26
Однажды впустив чужака на земли Риналии, ты навсегда открыл ему проход в королевство.
Всю ночь они провели в постели, предаваясь близости снова и снова. Делла не знала, во сколько именно уснула, но проснулась она от того, что Кэл прижался ртом к ее бедрам и стал творить языком то, что и обещал: удовлетворял ее, пока от невозможности дышать вихрем не закружились разноцветные искры перед глазами и она не забилась в освобождении с его именем на устах.
Ее тело было расслабленным. Голова лежала у него на крепкой груди, и Делла слушала тяжелые медленные удары сердца, отзывавшиеся гулким эхом в ушах. Молча наслаждалась ощущениями, которые до сих пор казались ненастоящими. Кэл крепко держал ее, прижимая к своему телу. Их ноги переплелись как единое целое. Его объятия – ее личное убежище, где было тепло и спокойно, где она чувствовала себя защищенной ото всех внешних невзгод.
Кэл обнимал ее так, словно она – единственное, чего ему недоставало в жизни.
– Это не значит, что я простила тебя и стала доверять, – сказала она, очертив линию дара на его мощной рельефной груди.
Он тихо рассмеялся и сказал порочным, чувственным тоном:
– Тогда, может, стоит повторить нашу брачную ночь?
Делла одарила его сердитым взглядом, и уголки его губ изогнулись.
– Лучше не выводи меня из себя, – фыркнула она.
– А то что?
Наглец! Прекрасный наглец.
– Не искушайте меня, Ваше Высочество. Или теперь к тебе стоит обращаться «Ваше Величество»?
Ленивая ухмылка расплылась на его лице.
На мгновение между ними воцарилась тишина, которую нарушали лишь звуки того, как он ласкал губами ее голое плечо.
– Делла, послушай, – наконец сказал Кэл. В его голосе не осталось и тени юмора. – В наших отношениях было много недомолвок, но это случилось до того, как я понял, что могу доверять тебе. Теперь все иначе. И я прошу тебя довериться мне. Я прожил долгую жизнь, насыщенную событиями. И со временем расскажу о ней. Ты узнаешь обо мне все. Больше никаких тайн.
Она посмотрела в его суровое лицо и увидела там печаль, бремя, которое Кэл взвалил на свои плечи. Все это время Делла думала, что они с братом были опорой друг для друга, но он был один. Всегда. Стоически боролся против тысячелетних устоев.
И сейчас она готова разделить с ним тяжкую ношу.
– Если ты снова скажешь, что ненавидишь меня, я все равно буду пытаться заслужить твое доверие. – Он крепче прижал ее к себе. – Если прогонишь, я буду приходить тайком, пока ты спишь, и оберегать твои сны. Но если хоть крохотная частичка тебя нуждается во мне, прошу, дай нам шанс.
Творцы милосердные…
Она не знала, что бы ее ждало, если бы Кэллам Дас’Вэлоу не забрал ее из Мирита, если бы ей позже удалось сбежать из Риналии. Но в глубине души она понимала, что ничего хорошего в том будущем пустую не ждало. Если бы Кэл не вошел в ее жизнь, она бы никогда не обрела крылья, никогда не получила возможность встать на ноги и стать сильнее.
Делла протянула руку и провела пальцем по его щеке.
– Значит, никаких тайн. – Она помолчала, а потом вдруг приподнялась. – Скажи только, почему твоя тень вела себя так, словно ей было неприятно мое общество?
Кэл хохотнул:
– Вовсе нет. Я ведь упоминал, что когда играл роль брата, то не чувствовал прикосновений. Это тяжело. Кроме того, я не хотел, чтобы ты прониклась чувствами к Эмилю. Пускай тень была моей, но ты об этом не подозревала. Глупо, конечно… Это все отголоски старых ран, – сказал он с ноткой горечи. – Я сам не до конца познал эту сторону дара ночи. Мне не у кого было учиться. Подобных мне среди ринальцев нет. Многие века никто не мог создавать собственную тень. Все одаренные проходят строгие проверки на уровень силы. О таком я бы знал.
Он скользнул горячей ладонью с ее плеча на шею и большим пальцем погладил пульсирующую вену. Вверх и вниз. Снова и снова.
– Делла, скоро ритуал кровавого пробуждения. Ты уверена, что готова его пройти? Сейчас в твоей голове нет мыслей о крови, но потом… они заполнят сознание, и тебе придется ежедневно подавлять их, вытеснять из разума. Раскроешь ты в себе дар или нет, ты всю жизнь будешь воздерживаться. Ты готова к этому?
– Я должна стать сильнее, и меня не пугают твои слова. Я всю свою жизнь жила в лишениях, поэтому справлюсь и сейчас, – почти не задумываясь, ответила Делла. Если существовал хотя бы малейший шанс обрести дар, то она готова всю оставшуюся жизнь заглушать посторонние звуки в голове. – Я хочу быть равной тебе.
Кэл посмотрел на нее пронзительным взглядом, будто увидел впервые, а затем наклонился и с такой нежностью поцеловал в лоб, что у нее перехватило дыхание.
– Ты все, о чем я мечтал, и даже больше, маленькая мышка.
От этих слов у нее сладко заныло сердце, в комнате будто погасили свет и перед глазами зажглись мерцающие огоньки. Она уже собралась ответить ему, сказать, что чувствует то же самое, но Кэллам вдруг резко соскочил с постели, натянул штаны и подошел к огромным витражным окнам. Он неестественно замер, вглядываясь в красноватый сумрак. Очертания его тела казались словно высеченными из мрамора. Широкая спина была напряжена, а пальцы – сжаты в кулаки.
– Кэл? Что-то случилось?
– Сейчас утро.
Делла покрутила головой, не понимая, к чему он клонит. Она закуталась в тонкое шелковое одеяло и, приблизившись к нему, встала рядом. На них смотрели темные безжизненные земли Риналии.
И тут-то ее озарило понимание.
– Солнце не вернулось в королевство. Ход дня и ночи не восстановлен. Проклятие не пало.
– Да.
От того, как он произнес одно-единственное «да», у нее по спине поползли странные мурашки.
– Но почему? Мы что-то сделали не так? – Она уставилась на ожог в форме буквы «К» и нахмурилась, подыскивая нужные слова. – Мы муж и жена по всем законам Риналии.
Кэл передернул мощными плечами и скрестил на груди руки, будто попытался скрыть напряжение.
– Все из-за того, что ты незаконный король Риналии? Думаешь, в этом дело?
– Я коронован. Верховный жрец провел тайную церемонию. Просто народ Риналии об этом не знает.
Значит, Кэллам Дас’Вэлоу – король демонов, законный правитель Риналии, хоть и держит это в тайне.
Пора прекращать считать его ринальским принцем.
– Тогда во мне дело? Со мной что-то не так? Что, если у тебя не получится закрыть врата? – Делла пыталась сохранять спокойствие, хотя вся ее мирийская сущность была на нервах. Она не желала признать, что после всего, через что им пришлось пройти, все оказалось зря. И снова из-за нее. Она почувствовала, как внутри нее поднимается паника, и постаралась убедить себя, что нужно просто подождать.
Кэл отвернулся от окна, обхватил пальцами ее подбородок и заставил посмотреть на него. Нахмурившись, он сосредоточенно изучал ее почти черными глазами.
– Не вздумай себя винить, поняла? К тому же не попробуем – не узнаем. Не будем тянуть.
Делла прильнула к руке мужа, а потом вдруг замерла, растерянно глядя на него.
– Что такое? – удивился он.
– Проклятие не снято, а ты все равно хочешь закрыть врата?
– Ты правда веришь, что если бы ты отказалась помогать нам, то я бы бросил этот мир на произвол адских тварей? Оставил бы Ника сражаться один на один с врагом? Я должен был поставить тебе условие. Должен был попытаться. И ради будущего своего народа сделал бы это снова. Одевайся. Все твои вещи уже перенесли в королевские покои. – Кэл кивнул куда-то ей за спину.
Делла всегда подозревала, что ринальский принц скрывает что-то очень важное. Но с самого начала не верила, что он позволил бы поднебесному миру сгореть в адском огне, если бы она отказалась от свадьбы. Особенно после того, как увидела, какие отношения связывали Риналию с вианцами и как Кэл дорожил дружбой с Ником.
Направившись к дверям справа, она вошла в ванную, к которой примыкала гардеробная. Все ее вещи в самом деле находились здесь. Вот же негодяй.
На сборы ушло всего несколько минут. Делла быстро умылась и начала одеваться.
– Злишься на меня? – спросил Кэл, остановившись в дверях гардеробной в одних кожаных штанах. Он тоже помылся и зачесал влажные волосы назад.
– И да и нет. Я никогда не несла ответственности за целое королевство, поэтому не знаю, каково быть на твоем месте. Я понимаю, почему ты молчал, но это не значит, что я не злюсь, – ответила она, натягивая кожаные штаны и топ.
Кэл улыбнулся, и она вдруг догадалась, что он спрашивал вовсе не об этом, а о том, что перенес все ее вещи в королевские покои, не спросив ее мнения.
Злилась ли она? Определенно нет. Но говорить ему не собиралась.
– Заканчивай собираться. Я скоро вернусь, – сказал Кэл, не вдаваясь в подробности, когда она принялась заплетать волосы в косу, и молча двинулся в спальню. – Предупрежу Алина и Рию. В этот раз нам лучше не идти одним.
Делла не хотела знать, как он прочитал ее мысли, хотя якобы не умел, и ответил на немой вопрос.
Вернулся он уже вместе с Алином и Рией. В боевых кожаных доспехах. С крыльями.
Они полетят?
Оба ринальца стояли с каменными лицами и молчали. Видимо, Кэл предупредил, что сейчас не лучшее время поднимать тему проклятия «дня и ночи». Алин мельком взглянул на Деллу и сразу отвернулся к окну, плотно сжав крылья за спиной. Рия попыталась выдать некое подобие улыбки, но та получилась слишком натянутой.
Правда ли дело в пустой? Что, если с ней что-то не так?
Делла тряхнула головой, презирая себя за уязвимость. И постаралась выбросить лишние мысли из головы, когда ринальцы сотворили разрыв.
Они оказались на берегу, и у нее неприятно сдавило в груди от воспоминаний о том, как Кэл истекал здесь кровью, а по ее жилам струился невероятный поток силы. Это опьяняло и пугало одновременно. Делла согнула и разогнула руку, почувствовав странное покалывание вдоль линии родимого пятна. Вероятно, показалось из-за расшалившихся нервов.
Она прищурилась, глядя на лесистые склоны на другой стороне реки. К счастью, сквозь облака пробивалось неяркое солнце, не сильно досаждая ринальцам. Затем Делла перевела взгляд на темный гранитный утес, нависший над узкой береговой полосой, где зияла глубокая трещина. Она была немного шире, чем в прошлый раз, и из нее тянуло зловонием. Не запахом сгнивших отходов реки или мертвечины. Пахло чем-то неземным. Древним и грубым. В воздухе ощущалось что-то… обжигающее. Врата в преисподнюю – в мир обитания оживших кошмаров, где возрождались легенды далекого прошлого.
Место, как и сама река, затихло, словно здесь вымерло все живое или кто-то погасил все звуки, хотя раньше рокот горных вод был слышен издалека.
Тишина стала еще пронзительнее.
«Что-то здесь не так», – завопил внутренний голос.
– Значит, ты ежедневно отдавал все свои силы? – спросила Делла, и последние слова обожгли ее горло. – В одиночку латал врата?
Кэл ничего не ответил, хотя все и так было ясно без слов. Он сосредоточил внимание на скале, точнее, на том, что зияло на ее поверхности.
Делла вспомнила, как однажды он потерял сознание, отдав слишком много сил, чтобы удержать врата от полного разрушения. А негласный король делал это каждый гребаный день. Он правил Риналией, помогал людям и вианцам, сражался с ними бок о бок при свете дня…
Она с потрясением и трепетом посмотрела на этого мужчину, на своего мужа. Ее переполняло волнение, и от избытка чувств мурашки бежали по коже.
– Врата рушатся, – сказал Алин, будто ринальцы видели то, чего не могла видеть Делла.
– Знаю. – Кэл встал на краю берега, скрестив руки на груди и устремив взгляд в бирюзовые воды, бившиеся об огромные валуны, которые служили чем-то вроде ступеней к вратам.
Но Делла по-прежнему видела лишь трещину, которая стала шире. Она сделала вдох. Потом другой.
Что-то произошло. Что-то не так…
И тут Кэл вдруг тихо выругался и повернулся спиной к берегу:
– Здравствуй, Анаида. Сказал бы, как я рад тому, что ты жива, но не хочу лгать.
– Я бы сказала, что скучала, Кэллам, – послышался вкрадчивый женский голос, – но и мне пришлось бы солгать.
Все разом повернулись. Неподалеку от них стояла Анаида. В одиночестве. Ни адских тварей за спиной, ни оружия. Лишь странная стеклянная сфера размером с самое большое яблоко покачивалась у нее на ладони. Все тот же черный кожаный топ и штаны, и все те же волосы цвета каленой меди, заплетенные в свободную косу, и словно покрытая красным загаром кожа.
Ринальская тройка молниеносно загородила Деллу собой, сотворив мечи из адского огня. Она почувствовала потоки силы, когда Кэл выстроил защиту мощнее, чем в прошлый раз. Намного.
Но Анаида выглядела совершенно расслабленной, словно не опасалась, что ей одной противостоят трое сильнейших ринальцев.
– Не тратьте силы, Ваше Высочество. Они вам еще понадобятся, – насмешливо сказала демоница, явно ощутив веяние силы, и поглядела в сторону разрыва, рваные края которого мерцали алым светом. – Спасибо за проход в Риналию.
Кэллам выгнул темную бровь и бросил на нее такой взгляд, от которого любой человек бросился бы бежать. Но Анаида не была человеком.
Кэл попытался сделать шаг, но у него не получилось. Делла поняла, что тоже не может двигаться, будто по телу растекалось онемение. Их всех остановила чужеродная преграда – настолько прочная и сильная, что связала по рукам и ногам. Делла чувствовала, что Кэл прилагал невиданные усилия, чтобы разрушить сковавшие их чары.
– Гребаная сука! Да провались ты в ад!
– Непременно, но сначала кое-что сделаю, – усмехнулась Анаида, сверкнув клыками, и посмотрела на Деллу. Та едва не содрогнулась от мерзкой улыбки демоницы и ее взгляда бездонных обсидиановых глаз.
Анаида шагнула к разрыву, крепко держа в руках загадочную сферу.
Берег полнился натужным дыханием Рии и Алина, которые пытались сделать хоть один шаг. Но едва адская посланница скрылась из вида, как подвижность вернулась к ним. Все четверо встали у разрыва, образовав небольшой полукруг. Никто из них не решался пройти через него, ожидая приказа, но время не позволяло мешкать.
– Какого хрена? – прорычал Алин, кивнув в сторону разрыва. – Анаида сильна, но не настолько, чтобы обездвижить всех нас.
Кэл некоторое время молчал, крепко сжав руки в кулаки. Думал, взвешивал. Делла знала, что он намеренно оставил разрыв открытым, как запасной план. В прошлый раз они спаслись только благодаря этому. Она буквально на себе тащила его в проход, пока очередная орда адских тварей не выползла на поверхность.
Никакое войско не прошло бы через разрыв, не побывав сперва в Риналии. Но Анаида была там. Владела адским огнем и без посторонней помощи могла в любой момент сотворить разрыв. Однако в землях Риналии одна демоница не представляла угрозы. Видимо, она нашла другой способ.
– А как, по-твоему, она поджарила мне мозги? Ей помогают. Анаида черпает силу напрямую из источника. Он питает ее своей магией.
Все мгновенно поняли смысл его слов. Нервный холодок пробежался по ее спине и, казалось, не собирался уходить.
Делла заметила, что Кэл никогда не называл его Дьяволом, Творцом, Создателем. Всегда использовал «он».
– Почему тогда она лишь обездвижила нас, а не поджарила мозги? – спросила Рия.
– Хочет, чтобы мы остались в сознании, чтобы увидели… – Плечи Кэла напряглись.
Делла представляла, какой тяжелый груз лег на них. Догадывалась, к чему он клонит и что ее вопрос только усугубит эту тяжесть, но все-таки, шагнув к нему, спросила:
– Что было у нее в руке?
На берегу стало оглушающе тихо.
У Кэла дрогнул кадык.
– Надеюсь не то, о чем я думаю. Возвращаемся домой.
– А как же врата? – надломившимся голосом спросила Делла.
– Если не помешать Анаиде, спасать будет нечего. – Казалось, он хотел сказать что-то еще, но в последний момент передумал.
Спасать будет нечего…
Делла все поняла.
Анаида собиралась нанести удар не по ринальцам. Убить их было бы слишком просто. Творец хотел преподать урок и наказать их за неповиновение.
Преисподняя нанесет удар не по телам ринальцев, а по их душам.
Багровый лес.
Риньяры.
Жители лишатся крыльев, а для них это хуже смерти.
Она вспомнила слова Алина: «Я предпочел не жить вовсе, чем без крыльев».
Ами…
Творцы милосердные! Нет. Нет. Нет.
Если с ней что-то случится, Делла этого не переживет.
Она резко тряхнула головой, не позволяя страху вырваться из клетки и расползтись по телу. Учитывая, что ринальцев наказывал за неповиновение сам Творец, она теперь не знала, кому молиться. Только если небесным Творцам. Но тем вряд ли было дело до демонов.
Кэл ждал, пока Делла пройдет во все еще открытый разрыв. Она задержала взгляд на муже. Его лицо, как всегда, ничего не выражало, но в глазах впервые улавливался проблеск страха. Гэврил – часть его души. Риньяр для него все.
Остальные тоже поняли, что Кэл имел в виду. В движениях Алина и Рии ощущалось нескрываемое напряжение, а в глазах отражалась холодная ярость.
– Стой. – Кэл остановил Алина. – Мы пойдем к пещерам, а ты приведи армию. И… поспеши, друг.
Алин кивнул, без лишних вопросов сотворил другой разрыв и исчез. Они втроем прошли в свой и оказались на окраине леса, прямо перед скалами, где находились десятки пещер. Легкая дымка, пронизанная лучами алой луны, клубилась у высящихся утесов и окутывала землю воздушной пеленой, словно кровавый туман Кэла.
На одной из вершин стояла Анаида. У ее ног лежала та самая сфера, которая теперь стала красной, вобрав в себя багровые отсветы луны. От этого устройства словно исходила пугающая дрожь прямо в недрах земли.
– Вы опоздали, – сказала Анаида, подняв руки ладонями вверх.
Сфера распахнулась, и из ее глубин вылетело странное черное облако, которое быстро разбилось на несметное количество фигур. Твари походили на тех, что Делла видела раньше, но только с перепончатыми крыльями. Самые настоящие порождения преисподней. Сотни монстров устремились в небо. С дикими криками они кружили в воздухе и ныряли в пещеры, выгоняя оттуда риньяров.
Нет! Нет! Нет!
Рядом с ними открылся разрыв, через который стремительно вылетали ринальцы и сразу мчались в небо на помощь питомцам. В одной руке у Рии появился меч из адского огня, в другой загорелся боевой клинок, и прежде, чем они с Кэлом успели опомниться, она взмыла в небо и понеслась вслед за воинами, затерявшись среди сотен фигур.
Делла с немым ужасом наблюдала за тем, как крылатые твари набрасывались на риньяров, оскалив зубы и выпустив острые, как бритва, когти. На землю, будто россыпь рубинов, падали брызги крови. Потом раздался жалобный крик, и неподалеку рухнул риньяр. Он бился в предсмертных судорогах, а его крылья были больше похожи на разодранные лоскуты ткани. Слезы наворачивались на глаза, пока она смотрела на окровавленное тело чьей-то души.
Кэл выругался сквозь зубы. Потом еще раз.
– Держись рядом, – сказал он и, поцеловав ее в лоб, прижал к своей груди всего на мгновение.
От запаха спелых ягод, его тепла и ощущения крепкого тела сдавило горло, но Делла заставила себя собраться. Кэл подал ей меч. Тот самый маленький меч, которым она сражалась в королевских покоях. Но откуда он взялся? Холодный эфес лег в ее горячую ладонь и оттянул руку.
– Бей острым концом.
Кэл не просил ее уйти через разрыв, не уговаривал переждать в безопасности. Он знал, что она никогда не согласилась бы бросить Ами и прятаться в стенах замка. Пусть она и не воин, но была готова встретить врага и перебить столько тварей, сколько сможет. Даже если погибнет сама.
– Если будешь падать, маленькая мышка, я тебя подхвачу. Всегда.
Он подал ей руку, и они взмыли ввысь, прямо в охвативший небеса хаос, в гущу адских тел, клыков и крыльев. Кэллам замер в воздухе, развел руки, и из него вырвалась волна кровавого тумана. Она поднималась все выше и расходилась в стороны, подобно щупальцам тянулась к тварям, обвивалась вокруг них и парализовала так, что они летели на землю. Туман накрывал исчадий ада от макушки до когтистых лап, заставлял их кожу плавиться, а глаза вваливаться в глазницы. Предсмертные вопли сливались со звуками битвы. Висели запахи разлагающихся тел и крови.
Однако Кэл не мог нанести один-единственный сокрушительный удар, как тогда, на берегу реки, когда его сила разом уничтожила полчище приспешников Анаиды. В бою, где смешались и риньяры, и крылатые исчадья, кровавый туман быстро, но осторожно искал врагов.
Часть адского стада полетела в другую сторону, где ринальцы бились огненным оружием или обычными мечами. Подальше от правителя Риналии и его смертоносного тумана.
Под натисками Рии и Алина враги гибли десятками. Брат и сестра с холодной жестокостью сносили им головы и рассекали тонкую темно-бордовую кожу от брюха до шеи. Оружие из ярко-красного огня сияло, освещая сумрак сражения. Небеса звенели и гудели от криков.
Неподалеку тварь вцепилась в крыло риньяра и даже не заметила Деллу, пока та не оказалась рядом и не отсекла коротким мечом уродливую голову. От отдачи заныла рука, а по пальцам заструилась практически черная кровь. В нос ударило зловоние.
Делла всегда думала, что почувствует, отняв чью-то жизнь. Однако не испытала ни малейшего сострадания к существам, которые посмели напасть на самое дорогое – на частички их души.
Сразу трое монстров устремились на нее, и Делла крепче сжала меч в ладонях, тотчас покрывшихся липким потом. В глазах адского сброда не отражалось ни капли ума – лишь желание убивать. Жажда крови. Черные когти просвистели перед ее лицом, но едва они успели коснуться ее, как щупальца тумана скрутили их по руками и ногам и утянули вниз. Кэл хоть и не препятствовал ее нахождению на битве, но явно решил не подпускать к жене ни одного врага. Через плечо она увидела, что позади нее рухнула очередная тварь.
Делла с притворным осуждением посмотрела на Кэла.
– Не благодари, – крикнул он. – И не смотри на меня так. Я говорил, что ты медлительная. Над этим еще предстоит поработать.
– Спасибо за урок.
– К вашим услугам, – отозвался нахальный муж, и кровавые щупальца потянули вниз новых тварей.
Делла заметила, что адское войско практически не пытается обороняться от ринальских воинов. Они стремились дотянуться лишь до риньяров, даже если их настигал меч. Они были пушечным мясом, которое загнали сюда с одной целью – уничтожить саму душу Риналии, истребить всех риньяров до единого ценой собственных жизней.
И все же риньяры не были беззащитны. Они отчаянно боролись за свои жизни и схлестывались с врагом в настоящем водовороте зубов и когтей.
Последовала еще одна вспышка силы Кэла, и десятки крылатых тварей камнем полетели вниз, неспособные пошевелиться. На землю упали лишь их кости с остатками плоти.
Они побеждали. Приспешников Анаиды становилось меньше, чем ринальцев. Однако десятки воинов лежали на земле и корчились в судорогах, лишенные крыльев и потерявшие риньяров – частички своей души.
Делла делала короткие глотки воздуха, сглатывая желчь и смаргивая слезы. Она с трудом подавляла тошноту и не смотрела на погибших.
Ветер доносил неумолкающие крики. Луна разливала багрянец на поле битвы, добавляя красных оттенков видневшейся всюду крови.
И снова эта жуткая картина. Везде была настоящая кровь.
В животе у нее завязался узел, а летать стало тяжело. Делла прикончила всего несколько исчадий ада, но ее руки онемели от тяжести меча, а тело покрылось зловонной вражеской кровью. Дыхание обжигало легкие. Она понимала, что ей, толком не обученной сражаться, не просто везло. Она до сих пор оставалась жива, потому что кровавый туман постоянно кружил неподалеку.
Она не переставала искать взглядом Ами, как вдруг заметила ее. Та вцепилась в шею адской твари, в считаные секунды перегрызла ее и выплюнула глотку. Рядом находился Гэврил, который с неистовой яростью снес врагу голову когтистым крылом. Неподалеку кружили Дамиан и Лая – риньяры Алина и Рии. Они вчетвером прикрывали друг друга, и при виде этого Делла едва не разревелась.
Но тут она почувствовала давление на кожу и повернулась. Кэл надвигался прямо на Анаиду.
– Думаешь, я проиграла? – выкрикнула та, и ее губы растянулись в подобии улыбки. Сверкнули острые зубы. – Это только начало.
Кэллам тоже улыбнулся, но по-другому. Холодно и расчетливо, обещая возмездие. А когда он заговорил, его голос звучал равнодушно, как будто он вовсе не испытывал никаких эмоций.
– Ошибаешься. Ты не уйдешь отсюда живой, Анаида.
– Совсем наоборот, – возразила она, цокнув языком. – Ты даже не представляешь, какую награду я получу.
У Кэла дрогнул уголок рта.
– И что только мой брат в тебе нашел? – Казалось, он знал, за какую ниточку дергать в разговоре с адской посланницей, чтобы та в ярости заскрежетала зубами.
Но ее слова встревожили Деллу. Она не сомневалась, что в арсенале преисподней имелся еще не один сюрприз. Очередная ловушка, которая могла сработать в любой момент.
Кэл тоже это понимал и готовился нанести удар. Гул рвущейся наружу силы только нарастал. Он обрушил на Анаиду волну кровавого тумана, но та сотворила щит. Кэллам мгновенно нанес новый магический удар. И хотя лицо его было каменным, Делла чувствовала, как ярость вырывается вместе с потоками силы. У него на шее ярко горели и пульсировали красные линии.
Демоница, посмеиваясь, отражала атаки и выставляла новые щиты. Если Кэл прав насчет того, что она черпала магию напрямую у Творца, то ему никогда не пробить ее защиту. Никто не мог тягаться с Создателем. Даже кровавый демон.
Но первозданная сила продолжала изливаться из него, разрушительными потоками обрушиваясь на вражеский щит, но оказывалась совершенно бесполезной против барьера, невосприимчивого к дару ринальского короля. Он наносил удары снова и снова, исторгал на Анаиду всю свою мощь, пытаясь пробить оборону и выплеснуть столько кровавого тумана, чтобы расщепить материю щита.
Кэллам оскалился на противницу, обнажив клыки, и бросал на нее такой взгляд, что даже у Деллы в жилах стыла кровь.
– Так и будешь прятаться за чужими способностями, Анаида? Это совершенно не в твоем стиле. Ты знаешь, когда доберусь до тебя, я расщеплю твою кожу и расплавлю кости, чтобы от тебя не осталось ничего, ни единого воспоминания.
Ее совсем не испугали слова кровавого демона, потому что она была древним, лишенным человечности существом.
– Ты посвятил эту зверюшку в свою тайну, – приторно-сладким голосом произнесла она, кивком указав на Деллу. Вокруг демоницы извивались щупальца кровавого тумана, стараясь найти бреши в обороне. – Но не рассказал ей всей правды.
Делла замерла. Даже крылья ее не шевелились. Она верила Кэлу, понимала, что осталось много тайн в его долгой жизни, и не сомневалась: вскоре он все расскажет.
– Не спеши радоваться. Скоро Делла все узнает. Твое появление несколько нарушило мои планы на вечер после свадьбы, – сказал Кэл, со вздохом поглядев на ее щит.
– Хотела бы я на это посмотреть. – Ее губы сложились в змеиную улыбку. – Может, прямо сейчас?
– Мы оба знаем, что ты этого не сделаешь без разрешения хозяина. Как тебе поводок, Анаида? Адская шестерка все-таки возьмется за оружие и сразится как настоящий воин? – В его руке уже ярко горел огромный меч.
Демоница зарычала.
Кэл усмехнулся. Он провоцировал ее, и теперь она не собиралась уклоняться от прямого столкновения. У нее в руках появилось оружие из адского огня, и Анаида устремилась в атаку.
Делла безотрывно следила за их поединком. Она никогда раньше не видела, как Кэл орудовал мечом, только как он убивал и карал своей силой. Он бился с жестокой грацией, являя собой настоящее воплощение ужаса, оживший кошмар. Теперь понятно, почему Анаида так не хотела вступать с ним в сражение. Даже Делла заметила, что, несмотря на высокий военный статус в преисподней, она ему не ровня.
Глаза Кэла сверкали красным пламенем, когда он наносил удар за ударом, заставляя Анаиду отступать. В воздухе раз за разом рассыпались искры от соприкосновения огненных клинков. Казалось, Кэл был не просто создан для сражений, он был самим демоном войны и смерти. Живое орудие. Темно-бордовые облака стали ярче и еще более зловещими, словно напитались его яростью и кровавой силой.
И тут неописуемый ужас захлестнул Деллу сокрушительной волной и стер напрочь все остальные чувства.
Ами вцепилась в глотку летучей твари и не заметила, как на нее со спины бросилось другое чудовище. Делла помчалась ей на помощь, но Гэврил заслонил Ами собой, и черные вражеские когти располосовали его могучее красивое крыло. Гэврил взревел, а вместе с ним закричал и Кэл.
От этих кошмарных звуков, усиленных эхом в несколько раз, все парившие в воздухе в одночасье замерли, а у Деллы на мгновение потемнело перед глазами. Вскоре зрение к ней вернулось, как и кошмарная картина.
Еще одно исчадье впилось зубами Гэврилу в шею. Оно атаковало, одновременно разрывая острыми когтями его грудь. Ами и Лая сцепились с первой тварью, а Дамиан снес голову второй. Гэврил кричал. Из его шеи хлестала кровь. Крыло безжизненно повисло, не давая удержаться в воздухе, и риньяр полетел к земле.
И падал он стремительно.
Ами бросилась за Гэврилом, и Делла в ужасе оглянулась. Крылья Кэла исчезли, и он рухнул вниз, прямо вслед за риньяром.
– Кэл! – Делла устремилась за ним, но Алин оказался быстрее и поймал его за руку.
Они опустились на землю.
Делла дрожала и тяжело дышала. Лоб покрылся потом. Она с трудом осознавала последствия ее первой битвы. Везде валялись горы влажных костей с разлагающейся плотью – остатки того, что еще недавно было адскими тварями. Но пугало вовсе не это.
Желчь подступала к горлу от одного только вида обломанных крыльев и бездыханных тел риньяров. Многих десятков тел.
Никакая целительная магия не могла вдохнуть в них жизнь и вернуть ринальцам частички их души. Кругом слышались стенания воинов. Некоторые мужчины и женщины приземлялись на землю и несколько раз взмахивали крыльями, проверяя их состояние.
И тут вдруг Кэл, лежащий у ее ног, изогнулся дугой и схватился за грудь. А потом закричал, словно его душу разрывали на части. Крик становился все громче. Жилы у него на шее вздулись. И он глубже вжимал ладонь в грудь, туда, где сосредоточилась боль, как будто хотел остановить ее и замедлить необратимый процесс.
Делла никак не могла помочь ему – лишь смотреть на его страдания. Она плакала и даже не пыталась бороться с подступающими слезами. Ее рот наполнился горечью.
Она резко повернулась, но не нашла взглядом ни Ами, ни Гэврила. Он не мог… не мог… Она не осмеливалась сказать это слово даже про себя.
Мгновение Делла ничего не слышала и ничего не чувствовала.
Ее собственная душа умирала вместе с его.
Кэл больше не кричал. Дышал все реже и тяжелее, а Делла сидела на коленях и гладила его мокрое от пота лицо, полное безмолвной муки.
– Алин, мы позаботимся о нем, – сдавленно произнесла она. – Найди Гэврила и Ами. Прошу тебя.
Генерал переглянулся с сестрой, и Делла увидела в их глазах даже не страх, а что-то более ужасное.
Наступило странное затишье. Волна тварей была повержена. Анаида исчезла. Высшие ринальцы создавали разрывы и помогали раненым выбраться.
– Все будет хорошо, – прошептала Делла, продолжая гладить лицо мужа. – Алин обязательно найдет Гэврила, и целители вмиг его вылечат. С ним и Ами все будет хорошо. – Она изо всех сил боролась со слезами, чтобы ее голос звучал спокойно. – Ты только держись. Тебе еще столько всего нужно мне рассказать. Ты обещал, помнишь?
Кэл захрипел, будто попытался ответить. Она склонилась над ним и поцеловала в лоб, вдыхая любимый аромат ягод, а потом подняла голову на Рию.
– Унесем его в замок. Ему нужна помощь целителя.
– Кэл ранен не физически, Делла, – тихо сказала Андрия сквозь стиснутые зубы, словно каждое слово отзывалось внутри острой болью. – Ему не поможет целитель.
– Что ты имеешь в виду?
– Если Гэврил… – Она сделала паузу. – Если повреждена душа Кэла, то лишь от него зависит, захочет он бороться за жизнь или нет.
– Конечно, захочет! – крикнула Делла, вскочив на ноги. По ее жилам растекался ужас. Мозгу потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что она говорила. – Он нужен этому королевству. И вообще, Гэврил жив! Просто он ранен. Его найдут и вылечат.