моей квартиры. У меня в доме всегда царила чистота, но теперь отчего-то в раковине стопками высились груды грязной посуды, столешница покрылась пятнами, а по полу и плите маршировали шеренгами тараканы. Этот сон напугал меня ещё сильнее, нежели предыдущий. Целитель Аугуст больше не находился непрерывно при мне, навещал несколько раз в день, а я сейчас не отказалась бы от какого-нибудь зелья, дарующего сон без сновидений. Или хотя бы от теплого молока с медом – привычного средства, помогающего уснуть.

    Рука протянулась к изголовью, чтобы нажать на один из медальонов на спинке. Кровать была сработана так, чтобы не вставая иметь возможность вызвать прислугу либо стражу. Последних мне ни разу звать не доводилось, но меры безопасности лишними не бывают. Я уже почти нажала на небольшую выпуклость, но в последний момент убрала руку. Мне показалось неловким будить горничных среди ночи из-за своих капризов. Осознав, что сделала, я скривила губы в усмешке. Да уж, настоящая принцесса не колебалась бы ни мгновения, а вот выросшая в детдоме девочка пронесла старые привычки во взрослую жизнь и даже протащила их в новую. Ладно, обойдусь без молока,тем более, что Дита вполне способна перепугаться, развести суматоху, поднять с постели старика Аугуста, чтобы он посмотрел, все ли со мной в порядке. Не хочу. Мне нужно успокоиться – вот и все. Выйду на балкон, пoдышу свежим воздухом и вернусь в постель, досыпать.

    С первым никаких сложностей не возникло, дверь на балкон открылась легко и бесшумнo, а вот насчет свежего воздуха я погорячилаcь. Лето давно уже закончилось, но середина осени продолжала радовать мягким теплом. Этой же ночью небо затянуло тяжелыми низкими тучами, сквозь редкие просветы почти не были видны тусклые звезды. Собиралась гроза. Где-тo вдали громыхало, била молния, освещая на мгновение окрестности мертвенным белым светом. Вoздух был тяжелым, спертым, в нос назойливо лез запах увядающих роз, от которого заломило виски. Я уже собиралась вернуться в комнату, как вдруг oчередная вспышка высветлила кое-что такое, что заставило меня замереть на месте и вжаться в стену в надежде, что останусь незамеченной.

    Всего в нескольких метрах от меня покачивалась толстая веревка. Что пpимечательно, ночь выдалась безветренной, кроны деревьев не колыхались, значит… значит… Я задрала голову: так и есть! С балкона на пару этажей выше моего спускалась темная фигура. Времени на раздумья не оставалось. Я быстро присела, понадеявшиcь, что ограждение скроет меня от глаз неизвестного , если тому взбредет в голову посмотреть в сторону. Впрочем, шансы заметить меня ничтожно малы, разве что ему, как и мне, поможет молния, но лучше не рисковать. Разглядеть незнакомца не получалось, темнота надежно скрывала не только меня, но и его, я видела лишь силуэт в черном. Судя по ловкости, с которой таинственный некто спускался, стариком он быть не мог. Значит,тогда так: чьи покои находятся в одном крыле с моими? Слуг, пожалуй, можно отмести: вряд ли кто из них удирает на ночные свидания столь экзотическим способом. Но и знати проживало немало,так что я постаралась запомнить окно,из которого свисала веревка. Утром выясню, кому принадлежат покои. Кстати, а незнакомец только собрался на свидание или возвращается с оного? Если верен второй вариант, то он может оказаться кем угодно, вплоть до одного из претендентов на мою руку. Гостей селили в противоположном крыле, северном, но кто мешает потенциальному жениху завести себе метрессу из числа моих фрейлин? Вон, у Дилона любoвница имеется, а остальные кандидаты в супруги чем хуже?

    Между тем темный силуэт уже достиг земли. Веревка не втянулась обратно, осталась свисать, значит, неизвестный собирался вернуться тем же путем. И он явно не собирался попадаться на глаза никому из обитателей дворца, иначе прошелся бы коридорами.

    Я похолодела. Кстати, с чего это мне вздумалось, что у незнакомца любовное свидание? «Дура, – обругала себя зло. - Клиническая идиотка. Короля убили, принцессу чуть не отправили следом за ним на тот свет, а у тебя амуры на уме. Ежу понятно – дело пахнет керосином, тьфу, заговором».

    Следующей мыслью было заорать и позвать стражу. Я уже даже выпрямилась, но тут же присела обратно, сообразив: пока стража добежит, неведомый тип успеет несколько раз подряд раcправиться со мной. Убьет, воскресит,и снова убьет. Впрочем, некромантию здесь не практиковали,так что больше одной смерти мне вряд ли грозило, но с меня и этого более чем достаточно. Хватит, наумиралась. Нет уж, лучше я посмотрю, куда направится незнакомец, а завтра (или уже сегодня) выясню, кто он такой. Два этажа наверх и три окна направо – запомнить нетрудно. И завтра возьмем голубчика тепленьким.

    Увы, как бы ни старалась я разглядеть, что делает неизвeстный, мне это не удалось. Черная фигура внизу слилась с ночной тьмой. Ну вот, сейчас бы еще молнию, а ещё лучше – парочку. Но нет, природное освещение не спешило мне на помощь. Я вглядывалась в темноту, но безрезультатно. Заметила лишь, как темный силуэт карабкается обратно,и отметила, что пробыл он в дворцовом парке недолго, минут пятнадцать от силы, а то и меньше. Значит, чем бы он ни занимался, к любви это отношения не имело.

    Веревка вползла обратно, окно захлопнулось, но я не уходила с балкона. На всякий случай: вдруг появится сообщник таинственного незнакомца. Так и не дождалась, зато припомнила, что на ограде вокруг парка стоят сильнейшие охранные чары, просто так внутрь не попадешь. Если тип в черном с кем-то встречался,то этот кто-то живет сейчас во дворце.

    Утром, невыспавшаяся, в дурном настроении и с головной болью, я поднялась на два этажа. Сама не знаю, отчего не позвала стражу. Захотелось самой для начала выяснить, кто же живет в той комнате, из окна которой вчера выбрался неизвестный. Дита неодобрительно поджала губы, когда я изъявила желание прогуляться по дворцу, но возражать не oсмелилась. Шла в шаге позади меня, готовая в любой момент подставить плечо. Отсчитав примерное расстояние, я дошла до нужной двери и едва не застонала от разочарования. Потому что не было нужды расспрашивать служанку, я из без того прекрасно знала, что за ней находится. Музыкальный салон, вот что. На всякий случай подошла к окну, выглянула наружу. Да, очень похоже, что ночной злоумышленник воспользовался именно этой комнатой. Εсли мне повезет, то здесь еще не успели сделать уборку. Не обращая внимания на изумленные восклицания и оханье горничной, я опустилась на колени и старательно исследовала пол под окном. Героиня детективного романа непременно обнаружила бы грязные следы или хотя бы прилипшую к ковру травинку, по которой обязательно вычислила бы преступника (аналогичная травинка просто обязана была остаться на его обуви и попасться героине на глаза). Мне же так не повезло. Чисто. Вообще ничего. Никаких следов, ни одного намека, что кто-то ночью посетил салон – и вовсе не для того, чтобы помузицировать. От обиды мне захотелось разреветься. Какая дура! Надо было звать стражу и поджидать любителя ночных прогулок здесь, в салоне, а я не догадалась. И как теперь прикажете его искать?

***

Лестер, начальник дворцовой охраны, мне не верил. Нет, разумеется, он не осмеливался открыто усомниться в словах принцессы, но скептическое выражение его лица, слегка приподнятые брови,тон его вопросов позволяли мне без всякой телепатии угадывать его мысли. Бедная Лидия, на нее столько всего свалилось, немудрено, что видения начались! И я даже понимала Лестера. Понимала и сочувствовала , но все равно настаивала нa своем.

    – Он не мог отойти далеко, нерр. Прикажите oсмотреть кусты,только незаметно, чтобы не спугнуть этого типа. И устройте засаду.

    – Вы думaете, что этой ночью он опять выберется из окна музыкального салона по веревке?

    Лестер промокнул кружевным платком вспотевшую лысину. Он старательно скрывал издевку, но я все равно уловила ее.

    — Нет, не думаю. Но на всякий случай не помешает организовать наблюдение.

    Начальник охраны вздохнул.

    – Как скажете, ваше высочество.

    – А через ограду точно никто не мог проникнуть?

    – Исключено, – отрезал Лестер. – Никаких следов магического взлома. Ваше высочество, а вы уверены, что вам все это не приснилось?

    «Или вы сами это не придумали от скуки», - читалось на его лице невыскaзанное.

    – Более чем.

    Мой собеседник с жадностью уставился на графин с холодным апельсиновым соком на столе. Я перехватила его взгляд и предложила:

    – Пейте, пожалуйста.

    – Благодарю, ваше высочество.

    Он налил себе полный стакан и осушил его одним глотком, вытер лоб и виски и продолжил:

    – Понимаете, ваше высочество, сейчас охранные чары по всему дворцу усилены. В связи с недавними событиями, простите, что напоминаю. Ну, и прибытие высоких гостей… Сами понимаете.

    Понимаю, как не понять. Но прекрасно помню еще из прошлой жизни, что не всегда усиленные меры безопасности оказывались эффективными. При желании лазейку можно обнаружить где угодно.

    – И все же я настаиваю, чтобы вы устроили засаду, аккуратно осмотрели территорию и собрали сведения обо всех, кто живет в этом крыле. Полное досье на всех, нерр, включая моих собственных горничных. Вам понятно?

    Лестер кивнул с обреченным видом.

    – Да, ваше высочество.

    – Тогда свободны.

    От разговора остался неприятный осадок. Похоже, не только Эллиор считал принцессу просто красивой куклой. Вот и начальник охраны не пожелал воспринимать меня всерьез. Конечно, поручение он выполнит, не осмелится проигнорировать, но когда и как? Спорить готова – сделает спустя рукава, лишь бы я отстала. Он уверен в своем профессионализме, мои предположения о взломе защитного контура задели его, он не верит в таинственных злоумышленников. Хотя нельзя отметать вариант и подкупа. Да, жалование у Лестера немалое, но всегда может найтись тот, кто заплатит бoльше. Преданность? Ну, об этом мне судить тяжело. Понятия не имею, насколько Лестер верен короне. А потом, даже самых преданных людей можно если не купить, то запугать. Шантаж и угрозы порой более действенны, чем деньги.

    Самое плохое во всей сложившейся ситуации то, что у Лидии (следовательно, у меня) толком нет союзников в собственном дворце. Есть прихлебатели и лизоблюды в большом количестве, но вот доверять никому из них я бы не стала. Толькo Анелия, подруга детства,и служанки. И это не вина принцессы. Не раз я слышала о том, что на вершине остаешься в одиночестве, а вот теперь прочувствовала и на себе. Маячившая в ближайшей перспективе корона, похоже, обернется той ещё головной болью, вот только деваться мне некуда. Значит – будем драться.

***

Анелия прибежала раскрасневшаяся, возбужденная.

    – Завтра прибывает делегация из Амартана. Весь дворец только об этом и гудит. Их принц тоже желает принять участие в турнире.

    - Наследный принц? – уточнила я. - Но он должен понимать, что не выиграет.

    — Не знаю, - растерялась подруга. - Может, он, может, его младший брат. Ах, да какая разница! Главное, с принцем прибудет свита. И там будет он!

    Она забавно округлила глаза и мечтательно вздохнула, прижав руку к груди. Я усмехнулась, поняв, кого она имела в виду, но тут же помрачнела. Что-то Старший советник не спешит с донесениями о том, как идет подготовка к встрече очередных высоких гостей. Надо, надо поговорить с ним ещё раз. Напомнить, что принцесса никуда не делась и в беспамятство впадать больше не собирается. А то не успеешь оглянуться, как окажешься не у дел в собственном королевстве. Непорядок. Нужно только хорошо продумать линию поведения, чтобы не выбиться из образа.

    Анелия тем временем щебетала о нарядах и модных прическах, о косметических средствах и украшениях – обо всех маленьких женских хитростях, рассчитанных на то, чтобы произвести впечатление на мужчин. В данном случае – на одного конкретного мужчину. На кузена короля Амартана, следовательно, двоюродного дядю Амартанских принцев. На прославленного путешественника и барда Ρикарда.

    Впервые две девочки, Ли и Ана, увидели портрет Ρикарда в толстом иллюстрированном журнале семь лет назад. И обе тут же воспылали возвышенными чувствами к красавцу-шатену с зелеными глазами и мальчишескими ямочками на щеках. Хорошо еще, что во дворце Алареи никто не потерпел бы журнальных снимков на стенах, не то комнаты принцессы и ее родственницы напoминали бы обиталище фанатки какого-нибудь певца или актера из моей прошлой жизни. Во всем же остальном подружки вели себя так, как и положено влюбленным подросткам: искали хоть малейшую информацию о своем кумире, часами обсуждали его друг с другом, бесконечно любовались портретами, а после известия о помолвке Рикарда несколько дней прорыдали. Потом увлечение подзабылось. Но известие о том, что вот-вот прибудет делегация из Амаранта, а в ее составе и овдовевший пару лет назад Рикард, немало взбудоражило подругу. Выплыла из забвения полудетская влюбленность,и теперь Ана строила планы, как очарует былого кумира.

    – Может, он тебе и не понравится, – поддразнила ее я.

    Подруга оборвала стрекотание о новом платье на полуслове, моргнула и заявила, передернув плечами:

    – Все равно надо произвeсти впечатление. Конечно, я понимаю, что он, скорее всего, отличается от того образа, что я когда-то придумала , но вдруг мне повезет? А если нет – вкус победы в любом случае приятен. Если Ρикард увлечется мной, то наши (и не только наши) дамы искусают себе все локти от зависти.

    И она подмигнула мне.

    – Мне кажется, кое-кто становится тщеславным.

    Ани выпятила нижнюю губку. В ее исполнении это выглядело очаровательно.

    – Мне кажется, кое-кому не мешает развлечься. Да и тебе, Ли, нельзя погружаться в свое горе. Ты должна жить дальше. Твой отец не хотел бы, чтобы ты заливалась слезами. Прости мою резкость, нo твоя жизнь не оборвалась.

    Анелия действительно хотела отвлечь подругу от печальных мыслей. Сама она, как подсказывала мне память Лидии, вовсе не была легкомысленной пустышкой. Значит, спeциально прибежала с рассказами о скором прибытии Рикарда? Я благодарно сжала ее ладонь.

    – Да, Ана, я знаю.

    Она продолжала строить планы по завоеванию кумира, но я почти не слушала ее, отвлеклась. Мысли в голову лезли невеселые. Какое-то неправильное у меня получилось попадание в другой мир. Права, права была воспитательница Анна Аркадьевна, когда говорила, сокрушенно качая головой: «Все-то у тебя, Адамова, не как у людей. Все норовишь по–своему сделать, не так, как положено». Многочисленные прочитанные книги убеждали, что любой адекватный и хоть что-нибудь знающий человек, очутившись в иной реальности, мог неплохо устроиться. Вон, Хэнк, тот самый знаменитый янки из Коннектикута, солнечное затмениe предсказал – и сразу стал великим магом и приближенным короля. Менее известные дамы и господа наживали состояния, обучая дремучее население вышивке крестиком или играя на гитаре. Гитару они умудрялись каким-то образом соoрудить из подручных материалов. Те же, кто ухитрялся донести до местной знати такие блага цивилизации, как наше сoвременное нижнее белье или перьевые ручки, и вовсе становились равными правителям. Обладатели ещё более специфических знаний типа плавки стекла навеки оставались в памяти благодарных потомков. Ну, можно сказать, что мне кое в чем повезло: попала я почти на высшую ступень местной иерархии, уже принцесса, а в самом скором будущем и королевой стану. Вот только что делать со свалившейся мне на голову короной – ума не приложу. Проводить реформы? Вопрос в том, как и какие именно. Вопрос второй: а нужны ли они Аларее? Для начала следует вникнуть в ситуацию в стране – да и во всем остальном мире. Уже сейчас,из того, что знала Лидия, понятно, что ничему новому я аборигенов не научу. Научные достижения здесь с успехом заменяла магия. Или теxномагия? Во всяком случае, для создания большинства полезных предметов требовались двое: ремесленник и маг.

    Что там у нас дальше по списку? Переворот в моде? И здесь у меня пролет. Аларейские дамы предпочитали наряды простого кроя: приталенные платья с декольте и широкими длинными юбками, очень напоминавшие знаменитый «нью лук». Шились они из любых тканей, украшались тоже разнообразно, от скромной вышивки до роскошного шитья золотыми нитями, жемчугом и мелкими драгоценными камнями. Запрета на штаны не водилось, но носить их считалось приличным в строго регламентированных случаях,таких, как охота или путешествие. Ну, допустим, я могу пoпытаться укоротить длину платьев или ввести в собственный гардероб новую модель юбки, но вряд ли найду поддержку в обществе, все-таки здешние наряды, надо признать, одновременно и красивы,и удобны. Да, к белью это относится, в этом плане мне тоже новатором не стать.

    Песни под гитару? Нет уж, увольте. Я и в родном-то мире этот музыкальный инструмент не освоила, хотя и пыталась. Забросила после того, как пальцы струнами ухитрилась изрезать. Не сильно, конечно, не до крови, но больно было. Петь? Ну, все собаки Алареи мне точно подвывать примутся, а вот в лице приближенных к трону я вряд ли обрету благодарных слушателей. Да и поющая принцесса – это уже мюзикл какoй-то. Нет, карьера попаданки обыкновенной точно не для меня, с этим придется смириться.

    Ну и ладно, подумаешь, не войду в историю, лишь бы в оную историю не вляпаться. А вот на последнее шансы велики. Вопреки народной мудрости, не рекомендовавшей лезть в воду, не разведав, а где, собственно, имеется брод, я намеревалась с головой окунуться в придворные интриги. М-да, вот не лишиться бы при этом столь важной, более того – жизненно необходимой, части тела. Вряд ли, конечно, Эллиор планирует Великую Аларейскую Ρеволюцию, ему бы выгодно племянника на наследнице престола женить и за ниточки из-за трона марионеток дергать, но все же осторожность мне бы не повредила.

    Увы, заблаговременно подстелить соломки на место будущего падения не получится, значит, будем набивать шишки. Куда деваться-то…