11
После того как Риналию накрыла вечная тьма, все растения начали гибнуть. Помимо дара ночи и огня, Творец наделил первого короля иной силой, предназначенной для единственной цели – заботиться о риньярах, которые не выжили бы в гиблых землях. По сей день магия королевской крови хранит Багровый лес и границы Риналии.
Прошла всего неделя, а это место уже превратилось в кошмарный сон, который хотелось поскорее забыть. Делла ненавидела дворец Мирита и его башни всей своей израненной душой.
Ее бывшую комнату занимали койка, прикроватный комод, небольшой сундук для одежды и письменный стол с двумя стульями, где няня обычно давала ей уроки. Казалось, после ее исчезновения сюда никто не заходил. Все покрылось пылью, как и открытая книга, оставленная на комоде. Пространство было тесное и едва вмещало троих гостей, двое из которых были высокими мускулистыми воинами. Благо ринальцы убрали огромные перепончатые крылья.
Кэл осматривался по сторонам с непроницаемым выражением лица и без привычной усмешки. Когда они с Деллой встретились взглядами, в его глазах промелькнула ярость, а красные прожилки в радужках стали ярче.
– И в этой каморке ты жила?
Она кивнула, но Кэллам уже отвернулся. Он сжал и разжал пальцы, будто попытался успокоить себя, а затем тряхнул головой, отгоняя ненавистное чувство.
– Если есть что забрать, вперед. Сюда мы больше не вернемся.
– Мне ничего не нужно. – Делла сглотнула, и у нее кольнуло в груди, словно она проглотила осколок стекла.
– Хорошо. – Кэл прошел к прикроватному комоду и поднял книгу, рукой смахнув с нее пыль. Некоторое время он изучал содержание, перелистывая страницы, как вдруг уголки его губ довольно искривились. – «Принц коснулся языком ее чувствительного места, и громкий стон…»
Делла мгновенно подлетела к нему и вырвала книгу из рук, залившись густым румянцем. Она совсем забыла, что последним читала столь откровенный роман.
– Миледи, а вы открываетесь с неожиданных сторон, – издевательски ласково сказал Кэл. – Не думал, что вы читаете подобную литературу. Полагаю, многие романы в наших библиотеках придутся вам по вкусу и раскроют мир… в новом, ярком свете.
– Не сомневаюсь. – Она захлопнула пыльную книгу и швырнула на кровать.
– Предпочитаете традиционные утехи или любите экспериментировать? В фантазиях, разумеется, – добавил Кэл, намекая на ее невинность. – Уверен, вы удивитесь, узнав, сколько существует способов доставить друг другу удовольствие, оставаясь…
– Ненавижу тебя! – Делла свирепо уставилась на него. Этот мужчина обладал невероятной способностью выводить ее из себя.
Несколько секунд они испепеляли друг друга взглядами. Демон ухмылялся, будто нарочно стараясь смутить ее или заставить дать отпор.
– Кх-кх, – внезапно послышался голос Алина, прислонившегося к дверному косяку. Казалось, он был готов просочится сквозь стену.
Делла стремительно шагнула к выходу, но генерал выставил руку, преградив ей путь.
– Сначала Кэл, ты следом. Я буду позади. Ты поняла?
Она кивнула.
Кэл уже собрался выйти, но Делла загородила собой проход.
– Слуги, стража, всех, кого мы встретим по пути… Пожалуйста, не убивайте их. Они всего лишь выполняют свою работу.
По какой-то причине в Ничейных землях Кэллам проявил милосердие, пощадив Дарнила и весь его легион, но это не значит, что он сделает так снова.
Ее слова не удивили ринальцев. Кэла не смутило то, что она могла считать его чудовищем. Она знала, что при необходимости он им и будет.
Наконец они вышли из башни. Делла смотрела на ступени, уходящие вниз, прямо во мрак. Хвала Творцам, вокруг не доносилось никаких звуков. Было тихо и пусто, хотя раньше у двери дежурило как минимум четверо караульных. Казалось бы, слишком много для слабой девчонки, но король Кирос приказал охранять ее как самую ценную сокровищницу.
Все слуги жили на первом этаже, но покои няни находились на последнем, ближе к башне. Это было сделано не ради заботы о ногах далеко не молодой женщины, а чтобы пленница никогда не оставалась без присмотра. И Делла надеялась, что няню не успели переселить.
Спустившись по нескончаемым ступеням башни, они оказались на пустой площадке с головокружительно высокими потолками. Королевское крыло усиленно охранялось и располагалось немного дальше, а теперь в отсутствие Деллы в этой части дворца не требовались караульные.
Все трое молчали. Делла морщилась от обилия золотых узоров на пилястрах и гобеленах, украшающих стены, и на белой лепнине на потолке. Каждый шаг пробуждал неприятные воспоминания, и несколько раз ей даже хотелось убежать без оглядки.
К счастью, до покоев няни, к которым вел единственный коридор, они дошли без приключений.
– Здесь, – шепнула она, указав на дверь.
Из каморки Деллу выводили очень редко, в основном для встречи с королем. Его Величество, разумеется, не собирался подниматься в башню. Он просто хотел убедиться, что «его сокровище» живо и относительно здорово. После этого ее сопровождали к королевскому лекарю на унизительную процедуру, чтобы удостовериться, что она все еще невинна.
«Вдруг какая-то мразь нарушит мой приказ и решит развлечься с девкой», – всегда говорил король, осматривая ее формы.
Делла постаралась прогнать воспоминания и ужас от пережитого.
Алин дернул за ручку двери, но та оказалась заперта. Тогда он слегка надавил на нее плечом, и она поддалась. Вот это сила…
Они тихо прошмыгнули внутрь. Делла прекрасно осознавала ситуацию, весь тот ужас, который мог возникнуть на лице няни. Не каждый день к тебе в покои вваливаются ринальцы! Но ожидаемого потрясения не пришло: комната оказалась пуста, а вещи отсутствовали.
Делла оцепенела. И не только потому, что покои пустовали.
Она надеялась, что с няней все хорошо, что ее просто переселили к остальной прислуге.
– Простите, – виновато прошептала она. – Я думала, няня еще здесь. Как теперь быть? Как мы найдем Николаса?
Кэл озирался по сторонам, внимательно вглядываясь в стены, будто мог почувствовать, что за ними происходит. В его глазах не было ни малейшего разочарования или неодобрения.
– Придется обыскать дворец. Когда мы приблизимся к Нику, я почувствую его эмоции.
Они втроем вышли из комнаты и не успели прикрыть дверь, как встретили ту, кого Делла меньше всего желала бы сейчас видеть.
Мелина замерла и осмотрела Деллу и ринальцев. Алин с невероятной скоростью оказался позади девушки и прижал ее к себе, приставив к горлу адский клинок. Красные языки пламени по краям лезвия слегка дрожали, словно ожидали разрешения хозяина ужалить жертву. Но надо отдать Мелине должное: кроме удивления и растерянности, у нее на лице ничего больше не отразилось. Она даже не испугалась, явно поняв намерения ринальцев, просто выставила вперед руки.
– Не стоит. Я могу помочь.
Делла скептически вздернула бровь.
– Чего ты ждешь? – спросила она. – Оглуши ее! Я меньше всего стала бы ей доверять. Она любовница принца.
– Фаворитка, – дерзко исправила Мелина. – Следи за языком, сука-полукровка.
Делла закатила глаза, проигнорировав излюбленное прозвище и подавив желание запустить в ненавистную физиономию один из подаренных кинжалов. Мелина всегда видела в ней угрозу своей красоте и вниманию принца.
– Я правда могу помочь, – вновь пискнула фаворитка, когда Алин сильнее прижал к ее шее клинок.
– Она не врет, – сказал Кэл.
– Что? – удивилась Делла. Она даже не пыталась скрыть, как ей противна эта особа и фальшь в ее голосе.
И плевать, если Кэллам считает, что она говорит правду!
– Я знаю, кого вы ищете, – вкрадчиво прощебетала Мелина, коснувшись подушечками пальцев руки Алина, в которой тот держал оружие. Он заметно напрягся. – И скажу, где его найти.
– С чего бы тебе помогать нам? – спросила Делла. Кровь прилила к ее лицу от злости, девичьей обиды и желания задушить мерзавку, беспочвенно ревновавшую к мужчине, которого она ненавидела всей душой.
– Я не глупа, Делла. – Мелина выдавила непринужденный смешок. – Если вас поймают, вероятно, вам троим и удастся сбежать. Возможно, выберутся лишь твои новые дружки. Но мне совершенно невыгодно, чтобы ты вернулась во дворец. Плевать на обряд, мне нужен только Дарнил.
– Она не врет, – снова сказал Кэл, и Мелина нагло улыбнулась.
Делла раздумывала над услышанным. Вспоминала каждую встречу с фавориткой Дарнила и исходящую от нее неприязнь вместе с немалой долей ревности. Вероятно, Мелина в самом деле была единственной во дворце, кто не заинтересован в возвращении пустой.
– Так что, красавчик, может, отпустишь? Или тебе нравится прижиматься к моему заду? – Мелина нахально потерлась о его пах. – Надеюсь, в меня упирается второй клинок?
Алин покраснел. Неужели смутился? Затем он скривился и оттолкнул ее от себя.
– Зачем так грубо? – Мелина без стеснения оглядела ринальского генерала, задержав взгляд на шраме на правой скуле. – А ты и впрямь красавчик. А шрам… Знаешь, он возбуждает.
Алин, казалось, покраснел еще больше. От смущения или ярости? Делла не знала. Она с трудом подавила раздражение, потому как боялась не сдержаться и все-таки метнуть в эту мурлыкающую дурочку один из новых клинков, испортив великолепное личико. Как же бесили ее непристойные жесты и манера речи!
– И где же король Виана? – бросил генерал. Выражение его лица сочетало в себе беспредельную жестокость и смущение.
– Его, разумеется, нет в темнице, подземелье бы обыскали в первую очередь. – Мелина непринужденно расправила складки роскошного золотистого платья с глубоким вырезом, обнажавшим большие груди, словно помятая Алином ткань была главной ее заботой. – Он в гостевых покоях в королевском крыле, и там сейчас половина дворцовой охраны.
– Ты хотя бы раз заходила в те покои? – мрачно спросил Алин.
Она кивнула.
Несмотря на многолетнюю неприязнь, Делла была восхищена тем, как Мелина держалась рядом с ринальцами. В отличие от хладнокровных демонов, мирийцы не умели настолько хорошо скрывать чувства, но она выглядела так, будто и правда совсем не боялась.
– Возьми меня за руку. – Алин снял кожаную перчатку и протянул ей мозолистую ладонь, напоминавшую о том, кем был этот опытный воин. Генералом ринальской армии.
Мелина посмотрела на его руку с яркими красными линиями так, словно ей показали змею. Видимо, для того, что Алин хотел сделать, требовалось прикосновение кожи к коже. И ему подобная близость явно будет в тысячи раз неприятнее, чем ей.
Потеряв терпение, он грубо схватил Мелину и приказал стоять смирно. В другой его руке появился адский клинок.
– Стой спокойно и не дергайся, – приказал Алин. – Представь нужное место.
– Должно быть, в постели ты ужасно горяч, – сказала она, соблазнительно прикусив нижнюю губу.
Алин на мгновение задержал взгляд на ее лице, а затем быстро отвернулся. Деллу едва не стошнило при виде ее кошачьей усмешки.
Он сотворил разрыв и так же грубо отпустил Мелину.
– Ринальцы напрочь лишены манер. – В ее голосе не слышалось недовольства. – Но мне нравится. Прощай, красавчик.
Мелина лукаво подмигнула ему и одарила напоследок томной улыбкой, приоткрыв пухлые губы.
Алин нахмурил брови.
Кэл без всяких предупреждений подтолкнул Деллу к разрыву, и через несколько секунд все трое оказались в комнате со множеством окон. Она прищурилась, успев отвыкнуть от такого яркого света. Под вечными лучами солнца ослепительно блестели белоснежные мраморные полы с золотистыми прожилками. Делла часто заморгала, пытаясь поскорее приспособиться к здешней обстановке, и различила за небольшим круглым столом мужчин.
Николас и Дарнил, сидевшие друг напротив друга, резко подскочили. Мирийский принц явно опешил – он только открыл и закрыл рот. Его кожа сверкала едва заметными золотистыми бликами.
Роскошные просторные покои наполнились тишиной. Она словно отскакивала от стен нежнейшего молочного оттенка с вкраплениями золота.
– Делла, – чуть слышно произнес Дарнил, слегка расправив белоснежные крылья. Он был в свободной белой рубашке, небрежно заправленной в коричневые штаны, которые плотно обтягивали крепкие ноги. Светлые волосы находились в легком беспорядке, как будто он недавно проснулся и решил сразу позавтракать.
Наконец инстинкты воина взяли вверх. Он нахмурил брови, а по его телу заструился теплый золотистый свет.
Алин расставил ноги, приготовившись к поединку, а в его руках уже появился огненный меч. Кэл же неспешно приблизился к противнику.
– Снова напрашиваешься на поражение, принц, – сказал Кэл спокойным, равнодушным тоном.
Его кровожадная ухмылка не сулила ничего хорошего. Делла боялась даже представить, что он мог сделать с Дарнилом, но все внутри нее трепетало в предвкушении.
Она хотела этого. Она об этом просила.
– Нет, не убивай его, – воскликнул Ник. Видимо, как и все остальные, почувствовал веяние силы.
Кэл и Алин застыли, в недоумении глядя на «ангелов».
Делла вдруг осознала, что никогда прежде не видела вместе мирийца и вианца. У них были общие Творцы, но… Какое же завораживающее зрелище представляли собой золотоволосый мужчина с белоснежными крыльями и его темноволосый собрат с черным оперением.
Король Виана в синем мундире с серебристой вышивкой и эполетами выглядел бодро. Именно в этом одеянии он, вероятно, и прибыл на заседание Совета. Явных следов побоев и иных увечий на нем тоже не наблюдалось.
– Дарнил, мы скроемся раньше, чем сюда ворвется стража. Если вы затеете здесь драку, в лучшем случае пострадает один из нас, в худшем – все мы, включая ее. – Ник взглянул на Деллу и, подняв руки, встал между Кэлом и мирийским принцем. – Позволь нам уйти.
Дарнил сглотнул и, покосившись на Деллу, удивительно быстро отступил. Его свет словно впитался обратно, и уже через мгновение его загорелая кожа не сверкала.
Между Николасом и ринальцами будто шел мысленный диалог, а взгляд короля Виана говорил: «Просто доверьтесь мне». Наконец Кэл кивнул Алину, и тот без лишних слов сотворил разрыв. Делла, шагнув за ним, напоследок обернулась.
– Может, сейчас у них и благие намерения… но он лжет тебе. – Дарнил кивнул на Кэла. – Он не тот, за кого себя выдает. Даже у первых мирийцев и ринальцев не было такой силы. Я на собственной шкуре прочувствовал ее мощь. – Он понизил голос почти до шепота, и Делла с трудом разобрала последние слова.
У нее в жилах застыла кровь. Она вся словно заледенела изнутри, вспомнив, как совсем недавно сама интересовалась о силе Кэла.
Она бросила растерянный взгляд на Дарнила, но не успела что-то сказать, как ее потянули за руку и втащили в разрыв. Ноги подкосились, когда она снова почувствовала под собой твердую поверхность. Делле было плевать, где они сейчас находилась. Пытаясь удержать равновесие после перехода, она свирепо уставилась на короля Виана.
– Почему… почему вы вступились за него? – вполголоса спросила она, ощутив, как лицо охватил жар, а щеки запылали, словно огнем. – Дарнил чудовище!
– Он слушал меня, – просто ответил Николас.
Странный блеск промелькнул в его глазах – ясно-синих, без единой крапинки. Делла никогда не видела оттенка столь яркого и совершенного. Его взгляд словно заставлял цепенеть и сбивал с толку. Она тряхнула головой, выходя из транса.
– Что вы имеете в виду?
– Возможно, Дарнил – плохой мириец, но он лучше своего отца. – Ник старался говорить тихо и спокойно, хотя на его шее пульсировала вена.
Ее захлестнуло потрясение, и Делла крепко сжала пальцы, впиваясь ногтями в кожу. Она никогда не делала различий между принцем и королем Мирита, ненавидела их одинаково. Они пойдут на все, чтобы заполучить ее обратно.
– Откуда вам знать?
– Кирос даже слушать меня не стал, а Дарнил пришел сам, расспрашивал меня о союзе Риналии и Виана. Поверил он или нет, но… Он. Меня. Выслушал.
Несколько секунд она таращилась на него, пока к ней не вернулся дар речи.
– Дарнил думает только о себе, он хитрый и расчетливый. Вы считаете, что принц Мирита слушал вас, а он в это время строил план!
– Полагаю, я еще в состоянии разобраться в собеседнике, миледи. – Он больше не пытался говорить учтиво, как раньше. Исчезла обворожительная улыбка с его губ, а взгляд стал жестким. Николас явно разозлился. – И понимаю, когда мне лгут.
– Но вы не знаете Дарнила так, как я!
Мощная волна гнева накрыла ее. Мысли ураганом носились в голове так, что не получалось собрать их воедино. Нечто темное внутри множилось и росло. Чуждое ощущение в груди пугало само по себе. Но это было не просто мерзкое и уродливое чувство. Это была Делла – одна из ее сторон, которой она не позволяла выходить наружу.
Тяжелая рука опустилась ей на плечо.
– Ты обещал, что они будут страдать. – Делла посмотрела на Кэла, с трудом сдерживая горечь обиды.
Страдать. За все лишения и унижения, за каждый синяк и пролитую слезинку. За то, что отняли у нее главное в жизни: свободу и право выбора.
– Обещал. Но я также увидел твое сомнение. Ты сама не знаешь, чего хочешь. Для начала успокойся, а потом реши, что тебе по-настоящему нужно. – У него на лице, как всегда, ничего не отразилось: ни малейшего намека на то, что он понял, как ей было хреново.
Демон прав. Почему он снова прав?
Делла не сомневалась: стоит только попросить, и Кэл убьет Дарнила, точнее, будет убивать долго и мучительно, но потом… Она бы возненавидела себя за то, что сделала, пусть и чужими руками.
Делла была раздавлена, и сейчас ей как никогда хотелось остаться одной в каком-нибудь укромном уголке, хотя она не любила одиночество.
Дарнил Галанис и Эмилиан Дас’Вэлоу были Избранными, способными запечатать врата ада или же обречь на погибель все живое. Пустая – лишь орудие в их руках. И она должна принять решение, чтобы адские твари не заполонили поднебесный мир и не уничтожили все прекрасное, что в нем существует. Если на земле воцарится ад, то это погубит и вианцев, и мирийцев. А что станет с ринальцами? Помилует ли их Творец? Простит ли правителя, который изменил многовековые порядки ради мира? Или собственных целей?
Делла вновь посмотрела на короля Виана и только сейчас заметила Рию. Потом осмотрелась по сторонам, осознав наконец, что она явно не в замке демонов. Они находились в огромном холле. Под ногами блестели мраморные плиты, выложенные в шахматном порядке. По обеим сторонами тянулись витражи, пропускающие холодный лунный и звездный свет. На стенах в изумительных серебристых канделябрах горели свечи, добавляя вестибюлю теплого сияния. Если в Мирите главенствовали золотые и белые цвета, а в Риналии – бордовые и черные, то в Виане преобладали синие и серые оттенки.
Здесь не было ни скульптур, ни росписей с крылатыми существами на потолке – отсутствовали любые предметы искусства, изображавшие Творцов, как во дворце Мирита или в замке Риналии. Складывалось впечатление, будто вианцы отрицали свою связь с ангелами.
Делла перевела внимание на присутствующих. Рия и Ник безотрывно смотрели друг на друга, словно они играли в какую-то игру, и оставалось только гадать, кто одержит в ней победу.
– Цел и невредим, значит, – первой нарушила немую перепалку Андрия.
– Как видишь, – с легким ехидством ответил Ник.
И вновь повисло молчание. Эти двое взрослых детей пожирали друг друга взглядами, полными страсти и огня, и продолжали вести странную игру. Рия дерзко запрокинула голову, собравшись что-то сказать, но тут по залу прокатился голос:
– Ник, дорогой! – Очаровательная незнакомка буквально упала в его объятия. – Я так волновалась! Мы все волновались.
Кэл говорил, что у короля Виана были сестра и младший брат, но, судя по лицам ринальцев, они с этой девушкой никогда раньше не встречались.
Ник погладил ее по темным, слегка вьющимся волосам, избегая взгляда Рии. Наконец он отстранился от незнакомки и сказал:
– Господа, позвольте представить вам мою невесту, леди Камилию. Мы обручились сразу после недавней битвы.
«Точнее, после очередной ночи с Рией», – подумала Делла.
Рия явно старалась ничем не выдать своих чувств, однако ее черно-красные радужки пылали, пока она взглядом изучала высокую и гибкую девушку с приторно-милой улыбкой. Бушующее внутри нее пламя, по всей видимости, не могло найти выход, угрожая сжечь и поглотить противницу целиком вместе с ее серыми крыльями.
Нельзя было не заметить, с какой поразительной искренностью леди Камилия смотрела на жениха, явно восхищаясь его личностью.
Казалось, Рия собралась что-то сказать, но тут на шею Ника бросилась другая девушка.
– Братец! – Она крепко обняла его, по-детски повиснув на нем. – Тебе нужно успокоить Эвана. Он все эти дни плачет и ничего не ест.
Изящным жестом она указала на дверь в конце холла, словно мальчик прятался прямо за ней. Теперь сомнений не осталось: перед ними стояла принцесса Виана. С такими же прекрасными синими глазами, как у Николаса, она выглядела всем на зависть. Принцесса была облачена в платье в цвет глаз, а ее тело поражало совершенными формами и чистотой кожи, вызолоченной загаром, как мрамор драгоценной статуи. За спиной были плотно сложены полностью черные крылья. Лунный свет, сочившийся из витражных окон, терялся в ее густых темных волосах.
– Хорошо, сестра, позаботься о наших гостях, сегодня они останутся здесь. – Ник покосился на Кэла, и тот кивнул.
Король Виана не представил сестру, видимо решив, что все собравшиеся с ней давно уже знакомы. Он или забыл, или просто проигнорировал присутствие Деллы.
Принцесса присела в реверансе перед гостями и, захлопав бархатными ресницами, задержала взгляд на Кэле. Ее чувственные губы расплылись в улыбке.
Делла нахмурилась и даже не попыталась этого скрыть. Внезапно опомнившись, она быстро придала лицу бесстрастное и скучающее выражение, но сама усомнилась, вышло ли правдоподобно.
Уж точно не сравнится с демонами или той же Рией.
Эмоции ринальской советницы, какими бы они ни были, молчали, спрятанные глубоко внутри. Исчезло и пламя в глазах, которые вновь стали спокойными и холодными. Андрия будто вовсе не замечала Ника, а тот еще некоторое время смотрел на нее, прежде чем удалиться с будущей женой.
* * *
В отличие от «золотого» королевства, в Виане царила глубокая ночь. Делла долго стояла на балконе в отведенных ей покоях и смотрела на звезды.
Как скоро она вновь увидит их?
Сна было ни в одном глазу. В памяти мелькали прошедшие события. Ей до сих пор не верилось, что ринальский принц рисковал жизнью ради вианца, в то время как король Мирита забыл о долге, наложенном Творцами. Хотя если тот действительно считал Николаса околдованным демонами, значит, и правда верил, что поступал правильно.
Делла вернулась в спальню, оформленную в кобальтово-синих тонах с вкраплениями серебра, еще раз осмотрелась и отметила стиль Виана. Свечи в серебряных канделябрах освещали хорошо обставленную комнату. Большую часть занимала огромная кровать с балдахином и шелковыми простынями, под ногами лежали мягкие синие ковры, а в мраморном камине извивались оранжевые языки пламени. Здесь не было помпезности, присущей Мириту, где в каждой детали интерьера преобладало золото. Не было здесь и мрачного стиля Риналии, где странным образом сочетались величественность и вульгарность.
Делла не понимала, как подобное пришло в голову, но ей нужно было обсудить случившееся. Она собралась всего за пару минут, накинув на себя халат, и вышла в холл. Их всех поселили в одном крыле, и Кэл расместился в следующих по коридору покоях.
Приблизившись, Делла обнаружила, что дверь приоткрыта. Она потянулась, чтобы распахнуть створку шире, но тут услышала женский голос:
– Обычно спустя десять минут после того, как все расходились, ты оказывался в моих покоях, – наигранно обиженным тоном сказала девушка.
– Вик, я устал.
– Не ври. Ты заходил ко мне даже после битвы, – томно произнесла она, а следом раздались влажные звуки поцелуев. – И мы вместе расслаблялись в ванне.
Делла рискнула заглянуть в приоткрытую дверь. Кэл, обнаженный по пояс, развалился в кресле у камина, а сестра Николаса устроилась у него на коленях. В этот самый миг она провела языком по его шее.
– Я знаю, что тебе нравится.
Ее губы медленно спускались по его груди, а рука двигалась между их телами. Кэл запрокинул голову, отдавшись во власть девушки, а потом грубо схватил ее за волосы и впился в губы своими. Делла никогда в жизни не видела столь жадного и животного поцелуя. Она почувствовала, как лицо запылало от смущения и негодования, но второе не смогла объяснить даже самой себе.
Неожиданно Кэл открыл почти полностью красные глаза, и их взгляды встретились. Он продолжал целовать принцессу Виана.
На мгновение Делла словно приросла к полу, а затем бросилась прочь.